(Той ночью)
Чертовская боль, пуля вероятно застряла внутри, поэтому так ужасно болит. Хенджин просто хочет дотянуться до дырки в своем животе и выковырять кусок металла голыми руками. Он хочет, чтобы боль прекратилась... — Малыш, ты слышишь меня? Ты должен оставаться в сознании... — голос мягкий, но в нем прослеживаются нотки паники. Он открывает глаза, пытаясь сфокусировать зрение - побочный эффект потери крови. Его несут на руках, Чан прижимает к себе даже слишком крепко, и его пальцы слишком сильно впиваются в его кожу. Лифт сигнализирует о прибытии на этаж, и дверь открывается, дыхание старшего сбивается.*
Половица скрипит, и Хенджин резко просыпается, тут же потянувшись к своему оружию. — Это я, Хенджинни. Все хорошо, — знакомый голос пробивает до мурашек вдоль позвоночника. — Тебя ведь здесь нет на самом деле, — наконец отвечает он в пустоту, — Ты мертв. — Я должен был увидеть тебя. — Тогда покажись. — Ты мне нужен, Хенджин, — голос звучит эхом, — Пожалуйста.***
Хенджин подрывается на кровати, незамедлительно хватает лезвие и ведет им по тыльной стороне руки. Капля крови срывается вниз, оставив красную дорожку. Он действительно проснулся. Его кошмары с каждым разом становятся все хуже, с тех пор как они вернулись после той ночи. Как будто ложные сведения и вопиющий провал их миссии украли надежду, за которую он так отчаянно цеплялся. На часах 4 утра, и он не может не задаваться вопросом, сможет ли он когда-нибудь снова проспать всю ночь, хотя сейчас он на удивление отдает отчет всему происходящему вокруг. Он встает с постели, быстро натягивает толстовку, и снова садится на кровать, скрестив ноги. Он вспоминает, что Чан в его сне выглядел нервным. Он хмурится, отчаянно пытаясь найти хоть что-то в воспоминаниях, остатках своего раненого, почти полностью выбитого из колеи сознания.***
— Да, я знаю, но, черт возьми, ему нужен врач! — все тот же успокаивающий голос теперь пронизан гневом, и даже сквозь затуманенное сознание, Хенджин задается вопросом, что могло так вывести его милого, заботливого парня. — Черт, я не знаю. Но я не позволю ему умереть, черт подери! — количество чертыханий в речи Банчана отражает уровень его злости. Мир растворяется, и Хенджин чувствует, как мягкие губы прижимаются к его лбу. Это похоже на прощание.***
Джисон спит. Или, точнее, спал несколькими секундами ранее, когда дверь распахнулась настежь. — В чем дело? — внезапный свет слепит глаза. Хенджин даже не спрашивает разрешения, когда он врывается в комнату. — Извини конечно, но какого..? — парень прикрывает глаза рукой. — Он знал, что они нас поджидали той ночью? — обычный вопрос заставляет Джисона поднять взгляд. — Чего? Выглядишь так, будто призрака повстречал. — Он. Знал? — Все не так просто. — Да к черту это. Знал или нет? — Хенджин выкрикивает, и Джисон знает, что нечто темное где-то глубоко внутри готово вырваться наружу. — Да. В комнате повисает тишина, и Хенджин пытается осмыслить информацию. — Он стрелял в тебя. Мир снова разваливается на кусочки.***
(День последней миссии)
Чан наблюдает за подготовкой Хенджина с легкой улыбкой, он красивый даже сейчас, когда пристегивает несколько клинков к талии. — Я чувствую как ты пялишься. — Не могу устоять, — подмигивает Банчан младшему. — Я люблю тебя, — он навсегда запомнит, как просиял Хенджин, когда сказал эти слова. — И я люблю тебя, — Чан притягивает его к себе и быстро целует. Их прерывает стук в дверь. — Пора идти, босс. Чан не выпускает Хенджина и кивает. — Спасибо, Кики. Девушка лишь элегантно кланяется - формальность, которую Банчан так и не смог заставить ее отбросить, сколько бы дел они ни вели вместе. — Она настолько покорена тобой, — тихо хмыкает Хенджин. — Заткнись, — в этот раз поцелуй более глубокий, и он не хочет его отпускать. Проходят минуты, прежде чем Чан отстраняется. Время пришло. Он должен спасти Хенджина.