Невинный свидетель

— Тебе не нужно бояться меня, котёнок. Я не причиню тебе вреда, я просто хочу освободить тебя от грешной жизни, и почтить память своих родителей, — лицо Сю Цина выглядело равнодушным, но нож в его руке противоречил этому. Если не смотреть на нож, то Сяо Чжань подумал о том, что это счастливый отдыхающий человек. — Ты такой хороший доктор Сяо, хороший котёнок. Пожалуй, я пока что не отпущу тебя, а немного поиграю, даже если ты умрёшь. Твой малыш полицейский наверное себе места не находит, но не переживай, я отправлю ему фотографию твоего прекрасного сердечка, чтобы обрадовать его. Сю Цин положил нож на кровать, и наклонился к Сяо Чжаню преграждая путь. — Поговори со мной, котенок. Я хочу услышать твой прекрасный голос, прежде чем я его заберу, — он наклоняется к Сяо Чжаню, и у Сяо Чжаня есть доля секунды нерешительности, прежде чем он отреагирует. — Да пошёл ты! — с громким рычанием мужчина втягивает голову назад, чтобы врезаться в нос убийце. ХРУСТ Звук сломанного носа эхом пронёсся по пустой комнате, Сяо Чжань доволен собой. Сотрясённая голова болезненно заболела, перед глазами всё начало плыть, но ощущение сломанного носа уступало этому. — Блять! — Сю Цин чертыхается, отступая назад. Сяо Чжань чувствует как по нему течёт кровь. Сю Цин обхватывает свой окровавленный нос, его глаза сверкают злостью, но через несколько секунд он начинает смеяться. — Вот так значит, да, — своей окровавленной рукой убийца сжимает его челюсть, попутно размазывая свою кровь по лицу мужчины. — Я получу удовольствие, приручив тебя доктор Сяо. Ты можешь кричать, тебя всё равно никто не услышит. Убийца берёт нож и проводит им по груди Сяо Чжаня. Он немного надавливает на нож, но этого достаточно, чтобы оставить тонкую царапину. Но эта царапина начала отдаваться болью, стиснув зубы Сяо Чжань не издавал ни звука. Добравшись до пупка, Сю Цин останавливается. — Интересно, а какой ты на вкус? — Сяо Чжаню стало противно, когда тот начал зализывать царапину. Рука Сю Цин ласкает его внутреннюю часть бедра, медленно поднимаясь все выше и выше, в то время как другая рука снова поднимает нож, но на этот раз к горлу Сяо Чжаня. Сяо Чжань закрывает глаза и думает об Ибо, и его прекрасной улыбке. Звук сломанной двери удивляет их обоих. — Чт… — успел сказать Сю Цин перед тем как его сносит в сторону от Сяо Чжаня. Ибо Мужчина заполнял своей зловестной аурой всё помещение, его глаза, которые всё время были наполнены любовью, стали как у демона. Это красивое и мягкое, но угловатое лицо искажено выражением неописуемого гнева. Ибо здесь… Упавший нож привлёк внимание Сю Цина, как гадюка он пополз к находке, но Ибо был быстрее. ХРУСТ Под чёрным сапогом Ибо, лежала раздавленная рука. Сю Цин закричал, Ибо бьёт его по лицу. Сю Цин упал. Ибо следует за ним, достает пистолет и делает два быстрых выстрела в каждую руку мужчине. — Это за то, что посмел его тронуть. Голос Ибо подобен мстительному божеству, все его тело освещено опасностью и обещанием жестокого насилия. Сяо Чжань внезапно понимает, что Сю Цин сегодня умрет. Еще два выстрела в обе коленные чашечки — безупречный прицел младшего. — Это за то, что подошёл к нему. Сю Цин начинает рыдать, но Ибо всё равно. — Пожалуйста, — он умоляет, и Ибо оказывается на полу, двумя руками обхватив шею Сю Цина и сжимая её. — Ты слушал других, когда те просили о том же? А его слушал? Лицо Сю Цина становилось синим. — Почувствуй то, что чувствовали они. Ибо был уже готов сломать ему шею, когда сзади его раздался слабый голос. — Ибо. Он ударяет Сю Цин головой об пол с такой силой, что дерево треснет, а затем уходит, подбегая к Сяо Чжаню. Его возлюбленный ослаб от голода, бледен и окровавлен вокруг головы и груди, и Ибо с гневом отмечает, что по нему проходил пару раз острый нож. Тем не менее, он никогда не выглядел так красиво. Эти вызывающие воспоминания глаза смотрят на него с любовью, надеждой и недоверием, как будто он не уверен, что Ибо действительно здесь. — Сяо Чжань, — он падает на колени у кровати и, щелкая одним из переключателей, расположенных в его рукавах, снимает ограничения с ангельского существа. — Ибо, — Сяо Чжань медленно протягивает руку в изумлении, чтобы положить ее на щеку. Он слегка трясется, и Ибо прижимает эту нежную ладонь к его собственным щекам, уткнувшись в нее носом и нежно целуя ладонь. — Я здесь, ты в безопасности, — он пытается показывать всю свою любовь и заботу через свой взгляд, и наступает момент неподвижности, прежде чем Сяо Чжань двинется или Ибо двинется, он не уверен. Ибо садится на кровать, а Сяо Чжань карабкается к Ибо на колени. Он крепко обнимает старшего, притягивая его все ближе и ближе к своему телу, в то время как Сяо Чжань сворачивается калачиком и сжимается, пока они не соединятся одна за другой. Этого недостаточно, Сяо Чжань продолжает изгибаться дальше в груди Ибо, а Ибо сжимает Сяо Чжаня везде, положив руку ему на плечи, его бедра, когда его ноги скрещиваются, а Сяо Чжань сидит в промежутке между ними. — Ибо, — Сяо Чжань дышит ему в шею, и Ибо чувствует, как слезы увлажняют его кожу. — Сяо Чжань, — отвечает он, прижимаясь губами к макушке остальных, и слезы капают из его собственных глаз в волосы Сяо Чжаня. — Ты здесь, — голос Сяо Чжаня прерывается, и он переходит в прерывистые рыдания. Ибо чувствует, как его сердце болезненно сжимается от звука. — Я здесь, детка. Ты в безопасности. Никто не причинит тебе вреда, ты такой храбрый, такой потрясающий. Я люблю тебя, — он целует Сяо Чжаня в голову один за другим, успокаивающе водит руками по спине Сяо Чжаня, пока мужчина выпускает сдерживаемую истерику и приносит облегчение. Он не уверен, сколько времени они проводят, просто обнимая друг друга, но они ни разу не ослабят хватку. Когда рыдания Сяо Чжаня стихают до случайного сопения, он поднимает голову от того места, где она была прижата к шее Ибо. Он великолепен. Он бледный, дрожащий, с огромными черными синяками под глазами и залитым кровью сбоку на голове, но он красив, и Ибо любит его. — Ибо ~, — выдыхает Сяо Чжань, а затем пытается соединить их губы в поцелуе. Это мило, просто два тела движутся как одна душа, выражая свою благодарность за то, что они живы и связаны друг с другом. Сяо Чжань дрожит, поэтому Ибо обнимает его крепче, Ибо плачет, поэтому Сяо Чжань целует слезы, Сяо Чжань плачет, поэтому Ибо берет это нежное лицо в руки и кладет легкие поцелуи на мягкую кожу. Ибо предупредил свою команду, ожидающую появления внизу. Он просил, чтобы ему разрешили войти одному. Его работа еще не закончена. — Сяо Чжань, ты можешь двигаться или ты хочешь, чтобы я понес тебя? — лично он хочет физического успокоения Сяо Чжаня на руках, но он не собирается контролировать решения старшего. — Я могу. — начинает Сяо Чжань, когда Ибо внезапно через плечо видит, что Сю Цин поднимается с трудным, брошенным ножом в одной изувеченной руке и поднимает руку, чтобы бросить его. Он действует инстинктивно, выхватывая дробовик из кобуры за бедро одной рукой, а другой прижимая голову Сяо Чжаня к его плечу, все в течение секунды. — Не смотри, — говорит он и стреляет. Пуля попадает точно в центр лба Сю Цина, и он падает мертвым. Милосердная смерть, если Ибо мстительно честен, этот человек должен был пострадать больше за то, что он сделал с другими. Сяо Чжань слегка вздрогнул от звука выстрела, и Ибо защелкнул предохранитель, прежде чем отбросить оружие. — Мне очень жаль, — шепчет он Сяо Чжаню в волосы и чувствует, как мужчина растет и тянется, как подсолнух, чтобы обнять его шею руками. — Не извиняйся, — Сяо Чжань снова зарывается головой в шею Ибо, и они держатся друг за друга, когда Лю Хайкуань и Ван Ичжоу входят в разбитую дверь, остальные идут сзади. Лю Хайкуань бросает взгляд на мертвеца на полу и бросает на Ибо обжигающий взгляд. — Ибо! Мы должны были оставить его в живых для допроса, — Хайкуан неодобрительно покачал головой, хотя и с оттенком нежного раздражения. — Мм, — Ибо просто мычит в ответ, крепче сжимая Сяо Чжаня, поскольку приход других напоминает ему, что его возлюбленный обнажен. К счастью, в этот момент к ним подходит Ли Боуэн с одеялом. — Спасибо, — его голос звучит хрипло для его собственных ушей, когда он кивает в знак признательности и берет предложенное одеяло, укутывая его вокруг Сяо Чжаня. Мужчина достаточно отстегивается от шеи, чтобы повернуть одеяло так, чтобы оно прикрыло их обоих, и Ибо усмехается, снискавший расположение старших. — Тебе это нужно больше, чем мне, Гэ, — он гладит Сяо Чжаня по волосам, играя прядями между кончиками пальцев. — Я хочу быть ближе к тебе. Чтобы доказать себе, что ты на самом деле здесь Сейчас он в значительной степени нарушает несколько правил, не помогая расследованию, но он думает, что, поскольку нынешние обстоятельства можно назвать смягчающими, его можно простить. В любом случае он не хочет выпускать Сяо Чжаня из поля зрения. В конце концов приходит Цао Юйчэнь и говорит: — Мы сейчас возвращаемся, полиция оцепит этот район, а завтра мы пришлем И Ю. Сегодня мы ничего не смогли найти, подлый ублюдок не оставил никаких следов. — Есть микрофон, — внезапно говорит Сяо Чжань, и когда Ибо и Ючэнь смотрят на него вопросительно, он продолжает. — Он был… он записывал меня, звуки, которые я издавал, когда он причинял мне боль. Он хотел отправить его тебе, Ибо, после того, как бы убил меня. Ибо хочет, чтобы Сю Цин был еще жив, чтобы оторвать ему голову. Он был почти напуган самим собой, тем, как много ярости наполняло его тело. Это было похоже на живое существо, чудовище, демон, царапающее его когтями и зависящее от вознаграждения за этого ангела, которого он держал в руках. Однако Сяо Чжаню не нужно было видеть это, его пытали, и Ибо нужно было вести себя потише. Таким образом, он признал эту новость, лишь слегка сжав кулаки и стиснув зубы. Цао Юйчэнь выглядел смутно возмущенным бесчеловечностью этого, но поблагодарил Сяо Чжаня и пошел рассказать об этом Хайкуаню. — Ты в порядке, Гэ? — тихо спросил Ибо, потирая ладонями спину Сяо Чжаня. — Мм, я хочу уйти отсюда, — согласился Сяо Чжань и плотнее закутался в одеяло, прежде чем оторваться от Ибо и встать. Однако как только он перенес вес на ноги, его колени подогнулись, и он упал. Ибо поймал его, прежде чем он успел упасть, обнимая его. Он мог сказать, что Сяо Чжань был расстроен.