Посмотри на меня с любовью

Они стояли в гостиной у камина, в полной тишине, если не считать тиканье старинных и пыльных часов. Адора заправила выбившуюся прядь за ухо, поправила и так гладкую мантию и мельком взглянула на девушку напротив. Катра, ссутулившись и засунув одну руку в карман брюк, легонько царапала столик у дивана. Она не смотрела на блондинку, как и всё лето. И все каникулы до этого. С момента, когда они после четвёртого курса столкнулись у камина, чтобы добраться домой, до этой самой секунды. Да и тогда Катра бросила на неё раздраженный взгляд из-под чëлки и сразу же отвела глаза, только фыркнув напоследок. Адора уже и забыла какого это, когда золотисто-голубые глаза смотрят на тебя с нежностью и в них горят огоньки радости. Тяжело вздохнув от этой мысли, она затянула чуть туже красно-золотой галстук и выровнила значок старосты факультета. Девушка, на самом деле, совершенно не понимала, почему эту должность получила именно она. Да, училась неплохо, да, была одной из главных причин побед гриффиндорской команды на матчах по квиддичу, но на факультете было много студентов намного больше достойных этого. Взять Глиммер, к примеру! Еë лидерские качества были просто на высоте и подруга всегда относилась к каждому делу с большой ответственностью и энтузиазмом. Она слегка улыбнулась, представив как волосы Глиммер менялись бы от нежно-розового до яркого багрянца, пока она гонялась бы за шаловливыми младшекурсниками. Адора вновь взглянула на Катру, а затем на точно такой же значок пристегнутый к её кофте. Она не была в курсе того, что слизеринка тоже получила его, и даже думала о Лонни в роли старосты змеиного факультета, однако, похоже в этом году список старостата составлялся в весьма сомнительных обстоятельствах. В голове тут же возникли образы профессоров, собравшихся проводить свои последние свободные от детей деньки и на этом же сборище выбрать старост, совсем не на трезвую голову. Интересно кто будет представлять остальные два факультета? Катра наконец-то прекратила издеваться над мебелью, качнулась, перебрасывая вес тела с одной ноги на другую, а её вторая рука тоже отправилась в карман, от чего значок сверкнул на солнце, снова привлекая внимание к своей владелице. — Значит... Мы теперь будем видеться чаще, да? — вырвалось у блондинки, после чего она тут же прикусила язык и мысленно стукнула себя по начëсу. Катра немного нахмурила брови, а затем цокнула языком, когда она поняла, что имеет ввиду гриффиндорка. — Иди к черту, Адора. Девушка демонстративно скрестила руки на груди, показывая, что не хочет это обсуждать, и закинула голову вверх, открывая вид на шею, заставляя первую замереть. У неё там была родинка. Прямо под подбородком, едва заметная и бледная. Она видела её в последний раз, когда им было по десять лет, Катра висела на ветке вниз головой и детские пальчики Адоры щекотали ребра шатенке, отчего та заливисто смеялась. Тогда тоже, голубые глаза смотрели прямо на эту точку, но почему-то теперь ощущения были иными. Гриффиндорка не до конца понимала, отчего сейчас ей так сильно захотелось тихо подойти и провести по ней пальцами, удостовериться, что это не просто след от чернил, и может даже... От невесть откуда взявшихся мыслей девушку вывел цокот каблуков в коридоре, и она, встряхнув головой, поспешила прогнать их. Звук, медленный, но звонкий, приближался всё ближе и ближе. И вот его, исчезнувшего у самой двери, заменил скрежет поворачиваемой ручки, а в комнату тут же проник ветерок, который поиграв немного тюлью, поспешил к окну, как только дверь закрылась и в гостиную вошла она. Миссис Уивер. Она была очень высокой и статной женщиной. Багровая ткань плотно облегала каждый изгиб её фигуры, на широкие плечи была накинута мантия, расшитая тонким серебром, которые едва можно было разглядеть под ниспадающими из замысловатой прически, волосами. Они всегда, сколько Адора себя помнила, были такими же длинными, шелковистыми, чëрными как смоль и без единого намёка на седину, несмотря на то, что Уивер была уже не молода. Да и лицо никогда не выдавало правду о возрасте хозяйки, оставаясь ровным и гладким. Каменными. Но тем, что навсегда отпечатается у вас в голове, лишь раз посмотрев на неё, будут не тонкие сжатые губы, не изящный нос и не острые скулы. Это глаза. Зелëные, неестественно яркие и проницательные. Иногда казалось, что она может рассмотреть тебя всю насквозь и заглянуть глубоко в твои мысли, даже туда, куда не решаешься ты сама. Сколько бы она не тешила Адору сладкими речами и не гладила нежно по щеке, глаза Уивер оставались ледяными. Как и сейчас, выражение мирного лица полностью перечëркивал её холодный взгляд. — Вижу вы уже готовы, — приговорила она глубокий, слегка хрипящим голосом, затем подошла и уже привычно приподняла подбородок гриффиндорки, — Адора... Может всё же отправишься в школу сразу через камин? — Миссис Уивер, вы же знаете, там мои друзья. — Друзья... — протянула женщина, с еле различимыми нотками насмешки в голосе, — Кажется они очень важны для тебя. — Конечно, — на алых губах расцвела улыбка, — иначе и быть не может. Холодные пальцы исчезнули с подбородка, и, пошелестев вишневой тканью, достали из кармана плотно закрытую шкатулку, с искусной резьбой на ней. Прошептав открывающее заклинание, Уивер взяла небольшую горсть летучего пороха и протянула их Адоре. — Пожелай своим друзьям удачного учебного года от меня, Адора, — проговорила она, пытаясь звучать как можно искренней, всё ещё не спеша передать порох и второй девушке. — Непременно, — прозвучало звонко в ответ, и блондинка поспешила в камин, попутно захватив чемодан с метлой. — А ты, — наконец обратилась женщина к Катре, — Мне ещё нужно кое-что с тобой обсудить. Это заставило Адору немного насторожиться, да и слизеринка, судя по выгнутой брови, тоже не имела понятия, что ей могло понадобиться от воспитательницы. — Адора, — Уивер вновь повернула голову к ней, — До встречи. Девушка немного помедлила, не решаясь бросать порох под ноги, но потом, убедив себя в том, что ничего важного не произойдет за эти несколько минут, тихо проговорила: — Да... До встречи, Миссис Уивер, — а потом, разжав наконец кулак, четко произнесла: — Вокзал Кингс-Кросс. И в последний раз взглянув на свою некогда подругу исчезла в зелёном пламени.

***

Платформа 9 и 3/4 как всегда сразу оглушала тебя сотней звуков, стоит тебе выйти из прохода, а пар, клубившийся из труб Хогвартс-Экспресса заполнял её, будто густой туман в утреннем лесу. Голубые глаза отчаянно всматривались в каждого, кто пробегал мимо, и немного слезились из-за дыма, что ещё сильнее осложняло поиски. Новоиспеченная староста Гриффиндора поставив чемодан рядом с первыми вагонами, пыталась отряхнуть всю сажу с мантии и параллельно искала двух конкретных людей в толпе. — Адора! — расслышав зов своего имени во всем этом гомоне, девушка резко повернула голову в ту сторону, откуда он шëл и тут же почувствовала, как её сбивают с ног, заключая в объятья. — Боу, Глиммер! — она обняла своих друзей в ответ, прикрывая глаза и расплываясь в улыбке, чувствуя растущее тепло в груди, — Я так скучала по вам, ребята! — Мы тоже! Жаль ты не смогла приехать к Глиммер, было так весело! — прозвучало больше дразняще, нежели печально. Адора, закатив глаза, подняла свои вещи и пошла в сторону вагона, на который указал Боу. — Ты же знаешь миссис Уивер, она... не очень рада нашему общению, — блондинка постаралась выразить отношение опекунши к её друзьям настолько грамотно, насколько это было возможно. — Твоей Уивер, — начала подруга, на ходу отобрав у неё метлу и вручив брюнету — стоит уже понять, что тебе не пять лет, и ты сама можешь выбирать с кем тебе дру... Подожди, что?! Последние слова, казалось, услышали все, кто находился в радиусе десяти метров, несмотря на гул, настолько громким был этот возглас розоволосой. В прочем эти самые волосы сейчас окрасились в смесь оранжевого с красным, а сама их владелица застыла, уставившись в одну точку. — Ч-что? — осторожно спросила Адора, переглянувшись с Боу, — Что-то не так? — Поверить не могу... — теперь друзья еле уловили слова Глиммер, — Она дала его тебе. Вам обоим. И только проследив за взглядом подруги, Боу и Адора поняли о чем идёт речь. — Послушай, Глиммер, — начал юноша, отдав метлу обратно хозяйке, и подойдя к девушке, накрыл её плечи руками, пока второй оставалось лишь сочувственно изогуть брови, — Мы уже обсуждали это. — Да, — вздохнула гриффиндорка, а красные пряди превращались в оранжевый. — То, что староста - не ты, даже лучше для тебя. — Наверно, — оттенок начал бледнеть и копна волос теперь напоминала спелые персики. — Все говорили бы, что ты получила значок старосты только благодаря профессору Брайтмун. — Именно из-за неё я и не получила его! — волосы вновь вспыхнули, как огонь, — Она не доверяет мне! — Она хочет тебя уберечь от косых взглядов, — продолжал успокаивать её Боу, — Она заботиться о тебе, как это делают все матери. — Не у всех мамы — директора школы, знаешь ли, — буркнула Глиммер, возвращая естественный цвет волос. Естественный для метаморфомага, конечно же, — Прости, Адора. — Всё в порядке, — староста опять передала несчастную метлу Боу, и поспешила обнять подругу, — Если бы это было в моих силах, я бы отдала тебе этот значок прямо сейчас. Я уверена, что старостат не такая интересная вещь, как кажется. Бумаги, отчёты и патрули — звучит не так уж и весело, да? — Да, но у вас есть своя собственная ванная! — уже в шутку возмутилась гриффиндорка. — Я торжественно клянусь, что сообщу вам пароль от неё, как только узнаю, мисс, — заверила Адора, театрально положив руку на сердце, но уже в следующую захихикала, встретившись взглядом с Глиммер. Они вновь двинулись к нужному вагону, подняв тему сдачи в этом году СОВ и их переживаний насчёт них. Уже в купе, которое друзья заранее заняли, Адора убрала наверх чемодан с метлой, немного задев клетку Коула из-за чего тот недовольно ухнул. Как только она присела к Глиммер, дверь резко отъехала в сторону, неприятно заскрипев, а внутрь ворвался вихрь из кудрявых светлых волос, со вплетенными в них цветами. — Адора! Боу! Я нашла вас! — воскликнула, как выяснилось, студентка Пуффендуя. Кажется её звали Перфюма, если гриффиндорке не изменяла память. — Доброе утро, ребята, сегодня такой прекрасный день, не так ли? — Ээ... Привет! — Адора неловко улыбнулась, — В каком смысле "нашла нас"? — О! Да! — снова вскрикнула блондинка, — Джульет, ищет вас. — Что-то по поводу квиддича? — спросил Боу, — Мы могли бы обсудить это позже... — Ох, нет, — тут улыбка девушки сменилась хитрой усмешкой, и она, постучав пальцем по значку, такому же как и у Адоры, гордо заявила, — это по вопросу старостата. — Вот! — подала голос вдруг Глиммер, — Видите? Вы сейчас оставите меня одну и пропадёте на сто лет! — Да ладно тебе, Глим, уверен это дело пяти минут, — заверил её Боу, — мы скоро вернёмся.

***

— Мне нужно чтобы вы обошли весь поезд и сверили по списку второкурсников Гриффиндора, — звучал приговор Джульет, — Если кого-то нет, то вы должны узнать у других, каким образом они доберутся до Хогвартса, и собираются ли они приезжать сегодня. — Это не звучит как пять минут, Боу, — вздохнула девушка. — Да... — ответил он, но тут же добавил уже более бодро: — Ничего, вместе мы справимся с этим! Дальнейшие пару часов они проходили, ловя в коридорах младшекурсников, заглядывая в каждое купе. Иногда им встречались знакомые, с которыми они перебросившись несколькими фразами, продолжали свой путь. — Френк Уиллоу, — повторила блондинка названное имя, отмечая его в списке, а уже далее обратилась ко второму старосте, выходя из купе, — Замечательно! Осталось совсем немного. — Хей, Адора. Катра. Узнала лишь по голосу, по тому, как это прозвучало, ведь так умеет лишь она. Адора обернулась и сразу столкнулась с блеском сапфира и янтаря напротив. Теперь-то она смотрела, вне всяких сомнений. Не взглянув за всё лето, сейчас, она будто возвращала всё упущенное, внимательно вглядываясь в каждый миллиметр на лице гриффиндорки. Только вот Адора вновь не нашла в этих глазах то, что искала. Зато презрения там было предостаточно. Катра в их особняке и Катра в Хогвартсе казались ей совершенно разными людьми, как если бы у неё было раздвоение личности, о котором однажды рассказывал Боу. Дома от этой девушки едва можно было что-то услышать, разговор она не начинала первой, сдерживаемая чем-то. А здесь, уже в поезде, эта оболочка спокойствия рвалась, выпуская наружу всех демонов, что скрывались под ней, сочась ядом и желчью. Была ли там внутри ещё одна Катра? Была. Но кажется осталась далеко в беззаботном детстве, осталась лишь в их воспоминаниях, которые Адора продолжала бережно хранить, даже если было очевидно, что та Катра больше не появиться вновь. — Смотрите ка, и грязнокровка здесь, даже со значком старосты, — продолжила она, слегка прищурившись, — Мне искренне жаль ваш факультет. — А слизеринцев всё так же волнует чистота крови? — Боу звучал ровно и спокойно. — Да не особо, — слизеринка наклонила слегка голову в бок, — Просто весело наблюдать за вашей реакцией. Адора за эти два месяца даже успела забыть то, что в стенах замка они... враги? Глупое слово, совсем неподходящее, даже детское в некотором роде, но это то что скажут о них другие. Вот уже 5-ый год подряд Катра цепляется к их троице, особенно к Адоре, стараясь задеть как можно сильнее, метясь в самые больные точки, будто пытаясь отомстить за что-то. И ведёт себя так, будто она тоже поначалу не была частью их "Команды лучших друзей".

***

Она потеряла её. Как только миссис Уивер оставила их одних на этой кищащей студентами и их питомцами платформе, Адора лишь отвлеклась на ярко-фиолетовую жабу в чьих-то руках и подруги уже не было рядом. Она звала Катру, пытаясь перекричать весь этот шум, несколько раз прошлась от начала платформы и до конца, но всё было тщетно. А вдруг она не захочет заходить в поезд без неё? Вдруг её заберет какой-нибудь колдун, лишит сил и отправит жить в мир магглов? Воображение вырисовывало в голове блондинки картинки, одни хуже других. Из голубых глаз вот вот полились бы слёзы, если бы кто-то не дёрнул её за рукав мантии. Адора, тряхнув хвостом обернулась, натыкаясь на маленькую девчушку с розовыми волосами. Она едва ли не подумала, что это просто сестрёнка одного из студентов, но позже заметила, что та была в такой же мантии и тоже ещё без значка факультета. — Привет, меня зовут Глиммер, — представилась девочка, — А как тебя зовут? Ты выглядишь грустной. С этими словами она вытянула руку вперёд для рукопожатий, от чего Адора немного вздрогнула. Миссис Уивер говорила, чтобы она не трогала кого попало, ведь они могут оказаться грязнокровками, а они, как всем известно, были одними из самых опасных магов волшебного мира. Опекунша с самого детства оберегала их от них, не давая выходить из особняка. Да и в Хогвартс она их отпустила, лишь взяв с них обещание, что они не будут дружить с подобными студентами. Девочка смотрела на руку розоволосой с опаской, ведь ей не хотелось расстраивать миссис Уивер, нарушая обещание в первый же день. — Хей, — вновь обратилась к ней Глиммер, хватаясь той же самой рукой за её предплечье — Ты в порядке? Блондинка метнула быстрый взгляд с ладони на лицо напротив и обратно, и, нервно сглотнув, всë же ответила: — А-адора..., — и потом, решив для себя, что девочка напротив выглядит вполне чистокровно, пожала руку в ответ. — Приятно познакомиться, Адора! — ответила она и вдруг розовый на её голове сменился ярко-пурпурным. — Твои волосы! — испугалась блондинка, — Они меняются! — Ах да, — Глиммер выглядела так будто ничего необычного не произошло, когда она подхватила одну прядь и отпустила когда волосы вновь стали нежно-розовыми, — Я метаморфомаг, у меня меняются волосы в зависимости от настроения, а ещё я могу вот так... У неё внезапно исказилось и вытянулось всё лицо, нос уменьшился и стал больше похожим на кроличий, а на коже вокруг него выросла белая шерстка. — Вау, — теперь в глазах вместо испуга было лишь восхищение и восторг, — это невероятно. — Есть такое, — девочка вернула себе прежний вид и продолжила, — но мама всегда знает вру я или нет, это неудобно. Глиммер слегка хихикнула, а затем будто вспомнив что-то, вновь заговорила: — Так почему ты была такой печальной? Адора резко вздохнула прикрыв рот ладонями. Она снова забыла о Катре? — Я потеряла её, — её голос начал дрожать, — М-мою подругу, Катру. Я-я... Брови Глиммер поднялись от удивления, а в глазах появилось неподдельное беспокойство. — Ох, я уверена она попадёт на поезд, если она уже не там, — попыталась успокоить её новая знакомая, — Ты уже искала внутри? — Не... Нет. — Пойдем! — Глиммер вытянула руку, — Обещаю, что помогу тебе найти её. Но сначала давай займем место. Они немного прошлись по вагонам, пока не наткнулись на купе в котором скучающе сидел темнокожий парниша в нелепой паре очков. — Привет! Здесь не заня... — начала была Глиммер, но её резко дёрнули снова в коридор, — Эй, Адора, что ты творишь? — Ты же не собираешься сесть рядом с... ним? — спросила девушка, выделяя последнее слово, и схватила другую за плечи, смотря на неё с испугом. — Эээ, а что такого? — Глиммер выгнула бровь, явно не понимая причину такой паники блондинки. — Он же... Ну ты сама поняла, — прошептала Адора и, только под выжидающим взглядом карих глаз, ещё тише чем раньше произнесла: — Магглорожденный. Некоторое время они молчали, позволяя себе услышать доносящиеся снаружи голоса студентов, прощающихся со своими родными, и гудки экспресса, которые оповещали о скором отбытии. — Адора, — наконец прозвучал голос Глиммер, — Почему ты считаешь, что с магглорожденными что-то не так? — Почему ты это спрашиваешь? — светлые брови приподнялись в удивлении, — Они опасны, ты же сама знаешь. — Подожди, подожди, — девушка замахала руками, а волосы окрасились рыжим, — Во-первых, они такие же как мы, между нами буквально нет никакой разницы, кроме того, что у них родители не маги. Голос Глиммер иногда переходил на визги, а в волосах даже начали появляться редкие красные пряди, которые, как догадалась Адора, не сулили ничего хорошего. — Во-вторых, — продолжила её новая знакомая, — Кто тебе сказал такую чушь? — Миссис Уивер, моя опекунша. И снова это молчание, но уже не такое тяжелое и давящее. — У тебя... — заговорила уже синеволосая Глиммер, слегка прокашлившись, — У тебя нет родителей? — Их не стало, когда я была совсем маленькой, — девушка отвела глаза и приобняла себя. — Прости. — Ничего, — Адора встряхнула головой, а затем немного улыбнулась — Ты не ведь не знала. Муж миссис Уивер погиб вместе с ними, поэтому она взяла меня к себе. — Послушай, — голос Глиммер был мягким, будто она объясняла что-то трехлетнему ребёнку, — Я понимаю, что твоя опекунша многое для тебя значит, но её слова, — девочка запнулась, ища подходящее слово, — неверны. В магглорожденных волшебниках действительно нет ничего смертельного. В голубых глазах отчетливо читался вопрос: "Кому же поверить?" Женщине, которая научила тебя всему, что она знала сейчас, но практически не выпускала за пределы особняка, или той, кого ты только встретила, но казалась такой уверенной в своих убеждениях? — Пойдем, — улыбнулась вновь розоволосая Глиммер, открывая дверь в купе, — познакомимся с тем мальчиком. Адора не знала. Не знала стоит ли верить кому-то помимо миссис Уивер, но всё же нашла в себе смелость для этого. — Снова здравствуй, — Глиммер уже сидела напротив паренька, лучезарно улыбаясь, — Прости, что наше знакомство было чуточку прервано, — тут она многозначительно взглянула на блондинку все ещë стоявщую в проходе, — нам нужно было обсудить кое-что. Темные глаза сквозь стекла очков удивленно метались от одной девочки к другой. — Я Глиммер, — снова подала голос розоволосая, — А это Адора. Она неловко помахала в знак приветствия, когда Глиммер указала на неё. — Боу, — всё же ответил мальчик, — Меня зовут Боу.

***

Адора бросила быстрый взгляд на своего друга. Боу изменился. Она уже никогда вновь не увидит в нём того застенчивого, неразговорчивого паренька с их первой встречи. Он теперь староста Гриффиндора, загонщик команды по квиддичу и один самых умных студентов факультета, если не всей школы, с кучей знакомых среди всех курсов и факультетов, даже из Слизерина. На его лице сейчас читалась уверенность и отвага, и она знала, что он сделает всё, чтобы защитить своих друзей. — А где же Блестяшка? — ухмыхнулась Катра, — Вы что, бросили нашу принцессу? Слизеринка не давала им забыть, что они тут посреди милой беседы между старостами. — Или же, — продолжила она и округлила глаза, притворно изумляясь, — О нет, не может быть! Она, что бросила вас, наконец-то поняв, что её друзья - парочка жалких идиотов? Боу дёрнулся, собираясь достать палочку, но Адора вовремя схватила его за руку. — Не стоит, — прошептала она, строго смотря в его глаза, — Не ведись на её провокации. — Почему же Адора? — всë не унималась Катра, — Разве ты не хотела поболтать со мной? Она вновь встретилась с хитрыми двухцветными глазами напротив, сердито хмуря брови. Катра, тронувшись с места, медленно покачивая бедрами, направилась к блондинке. Ей оставалось лишь наблюдать, как с каждой секундой слизеринка становилась всё ближе и ближе, пока отчётливо не стала видна россыпь веснушек на её лице. — Разве ты, — девушка провела тонкими пальчиками по плечу Адоры, имитируя шаги, — не хотела, — накрутила прядь светлых волос на свой палец, — услышать мой, — прижалась ещё ближе и, приподняв голову к уху, прошептала последнее слово так, чтобы его услышала лишь гриффиндорка, — голос. У Адоры по спине пробежал табун мурашек и пересохло во рту. Катра и прежде несколько раз нарушала её личное пространство при подобных стычках, один раз они даже всерьёз подрались, после чего вместе отбывали наказание у профессора Норвина. Но кажется в этом году всё было другим, неправильным и просто каким-то не таким как всегда. И сейчас она впервые не могла ничем ей ответить, не могла сострить, как сделала бы это в прошлом году. Адора лишь вслушивалась в стук сердца, не понимая, бьётся ли оно так сильно от того, что она не ожидала подобного или... от чего-то ещë? Казалось, будто они простояли так целые тысячелетия, прежде чем Катра отстранилась от неё и сделала пару шагов назад, всё ещё лукаво улыбаясь. — Увидимся в школе, Адора, — бросила она, перед тем как развернуться, и её силуэт скрылся за дверью в другой вагон. — Адора, — Боу осторожно окликнул её, — Ты в порядке? — Я... — девушка прочистила горло, прекращая пялиться на закрытую дверь, — Да, всё хорошо. Давай уже поскорее закончим с этим списком. Перед тем, как зайти в следующее купе, Адора замерла и обернулась ещё раз бросить взгляд на дверь, будто хотела убедиться в том, что Катра не вернулась и не прожигает её сейчас золотисто-голубым взглядом.