La Petite Mort

      Осаму подпирает ладонью щеку, с трудом подавляя зевок, пока слушает Мори на очередном собрании Исполнительного Комитета. Ему глубоко плевать на планы распоясавщейся в край Гильдии и ее лидера — альфы с нарциссическим расстройством, Френсиса Фиджеральта. В остальное время дьявольский вундеркинд демонстрирует иллюзию бурной деятельности и имитацию активного рабочего процесса, дабы избежать праведного гнева своего босса и дражайшего наставника.       Альфу жутко раздражали шум и суета, царящая вокруг приезда делегации весьма известной в узких кругах французской группировки, и планируемого долгосрочного тесного сотрудничества. Мори вел переговоры лично, контрактами занималась Озаки.       Лидер Портовой Мафии всегда знал, как наладить взаимовыгодное сотрудничество. В результате Порт получал новый рынок сбыта оружия, а французские коллеги теперь беспрепятственно могли налаживать поставки элитного алкоголя в Йокогаму. Заключение в ходе переговоров контракта, конечно, являлись лишь вершиной айсберга, но Осаму не особо вдавался в подробности. Дазай лишь облегчение выдохнул: босс был слишком занят чтобы контролировать его.       Конечно, суицидный альфа вовсе не отказался бы от элитного французского коньяка и бренди, который, по слухам не уступает его любимому виски. Осаму просто раздражал весь этот шум, словно его босс старается наизнанку вывернуться перед зарубежными гостями, чтобы произвести на них впечатление.       Дойдя до крайней степени отчаяния и раздражения, Осаму решает обойти все элитные рестораны Йокогамы. Незнакомец явно имел тягу к роскоши и обладал тонким изысканным вкусом, вряд ли он бы упустил такую возможность. По крайней мере, мафиози очень на это рассчитывал.       Осаму обошел почти все дорогие рестораны города, начиная с французского, вспоминая, как забывшись в порыве страсти, его пылкий любовник переходил на французские ругательства. Осаму находит эту пикантную привычку совершенно очаровательной. Однако ни в одном из заведений рыжий омега так и не засветился. Какого же было удивление Дазая когда в зале шикарного итальянского ресторана он обнаруживает собственного босса в компании прекрасного омеги-иностранца.       Осаму подходит к столу босса склоняясь в учтивом поклоне, демонстрируя мнимое почтение и уважение к старшему альфе. Однако в глазах дьявольского вундеркинда искрится лукавство, что не остаётся без внимания Мори Огая. Ледяной взгляд старшего альфы, а также его изменившийся запах красноречиво намекают, что присутствие воспитанника крайне нежелательно, и рушит приватность вечера. Это лишь сильнее забавляет дьявольского вундеркинда, разжигая природное любопытство. Осаму всегда любил танцевать на лезвие бритвы. Бесить босса всегда было его излюбленным занятием, после суицида, конечно. К тому же Дазай обожаю рушить чужие планы и просто не мог упустить такой шикарной возможности узнать побольше о, так сказать, личных пристрастиях и предпочтениях босса.       В течение несколько минут Дазай узнает много интересных фактов. Спутника наставника зовут Артюр Рембо, и юный мафиози смутно припоминает, что это и есть их зарубежный коллега, с которым Портовая Мафия в данный момент ведет переговоры о долгосрочном сотрудничестве. Похоже, важные переговоры его босс предпочитает вести в неформальной обстановке. Теперь Дазай наглядно видит истинную причину заинтересованности босса.       Вероятно, иностранец является ровесником Мори, хотя выглядел максимум на тридцать. Француз определенно был красив: изысканный, со своей аристократической красотой, он выглядел словно граф с трагической судьбой сошедший со страниц готического романа.       Запах изысканного дорогого шампанского идеально подходил омеге, гармонично завершив его образ. Правда, в нем отчётливо чувствовались нотки другого запаха: табака и дорогого виски. Что явственно говорило: омега давно занят и помечен. А метка на шее Артура и обручальное кольцо на изящном пальце развеяли последние сомнения.       — Мори же не настолько глуп, чтобы крутить шашни с меченным омегой, к тому же супругом лидера французской группировки? — мысленно усмехается Осаму.       И всё-таки между ними определенно что-то было. Осаму понял это сразу: по тем взглядам, которые Артюр и Мори бросали друг на друга, по ласковым улыбками и мимолетному касанию кончиками пальцев, когда альфа накрывал ладонь прекрасного омеги. Дазай наблюдал за ними достаточно долго находясь в тени, чтобы понять — в столь приватньй обстановке они обсуждали далеко не бизнес. Дазай никогда прежде не видел, чтобы его наставник смотрел на кого-то с такой радостью и трепетом. Его обычно холодные пустые и непроницаемые глаза словно светились изнутри.       — Ваш японский безупречен, — приемник босса целует ладонь омеги, облаченную в тончайшие шелк жемчужино-белой перчатки.       — Благодарю. У меня были прекрасные учителя, — звонко смеется француз. Его смех похож на звон колокольчиков. — К тому же я провёл год в Токио во время моего обучения.       Возможно, они познакомились еще когда были студентами, думает Осаму.       К неудовольствию босса, Дазай не спешит покидать их стол и принимает вежливое приглашение Артюра присоединиться. Суицидальный альфа продолжает с интересом рассматривать омегу, стараясь делать это не привлекая внимания.       Стоит признать, у наставника хороший вкус. Темно-каштановые волосы волнами спадали на плечи, подчеркивая аристократическую бледность кожи. Высокие скулы, точеный длинный нос, тонкие красивая губы и большие печальные глаза теплого золотисто-зеленого цвета невольно притягивали взор. Француз явно отдавал предпочтение готическому стилю, который смотрелся на нем идеально. Жемчужно-белая шелковая рубашка с расклешенными рукавами украшенная тончайшим кружевом, подчеркивала природную хрупкость омеги. Черные брюки с завышенным корсетным поясом со шнуровкой прекрасно дополняли готический образ, подчеркивая бедра и длинные стройные ноги. Несмотря на внешнюю аристократическую холодность и сдержанность в омеге чувствовалась страсть, которую он успешно скрывал. Омега определенно обладал незаурядным характером и в целом являлся интересной личностью, способным на необдуманные поступки, какое-нибудь безумство во имя любви. Осаму чувствовал в нем какой-то внутренний надлом, скрытую личную трагедию.       Дьявольский вундеркинд не смог себе отказать в удовольствии выпить бокал вина в приятной компании, а после поспешил попрощаться под благородным предлогом. Дабы не испытывать больше терпения босса.       Дазай добирается до дома почти за полночь, падая на постель прямо в одежде. Последние дни были слишком изматывающими. Юный суицидник просыпается посреди ночи, резко садясь на футоне и невольно касается пальцами шеи. Место укуса вспыхивает огнем. Альфа чувствует кровь под пальцами. Странно, обычно на нем все заживает, как на собаке. Это происходит снова. Сны мафиози, серые и безжизненные, обычно напоминают гнетущий вязкий бесконечный кошмар. Он словно тонет в удушающей тьме. Но не сегодня.       Яркая вспышка. Скорость, адреналин, холодный ветер, бьющий в лицо, огни ночной Йокогамы проносящиеся на запредельной скорости.       Это похоже на яркие кадры кинопленки. Нет, не так, словно он может видеть чужими глаза и чувствовать отголоски чужих сильных эмоций. И каждый раз он ощущает, как укус вспыхивает на его коже. Это похоже на слабый импульс тока. Прошлой ночью он проснулся от ощущения остаточного наслаждения и долгого протяжного сладкого стона, срывающегося на пронзительным крик в момент ослепительного оргазма. От порочного голоса, шепчущего его имя. Этот хриплый, сексуальный голос мафиози узнал бы из тысячи.       Осаму кажется, что он сходит с ума.       Однако эти эпизоды повторялись не только по ночам. Иногда он улавливает чужие эмоции среди бела дня. Ярость, злость, энтузиазм, восторг. Вкус ванильного капучино по утрам, терпкостью красного вина, растекающейся на языке по вечерам. Порой мир просто вспыхивал яркими красками, заполняя Осаму чужими ощущениями, адреналином и неудержимой жаждой жизни. Мафиози никогда не считал себя эмпатом и не совсем понимал природу этой странной связи, но эффект ему определенно нравился. Он словно ощущал то, что долгое время было ему недоступно.       — Я работаю один, — встрепенулся мафиози, когда наставник так невовремя заглянул в его кабинет, решив обрадовать нежданной новостью.       — Это приказ, Дазай-кун, — Мори приподнял бровь забирая кружку с кофе с цианидом прямо из-под носа воспитанника и с невозмутимым видом выливая ядовитый напиток в окно.       — Отравление не поможет тебе отвертеться от нового задания, Дазай-кун, — усмехнулся Огай.       — Вы же знаете, Мори-сан, мои напарники долго не живут, — елейным голосом продолжил юный суицидник.       — Накахара-кун тебе не по зубам, — усмехается старший альфа. — И да, я запрещаю тебе его убивать.       В голосе наставника чувствуется сталь, а аура в кабине Дазая становится по настоящему угнетающей.       — Ты же не собираешься нарушить важное для Портовой Мафии деловое сотрудничество, Дазай-кун? — вкрадчиво уточняет Мори.       — Я вас понял, Босс, — кисло улыбается Осаму.       — Чудно. Жду завтра ровно в три в моем кабинете. Надеюсь, ты не заставишь наших иностранных гостей ждать, — сладким голосом произносит Мори.       Осаму слышит запах моря. Потрясающие свежий запах окутывает его с головы до ног, стоит ему только переступить порог кабинета босса. Бушующий океан. Запах определенно принадлежит альфе, вероятно, его будущему напарнику. И дьявольский вундеркинд с явным удовольствием замечает, что запах скорее нравится, чем раздражает.       — Ты опоздал на пять минут, — вскользь замечает старший альфа.       До того как Дазай вошел в кабинет его наставник явно о чем-то оживлённо обсуждал с иностранным гостем. Мори отстраняется от Артюра, обращая свой взор к своему приемнику.       Мори что-то говорит, но взгляд Дазая направлен на новоиспечённого напарника.       Иностранец стоит вполоборота к окну. Альфа небольшого роста, что несколько нетипично для представителей его пола. Впрочем, откуда ему знать, какие за рубежом альфы, это же Франция в конце концов! Альфа выглядит изысканно. Темно-синий костюм подчеркивает красивое гибкое тело и почти изящную фигуру его обладателя. Взгляд Дазая невольно цепляется за алую рубашку и уходящие под пиджак черные ленты портупеи. Красивую открытую шею с черным чокером, синюю шляпу в тон костюма и огненно-рыжие волосы. Весьма необычный выбор аксессуаров, особенно для мафиози. Стоп. Что?! Осаму пораженно смотрит на выбивающиеся из-под шляпы рыжие локоны.       — Познакомься со своим напарником, — голос Мори доносятся словно сквозь толщу воды. Мафиози говорит еще что-то. Но Осаму не слушает, потому что в этот момент незнакомец поворачивает голову, обжигая арктическим холодом голубых глаз. Укус под бинтами вспыхивает огнем, отзываясь неожиданно болью.       — Накахара Чуя, — опасно улыбается альфа до боли сжимая протянутую ладонь.       — А мы уже знакомы, — пакастно мурчит Осаму, морщась от легкой боли в запястье, пытаясь отойти от первого потрясения.       Ледяной взгляд Чуи красноречиво обещает долгую и мучительную смерть. Если бы взглядом можно было убивать, незадачливый суицидник давно бы обратился грудой пепла.       Оставшуюся часть деловой встречи Чуя скрипя зубами старается всеми силами игнорировать бесящий раздражитель, обратив свое внимание на лидера портовой мафии и будущее задание.       Чертов расточитель бинтов нарочно крутится рядом и буквально лучится от счастья, явно оживившись, демонстрирует небывалый энтузиазм и сомнительную заинтересованность. Мори озадаченно смотрит на своего воспитанника, явно не одобряя его странного поведения.       Дьявольский вундеркинд игнорирует босса и, слушая вполуха, изображая иллюзию бурного мыслительного процесса и внимания. Однако мысли юного мафиози слишком далеко от предстоящей операции. Осаму еще полностью не оправился от шока. Он переспал с альфой. С красивым, дьявольски горячим и дерзким альфой, с просто умопомрачительно сексуальной задницей. Дазай определенно ни о чем не жалеет. Настолько, что готов завалить Чую прямо сейчас на стол босса и оттрахать жестко и глубоко даже на глазах Мори.       Чуя злобно зыркает ощущая голодный взгляд на своей заднице, когда склоняется над схемой здания. И Осаму предсказуемо залип на этих восхитительных округлостях в непристойно узких брюках.       — Мои глаза выше, чёртов Дазай, — одними губами шепчет Чуя, кристально-голубые глаза пылают праведным гневом. Обещая скорую расправу. Без свидетелей.       Мори вопросительно приподнял бровь, пристурняя своего нерадивого ученика.       Осаму покидает кабинет босса в крайне приподнятом настроении, идя по коридорам Портовой Мафии, мурлыкая под нос песенку про двойной суицид. Стоило ему отойти на безопасное расстояние, как его грубо оттаскивают в темный угол, резко впечатывая в ближайшую стену.       — Расскажишь кому-нибудь, прибью! — гневно рычит Накахара. Острый нож вонзается в стену в опасной близости от лица Осаму. Изящные пальцы в черной перчатке предупреждающие сжимаются на перебинтованной шее мафиози. Осаму таращится на Чую с нескрываемым восторгом, ощущая забытый трепет. От ощущения легкого удушья кружится голова, а член болезненно давит на ширинку.       — Чуя, я, конечно, не против удушения, но зачем набрасываться на меня прямо в коридоре? Если тебе не так не терпится, мы можем продолжить в более приватной обстановке, — лукаво мурлычет Осаму. — Я уже начинаю возбуждаться.       — Завались, чертов суицидник! — рыжий мафиози резко отталкивает его от себя.       — Как тебе удалось это провернуть? Я ведь отчётливо чувствовал твой запах. — хитро улыбается Дазай.       — Духи с феромонами и смазка, — понизив голос отвечает рыжий альфа. — Это был просто случайный секс. Так что даже не надейся на продолжение, мумия, — дерзко усмехается Чуя.       — Не волнуйся, я никому не скажу о твоих пристрастиях, Чиби.       — Я просто открыт для нового опыта, ясно! — рявкает Накахара.       — Тогда тебе не стоит так громко орать об этом, чиби. Конечно, если ты не хочешь, чтобы каждая собака в Портовой Мафии была в курсе твоих специфических предпочтений.       — Завались!       И тут Осаму осеняет.       — Чуя, это и есть твоя стрёмная способность?! Ты омега, который может притворяется альфой, да?       — Что, блядь?! — взгляд рыжего мафиози пылает приведенным гневом.       Дазай сразу же решает проверить блестящую теорию в действии, тянется к шее рыжего мафиози активируя аннулирующую способность.       Они пораженно смотрят друг на друга. Запах Накахары не меняется. Улыбка Дазая становится ломаной и нервной, когда мафиози понимает, что впервые облажался.       — Это что еще за херню ты только что здесь устроил?! Да если бы я использовал свою способность, тебя бы давно уже размазало по всем поверхностям, дермовый Дазай! — гневно рявкает Накахара, хватая за галстук бесящего суицидника.       Осаму не успевает увернуться в очередной раз убеждаясь, что его новоиспеченный напарник бьет больно и без промаха.       — Наша встреча была предначертана судьбой, чиби! — радостно выдает Осаму, а после тихо шипит, стирая свежую кровь с разбитых губ.       — Это ебучий случай, Дазай — холодно парирует Накахара. Причем ебучий во всех смыслах, мысленно добавляет рыжий мафиози.       — Свали в туман, Осаму! А лучше сразу пойди и убейся! — Чуя разворачивается на каблуках, небрежно отталкивая бесящего напарника направляясь к выходу.       — Уверен, что мы правильно поступили сделав их напарниками? — озвучивает свое обоснованное беспокойство Артюр.       — Абсолютно! Бриллиант полируется бриллиантом!       Альфа лукаво улыбается протягивая бокал «Шато Пертюс» своему любовнику. Артюр делает несколько глотков благородного напитка, смакуя на языке изысканный вкус вина, отставляет бокал в сторону, подходит к Мори призывно смотря в рубиновые глаза лидера Портовой Мафии. Альфа притягивает его к себе, накрывая манящие губы любовника голодным собственническим поцелуем. В глазах Мори пылает страсть и неприкрытое восхищение своим любовником. Артюр целуется изысканно и страстно, льнет к груди мафиози, зарывается тонкими пальцами в черные волосы альфы, нежно массируя кожу головы и напряжённую шею. Горячий язычок скользит в приоткрытый рот, лаская и дразняще сплетаясь с языком альфы, даря порочное наслаждение.       Губы омеги мягкие и сладкие от вина, поцелуи упоительно-чувственные, соблазнительно-дразнящие. Мори несдержанно рычит, с животной жадностью вылизывая рот, подхватывает омегу под бедра, поднимая на руки. Артюр всхлипывает, стонет несдержанно и сладко, обнимая бывшего доктора, нежно и крепко обвиваясь вокруг него длинными стройными ногами, подставляя открытую шею для поцелуев. Мафиози усаживает на стол омегу, скидывая мешающие документы, любуясь уточнений красотой своего любовника. Артюр несдержанно срывает рубашку с мафиози, быстро тянется к ремню.       Мори лукаво улыбается, вовлекая француза в чувственный поцелуй, ладони альфы оглаживают и сжимает соблазнительные бедра, забираются под рубашку, лаская гибкое тело омеги. Лидер Портовой Мафии улыбается хищно, многообещающие. В его кабинете прекрасная звукоизоляция. Все важные встречи мафиози перенёс еще утром.