Пять с половиной часов

      Ли Мирэ бежала так быстро, что даже не чувствовала как ее ноги касались выстланного бетонными плитами пола. Длинное драповое пальто и тяжелая черная сумка, висящая через плечо, сильно сковывали движения. На лицо спадали выбивающиеся из хвоста пряди блестящих каштановых волос, а проникающее сквозь прозрачные стены солнце слепило глаза, отчего Ли Мирэ каждую секунду рисковала врезаться в какой-нибудь неудачно стоящий торговый автомат или в случайно проходящего мимо человека.       В обеденное время на Сеульском вокзале не так много людей, но они все равно умудрялись создавать шумящие очереди у касс и сталкиваться друг с другом в узких проходах между длинными рядами металлических кресел. Все это вместе с сообщениями о прибытиях и отправлениях поездов, льющимися из встоенных в стены динамиков, сливалось в один, характерный только для вокзалов и аэропортов, беспорядочный гул. Расслышать звук приближающихся шагов в таком шуме было практически невозможно, но Мирэ готова была поклясться, что преследующие ее люди были уже где-то неподалеку. Обернувшись, чтобы в этом убедиться, девушка увидела, как двое невысоких, немного полноватых мужчин в кожаных куртках и разноцветных рубашках вслед за ней пересекали залитый солнцем холл Сеульского вокзала. Даже несмотря на их далеко не атлетичное телосложение, бегали они очень быстро.       Мирэ понимала, что оторваться от своих преследователей у нее вряд ли получится, но просто так сдаваться она не собиралась. Остановившись на секунду, девушка начала судорожно искать глазами навигационные указатели в надежде, что они помогут ей сориентироваться в полном закутков и переходов, незнакомом здании. Небольшие синие таблички с напечатанными на них белыми иероглифами располагались повсюду: над металлическими арками переходов и рядом с торговыми автоматами, над крошечными окошками билетных касс и у выходов на перрон. От их обилия у Мирэ закружилась голова. Она никогда не умела быстро принимать взвешенные решения и в таких ситуациях действовала скорее интуитивно. Вот и в этот раз она решила положиться на свое шестое чувство. Заметив указатель с надписью «Туалет», Мирэ, не раздумывая, бросилась туда, попутно коря себя за столь очевидный выбор.       Девушка пробежала несколько десятков метров по длинному, освещенному бледно-голубым светом потолочных ламп, коридору и вновь остановилась. Теперь ей предстояло выбрать какую из двух расположенных напротив нее дверей открыть. Немного подумав, Мирэ решила, что раз преследователи все равно ее найдут, то пусть хотя бы подольше поищут. Она сделала еще несколько шагов и резко распахнула дверь мужского туалета. О чем сразу же и пожалела.       Прямо напротив девушки, перед встроенным в темно-зеленую кафельную стену писсуаром стоял высокий молодой человек в длинном черном пальто. Мирэ не составило труда догадаться каким именно делом в этот момент он был занят.       — О боже, пожалуйста, извините! — дрожащим от испуга голосом произнесла Мирэ. — Я… я ничего не видела!       Девушка была очень смущена, поэтому зажмурила глаза и плотно закрыла их руками, но выйти из уборной она все же не решилась. Снаружи было слишком опасно. Мирэ стала внимательно прислушиваться к происходящему в помещении. Несколько секунд внутри царила мертвая тишина, затем молодой человек громко выругался. Ещё через мгновение послышался звук застегивающейся ширинки и лязганье пряжки ремня. Шагов не последовало, поэтому Мирэ подумала, что выходить из туалета он не собирался.       Подождав ещё немного, девушка аккуратно приоткрыла один глаз и осторожно посмотрела сквозь пальцы. Молодой человек в черном пальто повернулся и теперь стоял к ней лицом. Он с недоумением и некоторым любопытством разглядывал внезапно ворвавшуюся в уборную девушку.       Мирэ стало очень неудобно. Ее уши горели, а щеки залились краской. Почему-то девушке даже в голову не пришло, что внутри может кто-то быть.       Взяв наконец себя в руки, Мирэ быстро осмотрелась. Ей совершенно не хотелось столкнуться тут с кем-нибудь еще. К счастью, кроме молодого человека в уборной больше никого не оказалось, но расслабляться было рано.       — Пожалуйста, помогите мне, — выдохнула Мирэ, решив перейти сразу к делу.Времени на объяснения у нее не было. Молодой человек ничего не сказал, лишь выражение его лица стало немного задумчивым.       — Пожалуйста… — умоляющим голосом повторила Мирэ. -За мной гонятся очень опасные люди.       Каждая секунда ожидания казалась девушке вечностью. Она не очень надеялась на то, что молодой человек согласится помогать ей. Ситуация была уж очень неудобной, все-таки Мирэ бесцеремонно ворвалась в мужской туалет, даже не удосужившись проверить есть там кто или нет. Да и зачем все это совершенно незнакомому с ней человеку? Никто не захочет влипать в чужие опасные переделки.       Вопреки ожиданиям девушки, молодой человек все-таки согласился, ответив едва заметным кивком головы.       — Спасибо, — тихо выдохнула Мирэ и пулей залетела в одну из трех туалетных кабинок, расположенных в ряд справа от двери.       Девушка понятия не имела сколько времени провела взаперти. Она с ногами забралась на крышку унитаза и старалась не двигаться, чтобы лишний раз не привлекать к себе внимания. Иногда Ли Мирэ даже задерживала дыхание, когда дверь уборной вновь открывалась.       Мужчины входили и выходили, мыли руки, разговаривали по телефону, справляли нужду, но никому из них и в голову не приходило, что здесь может прятаться девушка. Никто не врывался в уборную с криками, не проверял каждую кабинку, не интересовался у находящихся внутри, не видели ли они здесь кого-нибудь подозрительного. До Мирэ здесь никому не было никакого дела.       Выбраться из кабинки у девушки получилось только спустя полчаса, когда все звуки стихли и уборная опустела. Медленно ступая по кафельному полу, Мирэ аккуратно подошла к двери, ведущей в длинный коридор, немного приоткрыла ее и осторожно, чтобы никто не смог ее увидеть, осмотрелась. Снаружи тоже было пусто. Девушка даже начала сомневаться в своем ли она уме. Может за ней вообще никто не гнался, и все это было одной большой яркой галлюцинацией. Так или иначе, Мирэ уже приняла решение уехать из этого города и теперь собиралась довести задуманное до конца.       Прислушиваясь и постоянно оборачиваясь, девушка преодолела длинный коридор и подбежала к небольшому электронному табло. На самой верхней строке в графе отправлений зелеными иероглифами высвечивался поезд Мугунхва, следующий до Пусана. Подумав о том, что маршрут не самый плохой, Мирэ подошла к одному из расположенных поблизости автоматов и купила билет, благо стоимость его ее вполне устраивала.       До отправления оставалось еще пятнадцать минут, поэтому Ли Мирэ очень быстро забежала в один из находившихся неподалеку маленьких киосков, купила там бутылку воды и небольшую булочку с малиновой начинкой. Выбрав в здании вокзала самую скрытую от посторонних глаз скамейку, она быстро съела свой скромный обед и набрала номер хозяйки квартиры, которую снимала. Трубку на том конце провода никто не поднимал и телефон переключился на голосовую почту. «Может это и к лучшему, ” — подумала Мирэ. Все же ей было стыдно, что пришлось так внезапно уехать. Записав сообщение с извинениями и просьбой приглядеть за ее вещами некоторое время, девушка отключилась.       Вот уже полтора года, как жизнь Мирэ превратилась в постоянную игру в кошки-мышки. Ей столько раз приходилось в спешке менять жилье, что она уже попросту перестала считать. Как только Мирэ привыкала к новому месту, ей срочно надо было все бросать, собирать свои вещи и искать себе другое пристанище. Девушка постоянно меняла номера телефонов, потому что преследующие ее люди названивали ей в любое время дня и ночи. Иногда они являлись прямо к ней на работу и тогда, ее либо сразу увольняли, либо ей приходилось сбегать и увольняться самой.       С таким образом жизни Мирэ не могла позволить себе иметь близких друзей. Весь круг ее общения сводился до нескольких коллег по работе и продавцов в соседнем супермаркете. Домашних животных тоже не заводила. Все свободные вечера Ли Мирэ проводила сидя на диване перед телевизором или читая какую-нибудь книгу. Так день за днем и прошли почти полтора года ее жизни в этом большом и шумном городе до того, как ее преследователи в очередной раз нашли маленькую квартирку девушки. Тогда Мирэ покидала в небольшую дорожную сумку самое необходимое, села в пойманное в спешке такси и отправилась на Сеульский вокзал.       В поезд девушка заскочила за две минуты до отправления, предварительно убедившись что за ней нет «хвоста». Очутившись в вагоне, Мирэ осмотрелась. Большие украшенные по обе стороны светло-зелеными занавесками окна пропускали внутрь лучи яркого дневного света. Пол и стены были обиты серыми глянцевыми панелями, а по бокам, с каждой стороны от длинного узкого прохода, в несколько рядов располагались пассажирские кресла, обтянутые темно-синим сукном.       Вагон был заполнен лишь наполовину. Кто-то из пассажиров уже читал книгу удобно устроившись на своем месте, кто-то разговаривал, кто-то старался получше разместить на расположенной над сиденьем полке свой багаж.       Достав из сумки билет, девушка без труда отыскала свое место. Оно находилось почти в середине вагона, рядом с большим окном. Соседнее кресло пустовало, и девушка понадеялась, что все предстоящие пять с половиной часов будет ехать одна. Закинув сумку на широкую расположенную над сидением полку, Мирэ поудобнее устроилась на своем месте.       Поезд начал медленно набирать ход, и пейзаж за окном стал потихоньку меняться. Только сейчас Мирэ начала отчетливо понимать, что вся ее привычная жизнь осталась там, на перроне Сеульского вокзала. Собравшись впопыхах, не успев ни с кем попрощаться, девушка трусливо сбегала от своей прошлой жизни. Она так и не смогла справиться со всеми теми неприятностями, которые произошли с ней в этом большом полном шума и суеты городе.       Мирэ вспомнила тот день, когда она впервые приехала в Сеул. Все вокруг казалось таким огромным, как будто это она вдруг уменьшилась в размерах, выпив какого-то чудодейственного напитка, прямо как Алиса в стране чудес. Густо застроенный высокими небоскребами центр был для Мирэ таким необычным, что у нее захватывало дух каждый раз, как она проезжала мимо. Широкие многополосные дороги Сеула казались огромными разливными реками. Даже привычные для девушки деревья были здесь как-будто выше и зеленее.       Со временем эти ощущения сгладились. Мирэ привыкла и к высоким зданиям, и к широким загруженным дорогам, словно действие чудесного напитка закончилось, и она опять стала нормальной. Но сегодня, покидая Сеул, девушка опять почувствовала, что уменьшается.       Череду ее размышлений прервал внезапно появившийся сосед. Мирэ не стала его разглядывать, лишь слегка поклонились и снова отвернулась к окну. Она так устала, что ей было почти все равно, кто будет сидеть рядом.       Пока Мирэ рассматривала проплывающие вдали небольшие жилые домики, расположенные на окраине Сеула, ее не покидало ощущение, что ее кто-то пристально разглядывает. Повернувшись, девушка убедилась в том, что интуиция ее не подвела. Сидящий рядом с Мирэ высокий темноволосый молодой человек действительно внимательно смотрел на нее. Рот его был слегка приоткрыт, густые немного нахмуренные брови практически слились в одну линию, а светло-карие глаза излучали неподдельное любопытство. Удивительно симпатичный парень смотрел на Мирэ так, как будто они уже где-то встречались. И тут девушка поняла, кто находится перед ней. Это был тот молодой человек, с которым она столкнулась в мужской уборной.