Земляничное дерево

Глава 10. *** После той ночи жизнь Минории изменилась. Сначала она думала, что в лучшую сторону. Кунсайт заботился о ней, не позволяя никому причинять ей неудобства или печалить её. При ней всегда теперь были стража и слуги — чего бы она ни захотела, она это получала. Мине было это и приятно, и странно одновременно. Родители воспитывали её в строгости, хоть она и была наследной принцессой Венеры. Она не привыкла к такому обращению — когда каждый каприз беспрекословно выполнялся. Но в роскоши и вседозволенности была своя прелесть. В конце концов, она была леди северных земель, законной женой Кунсайта, ей полагались привилегии. Однако расторопность слуг, их постоянное лицемерное желание угодить быстро надоели Мине. Единственное, чего она действительно хотела, чтобы Кунсайт был с ней рядом. Но этого каприза слуги выполнить не могли. Кунсайт передал Минорию в заботливые руки придворных, сам же оставался таким же, как и раньше — холодным и отстраненным. Он занимался делами королевства, тренировался со своим гарнизоном, ездил с лордами Зойсайтом и Нефритом на охоту — все, что угодно, лишь бы не уделять лишнего внимания Мине. И ей было больно от этого. Минории казалось, что после признания о земляничном дереве их отношения изменятся, но этого не произошло. Как будто и не было того искреннего разговора, как будто Мине все приснилось. Но она точно знала, как он смотрел на неё той ночью. Только мужчина, у которого есть нежные чувства к женщине, мог быть столь ласковым и чутким. Каким бы черствым и жестоким ни казался Кунсайт, Мину теперь это не пугало. Она приняла для себя решение - она будет с ним, что бы ни случилось, как бы он ни отталкивал её. Минория не считала себя сильной. И смелой она не была. Но любовь к Кунсайту давала ей сил. Ей хотелось, чтобы он увидел, на что она готова ради него, как велика её любовь. Может, тогда и он смог бы полюбить её также. Вечерами она смотрела на Кунсайта исподлобья, оставляя на пару минут своё рукоделье, чтобы полюбоваться его красивым мужественным профилем. Если он замечал её взгляд, она тут же опускала глаза к шитью и делала вид, что ничего не произошло. Но щёки её заливал предательский румянец смущения. Кунсайт никак не реагировал на её повышенное внимание. Но по ночам он теперь всегда делил ложе лишь с Миной. Как и обещал, Кунсайт отослал Берилл прочь. С того злополучного дня никто больше не слышал о придворной интриганке. Мина была этому рада — её пугала жестокость леди Берилл. Она была опасна в своей ревности и скора на расправу. Мина не знала, смогла бы она справиться с происками Берилл, если бы не Артемис. Молодой принц был для неё истинным другом, таким, какими были принцессы Литавра, Рейана и Амелия, дороже и ближе родной семьи. И Минория плакала, когда Артемис отбывал на Мау. Он целовал её руки и желал им с Кунсайтом счастья, а Мина рыдала в голос, не в силах остановиться. Она хотела, чтобы Артемис остался, но он все равно отправился домой. Без него Мина чувствовала себя ужасно одинокой. Ещё более одинокой Минория почувствовала себя, когда Кунсайт объявил, что скоро вновь отправится на фронт. Он сказал об этом спокойно, без особенных эмоций, тогда как в сердце Минории тут же поселились печаль и страх. Она боялась, что Кунсайт может не вернуться с войны, боялась, что его принесут на щите. Она не смела сказать о своих опасениях Кунсайту, не смела спросить его, что он чувствует. Мина ощущала себя маленькой девочкой, потерянной и печальной. Ей предоставилась возможность почувствовать себя счастливой, но ненадолго. Все её радости у неё отнимали. Сначала её покинул Артемис, теперь должен был покинуть Кунсайт. Самые любимые и дорогие люди исчезали из её жизни, а ей в распоряжение оставался только роскошный замок и толпа слуг. Минория всё на свете отдала бы, лишь бы Кунсайт остался с ней. Но этому было не суждено случиться. *** Минория до последней минуты не знала, когда Кунсайт отбудет на фронт. Однако каждый день приближал разлуку. По сообщениям разведки в Дальневосточном Регионе бушевало восстание. Лорд Джедайт, наместник региона, находился в осадном положении, ему срочно требовалась помощь. Ближе всех был Зойсайт, он отреагировал на угрозу раньше других и пришел на помощь Джедайту. Но отбить атаку полностью не получалось. Кунсайт намеревался ударить повстанческие силы с тыла и положить конец гражданской войне. Тем солнечным летним утром Минория занималась розами в саду. Она поливала нежные растения, обрезала им шипы и лишние листья, наслаждалась одиночеством и спокойствием. У Минории было отличное настроение, поэтому она напевала старинную почти забытую песню на венерианском. Кунсайт возник рядом с ней внезапно, положил руки ей на талию. От неожиданности Мина ахнула и уколола палец розовым шипом. Она смотрела на серьезного, печального Кунсайта и на маленькую кровоточащую ранку на пальце, на котором носила обручальное кольцо. Это был плохой знак. - Милорд, что Вы здесь делаете? - испуганно спросила Мина, боясь посмотреть на него, боясь прочесть в выражении его лица ответ на свой вопрос. - Мина, нам надо поговорить, - тяжело ответил Кунсайт. Он потянул её за руку, заставляя бросить работу и последовать за ним. Минория думала, что Кунсайт поведет её в замок, в их покои, но вместо этого он повел её вглубь сада. Когда они дошли до озера, Кунсайт сел на скамью, жестом предложив Минории присоединиться к нему. Мина не перечила. Она робко села рядом. Первый Лорд молчал. Он хмурился, его губы сложились в жесткую суровую линию, но потом черты его лица снова разгладились. Казалось, он хотел что-то сказать, но не мог решить, стоило ли. Наконец он привлек Минорию к себе и поцеловал в лоб. Она тяжело вздохнула. - Ты ведь и сама знаешь, что я должен сказать тебе, - невесело произнес Кунсайт. - Да, милорд, - прошептала Минория, - Вы отправляетесь на войну. - Через три часа мы выступаем, - Кунсайт подтвердил самые худшие опасения Минории, - я не знаю, когда смогу вернуться и смогу ли вообще, - горько добавил он. Мина молчала. Она не знала, что нужно говорить, не хватало слов. В её сердце поселилась черная тоска. Она теснее прижалась к Кунсайту, взяла его большую прохладную ладонь в обе свои руки и поднесла к губам. - Я буду ждать Вас, милорд, - наконец еле слышно выговорила она. В горле стоял ком. - Я знал, что лишь тебе могу доверять, что ты поймешь меня с полуслова, - неожиданно ласково сказал Кунсайт. Первый Лорд сжал её в объятьях так сильно, что она с трудом могла дышать. Минория обняла его в ответ. Она чувствовала, что Кунсайту не все равно, что она и их ребенок много значат для него, пусть он не может или не хочет сказать об этом вслух. Минория подумала, что ещё никогда не чувствовала такой близости с мужем. Обычно он приходил к ней, если хотел плотских утех. Но сегодня все было по-другому. Они просто сидели, обнявшись. Его губы касались её макушки, а рука покоилась на её немного округлившемся животе. Это было так нежно и трепетно, что Мина не сдержалась. То ли гормоны сыграли с ней злую шутку, то ли она действительно была тронута поведением Кунсайта. Когда он взял её лицо в свои ладони, чтобы поцеловать, из её глаз лились слёзы. Кунсайт ничего не сказал, он стер губами мокрые дорожки с её щек и только потом поцеловал. Этот поцелуй был печальным и безнадежным, но Мина все равно не отпускала от себя Кунсайта. Она надеялась запомнить его губы, его острые скулы и суровые серые глаза. Она хотела, чтобы этот образ всегда был с ней, пока он не вернется. Он уходил на войну, чтобы бороться с врагами Королевства, она же оставалась в замке, казалось бы за высокими безопасными стенами. На самом же деле ей предстояла не менее тяжелая битва — дождаться Кунсайта и не сойти с ума, сохранив в своем сердце надежду и любовь. *** Прошло три недели со дня, когда Кунсайт и его гвардейцы отправились на помощь Дальневосточному Региону. От него не было ни письма, ни весточки. Минория не ждала, что он вдруг станет писать, это было не в характере Кунсайта. Однако она все же надеялась, что он даст ей знать о себе. Ночами, когда Минория не могла заснуть, ей представлялись самые страшные картины будущего — она думала о том, что станет делать, если Кунсайт погибнет на войне — нужно ли ей будет вернуться на Венеру, или она сможет остаться на Севере регентом при ребенке Кунсайта. Будет ли её маленькая девочка признана наследницей Первого Лорда, или будет сослана вместе с Миной в отдаленные земли. Минория знала, что на Земле женщины не могли наследовать земли и титулы, не могли управлять. В первый раз она пожалела, что ждала девочку, а не мальчика. Если бы у неё родился сын, было бы проще. Случись с Первым Лордом несчастье, его сын был бы единственным законным наследником, имел бы все права на престол и земли. Думая так, Мина ужасалась своей расчетливости и жестокости. Ведь она должна была надеяться и верить, что Кунсайт вернется к ней живым и невредимым. Но это было слишком тяжело. От Кунсайта не было никаких вестей, да и с фронта приходили неутешительные новости. Ходили слухи, что повстанцы побеждают, что во главе у них стоит колдун, который не брезгует использовать черную магию для достижения своих целей. Если все было так, как говорили люди, Минория была просто обязана подготовиться к худшему — не только для себя, но и для своей дочери. Ведь если Кунсайт погибнет, некому будет их защитить. На Северный престол найдется много желающих — начиная от повстанцев и заканчивая придворными. Вряд ли они захотят быть под управлением венерианской девчонки и её дочери. Больше всего в это тяжелое время Минория ждала писем от Литавры и Амелии — своих подруг по несчастью. Они также были замужем за земными лордами, и могли сообщить ей последние новости о ходе военных действий и о судьбе её мужа. Первое письмо от Литавры не принесло Мине успокоения. Североамериканский регион не был тронут пожаром восстания, лорд Нефрит своё войско не мобилизовал. Чтобы добраться до очага мятежа, ему бы понадобилось слишком много времени. Нефрит предпочитал наблюдать за событиями и готовиться отразить возможный удар из своего региона. О Кунсайте он знал мало — было несколько битв на границе Европейского и Дальневосточного регионов, в которых участвовала конница Северного Региона. Это все, что смогла Литавра написать Мине, помимо глупых утешений, конечно. От Амелии новости были более пугающими. За несколько дней до того, как на Дальнем Востоке вспыхнуло восстание, Ами вышла замуж за Зойсайта. Их бракосочетание было быстрым и скомканным, не было ни гостей, ни свидетелей. Священник повенчал их в полупустой церкви, Зойсайт спешно поклялся любить её и оберегать до гробовой доски, а через два дня отбыл на фронт на помощь Джедайту — Лорду Иллюзий, как его называли. Ами особенно не протестовала. Хоть ей и нравился Зойсайт, и она желала бы узнать его ближе, обстоятельства были против них. Кроме того, Ами даже сама уговаривала мужа быстрее отправиться в Дальневосточный Регион. Дело в том, что за несколько недель до вспышки восстания, на Землю доставили Рей. Лорд-протектор Марса захватил власть на планете, а от юной наследницы избавился, посватав её за Лорда Дальневосточного Региона Джедайта. После начала войны Рей оказалась одной из самых важных целей для мятежников. Ведь она была потенциальной матерью законных наследников Джедайта. Если они хотели захватить регион, им нужно было избавиться от любой легитимной власти. О происходящем на фронте Ами знала довольно много. Изредка Зойсайт отправлял ей вести. Из его писем Амелия узнала, что пока все лорды были живы. Флейм — замок Джедайта находился в осаде, но и он, и Рей не пострадали. Кунсайт и Зойсайт сражались на передовой, оба были в порядке. Первый Лорд был легко ранен, но это была скорее царапина, нежели настоящая рана. Когда Минория впервые читала эти строки, её сердце стучало в груди с неимоверной силой. Мине казалось, что она сойдет с ума от беспокойства. С другой же стороны, после получения ответа от Ами ей стало легче. Возможно, все было действительно не так уж и плохо, как она думала. Однако второе письмо Литавры изменило мнение Мины в худшую сторону. Леди Североамериканского Региона писала, что разведчики видели предводителя повстанцев. Ею была красивая насмешливая женщина. Она использовала боевую черную магию невероятной силы и была чертовски бесстрашна. Звали воительницу Берилл. *** Минория много времени проводила в одиночестве. Она работала в саду, занималась шитьем, читала. Все её дни были похожи один на другой — они были наполнены печалью и ожиданием. Вставая с постели и ложась спать, она ждала, что Кунсайт вернется к ней, что с фронта придут добрые вести, что ей не придется становиться вдовой в шестнадцать лет. Несмотря на свой юный возраст, Мина чувствовала себя древней старухой. Ей казалось, что все хорошее в её жизни закончилось, что ничего светлого и радостного уже не произойдет. Вечерами она сидела у окна, смотрела на алую полоску заката на горизонте и мечтала только об одном — дождаться Кунсайта, вновь прижаться к его груди, поцеловать его жесткие обветренные губы, посмотреть в его серые узкие глаза. Иногда Минория удивлялась силе своей любви. Она и не знала, что способна на такие глубокие, постоянные чувства к кому-либо. Когда она жила на Венере, в родительском доме, ничего серьезней мимолетных увлечений с ней не случалось. Но Кунсайта она полюбила всем сердцем. Он был суров к ней, недоверчив, дождаться от него ласки или нежности было трудно. Он не был красавцем, был сильно старше. Но все это не имело для Мины никакого значения. Она любила его вне зависимости от обстоятельств, связавших их, и его чувств к ней. Конечно, Мине хотелось бы услышать от него слова любви, но пока он проявлял к ней хоть малейшее участие, дарил ей хоть каплю нежности, она готова была многое терпеть, готова была идти на уступки, взращивать его чувства к себе, словно редкий цветок. Мина понимала, что у Кунсайта тяжелый характер, что жизнь научила его быть осторожным с людьми, не доверять им ни в чем, в особенности красивым женщинам. Да, она оправдывала в чем-то его нередкую жестокость, но ведь она сама согласилась быть с таким мужчиной, как Кунсайт. Это был её выбор, и её бремя. Её любовь. В один из таких вечеров Минория в задумчивости гуляла по саду. Розы, которые она посадила месяц назад, зацвели, распустились кроваво-красные бутоны. Они были столь прекрасны, что Мина боялась прикоснуться к их лепесткам. Она прошла по оранжерее, наслаждаясь видом роз, ощущая терпкий аромат, который они источали, и свернула на тропинку, ведущую к храму. Мина желала помолиться Селене. К счастью Мины земляне были язычниками, в их церквях можно было молиться любым богам. Минория ступила на длинную каменную лестницу, ведущую к храму, расположившемуся на самой вершине холма. Пока она медленно поднималась, она думала, что будет просить у Селены лишь одного — защиты для всех людей, которых она любила. Для принца Эндимиона и принцессы Серенити, для своих подруг сенши и для земных лордов, для родителей и сестер, для старого короля и лунной королевы, для Кунсайта и их будущей дочери. У Мины было большое сердце. И хотя она слишком долго не видела своих любимых, она хотела только одного, чтобы все они были живы и здоровы. Когда Минория достигла вершины холма, то застыла в нерешительности. В храме не было пустынно, как она ожидала. У простого, незамысловатого алтаря кто-то молился. Женщина низко склонила голову, и Мина не могла увидеть её лица. Казалось, незнакомка настолько погрузилась в молитву, что не услышит слова Мины, заговори та с ней, а потому девушка не стала беспокоить молящуюся. Она встала рядом с ней на колени и закрыла глаза. - Дай мне сил, о великая Селена, - горячо воззвала Минория к лунной богине. - Они тебе понадобятся, - услышала Мина над собой насмешливый звонкий голос. В горле встал ком. Она узнала молящуюся. *** Когда Минория открыла глаза, как она и ожидала, перед ней стояла Берилл. Но она не походила на ту даму полусвета, которую знала Мина. Берилл выглядела старше и жестче — её скулы обострились, волосы были выкрашены в ярко-рыжий цвет, но темные глаза смотрели все также надменно и насмешливо. - Что же, юная леди, мы снова встретились, - зло рассмеялась Берилл. - Что Вам нужно?! - Минория, бледная, словно лист бумаги, поднялась с колен и приняла боевую стойку. Она сомневалась, что победит, случись ей сражаться. Минория слишком давно не тренировалась. Берилл же была лидером повстанцев, не говоря о том, что она владела темной магией. - Я хочу всё того же, моя дорогая, чтобы ты оставила Кунсайта в покое. Как я уже говорила, так или иначе, но он мой, - почти спокойно ответила Берилл, хотя глаза её опасно блестели, - ничто не изменит наших отношений, даже ублюдок в твоем животе. - Берилл бросила презрительный взгляд на изменившуюся фигуру Минории. - Я никогда не оставлю Кунсайта, как бы Вам этого ни хотелось, - отчеканила в ответ Мина, - он — мой муж, а я — его жена, и между нами больше, чем Вы думаете. А наш ребенок, которого Вы назвали ублюдком, со временем займет престол Северного Региона. - Если бы Кунсайт хотел, он бы оставил меня, разве не так? - насмешливо добавила Минория. Берилл не ответила, её взгляд наполнился ненавистью. Изящные руки сжались в кулаки, а на шее проступила пульсирующая вена. Мина знала, что победила в обмене колкостями, но сомневалась, что выиграет настоящую битву. На всякий случай она сосредоточилась и вызвала боевую цепь, оставив её на самых кончиках пальцев. Стоило лишь захотеть — и она проявилась бы. - Кунсайт рожден, чтобы править. Но королю нужна настоящая королева, а не жалкая венерианская потаскуха. Ты требуешь от него заверений в вечной любви, но Кунсайт не сможет тебе этого дать. Я же не прошу от него ничего, лишь принять мои скромные дары — корону правителя десяти королевств. - Что Вы говорите? Вы бредите? - спросила Мина как можно уверенней. - Вы не захватили ни одного региона Земли. О каких королевствах идет речь? - за бравадой было легче скрыть нахлынувший страх. - Когда Металлия пробудится, все королевства будут моими, - парировала Берилл. Приступ ярости уже прошел, она вновь чувствовала своё превосходство. Минория же побледнела ещё больше. Она знала, кто такая Металлия, знала, что это не морок и не детская страшилка, как думали многие. Когда мать Мины была Сенши, ей довелось встретиться в битве с идолопоклонниками Металлии. Воспоминаний о той встрече хватило на всю жизнь. И свои знания Афродита передала дочерям. Угроза Берилл не была пустой, эта угроза была самой страшной из всех, которые слышала Минория. - Я в последний раз прошу тебя, глупая девчонка, откажись от Кунсайта, или пожалеешь, - прошептала Берилл злорадно. Мина смотрела на ведьму широко раскрытыми глазами и не знала, что ей делать. Самым разумным решением было бы усыпить бдительность Берилл, согласившись со всеми её требованиями, и немедленно передать матери и королеве Серенити предостережение о грядущей катастрофе. Но Минория была слишком гордой для этого. Когда-то она была одной из самых умелых воительниц внутренних планет. Мина решила попытать счастье. - Цепь любви, в бой, - одними губами прошептала Минория. Оружие тут же проявилось в её руках и хищной змеей кинулась на противника. Берилл, не ожидавшая такого поворота событий, не успела сгруппироваться и отлетела к алтарю. Она кричала от боли, а в воздухе стоял запах паленых кожи и волос. Не веря своей удаче, Мина кинулась к лестнице, ведущей от храма к замку Кунсайта. Она знала, что в честной битве не победит Берилл, а потому не собиралась испытывать судьбу дважды. Несмотря на своё положение, Минория стрелой неслась вниз по ступенькам. Она тяжело дышала, а в ушах свистел ветер. Когда первая волна энергии, посланная Берилл, врезалась ей в спину, она с трудом удержалась на ногах. Вторая волна, пришедшая через секунду, повалила её на землю и понесла вниз через сотни каменных ступенек, ломая кости, оставляя по всему телу кровавые ссадины и синяки. Мина знала, что ни ей, ни ребенку не выжить, что это последние их секунды на земле. От боли мутилось сознание. Собрав последние силы, Мина мысленно обратилась к своей принцессе только с одним словом: «Металлия»