Мертвые сердца, живые души

      Часы показывали ровно полдень. На улице стоял гул, слуги активно беседовали о чем-то, а мимо постоянно проезжали повозки, громыхая деревянными колёсами по брусчатке. Провожая их, лаяли собаки, пробегали несколько метров и снова возвращались на исходное место возле своих домов. Откуда-то доносился радостный девичий смех и громкие разговоры о грядущих выходных. В общем, жизнь кипела на улицах Испании.       И среди этой живой атмосферы был Антонио. Он еще спал и не чувствовал дикого похмелья, однако выглядел он ужасно. Весь помятый, с морщинами на молодом опухшем лице и с огромными синяками под глазами. Возможно, еще несколько часов хорошего сна, помогли бы ему справится с болезнью, но судьба решила распорядиться иначе. Дверь его комнаты осторожно открылась, и в комнату проскользнула служанка.       - Господин, просыпайтесь, - еле слышно прошептала она и услышала ответное мычание, которое означало, что вставать он не собирается ближайшие пять часов. - Господин, к Вам...       - Антонио де Рикла! – Феликс бесцеремонно с криком влетел в комнату, отодвигая служанку в сторону. Молодой граф с силой стянул пуховое одеяло с Антонио, отчего служанка стыдливо закрыла лицо руками, поспешно выбегая из комнаты.       Крик Феликса подействовал. Антонио вздрогнул и проснулся. Но стоило ему поднять голову, как ее пронзила дикая боль, и он вновь упал на подушку, натянув ее на голову и начиная чертыхаться.       - Я что-то непонятно сказал, мой драгоценный друг? - вновь произнёс Феликс и отобрал подушку, скинув ее на пол следом за одеялом. - Как ты мог напиться, зная, что сегодня у нас важный день?       - Дру-уг. Вы даже не можете себе представить, как мне плохо, - протянул Антонио, пытаясь сесть на кровать, не совершая лишних и резких движений. Когда его тело успешно было перемещено в вертикальное положение, мужчина шумно выдохнул, ощущая пульс в своих висках. Крайне неприятное чувство.       - Ну и вонь! - фыркнул Феликс и толкнул друга так, что тот вновь упал на кровать, отчаянно завопив от боли. - Даю тридцать минут на сборы. И не секундой больше. Феликс вышел из комнаты, громко хлопнув дверью и с удовольствием слушая гневную брань Антонио.       Прошло уже сорок минут с тех пор, как Антонио должен был начать немедленно собираться. Феликс по-прежнему сидел в большой гостиной поместья де Рикла и ждал своего друга, не отошедшего после очередного приема. Тот, судя по всему, совершенно не спешил. Вновь посмотрев на часы, Феликс злобно выдохнул воздух из своих лёгких и поднял глаза на лестницу. Торопясь, по ней спускалась одна их горничных Антонио. Молодая, красивая, всё как любит этот мелкий засранец.       - Господин просил передать, что скоро спуститься. - сообщила девушка. - А пока... Не хотели бы вы чаю?       Феликс слегка помотал головой, отказываясь, и снова посмотрел на часы. До заседания их сообщества оставалось двадцать минут. Это заседание должно было стать последним перед началом радикальных действий. К тому же, в этот день должны были прибыть послы других стран, дабы оказать поддержку в организации революции. Поэтому опаздывать на такое мероприятие было непростительно. Но не для самого безответственного графа королевства, не для Антонио.       - Просим прощения за задержку, уважаемые сеньоры, - раздраженным голосом произнес Феликс, когда вошел в комнату заседаний. За ним шел проснувшийся только наполовину Антонио.       - Ага, поддерживаю, - зевнул граф, после чего получил очередной тычок в бок.       - Сеньоры, вы слишком беспечно относитесь к нашему общему делу, - свел брови к переносице один из завсегдатаев собрания. Их с Феликсом отношения можно описать достаточно просто: оставляют желать лучшего.       Дальнейшие возмущения и возможные пререкания прервал сидящий во главе человек.       - Перестаньте, сеньор Гарсия, они опоздали минут на... пятнадцать? Это не так важно, главное, чтобы при осуществлении плана были все на месте.       - Генерал дель Риего-и-Нуньес, благодарим Вас за снисхождение, - кивнул Феликс.       Рафаэль дель Риего-и-Нуньес сидел, сложив руки на столе. Несмотря на его дружелюбное отношение, карие глаза всегда оставались холодными, пристально глядя на каждого, кто говорил, а сдержанная улыбка словно застыла на лице. Антонио и Феликс расположились по разные стороны стола.       - Пора приходить к более радикальным действиям, чем распространение слухов среди обычного народа. Откуда же следует начать?       - Андалусия, - подал голос Феликс. – Ее расположение позволит нам задействовать близ лежащие города, а также именно там мы получим больше поддержки от народа.       Рафаэль ликующе улыбнулся:       - Это именно то, что мы и обсуждали. Андалусия подходит как нельзя лучше.       - Есть еще и Галисия, - лениво протянул Антонио, откинувшись на спинку стула.       - Мы не знаем, какова вероятность успеха восстания.       Гарсия скептически поинтересовался, начиная прикуривать трубку:       - А Андалусия уже дала свое согласие, значит?       Феликс раздраженно цокнул языком:       - Очевидно, что Андалусия будет на нашей стороне. От деспотии короля Фердинанда экономика Андалусии пострадала, люди в отчаянии. А отчаяние именно то, что нам нужно.       Рафаэль кивнул.       - Я считаю, что сеньор Феликс прав. Если все пройдет удачно, то мы заручимся поддержкой восьми провинций, и это будет только начало.       Антонио лениво пожал плечами, не выражая активной позиции. Возможно, то было из-за похмелья, а может из-за того, что проспаться ему так и не дали. Определив место начала всей революции, участники начали обсуждать стратегию, чтобы привести их страну к освобождению от гнета деспотичного короля.       Когда Феликс и Антонио выходили из кабинета, светловолосый ленивый сеньор потянулся, с наслаждением протягивая:       - Наконец-то домой, отосплюсь. Завтра ты же меня не планируешь пинать в бока с самого утра?       Феликс улыбнулся:       - Боюсь, после сегодняшнего продолжения вечера у меня будет слишком хорошее настроение, которое не захочется портить лицезрением твоего не самого лучшего лица.       Антонио подскочил:       - Неужели герцоги...       - Тише ты, болван, - шикнул Феликс на Антонио, и тот мгновенно закрыл себе рот обеими руками, ехидно хихикая, чем безумно раздражал своего друга.       Анна прогуливалась туда-сюда по саду, который был надежно спрятан от людских глаз свесившимися ветвями деревьев. Здесь располагался небольшой фонтан, который успокаивал девушку журчанием воды. Она приехала раньше, чем Феликс, хотя и опоздала.       - Вы выглядите превосходно, моя сеньорита, - услышала знакомый голос Анна за своей спиной.       - Сеньор Феликс! Как необычно видеть Вас опоздавшим, - Анна поклонилась Феликсу.       - Как необычно видеть вас вовремя пришедшей, - в той же манере ответил ей Феликс и поцеловал руку герцогини.       Девушка улыбнулась в ответ на колкость молодого человека и слегка потянула его за руку.       - Давайте прогуляемся немного. - сказала она и заняла место справа от графа, - Хочу поделиться с Вами своим очень любопытным наблюдением. Каждую нашу встречу небо очищается и ночь становится ясной. Забавно, не правда ли?       - Вероятно, это из-за того, что наши сердца начинают биться в унисон и сила любви разгоняет хмурые облака, дабы небеса могли узреть истинные чувства. - взмахивая рукой, вдохновенно произнёс Феликс.       Анна, недоуменно посмотрев на спутника, скривила лицо в отвращении и с силой ударила его по плечу.       - Зачем Вы говорите подобные вещи? - ударив графа еще раз, Анна плотно закрыла свои уши. - Как сделать так, чтобы мои уши расслышали Ваши речи?       Феликс залился смехом, присаживаясь на скамью под большим дубом, раскинувшим свои ветви.       - Ну же, дорогая Анна. Почему Вы не хотите принять мои ухаживания с гордо поднятой головой?       Анна продолжала стоять с закрытыми ушами.       - Хорошо-хорошо, Вы уговорили меня, - сказал примирительно Феликс. - Я постараюсь больше не говорить правду о наших чувствах, - граф сделал вид, что плачет. - Буду восхищаться в одиночестве... А теперь прекращайте дурачиться и садитесь рядом со мной.       - Скорее страдать, а не восхищаться... – пробурчала Анна, но все же открыла уши и расположилась рядом с Феликсом, поправляя складки платья.       - Забавно видеть Вас смущенной, - сказал молодой граф, ехидно посмотрев на девушку.       Герцогиня бросила на мужчину быстрый взгляд, улыбнулась и положила свою голову на его плечо. Феликс застыл, превратился в неподвижную скалу и задержал дыхание. Теперь жизнь в нём выдавало только бешенное сердцебиение.       - Забавно видеть Вас смущённым, - засмеялась Анна, передразнивая Феликса, и граф расслабился, откидываясь на спинку.       - Увы, Вы ошиблись, и я вовсе не смущён.       Анна еще раз хихикнула на такое высказывание и устремила свой взгляд в небо. Как и в прошлый их вечер, на небосводе сияла большая луна, но сегодня она казалась особенно красивой и притягивала к себе взгляд.       - Луна напоминает мне прекрасную девушку. Такая светлая и красивая, - начала Анна.       - Вы правы, любовь моя. Луна - это девушка, возлюбленная солнца, - герцогиня подняла заинтересованный взгляд, а граф продолжил. - Когда-то моя матушка увлекалась мифами разных. Отец часто бывал заграницей и каждый раз привозил том мифов для неё. Мне тоже нравились эти книги. Каждый миф был волшебным и необыкновенным, особенно из уст матери, но один полюбился мне больше всего. Индийский миф о Солнце и Луне.       Анна немного поерзала, устраиваясь удобнее на плече Феликса.       - Так расскажите же, мне безумно интересно послушать об этом.       Феликс только и ждал этой просьбы, он приобнял Анну за плечи и начал рассказ:       - В Индии затмения Луны и Солнца описываются в эпосе "Махабхарата". В нем затмения описываются как явления, которые происходят после череды событий, когда многочисленные божества индийского пантеона собираются вместе, чтобы сварить очередную порцию эликсира бессмертия – сомы. Боги при поддержке демонов превращают Мировой океан в большой котел, в котором и варят напиток. Но когда сома наконец готова, бог Вишну, обратившись в прекрасную девушку, крадет этот напиток, чтобы раздать всем добрым богам. Но демоны не желают просто так отдавать эликсир. Один из них – хитрый Раху – крадет последний глоток сомы у Вишну. Солнце и Луна, которые никогда не спят, предупреждают Вишну и тот отрубает голову демону. Но тот уже успел выпить напиток и не может умереть и вынужден жить с отрубленной головой. Затмения происходят тогда, когда разгневанный Раху догоняет Солнце и Луну и, чтобы наказать их, проглатывает целиком, но только лишь затем, чтобы они вскоре вывалились обратно из отрубленной шеи.       Анна вскочила с плеча, ужаснувшись:       - Я-то думала, что это будет история любви!       - Разве не романтично? Сами подумайте, душа моя, Солнце и Луна всегда вместе. Даже наказание они принимают вместе с достоинством. Они преданы Вишну, но еще больше они преданы друг другу. Разве Вы думаете, что они не опасались хитрого Раху? Их поддержка друг друга дала им сил противостоять страху, когда они решились рассказать все Вишну.       Девушка задумчиво кивала, глядя куда-то вперед себя, а затем хлопнула в ладоши:       - Не кажется ли Вам, что мы с Вами похожи на Солнце и Луну из легенды?       Феликс с нескрываемым интересом посмотрел на девушку:       - Неужели?       - Да, а хитрый Раху - это никто иной, как мой отец, - Анна задорно рассмеялась. - Только все же кое-чем наши истории будут отличаться.       - Чем же?       Анна вздохнула:       - В легенде у Солнца и Луны плохой конец. У нас же он непременно будет счастливым. - Девушка смущенно улыбнулась, заметив пристальный взгляд Феликса. - Вы не согласны со мной? - спросила Анна.       Феликс мотнул головой:       - Нет, дорогая моя, Вы правы. Непременно счастливый конец.       Феликс быстро наклонился к губам девушки и оставил на них короткий поцелуй. Анна вспыхнула, снова ударив молодого графа:       - Да что же Вы творите, сеньор!       - Закрепляю наше обещание поцелуем, конечно же, - с невозмутимым видом сообщил Феликс, не без удовольствия наблюдая, как щеки девушки становятся все краснее.       - Опять Вы надо мной смеетесь. Что же, - соскочила со скамейки Анна, - да будет Вам известно, хорошо смеется тот, кто смеется последним!       После этих слов девушка притянула к себе Феликса, схватив того за грудки, и поцеловала его в щеку.       - До встречи, сеньор Феликс! - девушка заливисто рассмеялась и поспешила к выходу из сада, оставляя Феликса в полном недоумении и смущении.       - Что же, в этот раз Вы победили, моя дражайшая невеста, - улыбнулся молодой граф, с нежностью прикасаясь к своей щеке, которую совсем недавно поцеловала озорная герцогиня.       Так прошёл целый месяц. Каждый день молодые люди встречались в парке кафедрального собора и проводили часы за непринужденными беседами. С каждой встречей стеснений становилось все меньше, объятия крепче, а поцелуи глубже. Анна была по-настоящему счастлива и уже думать забыла о неприятностях с отцом, до того ужасного дня.