a gun to your head, love

Прошла неделя. Прошла неделя с того момента, как его мир был разрушен. Почти 4 часа утра, а Хенджин не может спать из-за кошмара, один и тот же сон повторяется каждую ночь с тех самых пор. Я не могу сделать это без тебя.

***

(Той ночью)

— Хенджин, мы должны идти! — НЕТ, ГДЕ ОН? — Хенджин знает, что кричит, но его это не волнует. — Пожалуйста, Хенджинни, пойдем, — голос более звонкий, и мягкая рука опускается на его плечо. Юна. — Я не могу... Я должен найти его... Я должен помочь. — Хенджин, он... — Минхо замолкает, не зная, как закончить предложение, — Мы вернемся за ним. — Нет, я ему нужен, я должен... — сильные руки обхватывают его за грудь и оттаскивают, Хенджин хочет вырваться и сбежать, но его тело словно выбилось из сил. Он позволил увести себя прочь. /// На часах почти 6 утра, когда они вернулись. Хенджин чувствует себя глупцом, так как они ищут его следы уже несколько часов, проверяя каждый квадратный метр порта. Они не нашли его. W украл даже это - шанс проститься с ним. — Если они забрали его, он может быть жив... — говорит тихо Джисон, но для Хенджина это пустые надежды. Он закрывается в комнате, и никто не смеет его тревожить.

***

Все тот же ужасающий крик он слышит каждый раз, как только осмеливается закрыть глаза, и он эхом звенит в его ушах. Он вздыхает и тянется к мягкой кофте с длинным рукавом, скрывая за ней темно-фиолетовые синяки, пятнами проступившие на его бледной коже. Он замечает свое отражение в зеркале, в рассеянном лунном свете его легко принять за призрака. Может я призрак без тебя, Чанни. Хенджин поднимается на карниз и смотрит в открытое окно. Это же так легко - шагнуть вперед и покончить со всем этим. Он колеблется, затем делает глубокий вдох, подтягиваясь и забираясь на крышу. Минхо каждую ночь выставляет охрану у его двери на случай побега, но никто не мог предугадать новую привычку Хенджина лазить посреди ночи по крышам. Луна красивая, и здесь, в одиночестве, Хенджин позволяет себе расплакаться. /// Джисон трет лоб, отсутствие результатов и бессонные ночи делают его подавленным. Не то чтобы Минхо выглядел лучше. — Все еще ничего? — Думаешь, я сидел бы здесь, если что-то нашел? — огрызается он, и спешно повторяет еще раз, что это не на него он сердится. — Прости, — вздыхает он, прежде чем продолжить, — Они словно исчезли с лица Земли. — Что заставило тебя думать, что он... ну, ты знаешь. — W схватил его. Зачем бы им понадобился труп? — Они могут попытаться втянуть нас в еще одно открытое столкновение...или это сделано для того, чтобы не дать нам его похоронить - по крайней мере, так, кажется, думает Хенджин. — Как он? — Каждую ночь пробирается на крышу. Он как зомби... — Джисон замечает искреннее беспокойство, скрытое за его собранным выражением лица. — Мы бы могли рассчитывать на его помощь. — Он отказывается что-либо делать...он уже в трауре. Я думаю, ты должен найти доказательство того, что Чан жив, для него... — Я не знаю, куда нам двигаться дальше... Кажется мне, я не смогу найти их. Он мой лучший друг... или, может, был им. Я уже и не знаю, — на мгновение Джисон теряет контроль над своими эмоциями. — Ты в порядке? — спрашивает тихо Минхо с необыкновенной теплотой в голосе. — Нет, но пойдет, — их глаза встречаются, когда он поднимает голову. — Иди спать, ты бодрствовал несколько дней. Я отправлю других. Мы найдем его.

***

Прошло около 3х дней, когда Хенджину составили компанию на крыше. Его уши уловили звук, как кто-то быстро взбирался наверх, но он даже не стал оборачиваться... Может, ему наконец подвернулась удача, и его убьют. — Эй, Хенджин, — легкий акцент донесся до него, сжимая сердце стальной хваткой. Он поднял взгляд, почти с надеждой, но через секунду уже снова опустил голову. Это был Феликс. Он кивнул. Минуты молчания прошли прежде чем австралиец подтолкнул к нему коробку с едой. Хенджин даже не притронулся к ней. — Я скучаю по нему... Мы вернем его обратно, — эти слова заставляют сердце Хенджина болезненно заныть, но его тон совершенно ледяной. — Он мертв. Дальше идти некуда, — он проговаривает каждое слово так, словно его ударяют ножом снова и снова. Он мертв. Чан мертв. — Мы все еще ищем новое убежище W, — упоминание этого имени заставляет желудок Хенджина переворачиваться. Там скрывается что-то темное, ужасающе злобное. — Вы справитесь, — он пожимает плечами. — Притворяться, что тебе на все плевать, тебе не к лицу, — слова Феликса внезапно резкие, — Я знаю, что это не так. Прости, что веду себя с ним так ужасно, Чанни... Хенджин выдавливает из себя улыбку, она фальшивая, но она на его лице. — Спасибо, Феликс.

***

Проходят еще два дня, и слабый свет растущей луны снова находит Хенджина на крыше, едва ли отдающего себе отчет в том, что он смотрит в одну точку вот уже целый час. Длинное лезвие в руках ощущается знакомым, и крутится в его пальцах почти естественно. — Что ты хочешь? — он не оборачивается к человеку, стоящему сзади. Джисон вздыхает, подходя к краю крыши, и Хенджин не возражает, когда он садится рядом. Он протягивает ему пиво. — Выпей. Хенджин вскидывает бровь, а затем открывает банку, внимательно осмотрев Джисона. — Выглядишь паршиво. — Ты тоже, солнышко. — Ты знал, что когда он думал, что ты мертв, он пытался убить себя? Я нашел его тогда, когда его желудок был набит таблетками, которые были запиты бутылкой водки. Я держал его голову всю ночь, пока его рвало снова и снова, избавляя его организм от всей этой гадости... — когда Джисон заговорил, Хенджин готов был поклясться, что в его легких не осталось воздуха, — Когда на следующий день он наконец пришел в себя, все, что он мог сказать, это то, что он не знает, как жить дальше. Поэтому, когда поступило предложение, мы ушли вместе с W. — Почему ты мне это сейчас рассказываешь? — С меня хватит. Я видел, как он тонул в кокаине и алкоголе каждую ночь в течение нескольких месяцев, пытаясь отпустить тебя и терпя неудачу, потому что он так и не попрощался с тобой. Мысль о твоей смерти убивала его снова и снова, — Джисон поднимает голову и смотрит Хенджину в глаза, продолжив, — Возможно, я твой не самый большой поклонник, но мы оба любим его. Если он мертв, мы должны найти его, чтобы достойно проститься и двигаться дальше... Если он жив, он нуждается в нас. Я нужен тебе, Чанни? — Я не знаю, смогу ли, честно, — Хенджин отвечает, и боль его так сильна, что он не может из-за нее дышать. — Никто не просит тебя быть в порядке, Хенджинни. Давай убьем этих ублюдков.

***

Прошло 4 дня с момента разговора Хенджина и Джисона на крыше, и ночь застала Хенджина в тренировочном зале. Автоматическая система выбрасывает мешки с песком с почти нечеловеческой скоростью - отличный тренировочный инструмент для стрельбы по движущимся мишеням. Хенджин бросает ножи, по три за раз, и мешки с песком падают вниз разорванными. Перед броском он делает сальто вперед, и каждый раз попадает в яблочко. Когда он вчера впервые спустился сюда, он запер свои эмоции в хранилище и выбросил ключ, позволив себе чувствовать только одно - ярость. Кто-то прочищает горло в дверном проеме, и он даже не удосуживается посмотреть, когда бросает ножи, каждый из которых приземляется всего в сантиметрах от головы новоприбывшего. — Эй! Полегче, — Минхо угрюмо на него смотрит, прежде чем войти. — Прости. — Я знаю, ты не хотел, — вздыхает Минхо, — Послушай, Хенджин... — Что? — неуверенные нотки в его голосе заставляют Хенджина что-то заподозрить. — Возможно, шансов мало, но если информация верна, мы нашли одно из их новых укрытий. — Вы что? — оставшиеся ножи со звоном падают на пол. — Я отправлю кого-нибудь завтра на разведку... — Я хочу пойти, — пульсирующая в ушах кровь оглушает Хенджина. — Я не могу тебе это позволить. Я обещаю, когда у нас будет более точная информация, мы сделаем все возможное, чтобы найти его... Но я не могу рисковать и дать W схватить тебя тоже, — тихо отвечает Минхо, — Пожалуйста, Хенджин, хотя бы в этот раз послушай меня. Хенджин смотрит на него пристально, почти безнадежно, а затем кивает. Я буду ждать, Чанни...

***

Сама попытка поднять веки кажется Чану вечной борьбой. Свет атакует его чувствительные глаза. Ему удается поднять голову и осмотреться. Где я, черт возьми, нахожусь? Белая комната невероятно просторна и чиста. Неужели это больница? Но где же все? Где врачи? Где Хенджин? Хенджин... его тело немедленно реагирует, беспокойство закрадывается в душу. — Выглядишь растерянным, — голос пугает его. Он поворачивается. — Ты мертва, - говорит он, в упор глядя на вновь прибывшего. — Ты не должен говорить об этом так прямо, — Кики кажется обиженной, и когда Чан присматривается к ней, он замечает длинную, все еще кровавую рану на ее шее, едва прикрытую грязными обесцвеченными волосами. Какого черта... — Где я? Девушка смеется, и этот смех несчастный и пустой. — Я не знаю, Чанни. — Я умер? Это рай? — вопрос звучит глупо даже для него, но он не может не задать его. — Серьезно? — она закатывает глаза. — Почему ты здесь? — Видимо, - поверь, меня это тоже удивляет, - ты хочешь, чтобы я была здесь, — Кики вздохнула, опустившись на пол, и выжидающе уставилась на него. — Хенджин убил тебя. — Да. Хреново, не так ли? — Чтобы ты знала, Кики, мне все равно, если ты мертва... Я не собираюсь прощать тебя за то, что ты сделала. — Да, без проблем. — Где мы? — Я все еще не знаю, Чанни. — Как я вообще с тобой разговариваю? Ты призрак? — Ты задаешь неправильные вопросы, - глаза девушки сверкают от разочарования. — Почему я здесь? — Чан пробует снова. — Уже ближе, милый. Что ты помнишь? Парень хмурится, заставляя работать свой затуманенный мозг. Выстрелы... Вооруженные люди повсюду... Хенджин... Потом ничего. — Я умер? Кики с сожалением улыбается ему. Он оглядывается вокруг. Здесь чисто, спокойно, он мог бы представить, что останется здесь. Наконец девушка заговорила, прерывая молчание. — Ты можешь остаться здесь. Просто ложись. Когда он позволяет своему телу упасть обратно, на мгновение он полностью чувствует себя вымотавшимся. — Я так устал, Кики. — Разве не все мы? — вздыхает она и тоже ложится на кровать. — Ты действительно здесь? — Может быть, да... может быть, все это происходит в твоей голове. В любом случае, ты должен сделать выбор, Чанни, — ее голос звучит в его ушах, но когда он поворачивает голову в сторону, он оказывается один. Кровать теплая, мягкая и безопасная... Но этого недостаточно. Без тебя нет рая, Хенджин.

***

Хенджин считает. 135. Пять мотоциклов исчезают в ночи. Стремительно, как стрела. 349. За ними проезжают еще два. 662. Голубой свет сияет вдалеке, но через мгновение гаснет. Хенджин спрыгивает с крыши, элегантно приземляясь рядом с темной фигурой на заднем дворе. Джисон молчит, просто предлагая ему сесть. Мы едем, Чанни... Джисон едет безрассудно быстро, и Хенджину приходится сосредоточиться, чтобы не упасть с мотоцикла. Странный, неописуемый гнев, вибрирующий в нем, оставляет соленый, металлический привкус во рту. Хенджин приветствует желание убивать как старого друга.