empty sound

⚡

Иногда ты смотришь в окно, на постоянно куда-то спешащих прохожих, неуспевающих насладиться жизнью в погоне за деньгами и славой, и невольно начинаешь сравнивать себя с ними, понимая, что ты тоже хочешь многое сделать, а времени на это не остается то из-за учебы, то из-за работы или каких-то других причин, а жизнь так и проходит, делая тебя все старше и старше, а потом - конец. Странные мысли, будто норовят сделать из тебя философа, а ты все продолжаешь смотреть в это чертово окно, забывая о ходе времени, а когда возвращаешься обратно, то первое, что видишь - Ким Тэхен, все так же улыбающийся своей квадратной улыбкой. Именно тогда осознаешь: " Вот ему точно нельзя становиться философом - будет слишком стремно и неправильно". Именно к такому заключению пришел Чимин, вернувшись из недр своих мыслей обратно в сеульскую больницу. - Ты когда уснуть успел? - Пак перевел взгляд на друга, поудобнее усевшись на стуле - И почему только ты такой живучий? Любой на твоем месте подох бы уже еще в прошлый раз. - усмехнулся омега, тыкая Кима в бок, от чего тот тут же кривит лицо, хватая за палец ухмыляющегося Чимина, и заливается смехом. - Я не подохну ни за что! Пусть стреляют сколько хотят,а выживу на зло тебе! - показывает язык Тэхен, пытаясь спрятаться за своей курткой и защищая себя от внезапной атаки щекоткой. Смех наполняет комнату, сменяя привычную устало-тяжелую атмосферу легкой и по-своему родной, заставляя вернувшегося с картой пациента доктора, стоящего в проходе, улыбнуться, и на некоторое время засмотреться на эту по-детскому умиляющую картину, пока, опомнившись, он не заходит внутрь. Его кашель, заставляет двух разбушевавшихся омег успокоиться и внимательно посмотреть в его сторону. - Я вижу, вы окончательно пришли в норму, Ким Тэхен. - врач поправил очки и сел напротив пациента, возвращая обратно ощущение того, что ты находишься в больнице и никуда, к огромному сожалению, тут не денешься. Не поможет даже гипс, снятый пару дней назад. В кабинете же повисла немного неловкая тишина, нарушаемая лишь шуршанием переворачиваемых листов документа. Доктор, полностью осмотрев омегу, что-то записал в карту, и поставив точку вернулся к разговору. - В целом, твое состояние довольно хорошее. Теперь ты можешь идти на все четыре стороны и не появляться здесь больше. - заключил доктор, закрывая все бумаги, и кивает Тэхену на дверь. Тем, что Ким подорвался с места, сразу после того, как поблагодарил альфу, никто не был удивлен. Только представьте, что вы ждали этого момента целых два месяца, а теперь в кое-то веке можете со спокойной душой вновь делать что вздумается и не париться по поводу того, что надо опять идти в эту уже порядком надоевшую больницу. Может, многие бы и отреагировали поспокойнее, но только не Ким Тэхен, вновь получивший долгожданную полноценную свободу. Это даже забавно, что вообще существуют настолько редкие и необычные люди, как он. Чимин, быстро поклонившись доктору, подскочил вслед за другом и со всех ног побежал его догонять. И почему обычная выписка превратилась в какой-то марафон он, конечно, не знал, но одно было понятно точно - Тэхена нужно срочно догнать, а то он опять окажется в центральной больнице сеула, так и не успев оттуда нормально выписаться. - Ты че встал? - прыскнул возмущенный Чимин, врезавшись в резко остановившегося посреди улицы Кима и чуть не грохнувшись вместе с ним на мокрый после недавно прошедшего дождя асфальт. - Я хочу кофе. - задумчиво произнес омега, завороженно смотря на свою любимую кофейню - Да, и ты орал на всю округу, чтобы я остановился. Ну вот - я стою, как ты и хотел. - Серьезно?! - закатил глаза Пак, пытаясь успокоиться, чтобы "случайно" не врезать этому идиоту - И когда только ты стал таким нудным. Да, и что я сделал в прошлой жизни, что ты свалился на мою голову - он вздохнул, заходя в помещение вслед за Тэхеном, уже, казалось, не слушавшим его, а спокойно выбиравшим себе десерт к кофе. - Хену, два айс-латте и два шоколадных торта - сделал заказ Ким, приветливо улыбнувшись знакомому работнику - Чим, ты слишком много думаешь, будь проще. И я не зануда, а говорю то, что есть. Давай лучше поедим тортик, а? Здесь Тэхен был постоянным клиентом и уже давно успел стать частью этого места. Его знал весь персонал, включая самого хозяина, с которым они частенько беседовали обо всем подряд за чашкой любимого кофе. Поэтому теперь представить жизнь этого заведения без него было просто невозможно. - Прекрати в кое-то веке шуметь и дай окружающим спокойно посидеть - Чимин взял в рот ложку с его любимым тортом и откинулся на спинку стула, пристально смотря на все никак не успокаивающегося друга. - Смотри, там Юнги - Тэхен помахал идущему снаружи Мину, который как только увидев его, сразу повернул к кофейне. Темно-серые тучи затянули небо, закрыв собой собой приветливо светившее солнце и опуская на город тоскливую темноту. Внезапно начавшийся дождь забарабанил крупными каплями по крышам зданий, а длинные мокрые полосы поползли по окнам заведения, вырисовывая причудливые зигзагообразные линии. Такая погода - самое то для душного и пыльного города, жаркая солнечная погода которого иногда настолько ужасна, что хочется свалить отсюда куда-нибудь, и не оглядываясь оставить все позади. - Привет, Мини - протянул руку Чимин, поворачивая голову в сторону подошедшего сзади немного промокшего Юнги - Ты чего здесь делаешь? У тебя вроде пары должны быть сейчас. - Свалил. Слишком лень было слушать лекции по лор болезням - скука смертная. - омега взял соседний стул и сел за стол, попутно заказывая себе десерт и кофе. - Ты все так же неожиданно появляешься в поле зрения, Юнги - хмыкнул Тэхен, отпивая любимый напиток и задумчиво смотря на дорожки капель на прозрачном стекле. - Я так и знал! - подскочил с места Мин, уперевшись руками в стол, заглянул Киму в его глубокие голубые глаза - Ты тогда просто не мог бежать и случайно упасть с крыши универа! Ты определенно хотел подохнуть, суицидник хренов. - Юнги, может успокоишься, а? Понабрался от Тэхена, тоже мне. А раньше ты был прямо ледяной глыбой. Не скажу, что было лучше, но раздвоения Тэхена мне точно не надо! Чимин сейчас походил на мамашу двух чересчур шумных близнецов, пытающуюся заткнуть их обоих, попутно извиняясь перед окружающими за излишнее беспокойство. Но, к его огромному сожалению, абсолютно все попытки утихомирить таких человеков либо пойдут псу под хвост, либо не приведут ни к чему хорошему, а только усугубят ситуацию. Именно поэтому Чимин прожигал взглядом обоих ровно до тех пор, пока омег это не достало и они не решили сделать так, как их просят. - Слушайте, - прервал образовавшуюся тишину Юнги, заставляя остальных перевести на него заинтересованные взгляды - короче, в выходные у меня вечеринка. Придете? - Звучит круто - кивнул головой Тэхен, загоревшиеся нетерпением глаза которого все уже говорили сами за себя, но все равно сказал, ни разу не задумавшись над ответом - Я в деле. - Я тоже - Чимин внимательно посмотрел на Кима, облокотившись на руки и пытаясь что-то сообразить, продолжил - А что с работой? Начальник же грохнет, если не придешь во время, к тому же и без денег оставит на пару месяцев. Мне снова придется тебе взаймы давать? Я и так помогал тебе целых два месяца, поэтому теперь давай сам. - Разберусь как-нибудь. Может, закончу пораньше. - Тебе поздно вечером надо идти. Тут пораньше не получится, да и придешь ты только тогда, когда все уже в хламину будут. - заметил Чимин, устало вздыхая и потирая переносицу пальцами. - Так не интересно... - протянул Мин, откидываясь назад на спинку стула - Без тебя будет уже не так. А перенести твою работу - никак? - Ну не знаю, но скорее всего решение этому точно будет уже завтра, поэтому на вечеринке я безусловно буду. - заключил Тэхен, улыбаясь и загадочно подмигивая Чимину. - Ну, тогда договорились. - встав со стула, протянул руку Юнги - А теперь мне пора бежать. Отец убьет за прогул. Пока. - пожав остальным руки, он выбежал из кофейни, брякая стеклянной дверью с выделенной курсивом красивой надписью "Coffe Autumn". По помещению раздался звук дверного колокольчика, оповещая о приходе еще одного посетителя, которого впопыхах чуть не сбил Мин, забывший про то, что он должен был уже давно появится на оставшихся парах, словно никакого прогула и не было вовсе. Тэхен, наконец, допивший, казалось, бесконечный кофе, накинул любимое бежевое пальто и вместе с Чимином вышел из заведения, негромко хлопая дверью. На улице же до сих пор лил дождь, прохожие все так же куда-то торопились, попутно пытаясь спастись от дождя, а на столике в кофейне теперь лежал оплаченный счет и пустые тарелки из-под любимого шоколадного торта.

⚡

Дождливые дни - лучшие дни на свете, создающие свою по-особенному прекрасную атмосферу. Они - отдельная и самая чудесная эстетика, которая только существовала и существует до сих пор. Говорят, что если ты предпочитаешь ее солнечным дням, то ты разбит изнутри - глубоко-глубоко в душе, настолько далеко от всех, чтобы никто и никогда не узнал, пока ты этого не захочешь. Может быть, это и так, даже спорить по этому поводу не хочется. Зачастую, всегда самые веселые люди, для всех во всем видящие только хорошее, чувствуют себя именно так, скрываясь под маской радостного дружелюбия. Не известно, стыд это, забота о психическом состоянии других людей или же излишняя отчужденность, но когда ты являешься именно таким человеком, то не хочется, чтобы окружающие видели тебя таким - страдающим, разбитым, с израненной душой. Лишь ничтожно малому количеству людей можно полностью открыться, перестав прятать настоящего себя, боясь вновь быть раненым и разрушенным. - Ты уверен, что справишься со всем в одиночку? - обхватив фильтр губами, Чимин сделал затяжку, выдыхая едкий сигаретный дым - С таким количеством лжи не каждый сможет справиться. Не думаешь, что лучше все рассказать Юнги, пока не стало поздно. Однажды он просто не сможет простить тебя. Ты ведь знаешь это. Тэхен стоял на балконе своего пентхауса, освещенный светом ночного города, казалось и не собиравшемся засыпать, многие еще до сих пор не вернулись домой после тяжелого рабочего дня, кто-то только ехал на работу, ожидая тяжелую рабочую смену. Наверху всегда спокойнее - не слышно шума огромного города, не ощущается вечная суета жизни. Свет бело-голубой луны падал ему на лицо, очерчивая каждый сантиметр мраморной кожи. Он был, словно богом красоты, обладающим собственной эстетикой, чем-то напоминающей все тот же бесконечно красивый дождь. То, что в такие моменты невозможно было оторвать от него взгляда - ничего не сказать. - Знаю, но - Тэхен задумчиво потер переносицу, и обхватив сигарету губами, сделал глубокую затяжку - я не хочу ему рассказывать о своей работе, как бы глупо это не звучало. Я не хочу вмешивать его в мои проблемы, с которыми я и в одиночку справляюсь. Он не должен в это лезть. - Смотри, не пожалей потом об этом. - Чимин протянул бутылку Киму, устраиваясь рядом и попутно открывая свою. - Кто знает, что случится в будущем. - сказал Ви и повернул голову в сторону омеги - Главное делать все, что в наших силах в данный момент. - Философа включил значит. - вздохнул Чимин, отпивая пиво из своей бутылки - Привет, Ви. Почему с Тэхеном поменялся? - Я тоже поговорить хочу. Я все-таки тоже человек. - Ви улыбнулся и поднял голову наверх - Ночное небо прекрасно как всегда. Он замолчал, смотря на звездное небо, будто мысленно растворяется среди них, такой же спокойный, красивый, но в то же время такой одинокий. Казалось, если бы он был звездой, то именно такой - самой яркой, прекрасной, но безмерно холодной, потерявшей все свои чувства. Иногда невольно задумываешься о том, что было бы если бы Тэхен и Ви стали вновь одним человеком? Что бы тогда получилось? Каким бы тогда был Тэхен и что стало бы с Ви, уже давно ставшим частью большой семьи ТОТ. На эти вопросы пока нет ответа, да и сейчас нет необходимости задумываться об этом. - А ты не меняешься. - Чимин задумчиво посмотрел наверх, разглядывая яркие огоньки отдаленного темного неба - И не надо. - Я и не собирался. - Ви вернулся с небес на землю, делая глубокую затяжку сигаретой - Что на счет завтрашней работы? Все уточнили по времени и стоимости? - Да. - сложив руки на груди, Чимин облокотился на стеклянные перила, выдыхая едкий дым, белым паром разлетающийся по холодному воздуху, смешиваясь с ним и оставляя характерный сигаретный запах - Завтра в восемь цель будет в своем пентхаусе, а что касается оплаты, то заказчик предложил несколько лямов за идеально выполненную работу. Точную стоимость уточнишь у босса. - Хорошо. Я все сделаю. Сделав последнюю затяжку, Ви бросил сигарету в черную маленькую пепельницу, стоящую напротив него, и вдохнув свежего ночного воздуха, уже собирался вернуться обратно в дом, когда его остановил Пак. - Ты чего? - удивился он, оборачиваясь на омегу - Это, Вил, ну, - протянул Чимин, пытаясь правильно выстроить мысль в своей голове. - нас позвали на вечеринку, а я хочу, чтобы Тэхен тоже успел, поэтому мог бы ты закончить с работой чуть пораньше? Неловкая тишина, вызванная долгим молчанием обоих сбивала с толку, медленно вводя Чимина в ступор. Еще чуть-чуть и мозги начнут плавиться от ненужного переизбытка мыслей, а Ви все никак не отвечает. Из-за этого начинает казаться, что его как-то задели слова о Тэхене, или же он действительно сказал что-то не то. Слишком большое количество лишних размышлений просто убивает, не давая спокойно реагировать на ситуацию, да и вообще нормально жить. - Ну хорошо - не задумываясь ответил, казалось, невозмутимый Виллиам, разворачиваясь и входя в помещение. Хлопнувшая за ним стеклянная дверь возвращает Чимина обратно, приводя в его чувства и освобождая от сковывающего плена собственных эмоций. Он еще несколько секунд стоит перед закрытой дверью, прежде чем пойти за ним.

⚡

Все самое прекрасное в этом мире зачастую оказывается самым простым, тем, за что не обязательно платить, тем, что, по факту, можно найти везде. Задумайтесь, нужно ли платить за любовь, привязанность, эмоции или настоящих друзей - нет. А ведь все эти простые вещи делают нас счастливее. Поэтому наслаждаться красотой ночного города никто не может запретить, а эстетическое удовольствие ты от этого получишь, даже несмотря на работу и то, что кто-то скоро умрет, засыпая вечно бесконечным сном, и больше не будет вообще ничего чувствовать - ни любви, ни чего-либо еще, а его родные, друзья и знакомые - лишь грусть, тоску и разочарование.

Тэхен сидел на самом краю крыши, свесив ноги вниз, наблюдая за миллионами ярких огней ночного Сеула, освещающих его, словно, ночное солнце. Он очень любил такое время, когда можно было спокойно посидеть в это время суток на крыше, ничего не делая - просто наслаждаться моментом, прежде чем поступит звонок, решающий жизнь заранее выбранной жертвы, и придется приниматься за работу, лишая ее той самой жизни. Хотя ни Тэхена, ни Ви этот факт никогда не заботил. Жизнь - то, что даровано всем, ее можно как подарить , так и отнять, но лишь одно останется неизменным - факт того, что в конечном итоге все так или иначе отправятся на тот свет. Поэтому умрет человек или же продолжит жить своей в каком-то смысле бесполезной жизнью решать не всегда ему самому. Мирную ночную идиллию Тэхена и поразительным мегаполисом просто сказочно красоты прервал громкий рингтон предательски не вовремя зазвонившего телефона. Омега, с трудом оторвавшись от своего занятия и притворно хмыкнув себе под нос, взял смартфон, лежавший рядом и до этого покорно ожидавший того самого момента, когда решится чья-то судьба. Он зажмурился от яркости внезапно вспыхнувшего экрана, на котором теперь высвечивалось имя Чимина и какая-то странная фотка то ли собаки, то ли кого-то еще существа, крайне похожего на нее. Впрочем сейчас это не играло какой-то особой роли, а важным фактом было лишь то, что нужно приниматься за работу. - Чимин~и - Тэхен притворно улыбнулся, и чуть отодвинувшись от края здания, встал на ноги, саркастично продолжая свою речь - А я все ждал, когда ты позвонишь. Ты хоть знаешь насколько долго ты заставил меня ждать. - Ага, понял я. - Чимин говорил четко, быстро и понятно, отодвигая все дружеские слова вместе с колкостями и недовольством на последнее место - Если не помнишь, то напомню: цель в пентхаусе здания напротив, двадцать восьмой этаж. Тебе его хорошо видно, поэтому проблем не должно возникнуть. Ветер на твоей высоте около пяти м/с, окружающих факторов, которые также могут повлиять на исход операции нет. На этом все. Сегодняшнее задание я так понимаю твое, Тэхен. - Ага, верно подметил. - Тэхен показал указательный палец, будто Чимин мог его видеть в данный момент, и сделав философское выражение лица, ядовито продолжил - Никакого напряга нет, поэтому мы не менялись. Личности Тэхена всегда менялись в наиболее стрессовых ситуациях, когда Тэхен не выдерживал психологического давления как со стороны окружающих, так и со стороны своих мыслей, бывающих иногда чересчур загруженными и тяжелыми. Скорее всего, Ви уже существовал еще до вступления Тэхена в ТОТ. Судя по тому, что во время жизни Тэхена в родительском доме он испытывал критически огромное количество стресса, то именно тогда у него должна была появиться вторая личность, позволившая бы с этим справляться, и при этом в глубоком одиночестве не сойти с ума. Наверное, поэтому он смог прожить там так долго и спокойно вынести все то жестокое обращение, несправедливо свалившееся на маленького ребенка, пока это не стало непосильной задачей и для Ви, что и привело к побегу из дома и последующим событиям. Это даже к лучшему, ведь благодаря этому одинокий омега, давно потерявший веру в людей, встретил столько хорошего, завел настоящих друзей, принимающих его таким, какой он есть. Сбросив звонок, Тэхен спрыгнул с невысокого бетонного ограждения, возвращаясь к своей Barrett 50 Caliber, являвшейся лучшей снайперской винтовкой в мире, несмотря на то, что она и не была самой дорогой по стоимости ( цена - 504 797 руб. ). Достав свою любимую винтовку, бывшую для омеги, словно еще одним самым дорогим другом, из чехла, он установил ее так, чтобы было удобнее стрелять и стал выжидать подходящий момент. Ким безэмоционально наблюдал за несчастным альфой, ставшим его очередной жертвой, через прицел винтовки, не упуская ни одного его движения из виду. Медленно, но верно срок его жизни подходил к концу, а Тэхен все так же пристально наблюдал за ним. Ему не было жалко этого человека, ведь он - всего лишь очередная жертва человеческой несправедливости, злобы, мести и всех остальных факторов, побуждающих желать кому-либо смерти. На вид ему было около пятидесяти лет, был статным и гордым альфой, о чем говорили его походка и сдержанное поведение, даже наедине с самим собой, похоже, очень любил кофе, прямо как Тэхен, судя по огромному количеству кофемашин и кружек, расставленных по всему дому. Как же ему повезло, что он умрет именно в таком возрасте, в спокойной домашней атмосфере и полном одиночестве, отсрочивая поиски убийцы на неопределенный срок - это было последними мыслями Тэхене, прежде чем спустить курок - одно короткое движение, лишающие всего: жизни, эмоций , будущего. И вновь точный выстрел снайпера приводит к очередной смерти, вновь бездыханное тело, истекая кровью, падает на белоснежную кровать, пачкая ее бардово-алыми пятнами смерти, а сам человек засыпает вечным сном, не позволяющим даже и надеяться пробуждение. - Покойся с миром - произносит шепотом Ким, вставая с колен и закрывая глаза на пару секунд - Я выстрелил точно в переносицу, поэтому ты не должен был ничего почувствовать. Мгновенная смерть. Тэхен аккуратно положил снайперку в чехол, и накинув его на плечо, последний раз посмотрел на все такой же прекрасный и завораживающий ночной город, прежде чем покинуть крышу, находившуюся рядом с местом преступления.

⚡

Многие уже много раз бывали в различных ночных клубах или подобных заведениях, разговаривали с незнакомы до этого момента людьми, пили алкоголь, в общем - отрывались по полной. Согласитесь, что иногда самым проблемным фактором на таких мероприятиях является просто оглушающая музыка. Иногда кажется, что ну громче уже просто напросто некуда, и барабанные перепонки скоро уже разорвутся, но нет. Люди опять каким-то образом умудряются добавить громкости, говоря, что она как-то тихо играет. Почему-то всегда именно так и получается, особенно это касается вечеринок, на который громкости добавляют не только музыке, но и вместе с ней и так шумным разговорам, которые позже начинают переходить в крики, чтобы хоть как-то расслышать собеседника. Поэтому, наверное, ни Тэхен, ни Виллиам не любят такие места, хотя если говорить о Тэхене, то это вопрос спорный. Проще говоря - когда как. Сказать, чту у Юнги большой и красивый дом - просто ничего не сказать. Он реально огромный! И откуда столько деньжищ взялось у этого ворчливого и дерзкого придурка - никому не известно, но факт есть факт, а верить ли своим глазам - это уже дело твое. Всегда получается так, что вроде бы ты очень хорошо знаешь человека, а он все равно открывает тебе что-нибудь неожиданно новое. Одним словом - весь наш мир - одни сплошные открытия. Если допустить, что глаза Тэхена и Чимина сейчас не врут, то объяснить все очень и очень просто - просто невероятно большой пентхаус в просто невероятно роскошном небоскребе, с видом на весь гребаный Сеул, и все это у того же гребаного Мин Юнги. - Может уже челюсть подберете, нищеброды хреновы? - голос Юнги, с ярко выраженной в нем насмешкой, привел омег в чувства, заставляя обоих злобно посмотреть на чересчур довольного Мина и в последний момент проскочить в двери закрывающегося лифта. - Ты не перестаешь удивлять, Юнги~я - Тэхен ехидно улыбнулся, нажимая на кнопку самого высокого этажа - Я правильно нажал? - Ага - Юнги посмотрел на Тэхена оценивающим взглядом и заключил - Тэхен, Ты выглядишь просто ужасно, учитывая тот факт, что ты собрался на вечеринку, а не в магазин за пивом. Хотя, если ты все-таки рассчитывал на второй вариант, то можешь спуститься вниз. Через дорогу круглосуточный есть, тебе подойдет. В ответ Ким лишь притворно ухмыльнулся, пробурчав что-то на подобие "Еще увидим кто тут в круглосуточный собрался" себе под нос, и снял с себя мешковатую черную толстовку, доходившую ему до самых колен, огромный капюшон которой до этого полностью закрывал его аккуратно уложенные волосы. То, что все увидели после этого момента повергло Юнги в такой шок, что хоть за сердце хватайся от приступа - особого толку все равно не будет. Так он и стоял, с открытым ртом в полном недоумении, отказываясь верить в то, что сейчас перед ним стоит его лучший друг, любящий одни лишь толстовки и вещи размера оверсайз, в которых он просто тонет каждый раз, как надевает. Да, поверить в это, ну мягко говоря, невозможно, просто нереально. Сейчас напротив Мина в лифте, таком же роскошном и дорогом, как и все в этом здании, кстати тоже принадлежавшим его семье, стоит стройный голубоглазый омега, с красиво уложенными светло серыми волосами, в белоснежной шелковой оверсайз рубашке от Gucci, наполовину заправленной в черные джинсы той же фирмы и белых кедах все с тем же логотипом. Если попытаться кратко описать его стиль, то абсолютно точно можно сказать, что он - Gucci human. Просто офигенно-неотразимый Gucci human. Да за такого можно даже замуж выходить не задумываясь, несмотря даже на его немного странный характер, но это просто мелочи жизни по сравнению с его божественной красотой, на которую по ходу тоже законы вселенной не действуют - он выходит за все их рамки. - Челюсть подними - Тэхен расплылся в довольной улыбке, демонстрационно подходя к реально охреневшему Юнги вплотную и легким касанием руки закрывая тому рот, вводя в еще больший ступор, благодаря чему он начинает смахивать на последнего левого идиота, каким-то невероятно случайным образом оказавшимся на этой роскошной дорогой вечеринке. - Перевоплощение века - усмехнулся Чимин, выходя из лифта вслед за Кимом, оставляя Мина дальше стоять с теперь уже закрытым ртом, пока тот резко вернувшись в себя не выбегает за ними. Все уже давно началось без них и не удивительно, ведь пока дождешься Тэхена с работы уже сотня поездов успеет уйти. Музыка приятно окутывала своей взрывной волной, а басы заставляли тело реагировать на нее, отдавая ритмичными ударами где-то в районе груди. На удивление, здесь не было толпы, обычно сопровождающей такие мероприятия, наоборот везде можно было спокойно пройти, при этом никому не мешая. Человек приглашено было довольно-таки много, но все они полностью рассредоточились по всей территории дома: кто-то играл в биллиард на втором этаже или спокойно беседовал с кем-то, кто-то сидел за барной стойкой, заказывая у бармена очередной бокал крепкого алкоголя, кто-то был на улице рядом с лазурного цвета бассейном, плавно двигаясь в такт музыке, даже те, кто решил, что ему эту ночь лучше провести в компании какого-нибудь симпатичного альфы или омеги, не мешали, а наоборот даже как-то гармонично вписывались в общую картину. Пока омеги осматривали помещения гигантского пентхауса, Юнги успел каким-то образом исчезнуть, оставляя вместо себя одного из персонала, которому уже успел отдать некоторые необходимые указания на ближайшее время. Швейцар моментально приводит все в исполнение, провожая гостей в гостинную и усаживая их на диван, предлагая всевозможные напитки и закуски. Попросив себе маргариту на основе любимой кофейной текилы Olmeca, а Чимину бокал алого розе, Тэхен откинулся на спинку мягкого белого дивана, моментально расслабляясь и будто сливаясь с ним - самое то после убивающей в самом прямом своем смысле работы. - Тэхен, Чимин, хочу вас кое с кем познакомить. - Юнги появился так же внезапно, как и исчез, но теперь уже с двумя новыми личностями, моментально усевшимися рядом с ними - Это Чон Чонгук и Чон Хосок. Они мои лучшие друзья. Я давно хотел вас познакомить, только вот все никак момента подходящего не было. - Ты не тот человек, который бы стал ждать момента ради такого - ухмыльнулся Тэхен, покручивая в руках бокал с коктейлем - Поэтому давай начистоту, это ведь спонтанное желание? - Да ты прав на счет того, что я бы не стал ждать, но в остальном глубоко ошибаешься. - Юнги кивнул на двух альф, пришедших вместе с ним - Я, действительно, хотел давно вас познакомить, а ты все такой же фанат Olmeca. Дай угадаю, ты опять взял кофейный коктейль на основе текилы. - Да, ты прав. Я обожаю Olmeca Coffee. - уже успевший немного опьянеть Тэхен серьезно посмотрел на Мина, будто вовсе и не было всех тех трех полных бокалов уже выпитых до этого, демонстрационно отпивая из бокала для мартини алкоголь темно-коричневого цвета - Правда, сегодня я решил, что лучше будет попробовать маргариту на его основе. Оказалось, очень даже неплохо. - Да, думаю это так. Он много о вас рассказывал - подал голос неприметный Чонгук, сидевший рядом в белом замшевом кресле, входящем в один комплект вместе с диваном - Особенно много он болтал о встрече с Ким Тэхеном, нежданно негаданно свалившейся ему на голову, и ходил довольный. Цитирую Мин Юнги: - он прокашлялся, настраивая голос, и закончив, попытался спародировать голос омеги - " Господи, спасибо! Как хорошо, что он на меня свалился. Теперь можно нихуя не делать на парах. Не жизнь, а мечта просто!" Громкий смех наполнил комнату, вгоняя Юнги в краску и заставляя включить внутреннего стервозного, вечно недовольного человека. Было безумно забавно смотреть на то, как он реагирует на смешки и подколы со стороны окружающих, пытаясь съязвить в ответ или хоть как-нибудь ранить своими словами Чонгука, что у него, увы, ну никак не получалось, а только больше всех раззадоривало, указывая лишь на безысходность положения. В конце концов, он просто выругался, плюхаясь на другой конец дивана и кроя всех четверых отборным матом, заявив о том, что не собирается даже разговаривать с такими паршивыми друзьями. Сейчас Мин был похож на ребенка где-то дошкольного возраста, надувшего свои пухлые щеки, повернувшись ко всем спиной, ненавидящего окружающих за их через чур веселое настроение в данной ситуации и все никак не догоняющего - а почему, собственно, все над ним смеются. Видимо, он своим безумно уморительно-милым видом безуспешно пытался добиться извинений в свой адрес, а может просто хотел конца нескончаемому потоку все новых и новых издевок со стороны друзей, по которым теперь даже и не скажешь, что встретились каких-то жалких пять минут назад. Любой бы, лишь мгновение посмотрев на них, с просто нескончаемой уверенностью мог бы заявить о том, что знакома эта компашка уже лет десять минимум, а то и больше, а про то, чтобы допустить действительный вариант развития событий даже и не задумывался. В потоке шумных разговоров, заправленных спиртными коктейлями, искусно приготовленными нанятым профессиональным барменом, невольно можно забыться и ляпнуть такую чушь, о которой потом будешь жалеть всю свою оставшуюся жизнь, не надеясь даже на собственное прощение и тем более исчезновение всего того идиотского позора. Такое пережить - смерти подобно, а вспоминать об этом - только ныть и орать в подушку, до срыва голоса, и плевать как это будет выглядеть со стороны, ведь эмоции, смешанные с позорными воспоминаниями - дело еще то. - Слушай, Тэхен, - Чонгук, лукаво поглядывая на свою новую жертву издевательских пьяных шуток и точно таких же пари, ехидно усмехнулся, предвкушая одну из своих самых любимых частей всех вечеринок - давай заключим пари. Если выиграешь ты, то миллиарды долларов будут твоими, а если выиграю я, то половина будет моей. - Миллионы долларов - задумчиво протянул Тэхен, моментально клюя на наживку, искусно подобранную тактичным Чонгуком - Я согласен. - Тогда, подпиши здесь - Чон тыкнул на место для подписи на документе, теперь уже официально подтверждающим их договор, аннулировать который теперь, к несчастью омеги, было невозможно. Чонгук довольно хмыкнул, смотря на красивую подпись Тэхена, аккуратно поставленную на бумаге. Что сделано - то сделано, а стыдно или хреново тебе будет потом уже не имеет никакого значения. Хосок, даже на пьяную голову прекрасно понимающий только что произошедшее, вздохнул, закрывая лицо своей большой жилистой ладонью. Представим, что он этого не слышал и ничего не знает. - Пожалуй, надо оставить Юнги на время - Хосок махнул на него рукой, вставая и отходя куда-то в сторону - Вы идете или как? - Я полностью тебя поддерживаю - Чимин встал, схватив за руку на удивление мирно сидящего рядом Тэхена и утягивая его куда-то в непонятном направлении. - Юнги, мы еще вернемся - саркастично протянул Ким, шагая обратно и руками пытаясь дотянуться до омеги, пока Чимин настойчиво пытался поменять его направление движения. К несчастью Пака, Тэхен оказался слишком сильным, поэтому Чимин не в силах что-либо сделать просто вис на нем, словно вешалка в шкафу, ну, или нахальная девушка, не желающая расставаться с парнем. И вот уже новая оглушающая волна смеха, направленная в сторону дурачащихся омег, прокатилась по комнате, оставляя за собой мягкое и приятное ощущение легкости и спокойствия, так нехватающего в суровой повседневной жизни, утягивающей за собой в самые пучины ада. Пока Чимин безуспешно пытался оттащить Тэхена от Юнги, ну ни в какую не собирающегося прощать его за колкие насмешки на свой счет, Чонгук, стоявший рядом и не без смеха наблюдающий за происходящим, решил ради забавы подключиться к ним, сделав попытку забрать отсюда Кима. К его огромному удивлению, он и вправду, несмотря на свой внешний вид, оказался довольно-таки сильным, из-за чего Чону даже пришлось приложить немного усилий для успешного выполнения достаточно непростой в этом плане задачи, и все-таки вытаскивая его на большую террасу, находящуюся на самой крыше небоскреба, открывая всем присутствующим невероятный вид на ночной город. Здесь стояло уже не так много людей, а оставшиеся лишь изредка перекидывались парочками фраз, завороженные красотой светящегося мегаполиса, казалось, только оживавшего в это время суток, теперь становившегося совсем другим, обнажающим настоящие сущности вещей, утягивающим за собой в свой собственный удивительный мир. Упрямый Ким, невзирая на давление со стороны окружающих его людей, все так же не собираясь сдавать своих явных позиций, оказывал крайне сильное сопротивление, несмотря на шуточность разыгранной им комедии. Омега никак не оставлял попыток вырваться из мускулистых рук Чонгука, так крепко державших его, словно он вот-вот уйдет и в одно мгновение просто растворится в воздухе, не оставляя после себя ничего, кроме бесконечной пустоты. В один момент хватка на талии Тэхена усилилась, крепко прижимая его к телу альфы. Теперь сопротивления были бесполезны, а желание продолжать ломать эту чертову комедию вовсе испарилось, не оставляя после себя и мельчайшего намека на его по-детскому глупое существование. В этих руках хотелось плавиться, сгорая до тла, рассыпаться пеплом в его объятиях, оставаясь в них навсегда, всем телом ощущая его горячее дыхание на своей шее, и его аромат... - Кофе? - спросил Тэхен, поворачиваясь в кольце рук, все еще крепко сжимающих его талию, и поднимая на Чона вопросительный взгляд. - Что? - переспросил Чонгук, возвращаясь, наверное, откуда-то с небес обратно к нему в настоящее. - Да так... - Ким внезапно очнулся, вспоминая свой немного странный вопрос и немного смущаясь, моментально отстраняясь от альфы - Ничего такого.

⚡

Что можно сказать о ночи? О ее известной завораживающей красоте, ее особенной простой умиротворенности и уюте. Про нее можно говорить бесконечно, не оставляя времени на сон и любые другие глупые потребности человека, просто описывая ее так, как хочется, употребляя все самые лучшие слова и выражения. Описывать ее так долго, чтобы голова пошла кругом, чтобы до беспамятства влюбиться в нее, настолько сильно, чтобы потом просто не суметь уже никогда, ни под какими угрозами забыть ее, оставляя ее в своем сердце навсегда, как самую-самую дорогую для себя вещь. Но когда-нибудь в вашей жизни неожиданно произойдет такой момент, который полностью перевернет вашу жизнь с ног на голову, и тогда по какой-то причине захочется говорить так уже не только о ночи, но и о любимом человеке, для которого оставляешь самое лучшее место в своем сердце, отодвигая ее, бывшую раньше самой важной для вас, уже на второй план, уступая все той же неизвестной настоящей любви.

Через некоторое время вернулся Юнги, уже отошедший от своей бессмысленной обиды, утаскивая за собой Чимина и Хосока, всем чем можно намекая обоим, что лучше бы оставить эту задумавшуюся парочку наедине и пока что скрыться из их поля зрения, будто совсем испаряясь - ни следа, ни чего. На это альфа лишь ехидно усмехнулся, послушно подаваясь вперед вслед за тянущим его за руку омегой, Пак же только что-то невнятно пробормотал себе под нос, с крайне недовольным выражением лица покидая прекрасную крышу, на которой ему вообще-то тоже хотелось постоять и полюбоваться такой красотой с высоты птичьего полета. Повезло же Чонгуку с Тэхеном, что они имеют такую возможность в отличие от него. Они стояли, ничего не говоря, будто все понимали и без никому не нужных слов. Музыка на заднем фоне уже не казалась такой уж оглушительно-громкой, окружающие больше не имели никакого значения, а ночь, словно любящая мать, приятно окутывала в свои темные прохладные обьятья, заражая собственным умиротворенным спокойствием, так сильно подходящим ей. Чон продолжал завороженно смотреть на чарующе прекрасного Тэхена, освещенного ослепительно светящимися огнями такого же божественно прекрасного подлунного города, не в силах оторвать глаз, словно старательно приклеенных к нему на очень хороший суперклей. До этого он встречал многих омег, сходящих по нему с ума, жаждущих лишь внимания и жаркой ночи вместе с ним, желающих его лишь из-за огромного количества денег, из-за большой популярности и высокого положения в обществе, из-за безумно привлекательной внешности, словно у вижуала какой-нибудь популярной k-pop группы. Да, безусловно, с ними всегда можно было хорошо поиграть, заманчиво флиртуя и изредка выбирая себе временного парня попопулярнее, но чаще всего главным развлечением, позволяющим, забываясь в ощущениях, избавиться от излишне накопившегося стресса, становился именно жаркий, просто безбашенный секс. Все омеги, в Сеуле просто нестерпимо мечтали о том, чтобы оказаться тем самым избранным человеком, тем, кто предназначен ему самой судьбой, либо тем, кто хотя бы раз поможет ему снять тот самый стресс, постоянно терзающий альфу изнутри. Чонгук не редко разговаривал о его ночных похождениях, вспоминая все безумные ночи со всевозможными омегами, о том, как он заставлял их судорожно выгибаться, громко стоная и прося еще больше, еще глубже, еще сильнее. Но они были лишь не более, чем временными игрушками, с которыми играли без каких-либо особых чувств кроме собственного удовлетворенного наслаждения, а потом выбрасывали, как только разонравятся и станут не нужны, оставляя их гнить где-нибудь подальше от себя и навсегда забывая о их существовании. Сложившаяся же в данный момент непонятная ситуация, показывала и так растерянному Чону странные незнакомые до этого чувства и ощущения, все больше дезориентируя его, заставляя все глубже и глубже увязать, запутываться в плотной паутине собственных эмоций. Этот омега же очень отличался от предыдущих. Когда он вот так стоит рядом, смотря тебе прямо в душу своими ослепительно красивыми голубыми глазами, в которых не хочется ничего, кроме того как взять, и не сопротивляясь, безвозвратно утонуть в них. Не помня себя, потеряться где-то в их пропасти странного мягкого умиротворения, без желания возвращаться обратно в сурово играющую с тобой реальность. Ты просто напросто теряешь счет бесконечного времени, проведенного вот так - смотря лишь на него одного, единственного и неповторимого, лучшего омегу на свете. Он - словно божество, словно русалка, вынырнувшая из самых глубин моря, увлекающая за собой удивительной чарующей песней, лишая памяти и чувства самосохранения, а вместе с тем и жизни на глубине все того же прекрасного синего моря. - Тебе бы пошел голубой цвет - задумчиво произнес Чонгук немного хриплым от долгого молчания голосом, заставляющий волны мурашек пробежаться по коже Тэхена, застывшего на одном месте. Поднявшийся характерный для высоток ветер теперь играл с пепельными волосами омеги, развивая их и заставляя немного растрепанными прядями падать на белоснежное лицо, закрывая ярко голубые глаза, пробирающие своей глубокой выразительностью до самой глубины души. Тэхен же все в таком же ступоре стоял напротив альфы, не издавая ни звука, не в силах даже поправить свои лохматые волосы, скорее всего, теперь похожие на какую-нибудь драную мочалку, доставшуюся какому-нибудь человеку по наследству от своей покойной бабушки. Господи, ужас какой! Даже представлять себя со стороны страшно, если войти в положение столь смущающей ситуации. Наверное, этот хренов ступор был вызван излишним потоком гребаных мыслей в голове Тэхена, ни на что больше не оставляющим ни капли сил, даже на простейшие движения руки. - Чонгук, можешь не смотреть на меня так присталь... - Тэхен не успел договорить, как уже новые действия непредсказуемого Чонгука, забирают уже не только абсолютно все движения, но и вместе с ними в мгновение ока улетучиваются и все назойливые мысли, оставляя в голове лишь безграничную пустоту, чем-то напоминающую такую же бескрайнюю пустыню. Что произошло в тот момент не было понятно ни одному из них: ни то, когда, как и зачем рука Чонгука, казавшаяся до этого такой мускулистой, которая просто не могла быть мягкой и нежной, так бережно коснулась мраморной кожи на лице Тэхена, касаясь так, словно он был самым драгоценным, самых хрупким сокровищем во всей вселенной, осторожно убирая с его лица упавшие на него пряди светло-серых волос, и аккуратно накрывая по-аристократически алые мягкие губы своими, трепетно целуя, все так же боясь спугнуть, и терпеливо дожидаясь ответной реакции со стороны немного растерянного омеги. Чон не помнил, когда так кого-либо целовал, без своей обычной требовательности, моментально переходящей в такое же безумное желание партнера на своих крепких бедрах. Наверное, никого и никогда. Понимая, что Тэхен не против такого неожиданного развития событий и потихоньку тоже начинает вливаться в этот до жути приятный процесс, просто сносящий крышу своей тягучестью, дарящей особенное наслаждение, разжигающей уже совершенно другой огонь в сердце Чонгука. Он потихоньку начинает углублять поцелуй, аккуратно проталкивая язык в чужой рот, моментально получая ответную реацию на свои действия с полной отдачей, заставляя уже почти привычное сильное желаение разгораться все сильнее, словно залитый керосином огонь, моментально вспыхиваюший от него, увеличивающийся, охватывая все новые и новые территории, тут же воспламеняющиеся вслед за ним. Критическая нехватка воздуха, вызванная затянувшимся страстным безперебойным поцелуем вынуждает Чонгука оторваться от желанных алых губ. От рваного дыхания Тэхена, жадно глотающиего так необходимый сейчас прохладный ночной воздух, вида его истерзанных прекрасных губ, с котрых он демонстрационно слизавал ярко-красную кровь, да от него всего, словно цунами накрывало волной возбуждения, сводя низ живота тугим ноющим комом. - Может продолжим где-нибудь в другом месте - Тэхен лукаво посмотрел на Чонгука, снова облизывая распухшие губы кончиком языка и потихоньку переводя дух. - Да я бы тебя и прямо тут оттрахал - Чонгук замолчал, обводя горящим возбуждением взглядом идеальное тело омеги, в безуспешных попытках найти хоть один изъян, обязательно бывающий у всех нормальных людей, но нет. На нем почти не было макияжа, обячно харктерно нанесенного толстым слоем тоналки, накрашенными поярче глазами. Одним словом - кромешный ужас, который рямо отскребать слоями можно. Целовать от него прямо желание попадает, стоит только увидеть. А у этого все совсем наоборот - лишь немного подчеркнутые подводкой глаза. На прекрасном лице совсем не было тонального крема, которым обычно перекрывают различные недостатки типо шрамов или родинок, но не в этот раз. Для Тэхена его родинка на самом кончике носа, казалось, не являлась каким-то жутким минусом или деффектом, а наоборот была его особой изюминкой, гармонично вписывающейся в его образ. Да даже и без него она была лишь милым дополнением. Проще говоря - он совершенство, человек совершенно не входящий в рамки этого ужасно депрессивно-жестокого мира. Задумавшись, Чон совершенно не заметил, как длинный изящный палец омеги провел по его губам, жестом утягивая в след за собой. Очнулся он лишь, когда они стояли напротив одной из многочисленных спальных комнат, а прижатый им к стене Тэхен прерывисто дышал, задыхаясь от нахлынувшего возбуждения, сводящего низ живота дьяволтским узлом. Он держался из последних сил, пытаясь хоть как-то стоять на подкашивающихся ногах и почти оседая на холодный ламинат, когда альфа подхватил его на руки и легким пинком открыл белую дверь, входя внутрь просторной комнаты с огромным панорамный окном и изумительным видом на весь Сеул. Чонгук аккуратно положил Тэхена на большую мягкую кровать с таким же красивым белоснежным постельным бельем, как в принципе, и все в этом доме, быстро срывая с него мешающую одежду. Под таким углом обзора он казался еще сногсшибательнее, окончательно срывая крышу еле сдерживающему себя альфе. Наконец, он впивается в желанные губы, получая горячий мокрый поцелуй с дополняющим его привкусом крови на языке. Языки двух молодых людей сплетаясь, обостряют ощущения, затуманенного пеленой возбуждения разума, открывая все новые и новые высоты наслаждения. Тэхен протяжно стонет, когда влажный язык Чонгука касается пульсирующей венки на шее, постепенно скользя по коже и накрывая затвердевшую бусинку соска, облизывая и немного посасывая. Эти сладкие медовые стоны, пронизывающие все его тело своей мелодичностью и тягучестью, просто отшибают Чону последние мозги, оставляя лишь инстинкты, полностью забирающие и без того утерянный контроль. В этот раз для хочется все сделать правильно без каких-либо глупых недочетов или той же боли, часто пронзающей неподготовленные заранее тела омег, приносящее удовольствие разве что отбитым мазохистам. Рука Чонгука скользит вниз по выгибающемуся от наслаждения телу Тэхена, накрывая член и немного поглаживая. Не выдерживая Тэхен, поднимает голову ласкающего его тело Чонгука, впиваясь в губы горячим поцелуем, немного покусывая и оттягивая. - Может хватит дразнить нас обоих - рвано дыша, говорит Тэхен, тяжело выдыхая, когда внутри него оказывается сразу два пальца. - А я и не собирался долго ждать - Чонгук опять спускается вниз, плавно двигая уже тремя пальцами, и нащупав простату, ускоряя темп. - Хочу тебя внутри - Ким прерывито дышит, жадно глотая ртом наколившийся вокруг них воздух. Чонгук не заставляет себя просить дважды, моментально высовывая влажные от естественной смазки пальцы, и по основвние вставляет не малых размеров член, срывая с губ омеги новый несдержанный пошлый стон. Он двигается сначало плавн, пытаясь найти простату, после чего ускоряет грубый темп, вбиваясь в поддатливое тело. Этот неистовый альфа буквально впечатывал Тэхена в кровать, заставляя сминать руками белоснежные простыни до побеления костяшек. Не сказать, что Киму это не нравилось, скорее наоборт, это был лучший секс в его жизни. Даже самые дикие ночи, которые когда-либо были у него не сравнятся с этой, приятной, безумной, полностью окутывающей своей невероятной атмосферой ночью, забирающей всего целиком и без остатка. Обегчение, приносимое почти одновременным оргазмом тоже было одним из лучших, нет, самым лучшим. Не надо было как обычно думать о том, что надо бы побыстрее слинять или что-то в этом роде. Сейчас можно было просто расслабиться, вплотную прижимаясь ко все еще разгоряченному телу Чонгука. - Чонгук, - уставше тянет Тэхен, очерчивая указательным пальцем идеальный пресс альфы - это было потрясающе. На эту фразу ответа не послышалось. Зато вместо него Тэхен, немного приподнявшись на ватных руках, услышал лишь милое посапывание уже уснувшего Чонгука. - Господи, - хмыкнул Ким, кладя голову обратно на подушку - и почему ты такой двуличный? Холодный ветерок, подувший из приоткрытой двери, заставил Тэхена съежиться от холода. Поэтому, укрыв себя и Чонгука мягким пуховым одеялом, он устоился поудобнее на его груди, моментально проваливаясь в сладкий сон вслед за уже мирно спящим Чонгуком.