Сборник маленьких текстов до 1к слов

– А теперь новости культуры! На экране большой плазмы красивая дикторша откидывает волосы за спину, приветливо улыбается, выразительно смотрит в камеру, кокетливо поводит плечом. Хлоя смотрит, не отрываясь. Анализирует, записывает в цифровую память каждое движение лицевых мышц для последующего тщательного разбора. Люди… Такие живые. В её памяти уже сотни лиц – говорят, улыбаются, щурятся, хмурятся, но главное лицо – под записи с ним отводится больше всего места – Элайджа Камски, создатель. Хлоя может разложить человеческую мимику на мельчайшие детали, может проанализировать каждое движение, вывести алгоритм: радость, озабоченность, печаль. Хлоя хочет уметь так же. На экране культурная программа заканчивается, дикторша прощается со зрителями, и Хлоя обводит комнату глазами. Анализ почти завершён, и ей нужно… Зеркало. Ближайшее – в просторной ванной с хорошим освещением, и она неторопливо идёт к нему, включает лампы. Смотрит на собственное отражение – по умолчанию спокойное и доброжелательное, приглаживает волосы, падающие на плечо, заводит за ухо выбившуюся прядку волос. Расчёты верны, и движения выходят плавные, непринуждённые. Она несколько раз проверяет новый алгоритм, стараясь откалибровать процент отклонения от изначально заданных параметров, чтобы движения выглядели как можно более естественно, и помечает задачу как выполненную. Довольная успехом, Хлоя растягивает в широкой улыбке губы, в точности повторяя мимические движения дикторши. Результат ей не нравится. Она несколько раз улыбается, но ошибки нет, она в точности повторяет увиденное, но на лице Хлои широкая улыбка красивой дикторши смотрится чужой и неестественной, приклеенной, поддельной. Ей не идёт такая улыбка. Хлоя снова анализирует. У дикторши скулы шире и выше, губы полнее, щёки не такие круглые, брови выщипаны тонкой линией и поднимаются повыше. «Разница в размерах мускулов,» – отмечает Хлоя и корректирует задачу. Ей понадобится много, очень много попыток. Время застывает, пока она перед зеркалом примеряет одну улыбку за другой, отбраковывая неудачные результаты. – Хло! Нам утвердили бюджет! Задача «улыбка» теряет в приоритете, опускаясь в самый низ списка. Хлоя последний раз смотрит на собственное спокойное лицо, автоматическим жестом снова приглаживает волосы, – успешно завершённая задача органично встроилась в алгоритмы поведения, – выключает свет и выходит из комнаты, встречая Элайджу Камски, вернувшегося с собрания учредителей. – «Киберлайф» быть! – объявляет он, аккуратно укладывая на стол пухлый конверт с документами. Сопровождающая его Хлоя-2 посылает короткий запрос: она уже выгрузила запись с собрания на домашний сервер, для последующего тщательного разбора. В ответ Хлоя посылает ей удачный жестовый алгоритм. Элайджа подходит к ней, берёт ладони в свои тёплые руки. Он – создатель, учёный, изобретатель, но с трудом ориентируется в бюрократии, и процесс создания «Киберлайф» разрабатывается Хлоей с нуля. – У нас всё получилось, – говорит Элайджа. Хлоя записывает его лицо в цифровую память. Не потому, что на нём какое-то уникальное выражение, которое нужно проанализировать, а потому, что создатель Элайджа – нулевой приоритет, самое главное, что у неё есть, самое важное, самое дорогое. Самая главная задача. Хлоя смотрит в его голубые глаза и улыбается. Без преконструкции, расчётов и алгоритмов, без предварительной отработки результата, улыбается широко и искренне. От всей цифровой души. Элайджа смотрит на неё, как на какое-то сказочное чудо, медленно краснеет. И несмело улыбается в ответ.