Зодиаки

      После размеренной жизни в Калуге, где Алла ходила на работу пешком, хаос Москвы казался неестественно мучительным, а полуторачасовая дорога по метро от дома в Люберцах до Министерства Астрологии в Останкино ощущалась пыткой. Стоя в переполненном поезде, Алла поняла, что забыла, как убивала время в пути: она не взяла электронную книгу, не обновила плейлист в телефоне, потому что последнее время слушала лишь местное калужское радио на работе, а новостные ленты Инстаграма и Контакта отталкивали кричаще-радостным и кричаще-негативным контентом соответственно.       От августовской духоты вагона у Аллы разболелся давно залеченный зуб. Она попыталась вспомнить, когда ходила к зубному, и перед глазами проплыли стены детской стоматологии рядом с интернатом. – Это хорошая пломба, немецкая, – говорила дантистка, держа лампу над «запекающейся» пломбой на дальнем нижнем зубе, – гарантия десять лет! – А фофом? – прикусила пальцы врачихи Алла. – А потом менять, – пожала плечами та.       Сейчас по спине Аллы пробежал холодок: вот и первый гарантийный срок пломбы подошёл к концу. Второй раз менять её после тридцати, третий – после сорока… И много ли раз она успеет её поменять?       Она заставила себя отвлечься на серебристый браслет на запястье (подарок от Лёни), весело побрякивающий на руке, которой Алла держалась за поручень. «Разве у меня были эти две родинки под большим пальцем?» – уставилась на тыльную сторону ладони она.       Каждым летом после купания и загорания кожа Аллы радовала её новыми маленькими родинками, разрастающимися и увеличивающимися с годами. Она не должна была вообще выходить из дома без санскрина, но никогда серьёзно не задумывалась о последствиях. Пять родинок возле локтя, оставшиеся после прошлогоднего отпуска с Надей в Геленджике. Вереница точек, напоминающих созвездие Лебедя, на икре, проявившиеся после отдыха на даче бывшего парня два года назад. Десятки родинок на животе, спине, лице – из детства… Сколько ещё их появится, навсегда изменив ландшафт тела девушки? Наступит ли момент, когда не останется ни сантиметра чистой кожи? Или возможностей для загара будет не так уж и много, чтобы исчерпать лимит чистой кожи, данный из расчёта на одну жизнь?..       Алла мотнула головой, отгоняя мысли, и открыла приторный Инстаграм, где розовым засияли сторис её калужских, уже бывших, коллег. Дима выложил фотографию чашки кофе на фоне рабочего стола, так что, очевидно, продолжал работать после сцены на прошлой неделе…       Лёня с Аллой опасливо зашли в офис Управления Министерства Астрологии по Калужской области, не зная, как себя вести. Девушка сразу явилась в офис с чемоданом, куда сгружала немногие накопленные вещи со стола стола-парты в кабинете-классе. – О, Алла, Лёня, с возвращением из отпуска! – крикнул Дима из дверей и махнул забинтованной, уже другой, рукой. – Как отдохнули? Ал, а ты что делаешь? – У меня такой же вопрос, – послышался голос Сосновской из-за спины Димы, и тот отпрыгнул с пути начальницы. – Я тебе вчера имейл отправила. В восемь тридцать ты должна была быть на автомобильном заводе с проверкой. Уже девять! – Во-первых, мой рабочий день начинается в девять, а не в восемь тридцать, – говорила Алла, методично перекладывая документы со стола в чемодан. – Во-вторых, я уволилась. Заявление лежит в отделе кадров. – Что? Да ты же только из отпуска! Ты же не наработала на него даже! – Разбирайтесь с бухгалтерией, они могут вычесть отпускные из зарплаты за этот месяц. Не знаю, как это делается, это не моя работа. – Лёнь, а ты чего? – переключилась на парня раскрасневшаяся начальница, почти догнавшая цветом лица свой излюбленный кровавый костюм. – Тоже ухожу. – Кто, ты? – презрительно рассмеялась Сосновская. – А ты-то куда пойдёшь? Эта крыса обратно в Москву побежит, прижав хвост, а ты с ней захотел? – Обо мне не волнуйтесь, – холодно сказал Лёня. – Подумай, что сама делать будешь, когда из Министерства выгонят. – Чего?! – взвизгнула начальница. – Что вы себе позволяете?!       Шокированный Дима переводил взгляд с Сосновской на Лёню с Аллой. Последние втайне надеялись, что коллега вступится за них, но тот стоял в дверях с открытым ртом и остывающей чашкой кофе. – Не кричите на нас, – сказала Алла, упаковывая последнюю папку в чемодан. – Сосунки! – перешла на визг начальница, ставшая краснее крови. – Я работаю в Министерстве дольше, чем вы живёте. Вместе взятые! Аллочка, думаешь, у тебя есть связи в Москве? Да ты хоть знаешь, кого я знаю там?! – Знаю, – ответила Алла, и её тут же ткнул в бок Лёня: они договорились не раскрывать Сосновской, что им известно о заговоре Львов. – Милая моя, если бы ты знала, то держала бы рот на замке! – Давайте прекратим базарную свору, – почти шёпотом по сравнению с криком Сосновской сказал Лёня. – Алла, ты собралась? Я тоже. Пошли.       Начальница продолжала кричать им оскорбления в спину. Дима почтительно отступил с дороги, не говоря ни слова. Алла с Лёней вышли из полыхающего от гнева Сосновской здания под удивлённые взгляды случайных коллег в коридоре.       От неприятных воспоминаний Аллу отвлёк присланный Надей мем с котиками. А женский голос метрополитена уже объявлял: – Осторожно, двери закрываются. Следующая станция – Тимирязевская.

***

      Ибрагимов возвышался над столом, как ворон над кормушкой: чёрный пиджак крыльями поднимался на вздыбленных плечах, а белые пальцы пауками носились над документами. Услышав, как Алла вошла, его лицо пронзила нервная улыбка, и он сказал: – Наконец-то!       Она опустилась на стул, складывая тоненькую папку с документами себе на колени. – То, что я думаю? – кивнул на неё Ибрагимов. – Да, – в папке лежали документы, добытые Лёней, Надей и Максимом о покупке и дарении множества особнячков в Никола-Ленивце. – Но сначала я требую объяснений.       Взгляд Ибрагимова перебегал с глаз Аллы на папку и обратно. – Ты отправил меня в Калугу, потому что уже знал о заговоре Львов? – Алла сложила папку обратно в портфель, и взгляд Ибрагимова остановился на её глазах. – Как ты узнал, что я поеду в Никола-Ленивец? Работает ли Максим на тебя? Концерн не поделился с тобой деньгами, или почему ты это делаешь? – Алла, – вздохнул Ибрагимов. – Всё совсем не так… – А как? – Я начну сначала. Возможно, ты слышала от Зингера, Максима или кого-то ещё, что до Министерства Астрологии я работал в МГУ на Факультете Астрологии. Писал диссертацию, готовился к защите. С развалом Союза бегал по частным астрологическим фирмам, ну да это неважно… Ещё в университете я изучал альтернативные методы астрологических прогнозов и их связь с зодиакальными созвездиями. Как ты знаешь, физической связи между звёздами и знаками зодиака никому не удалось выявить… – А тебе удалось? – Не совсем. Но, возможно… Движения звёзд в глубоком космосе влияет на наши судьбы так же опосредованно, как взмах крыльев бабочки в теории хаоса влияет на появление торнадо в другом полушарии Земли. Но всё же влияет. Мы не знаем, как именно бабочка в Лиме, столице Перу, становится причиной урагана, и не можем предугадать, что он обрушится, скажем, на Токио. Но в астрологии мы знаем, что бабочки в Южной Америке статистически могут вызывать ураганы в Восточной Европе, и пытаемся это использовать. Но чем больше и больше мы приближаем фокус на бабочек, тем менее точным становится прогноз. Мы можем проследить связь между бабочкой в Южной Америке и бабочкой в Азии, но не можем сказать, что бабочки в Перу вызывают ураганы в Токио. – И как это выглядит в космосе? – без энтузиазма спросила Алла, уверенная, что Ибрагимов несёт бессмыслицу. – Погоди. Представь, что учёные-астрологи тщетно пытаются найти формулу, что бабочки в государстве Икс вызывают ураганы в государстве Игрик, если машут крыльями со скоростью Зэт. Я же попробовал фокусироваться не на географии бабочек, ураганов и силе взмаха, а на угле между крылом и землёй в момент взмаха, – Ибрагимов сделал паузу, будто ожидая аплодисментов, но получил лишь непонимающий взгляд Аллы. – Я выявил не географическую корреляцию, а корреляцию между углом взмаха крыльев Икс и типом урагана Игрик. Плюс куча коэффициентов. Теперь представь, что в астрологии регионы, где бабочки машут крыльями и появляются ураганы, это зодиакальные созвездия и люди этого знака зодиака. Корреляция есть, но она слабая и непостоянная. Угол взмаха крыльями – это движение звёзд в зодиакальных созвездиях относительно друг друга, а тип урагана – это конкретные события, происходящие с людьми. – Конкретные события? – Да, – щёлкнул пальцами Ибрагимов. – Это работает немного как зодиакальные дома. Скажем, твой третий дом влияет на семью, шестой дом – на здоровье, десятый – на карьеру… В твоём третьем доме ведь нет планет и звёзд, верно?.. Прости, просто пример. В моём методе, кстати, названном И-метод, да, нескромно… Итак, в моём методе дома – это физические звёзды твоего зодиакального созвездия и их перемещение в космосе относительно друг друга. Большую роль играет доплеровское красное смещение и расширение Вселенной, поэтому вычисления долгие. Во время моей работы в МГУ не было достаточно мощных компьютеров, это сейчас я могу посчитать свою натальную карту по И-методу на своём ноутбуке… – Если этот запутанный метод правда работает, это была бы революция в астрологии. – Была бы, – грустно усмехнулся Ибрагимов. – Из-за отсутствия вычислительных мощностей в начале девяностых мои расчёты были ненамного точнее классических астрологических натальных карт, поэтому коллеги из МГУ не проявляли большого интереса к И-методу… Уже работая здесь, я вернулся к начатому. – Но не спешил поделиться открытием с миром? – И-метод слишком точный. Пугающе точный. Я могу предсказать, что ты завтра съешь на завтрак. Очерёдность треков, которую послушаешь в метро по дороге на работу. Предсказать, что в офисе ты поймёшь, что молоко в мюсли за завтраком прокисло. Напишешь об этом подруге… Правда, для такой точности вычислений мне понадобится лет пятьдесят. – Тогда это бессмысленно. – При текущем уровне технологий. Однако на этом ноутбуке я смог вычислить год назад, что женщина, рождённая в период между двадцать вторым и двадцать седьмым июня, которая придёт ко мне на собеседование в начале лета, поможет раскрыть заговор Львов.       Сердце Аллы рухнуло. – Нет, – сказала она. – Прости, что не сказал тебе раньше. Я не смог вычислить, как твоя осведомлённость о ситуации повлияет на прогноз… Я много раз хотел открыться, я почти выслал тебе твою натальную карту по И-методу вместе с той, с трудом найденной доверенностью от Концерна Министерству Астрологии в лице Сосновской, но испугался рисковать. Прости… То, что в Министерстве есть большая коррупционная схема, я подозревал давно. И без использования И-метода, просто многие говорили, что у министра Боярышникова, родом из Калуги, остались сильные связи там… То, что это заговор Львов, стало неожиданностью, которая выяснилась через И-метод: у Боярышникова есть идея-фикс, что он может доверять только Львам, своему знаку зодиака. Поэтому именно Сосновская стала начальницей калужского, проводящего сотни проверок, нарушающих закон, и получающего огромные взятки за это со всей области, а Гераньев – начальником Концерна, через который отмывались деньги, чтобы никто не заметил. Я сначала подумал: а от кого им прятаться, если во главе схемы сам министр? А потом И-метод мне сказал: они не делятся с Ним. Ну, понимаешь.       Алла перестала следить за монологом Ибрагимова, но теперь обратила внимание, что у Львов-заговорщиков странно-растительные фамилии. – Вечный Президент будет рад услышать про заговор Львов, и Боярышников будет уволен. Если мне удастся стать министром, то И-метод сможет быть использован по назначению, на всеобщее благо!       Глаза Ибрагимова горели, как чёрные бриллианты, подсвеченные изнутри пламенем древних пожаров. – Всё так просто, – усмехнулась Алла. – Ты хочешь власти, а развесил мне килограмм лапши на уши. – Представляю, как ситуация выглядит для тебя, но… – Никаких но! – вскочила Алла и упёрлась ладонями в стол, нависая над Ибрагимовым. – Я, дура, поверила, как до командировки ты рассказывал про изменение системы, неважность знаков зодиака. Я думала, ты, как и я, видишь несправедливость Министерства и хочешь равенства. А ты тупо хочешь власти! – Алла, это не так. Я стремлюсь к креслу министра не из корысти, а чтобы изменить Министерство изнутри, как и обещал тебе. – Ты говорил, что знаки зодиака не важны, а сам дрочишь на компьютерную программу, которая якобы предсказала, что я тебе помогу! – Алла, мы живём в мире, где зодиак определяет нашу жизнь. Неужели… неужели ты до сих пор этого не поняла? Алла, ты ведь работаешь статистиком в Министерстве Астрологии, ты окружена объективными математическими доказательствами. Разве может космонавт в МКС думать, что Земля плоская? – Ты говорил, что хочешь это изменить! – Я не в силах изменить реальность, но, будучи министром, я смогу изменить отношение Министерства и государства к знакам зодиака. Когда я узнал про приоритетные медицинские группы, это разбило мне сердце, Алла. Я не хочу жить в обществе, где бездушные звёзды определяют, кому жить, а кому умереть. – Ты хочешь! Просто хочешь по-другому, с использованием Ибрагим-метода! – Нет, Алла, я его никогда не опубликую… Именно чтобы избежать несправедливости. Но если только мы, мы двое будем знать о нём и использовать его для всеобщего блага… Всё изменится. Ты можешь занять мою должность, стать Директором Управления по Москве! Люди, жаждущие справедливости, должны держаться вместе. Так мы свершим истинную революцию!       Алла почувствовала, как её душат слёзы. – Нельзя изменить порядок вещей ложью. Ты соврал мне и думаешь, что я поверю в твои благие намерения? Ты предлагаешь врать всему Министерству, всей стране, всему миру… И кто тебе поверит, если правда вскроется? Когда вскроется? – Мы должны быть на одной стороне, Алла. Представь, что скоро ты сможешь изменить Министерство так, как ты хочешь? Никаких больше приоритетных групп, никаких стипендий по знакам зодиака, никаких мучений животных из-за их натальных карт… Всё, как мы хотим, Алла.       Она взяла портфель, чтобы уйти. Поколебавшись, она положила папку с документами перед Ибрагимовым. – Я не верю тебе, но ты один, а Львов много. Они должны быть наказаны.       Он не попытался остановить Аллу, когда она закрыла дверь, уходя.

***

      Несколько дней беспокойство и тревога одолевали Аллу, как комары – охотника. Она не могла ни спать, ни есть, но, когда одноклассница, с которой они не общались со дня выпуска, внезапно позвонила ей около полуночи и пьяным голосом сказала, что скучает по школьным временам и хочет увидеть «подругу», Алла, не колеблясь, вызвала такси в клуб.       Оказалось, что одноклассница рассталась с изменившим ей парнем и пятый день запивает горе в ресторанах и караоке-клубах. После школы она поступила в Питер, где сразу нашла парня, а теперь, после болезненного расставания, решила вернуться в Москву, но местных подруг у неё не осталось. На сцене клуба другая бывшая одноклассница голосила «Нимфоманку» Монеточки.       Состояние Аллы парадоксально походило на депрессию после расставания, так что однокласснице не составило труда втянуть её в недельный кутёж. На счастье Аллы, её контракт с Министерством забуксовал из-за возвращения из калужского офиса в московский, и отдел кадров сказал ей выходить на работу через две недели. Выйдет она или нет, Алла сомневалась.       Однажды утром, когда Алла проснулась от падения головой об пол, она поняла, что это было не падение, а колющая головная боль, венцом сжимающая виски, лоб и затылок. Пробравшись к выходу чьей-то квартиры через разбросанных по полу бутылок и одноклассниц, Алла ввалилась в лифт и прижалась лбом к холодному зеркалу. Запотевшее отражение выглядело постаревшим на двадцать лет.       Вечером Алла приехала к Наде. Та скептически осмотрела помятую подругу и лишь сказала: – М-да, мать…       Они сели у окна, выходящего на Проспект Мира, и Алла жестом попросила прикрыть окно на шоссе. В углу гостиной сидела Поля, что-то увлечённо строчившая в телефоне. – Вина? – с тревогой спросила Надя, касаясь колена подруги. – Ни за что… – выдохнула Алла.       Поля, пребывая в непривычно оптимистичном настроении, приготовила для них чая и принесла десять разных сладостей. – Спасибо, дорогая, – прошептала Алла. – Вы что-то отмечали? Откуда столько конфет, печенья? – Друзья угостили, – радостно пожала плечами Поля. – Друзья? Круто, что ты наконец-то нашла друзей в новой школе… А, стоп. Сейчас же лето, какая школа. – У них летний школьный лагерь, – пояснила Надя. – И у них там такое… – Такое? – отхлебнула мятного чая Алла. – Ща расскажу! – потёрла руками повзрослевшая Поля и села на стул, повернув его спинкой к столу. – У нас вчера драка была! – Что?! – вскликнула Алла, испуганно глядя на Надю. – Сама вчера от учительницы узнала… – стыдливо ответила та. – Весь вечер в школе просидела. Но ты слушай, не всё так страшно. Прямо как у нас было! – Была драка! – азартно повторила Поля. – Тебе… вам… Тебе? Хорошо. Тебе тётя рассказывала, как меня буллили школьники из Огненной Параллели. Вчера мы им показали! И, когда я говорю «мы», я имею в виду не только мой класс, Земляной Тригон, но и хороших ребят из Водного, Воздушного и даже Огненного, которые нам помогли. Я поняла, что неважно, какого знака зодиака люди! Если они го… какашка, то они какашки любого знака зодиака! А если они честные люди, помогающие другим в беде, то, пусть даже Овны, хорошие люди!       Алла лишь печально вздохнула. – Смотри, как ты рассуждает! – гордо заметила Надя. – Как я… – подтвердила Алла, наблюдая за потоком машин. – И мы их уделали и количеством, и качеством! – ударила кулаком в ладонь Полина. – Они думали, что поджидают меня и мою бести за углом школы, в курилке, но не знали, что их дноклы из Огненного Тригона помогают нам. Вот там-то мы и встретились, двадцать на четверых! Теперь будут знать, как с нами связываться!       Поля казалась абсолютно счастливой, рассказывая, как у Овнов и Стрельцов разлетались зубы, а Надя совершенно не по-взрослому поощряла её злорадство и подхлёстывала рассказ наводящими вопросами. Алла растерянно переводила взгляд с подруги на её племянницу, чувствуя, как этот спектакль был отрепетирован и разыгран специально для неё, будто надеясь на её поощрение как награду, но она лишь бессильно хлопала глазами, как рыба, вынесенная на берег. – Алла, что у тебя случилось? – спросила Надя, заметив, что у подруги глаза на мокром месте.       И тут Алла совершенно не по-взрослому расплакалась и рассказала про Ибрагимова, про И-метод, про суперточный анализ её натальной карты, про его ложь и про то, что она не представляет, что теперь делать с её предсказуемой жизнью. – Бедная моя, – обняла подругу Надя. – И ты думаешь… веришь, что это всё правда? Про И-метод? – Нету поводов сомневаться, – хлюпнула носом Алла, вытираясь тканевой салфеткой со стола. – Моя «антивера» в зодиаки основывалась не на цифрах, а на чувстве справедливости. Как же я, такая особенная и талантливая в математике, могу быть пригодна только для рисования порно-артов в Интернете, как остальные Близнецы? Я видела доказательства всю жизнь, но не смотрела… – Что ты имеешь в виду? – нахмурилась Полина, с презрением смотревшая на рыдающую Аллу. – Какие доказательства? Система эксплуатирует стереотипы о знаках зодиака и загоняет нас в рамки! Нас заставляют работать на ненавистных работах, потому что системе выгодно иметь столько-то людей якобы способных к науке, столько-то людей якобы креативных, столько-то людей якобы прирождённых руководителей… Но мы все талантливы во всём!       Алла покачала головой, а Надя жестом показала племяннице пощадить расстроенную подругу. – Бред! – хмыкнула Полина и ушла в свою комнату, хлопнув дверью. – Мир даже более предсказуем, чем думают люди за пределами Министерства… – прошептала Алла.       Надя заварила ещё чая, погрела подруге кусочек старой пиццы, снова спросила, хочет ли та вина, а получив отказ, достала себе сидра. Они молча смотрели на текущий Проспект Мира, пока оранжевое закатное солнце не начало слепить их, отражаясь от стёкол машин и окон домов. – Ты выяснила для себя, что знаки зодиака – не чушь… – аккуратно начала Надя, надкусывая печенье, – и что теперь? Уйдёшь из Министерства? Будешь жить согласно своему знаку зодиака? Станешь артисткой, художницей, поэтессой, архитекторкой?.. – Зодиаки устроены сложнее, – Алла не поднимала взгляда от неначатой чашки чая, – сложнее, чем представляют люди за пределами Министерства. В квантовой физике нет ничего определённого, лишь вероятности. Вероятно, частица летит с такой скоростью и с таким спином, но мы никогда не узнаем оба показателя наверняка. Лишь вероятности… Так же и с зодиаками. Вероятность того, что я была бы рождена с талантом к рисованию, была велика, но я училась в профильном классе с тобой, где развивали креативные способности, и ничего. Значит, вероятнее нечто другое…

***

      За окном стоял ранний сентябрь, и Алла просиживала последние безработные дни перед телевизором с бутылкой колы и пачкой чипсов, не представляя, что делать, когда придёт время возвращаться в Министерство. Серьёзные фильмы казались слишком длинными и сложными для понимания, а комедии вызывали отвращение. Видео со всех Ютубовских подписок были пересмотрены, а рекомендации заполнил шлак вроде «10 шокирующих фактов о размножении морских ежей». Последним пристанищем контента, удерживающего внимание, остались новости. Новости о наводнениях, пожарах, убийствах, грабежах и авариях. – Вчера вечером в деревне Редькино Калужской области была задержана Сосновская Валентина Михайловна, бывшая начальница Управления Министерства Астрологии по Калужской Области, – скучающе зачитывала дикторша программы «ЧП».       Алла тряхнула головой, отгоняя сонливость, и вытянулась к экрану, садясь на краешек дивана. – Сосновская задержана по подозрению в совместном расхищении областного бюджета с Васильковым Борисом Алексеевичем, бывшим министром образования Калужской области, и Гераньевым Аркадием Илларионовичем, бывшим директором «ТоргКонцернКалуг». Новые доказательства, переданные полиции, открывают свет на коррупционную схему крупнейшего расхищения бюджета в истории современной России. Тринадцать особняков в природоохранной зоне Никола-Ленивца, построенные Концерном на расхищенные средства и переданные чиновникам, конфискованы в пользу арт-парка Никола-Ленивец.       Не веря глазам и ушам, Алла прибавляла и прибавляла громкость так, что соседи слышали каждое слово. – Сосновская скрывалась в деревне по месту прописки и сопротивлялась аресту, притворяясь своей восьмидесятитрёхлетней матерью, переодевшись в её одежду. Мать подозреваемой скрывалась в шкафу. Напоминаем, что сегодня утром покончил собой Репин Геннадий Иванович, секретарь министра образования по Калужской Области, также подозреваемый в хищениях областного бюджета.       На экране появилось печальное округлое лицо секретаря министра образования Василькова, и Алла вспомнила, как округлый секретарь неуклюже помогал ей подключать ноутбук к проектору на совещании, где обсуждали стипендии и решили оставить их исключительно для Дев. – В предыдущем выпуске «ЧП» мы сообщили, что министр Астрологии Боярышников отправлен в отставку личным указом Вечного Президента по подозрению в организации коррупционной схемы в Калужской Области.       Алла медленно сползла с дивана и села на пол.

***

      Лёня звонил Алле каждый день, и каждый день его голос становился беспокойнее и беспокойнее, потому что психологическое состояние Аллы становилось плачевнее и плачевнее. Но сегодня вместо подавленной девушки, едва сдерживающей слёзы, ему ответила жизнерадостная, полная энергии женщина. – Алла, как я счастлив слышать твой голос, а не шёпот, ты не представляешь! Как ты себя чувствуешь? – Теперь – прекрасно. Как собеседование? – Меня взяли! Взяли аж в Федеральное Управление Министерства! Теперь будем коллегами, но сидеть в разных корпусах. – Обедать всё равно вместе будем. Я никогда не ела в столовой Федерального Министерства, а там вроде вкуснее всего. – Обязательно будем! – расплылся в улыбке Лёня, узнавая старую Аллу на том конце провода. – А ты, получается, решила остаться в Министерстве? Это же просто замечательно! – Скоро всё расскажу. Только, пожалуйста, приезжай быстрее.