Диссонанс

      Главнокомандующий Гляделкинс застонал. –Эй?– Слабый голос дозора отразился от острых стен пещеры и, затихая, понёсся в темноту. Под обмякшим телом неприятно заскрипело стекло.       Он оглянулся. Пещера представляла собой огромное пространство под землёй, вход в которое пробил корабль-Череп при падении. Безумная конструкция так и застряла под самым «потолком», загораживая собой единственный выход. Добраться до него не виделось возможным. А сам он, кажется, оказался на небольшом уступе, чуть выше дна пещеры. Возможно, Злыдень и остальные дозоры всё ещё находились на корабле, так как при столкновении Гляделкинса выкинуло в разбитое окно.       «Нужно подать сигнал»       Несмотря на то, что источник естественного света был заблокирован, внутри разваливающегося корабля иногда проскакивали зелёные вспышки. Скорее всего, огонь уже добрался до оружейного арсенала рядовых дозоров и их бластеры один за другим, взрывались, создавая эти блики.       Главнокомандующий нахмурился. Пока ситуация не критическая , однако, если огонь двигается в этом направлении, значит, спустя какое–то время он доберётся и до основного хранилища, где находятся все самые новые навороченные пушки, предназначенные для внешнего оснащения корабля–Черепа. Вот тогда будет такой взрыв, что его сила вырвется в пещеру, а значит, буквально подорвёт половину планеты изнутри.       Вот он– провал. Постыдный и нелепый. В самом начале, ему казалось, что эта операция не займёт много времени и будет быстро забыта также ,как рутинный рабочий день. Вера в судьбу и «движение по течению» были не для Гляделкинса. Вся ответственность за случившееся была лишь на его плечах. Единственный путь–извлечь болезненный урок и попытаться исправить ситуацию. Как всегда…       Ничего не чувствуя Главнокомандующий вскочил и хотел было связаться с остальными через свой коммуникатор, но на привычном месте–левой руке, его не оказалось. Скорее всего, его сорвало, когда Злыдень попытался удержать дозора. –Здесь кто-нибудь есть живой?! Хэй!–Тишина.       А затем треск и звук битого стекла. Нечто тяжёлое и дымящееся вылетело прямо через защитное стекло корабля и ,осветив пространство в полёте, с грохотом упало во тьму.       Внутри тела по нарастающей пульсировала тупая боль, но Главнокомандующий не придал этому значения. Боль и всего-то? За то время, проведённое в плену, его тело научилось отторгать многие ощущения. Благодаря этому, Гляделкинс всё ещё мог стоять ,в то время как любой другой уже был бы без сознания.       Тогда он вспомнил ,что на каждом бластере есть специальная функция, при активации которой посылается сигнал с координатами на все открытые частоты. Но Гляделкинс сразу же отказался от этой идеи, не хватало ещё, чтобы армия Сигмы-0 поймала сигнал и захватила его в плен. Больше он никому не дастся, ну уж нет. Пока наверху разыгрывалась невероятная по своим масштабам баталия, он сидел здесь и был бесполезен словно камень. Корабль-Череп должен был оказывать поддержку с воздуха, но вместо этого торчал беспомощной глыбой в земле. Рядовые дозоры никогда не отличались высоким уровнем организованности и без должного командования их ряды ,возможно, прямо сейчас разносят в пух и прах.       И всё это из-за него? Из-за его глупой игры в молчанку. Если бы он взял себя в руки и подошёл к Лорду Злыдню, возможно, всё бы разрешилось. Тоскливые глаза Злыдня всё время смотрели на него исподтишка, он выглядел так, словно хотел сказать нечто болезненное, но не решался. Стоило им остаться наедине, как Гляделкинс тут же находил себе новые заботы на другом конце корабля. Гляделкинс намерено выстраивал между ними невидимую стену и вот к чему это привело. –Отлично, великолепно!–Сказал и тут же замолкнул. Благодаря строению пещеры, любой крик приобретал большую мощность и двигался строго вверх, к кораблю. Вибрации сотрясали конструкцию и из неё могло вылететь что–то ещё, но уже мощнее .       Хотя…внутренне главнокомандующий отметил и вину Злыдня. Его выходка была отвратительна…Отвратительна настолько, что Гляделкинс долгое время не мог заставить себя заговорить в присутствии начальника. Даже если ему очень хотелось, слова сами застревали в горле.       Гляделкинс замер в раздумьях. Нечто тёплое стекало по спине. Дрожащей рукой он коснулся источника тепла и его ладонь окрасилась в красный. –Вот же ж! Плохо дело…       Осколки были везде: один, особо крупный торчал в спине. Несколько стеклянных убийц выглядывали из правого бедра и ещё один торчал буквально из под сердца, Гляделкинс заметил его лишь, когда случайно задел рукой и его окатила невероятная по силе боль. –Кто-нибудь!–Хриплый крик громом прокатился по стенам пещеры, но он оказался недостаточно сильным чтобы достичь самого верха и быстро рассеялся в земляном потолке.       Теперь в предосторожностях было мало толку, если они не выберутся, то окажутся погребены заживо в глубине планеты. Что если остальные всё ещё не пришли в себя и только Гляделкинс может хоть как-то докричаться до остальных? А может…повезло только Гляделкинсу?       Под потолком что-то громыхнуло. Корабль задрожал, проваливаясь внутрь на несколько метров. С потолка посыпались куски сталактитов. В попытке увернуться , Главнокомандующий оступается на окровавленных осколках и падает на каменную поверхность. –Дозоры! Вы меня слышите?!– Крик уже не кажется таким громким, как раньше. Нарастающая боль, которую Гляделкинс до этого не ощущал ,теперь гудела и пульсировала во всём теле. Пытаясь подняться, он тут же оседал вниз. Подкашивающиеся ноги не могли удержать ослабевшее тело и он остался сидеть, оперевшись о холодную стену тёмной ловушки.       «Всё катится в пропасть, солдат. И кто в этом виноват? Два глупца, не умеющие решать собственные проблемы!. Если выживу…дам нам обоим ещё один шанс.»       Вскоре Гляделкинс совсем заледенел. Быстро убывающая кровь образовала небольшую тёплую лужу рядом с его телом. Если бы Главнокомандующий вытащил эти осколки, то был бы уже мёртв.       Он продолжал звать на помощь уже не разбирая слов, однако и сам не заметил как начал проваливаться в беспамятство.       Кажется, когда сил открыть глаза уже не было и мир начал затягиваться вечной стужей, что-то громыхнуло и пещера озарилась ярким светом.