Не все могут короли...

      Земля тряслась под ударами копыт, и клубы пыли застилали все вокруг — королевская процессия возвращалась с охоты. Император ехал впереди обоза, уверенно держась в седле, и старался не показывать приближенным своей скуки. Легкое возбуждение, которое вызвали в нем несколько удачно подстреленных уток, быстро сменилось усталостью от всего этого шума и гама, и теперь Рику хотелось лишь оказаться поскорее в царских покоях. Наверное, староват он стал для таких развлечений… Дворец был еще далековато, а пока вокруг виднелись одни лишь грязные деревни. Однотипные домики с соломенными крышами, местные жители, что на трясущихся ногах падали ниц перед процессией — на все это мужчина взирал равнодушным взглядом давно привыкшего человека, закрывая свой крючковатый нос белым платком. Вокруг слишком сильно разило навозом! И нестиранной одеждой, и невычищенными выгребными ямами, и лежалым сеном, но вдруг… — Остановитесь! Повинуясь резкому взмаху руки, его спутники тут же придержали коней. "Откуда?" — единственный вопрос владел мыслями Рика, пока он, широко раздувая ноздри, вертел головой по сторонам. Белый платок, выскользнув из его руки, упал в грязную лужу под копытами лошади, но он даже не обратил внимания, спрыгивая со спины животного на землю. — Ваше Величество?.. На робкий оклик главного егеря он лишь раздраженно шикнул, продолжая принюхиваться. Среди всего этого смрада, вони и разложения он вдруг почуял что-то… совсем иное. Будто ветер донес до этого паскудного местечка что-то, чего здесь и быть не могло. Кисловато-сладкий запах, похожий на аромат игристого вина, с едва заметной примесью цветка, который ты сорвал в поле жарким днем, и в сердце у старого императора что-то ёкнуло так, как не ёкало ни разу за всю его долгую жизнь.       Его подданные перешептывались, глядя на Рика с недоумением, но ему было все равно. Он шел на этот дурманящий мысли запах, не думая ни о чем, перепрыгнул, как заяц, низкий заборчик очередного крестьянского хозяйства… И, наконец, нашел. Осознание того, что его судьба только что свершилась, Рик воспринял на удивление спокойно. Лишь только слегка удивился, увидев на заднем дворе этого дома тощего, совсем еще юного омежку, который, едва удерживая огромные вилы, цеплял ими сено на корм лениво мычащей в загоне корове — но разве с замыслом Вселенной спорят?.. — Ваше Величество, что-то случилось? Он решил все сразу же, как только увидел его. И, показав пальцем на растерянно хлопающего глазами мальчишку, Рик отдал приказ своим сопровождающим: — Сейчас же доставить во дворец!

***

      Ожидание что-то слишком затянулось. Рик уже волновался меньше — наверное, потому что прилично выпил перед встречей, и все равно весь извелся от скуки, прежде чем в дверь его покоев постучали. — Ваше Величество, прошу, — низко склонившись, слуга подтолкнул в спину мальчишку, заставляя его войти, и ушел, пятясь назад. Тяжелая дверь с грохотом захлопнулась, оставляя их наедине. Испуганный взгляд омеги заметался по роскошной комнате, которая точно оказалась больше всего его бывшего дома, по золотой лепнине на стенах и безделушкам, расставленным тут и там — и только потом, опомнившись, он неуклюже поклонился, явно стараясь скрыть свое напряжение. — В-в-ваше… Ваше Величество?.. Рик ответил легким кивком головы, позволяя продолжить, и юноша, сглотнув, тихо спросил: — Я-я… я н-ни в чем не виноват! Я н-не совершал никаких преступлений, т-требующих Вашего суда, и… и п-почему меня так одели?.. Хороший вопрос — в ответ на него император лишь прищурился, ощупывая омегу взглядом с ног до головы. Слуги переодели гостя в полупрозрачные короткие штанишки из легкой ткани и расписанный причудливой вышивкой бархатный жилет — поскольку больше одежды на нем не было, практически все оказалось открыто взгляду Рика. Его явно хорошо причесали, но против природы не пойдешь — волосы этого омеги вились мелким бесом, особенно у шеи и рядом с ушами. Шатен, кареглазый, низенький… Почти еще ребенок! Этот факт вызывал некоторое смущение, но весьма гибкий в вопросах морали император старался ни о чем не думать, пристально разглядывая хрупкую фигуру омеги, голые ножки и тяжело поднимающуюся с каждым вдохом грудь… — Ты не заметил, что я — твой Избранный? Все вдруг затихло — наверное, даже ветер за окном прислушался к реакции мальчишки. — Н-нет… нет! Замотав головой, омега попятился назад, уперевшись лопатками в холодное дерево дверей. — В-вы… вы, н-н-наверное, ошиблись, — залепетал он, бегая глазами по сторонам. — Э-этого не может быть, в-вы, наверное, шутите!.. — Ты что, оспариваешь правоту своего Императора? Этого вопроса в королевстве боялись все без исключения, вот и омега прикусил язык, загнанной лисицей вжимаясь в дверь. — Иди сюда, — вздохнув, старик похлопал по матрасу рядом с собой. — Иди, я не кусаюсь! Он уже издалека слышал, как стучат у его маленькой находки зубы. — Как тебя зовут, дитя? Рик честно старался держать себя в руках, но, стоило только источнику этого запаха подсесть рядом, как внутри все перевернулось. — М-морти… Мортимер С-смит, Ваше Величество… — Давай без официоза, — прошептал он, придвигаясь чуть ближе. — Можешь звать меня просто Рик… Сколько тебе лет? — Ш-ш-шестнадцать, В-ваше… Р-рик… Нда, все-таки маловато — впрочем, не то чтобы императора это могло остановить! Точно не в случае, когда ты встретил свою судьбу… — А чем ты занимаешься по жизни, М-морти? Какое-то семейное дело? Ремесло? Или… Он взял парня за руку, и тот, явно смутившись, отдергивать ее не стал — тонкие пальцы оказались сплошь покрыты мозолями. — Я… я п-помогаю отцу, — Морти пожал плечом. — Работник из м-меня неважный, н-но я стараюсь… Наконец-то расслабился хоть немного и перестал трястись, как преступник при виде плахи — ненавязчивыми вопросами Рик подталкивал Морти на рассказы о себе, о старшей сестре, о родителях, о том, какую скотину они держат у себя в хозяйстве, и начал постепенно съезжать на тему, которая интересовала его больше всего. — А на танцы ты ходить любишь, М-морти? Альфы часто приглашают? — Н-нет, что вы, — Морти скромно опустил взгляд. — Если родители узнают, что я путаюсь с альфами, убьют н-на месте… — Это они зря, — Рик положил руку ему на плечо, с удовольствием отмечая нежность кожи у себя под пальцами. — Ты ведь уже вошел в возраст, так? У тебя уже была течка? Этот невинный вопрос заставил омегу, вскрикнув, испуганно отстраниться. — В-вы… вы н-не можете задавать такие вопросы! — залепетал он, краснея, будто спелая вишня. — Э-это совершенно неприлично!.. — Я могу все, — Рик прищурился, ухмыляясь. — А ты не имеешь права соврать своему Императору… Отвечай, мальчишка. Была или еще нет? Немного помявшись, Морти замотал головой, не отрывая ладоней от пылающего лица. — А-а зачем вам это з-знать?.. — Нужно, — Рик подтолкнул омегу, заставляя его упасть на мягкий матрас. — В конце концов, ты же мой Истинный… Переворачивайся! Послушно устроившись на животе, Морти только спустя несколько секунд призадумался, сведя брови. — А з-зачем это нужно? — подозрительно спросил он, наблюдая за тем, как старик берет с тумбочки заткнутую пробкой бутылку. — Я хочу кое-что проверить… И, зажав бутылку между колен, Рик взялся за пояс штанов парня, стягивая их вниз. — Не бойся, больно не будет! Конечно, Морти это вовсе не понравилось. Возмущенно взвизгнув, он попытался прикрыться, но Рик, без труда удержав его руки, прошептал: — Приказы Его Величества не обсуждаются, помнишь?.. Это был всего лишь осмотр — ничего страшного. Вытащив пробку из бутылки зубами, Рик спросил: — А это еще что? — проведя пальцем по едва заметным, явно уже заживающим красным полосам на коже, и от прикосновения Морти вздрогнул — наверное, все еще болели. — М-мой… мой отец недавно разозлился на меня… з-за то, что я потерял овцу на пастбище, — и, обернувшись, юноша широко раскрыл глаза. — Э-эй, что вы д-делаете?! — Осматриваю тебя, — Рик щедро вылил масло из бутылки на руку. — Разве не видно?.. Он сделал все максимально аккуратно. Даже просунул палец внутрь только на пару сантиметров, медленно ощупывая пульсирующие стенки дырочки, а этот глупый ребенок все равно трясся и хныкал, как будто его убивали! — Ммм, как туго… Похоже, у тебя и правда никого еще не было, — вздохнул Рик, закрывая глаза и еле сдерживая желание вставить в маленького омегу кое-что другое. — Н-но… но при этом податливо, а значит, ты созреешь довольно скоро! Как знать, может, это случится через несколько месяцев, а может, и завтра… Морти лежал неподвижно — только плечи тряслись. И лишь только когда Рик, закончив осмотр, отошел к кувшину с водой, чтобы омыть руки, он вскочил, натягивая одежду дрожащими руками… — З-завтра? Через несколько месяцев?! Он всхлипнул, и на глазах опешившего Рика по круглым детским щекам градом покатились слезы. — В-вы… вы врете, Ваше Величество, н-никакой вы не Избранный, в-вы… вы просто животное! Я здесь больше ни минуты не останусь!.. И, подбежав к дверям, он начал беспорядочно дергать за ручки, заставляя их жалобно звенеть. — Не хочу! Не хочу! Не хочуууу!.. И, догадавшись наконец-то толкнуть двери вперед, этот полоумный выбежал прочь из покоев Императора, шлепая босыми ногами по плитке и оглашая все коридоры дворца своим рёвом…