Across the Stage

— Чимин, дорогой, когда ты приведёшь домой мужа? Если бы Чимин мог выбросить свой телефон в озеро, чтобы избежать этого разговора в тысячный раз, он бы так и сделал. — Мам… Я немного занят, — сказал он, сбавляя свой темп так, чтобы это не звучало, словно у него случился сердечный приступ во время пробежки. Последнее, что парень хотел — это напугать свою маму, когда у неё был такой настрой. — Ты знаешь, что бабушка всегда говорила — правда Вселенной в том… — В том, что каждому человеку нужен человек. Да, да, я помню — сказал он, поморщившись. — Просто сейчас не самое подходящее время для меня. Ты знаешь. Из-за новой работы? Возможно, только в этот раз, он мог приукрасить свою работу, чтобы это выглядело как отвлекающий манёвр. — Ну, ты знаешь, что твой отец и я так гордимся тобой за то, что ты получил роль в P&P Entertainment, но разве ты не хочешь поделиться своими успехами с каким-нибудь особенным мальчиком? Чимину показалось, что жизнь промелькнула у него перед глазами. Он надеялся, что признание родителям в своей ориентации будет подразумевать меньше вопросов. Но к счастью (или к несчастью) они даже глазом не моргнули от этой новости. Всё, что родители сделали — это изменили местоимение. — Я уверен, что, когда придёт время, я… найду правильного человека, — сказал он. Чимин даже не был уверен, удалось ли ему убедить в этом самого себя. Тишина на другом конце телефона подтвердила это. — Я имею в виду, что всегда могу свести тебя с… — О Боже, посмотри на время! Пора идти. Навсегда. Я имею в виду. Тренироваться! Люблю тебя, передай привет папе. Хорошего дня! — сказал он, нащупывая красную кнопку до того, как его пристыдили бы ещё больше. — Что же я такого сделал, чтобы заслужить родителей, которые так сильно заботятся о моём счастье, — пробормотал он себе под нос. Затем, глубоко вздохнув, парень продолжил свой бег. Река была достаточно хороша — она была благословенно ровной довольно долго, и мосты давали некоторую тень, когда он хотел сделать перерыв. Но, Боже, иногда Чимин скучал по Пусану. Он пробыл в Сеуле около двух месяцев и не торопился исследовать город, находя новые пути для пробежки каждый день. Чимин ненавидел бегать, но он был не против тех мест, куда это его приводило. После того, как большая часть его пробежки закончилась, он трусцой обогнул свой квартал и направился к маленькому магазинчику коктейлей неподалёку. Пак воспользовался этой возможностью, чтобы растянуться на улице и остыть, пока пролистывал свой телефон. Он всё ещё не был готов смириться с тем фактом, что они пытались свести его с а) троюродным братом, б) его лучшим другом, Тэхёном, который был польщён, но не заинтересован и в) ближайшим священником. — Я хороший сын, — сказал Чимин, ни к кому конкретно не обращаясь. Но они действительно хотели как лучше, и он любил их, даже если иногда они немного сводили его с ума. Или слишком сводили с ума. Он провёл около получаса на солнце, растягиваясь туда-сюда, пока листал свою электронную почту. На днях парень наконец-то получил расписание подготовки хореографии и свой контракт с P&P entertainment. В настоящее время они устраивали шоу для четырёх или пяти различных артистов. Чимин даже не был уверен, с кем из них он действительно хотел бы работать. Он откинулся назад, позволив своему телефону потускнеть, пока листал список групп P&P. Две женские группы — одной уже несколько лет, а другая — команда новичков. Точно пас. Хотя они иногда брали парней в тур, в любом случае, он не был действительно заинтересован музыкой. Кроме того, эгьё* может убить его. Была большая группа из пятнадцати человек или около того, у которой была крайне электрически тяжёлая атмосфера. С ними было бы интересно работать, но он не был уверен в том, сколько дополнительных танцоров им понадобится с такой огромной командой. Также была группа из парней помладше… но они были похожи на маленьких детей. Малышей. Да, сейчас им всем было больше 18, но в глазах Чимина это ничего не меняло. Наконец, нынешняя жемчужина короны P&P — Чон Чонгук. Пак пролистал до своей хореографии и застонал. Он уже сделал заметки об этом парне. Горяч. Опасен. Без вариантов. Этот ребёнок был рождён, чтобы быть айдолом. Приятная внешность, великолепные гены, убийственное тело. Красивый голос. Но судя по тому, что он слышал от своих друзей, настоящая королева драмы. Его родители сразу же ухватились за него, сказав, что самое лучшее, что он может сделать — это быть в команде Чон Чонгука. Парень сказал им довольно ясно, что это зависит не от него. Им можно было помыкать везде в пределах компании. Чёрт, он может даже не поехать в тур в этом году. Но Чимин предпочёл бы избежать этого. Иногда… людей просто слишком много. Чимин решил, что если ему ничего не известно об этом парне, то он знает это. Кроме того, любой взрослый мужчина в 20хх году, называющий себя «Джей-Кей», уже начинал с такой уверенностью, которую Чимин никогда не встречал. Тем не менее, он задумался, на что могут быть похожи его танцевальные практики. Чимин провёл рукой по волосам, убирая белокурую чёлку с лица. Он снова надел обувь и пролистал вверх, чтобы внести изменения перед тем, как выйти. Парень просто надеялся, что там, куда он попадёт, будут хорошая музыка и несколько интересных танцев. Чимин ненавидел хвастунов, но он также не любил, когда люди унижались, чтобы заставить кого-то чувствовать себя лучше. Он был хорошим танцором. Он знал, что хорошо танцует. И он не хотел быть кем-то вроде возвеличенной декорации. Чимин хотел танцевать. Так что, если это значило, что он должен был делать милые лица с девушками или поп-н-лок** с пятнадцатью певцами, то он сделает это. Таким образом, неважно, где он окажется, Чимин только надеялся, что айдолы не были придурками. Со вздохом парень встал и отправился на свой отбор.

***

Чонгук сидел на краю кровати, листая свои дела на сегодня и потягивая зелёный чай. Он беззвучно напевал, пока просматривал электронную почту. Может быть, ему лучше остаться сегодня дома? Это мысль была привлекательна: солнце только что взошло, и весь его пентхаус был залит золотым светом. Он провёл первые несколько дней своего отпуска, просто валяясь в постели, иногда включая телефон, чтобы проверить свежие обновления и горячие новости. Парень успел поучаствовать в нескольких телешоу, изучить новую музыку других артистов. Затем он провёл следующую неделю, путешествуя по Европе со своим хорошим другом, Намджуном. Он взял Джей-Кея под своё крыло несколько лет назад, когда тот только начинал свою карьеру в качестве сольного айдола. Честно говоря, оглядываясь назад, он был удивлён, что Намджун вообще о нём заботился. Мужчина был на три года старше его. Он ожидал, что рэпер посмотрит на него с презрением, но для Намджуна это не имело никакого значения. Чонгук подружился с ним и некоторыми его другими друзьями, Юнги и Сокджином. Так что теперь он всегда старался выступать с ними на одной сцене всякий раз, когда они возвращались в Сеул. Поэтому, когда Намджун сказал ему, что едет в Австрию и Германию, чтобы повеселиться, парень не мог не принять его предложение. Западные страны обеспечивали анонимность, которую не могли предложить даже Штаты. Он скучал по возможности пройтись по улице и просто ненадолго расслабиться, как обычный человек. Без шляп, без солнечных очков, без масок. Просто насладиться временем с другом за несколькими хорошими напитками. Но даже когда они вместе были в отпуске, Чонгук не мог не написать несколько слов, напевая некоторые мелодии в диктофон на своём телефоне. И так, с этими словами, он начал медленно составлять новый альбом. Это было тяжелее, чем в прошлый раз, это уж точно, но с его способностью переплетать между собой рэп и пение, это означало, что работа не будет пресной. Он попросил Намджуна сотрудничать с ним, и тот согласился, получив возможность достичь нужного ему звука вместе со своими друзьями. Намджуну также удалось уговорить Юнги сделать с ним запись. Это сделало хитом один из его треков и заставило Чонгука поднажать, чтобы не отстать от него. Из-за двух совместных записей он захотел переделать остальные, чтобы подтолкнуть их к тому уровню, которого достигли две первые песни. И через шесть недель? У него был по крайней мере один альбом с песнями, но, честно говоря, это было ближе к двум. Он потратил немного больше времени, сказав своим менеджерам, что он «улучшал» работу, но, на самом деле, ему просто нужно было ещё немного времени. Он любил своих фанатов. Чонгук называл их своими чёрными розами. В конце концов, это соответствовало его эстетике. Они были удивительными и всегда отправляли ему океан твитов и сообщений в Instagram. Парень всегда заботился о том, чтобы отплатить им тем же. Без них он бы не добился успеха. И всё же иногда они сводили его с ума. Заметьте, не все из них, но всегда были те, кто не понимал, что такое личное пространство или личная жизнь. К концу тура у него произошла довольно ужасная встреча, когда одна из фанаток оказалась за рулём машины, которую арендовали его менеджеры, до того, как он понял, что они не едут обратно в отель. Чонгук успел позвонить в полицию до того, как она доставила его туда, куда собиралась отвезти, но мысль о том, как легко он был захвачен, потрясла его и сделала ещё более осторожным. Он ограничил то, что публиковал, и сократил своё «официальное» расписание. Парень не был уверен, возникнут ли те же проблемы и с этим туром. Они усилили безопасность, и он переехал в пентхаус со своей личной охраной и ключ-картами. Но эта мысль всё равно потрясла его. Но Чонгук должен был вернуться туда. Не только из-за других его фанатов, но и из-за его контрактных обязательств. Тур был его основным источником дохода. Значимость — названием игры. Чем дольше он будет оставаться в тени, тем труднее будет вернуться на вершину. Из задумчивости его вывело тихое жужжание телефона, и парень посмотрел вниз, чтобы увидеть улыбающееся лицо своего главного менеджера по ту сторону экрана. Со стоном он провёл по экрану телефона и снова лёг в постель. Простыни были такими приятными. — Чем я могу тебе помочь, дорогая Миён? — спросил Чонгук, удивляясь тому, как сонно звучит его голос. — Ну, я полагаю, что у тебя есть сегодня кое-какие мероприятия. Ты проверил своё расписание? — Ммм… если я скажу «да» или «нет», что из этого тебя меньше расстроит? — Выбирай осторожно, — мягко сказала Миён. Он вздохнул, поднялся на ноги, снял пижаму и подошёл к ноутбуку. Чонгук проверил время, а затем посмотрел на свою электронную почту и ахнул. — Чёрт. — Мхм. Чертовски верно, — сказала она. Он мог слышать улыбку в её голосе, и это заставило его немного расслабиться. — Сколько у меня времени? Пятнадцать минут? Я ещё даже не принял душ, — сказал он. Чонгук не мог поверить, что сразу перешёл от сонливости к плаксивости. Был ли он уверен, что готов вернуться в тур? — Прими душ, а потом как можно скорее спускайся вниз, хорошо? — сказала она. — У нас собрание с хореографами, чтобы начать обсуждение тура и музыкальных видео, а затем нам нужно пойти на важную встречу. Пожалуйста, принеси сегодня хорошую версию Чонгука, хорошо? — Я постараюсь ради тебя. Потому что ты так мило попросила, — пробормотал он и повесил трубку. Чонгук вошёл в ванную, бросил одежду в корзину для белья под раковиной и прыгнул в душ. Парень потратил немало времени, декорируя это место, потому что он проводил много времени в этих четырёх стенах, когда был в Сеуле. Тёмные сланцевые стены всегда успокаивали и были тёплыми из-за горячих струй воды. Он быстро закончил свои дела, а потом переоделся. Чон был уверен, что для этой встречи они оденут его во что-то конкретное. Но сейчас, по крайней мере, он мог быть самим собой. Парень вошёл в гардеробную и огляделся. Чонгук быстро нашёл пару чёрных облегающих джинсов и натянул немного великоватую чёрную футболку. Чёрные ботинки и чёрная кожаная куртка, которую он только что подобрал. Был ли это всё ещё эстетический выбор, если Чон просто ленился? Его стилисты попросили его попробовать привнести немного больше цвета в его внешний вид, но вместо этого он искал текстуры, надеясь, что это их удовлетворит. Просто парень чувствовал себя не в своей тарелке, когда носил что-то другое. Он остановился на своём «режиме инкогнито», зная, что путь от пентхауса до гаража даёт фотографам возможность сфотографировать его. Чонгук надел на голову маленькую вязаную шапочку, а на лицо — тканевую маску. Упаковка сумки также не заняла много времени. Телефон, таблетки, зарядка, камера, наушники. Две бутылки воды, одна или две закуски. Это было так чертовски скучно. Он вздохнул, надевая сумку поверх куртки и направляясь к лифту. Чонгук пожалел, что не может спуститься по лестнице и немного размяться. Он никогда не чувствовал себя хорошо, идя прямо из постели на работу. Но парень не мог избавиться от ощущения, что весь мир ждёт его. Знакомая боль от того, что его привязали к телефону, уже начала действовать ему на нервы. Он не был уверен, что это пройдёт. К этому моменту всё казалось таким заученным. Чонгук работал в этом бизнесе уже лет восемь или около того. Почти десять. Ему нужно было что-то другое. Он просто надеялся, что на этот раз музыки будет достаточно.