Шпионская сага. История третья. Пражский экзамен.

Яркий свет слепил в глаза даже сквозь закрытые веки. Он что, уже умер? Но для рая он все же слишком много грешил. Кристиан прислушался к своему телу. Было четкое ощущение присутствия катетера в руке, но боли не было, лишь чувство, словно его переехали бульдозером. Кто-то держал его за руку. Он попытался открыть глаза, удалось с третьей попытки. Сперва расплывчатые очертания постепенно приобрели форму. В окно слепило солнце, но Кристиан сразу понял, что находится в посольстве. Рядом с кроватью сидел Леон. Это он держал его за руку и смотрел на него. — Привет… — улыбнулся Леон. Его голос дрогнул. Круги под глазами, мятая рубашка, взъерошенные волосы. — Веселая была ночка? — хрипло прошептал Кристиан. — У тебя веселее, — Леон вдруг поднес руку к глазам, — соринка в глаз попала… — Ты чего? — Кристиан сжал руку Леона той самой рукой, которую тот держал. — Прости… — Леон снова посмотрел на него, его глаза предательски мокрели, — слава Богу, успели… Кристиан повернул голову и посмотрел в потолок. И тут ощутил рядом дыхание. Повернул голову. Она лежала рядом. — Всю ночь около тебя сидела, — послышался голос Леона, — я только под утро ее сменил, чтобы поспала. Кристиан протянул руку и коснулся щеки Джоанны, провел пальцем по лицу, дотронулся до губ. Она вздрогнула, еще с закрытыми глазами пошевелилась. Ресницы задрожали. Она открыла глаза. Они лежали и смотрели друг на друга. Вдруг она порывисто обняла его за шею, уткнулась в нее, плечи вздрогнули. — Ну все… все… — он обнял ее свободной от капельницы рукой, погладил спину. Дверь открылась, вошла Одри. — Ну что, месье Рокье, со вторым Днем Рождения вас! — она улыбнулась, увидев представшую картину, подошла к Кристиану. — Так, все отошли, мне надо его осмотреть, — она села рядом на кровать. — Я пойду пока, скажу всем, что ты очнулся, — Леон радостно побежал к двери, — скоро вернусь! Джоанна пересела в кресло, улыбаясь, не сводила с Кристиана глаз. — Как себя чувствуете? — Одри достала аппарат для проверки давления. — Немного помятым, — улыбнулся Кристиан. — Немного? — Одри покачала головой. — Да у вас был один шанс против девяти очнуться. Давление немного понижено, но это нормально. Учитывая, сколько вашему организму пришлось перенести. Скажите ему спасибо, справился. Дверь снова открылась. Увидев вошедшего, Кристиан приподнялся в кровати. — Лежи, лежи, — Президент подошел и сел с другой стороны от Одри, — как себя чувствуешь? — Все хорошо. Господин Президент… — Кристиан вопросительно посмотрел на главу государства. — Арно утром отправили в Париж, — понял тот его взгляд. — Он предстанет перед военным трибуналом. От наказания ему не уйти, там обвинений на несколько пожизненных сроков, — голос Президента стал холодным и жестким. — Ненавижу предателей и ценю тех, кто предан при любых обстоятельствах. Я все знаю, твой друг рассказал, — он протянул руку и накрыл своей ладонью ладонь Кристиана, — что тебе пришлось вынести. Слава Богу, все закончилось хорошо. Надеюсь, ты сможешь забыть этот кошмар. Но я никогда не забуду. Отныне для тебя я всегда найду время, если что-то будет нужно. — Спасибо, господин Президент, — ответил Кристиан. — Сейчас мне просто хочется уже встать и вернуться к нормальной жизни, к работе. — Успеешь еще, — улыбнулся Президент, — отлежись пару дней. Через три дня сама встреча, ты мне будешь нужен. Кстати, к тебе гости, — он повернулся к двери, та открылась, и в дверном проеме показалась голова. — Макс… — Кристиан улыбнулся. — Я оставляю вас, — Президент поднялся, — еще раз спасибо, Кристиан. Увидимся через пару дней. Макс придержал дверь выходящему Президенту, выпустил его и вошел в комнату. — Пожалуй, я тоже вас оставлю, — и Одри вышла следом за Президентом. — Ну, ты как, старик? — Макс подошел к Кристиану, сел рядом. — Спасибо тебе… — только и сказал тот. — За что? Я ничем не смог тебе помочь, просто сидел и бесился от своей беспомощности. — За то, что ты есть. За то, что ты мой друг. За то… — Перестань, — прервал его Макс. — Ты мог погибнуть вместе со мной. Просто потому, что ты мой друг. Не жалеешь, что когда-то изменил своему правилу не заводить друзей на работе? — посмотрел на него Кристиан. — Жалею, — уверенно, не колеблясь ни секунды, ответил Макс. Помолчал и продолжил: — жалею, что раньше не познакомился с тобой и Джоанной, — он повернул голову к Джоанне. — Вот почему такая женщина уже занята? — улыбнулся он и, взяв Джоанну за руку, поцеловал ее. — Раньше надо было думать, — улыбнулся Кристиан. — Думаю, у меня все равно не было бы шансов. Ты везунчик, Кристиан. — Я знаю, — тот протянул руку к Джоанне, она наклонилась и коснулась ее. — Ой! — Джоанна схватилась руками за живот и осела на пол. — Что?! — Кристиан приподнялся, но был еще слишком слаб и упал обратно. Макс бросился к Джоанне: — Спокойно… спокойно… Кристиан схватил лежащую на тумбочке рацию: — Одри! Джоанне плохо! — Спокойно… не делай резких движений, — Макс помог Джоанне подняться. Она смогла дойти до кресла, но разогнуться не удалось. В комнату вбежала Одри, подбежала к Джоанне. Макс отошел в сторону. Кристиан встревоженно смотрел на жену. — Боли ноющие? — Джоанна отрицательно покачала головой на вопрос Одри, та аккуратно пощупала ее живот. — Приступами? — Джоанна кивнула. — В спину отдает? — снова кивок. — Все ясно. — Что ясно? — почти в голос спросили Кристиан и Макс. — Луиза, — Одри, не ответив им, подняла трубку и набрала жену посла, — мне нужны чистые полотенца, много полотенец. Мы рожаем. — Что?! — Кристиан и Макс переглянулись. — Джоанна, — не обращая на них внимания, Одри села на корточки перед Джоанной, — к сожалению, я не смогу сделать обезболивание, слишком поздно, придется без него. Справитесь? Джоанна кивнула. Если Кристиан справился с болью, то она тоже должна. В конце концов, сколько веков женщины рожали без анестезии. — Идти можете? — спросила Одри. Джоанна попыталась встать, но дикая боль тут же сковала ее. Она прикусила губы, чтобы не закричать. — Понятно, — Одри огляделась, — придется рожать здесь. Джоанне уже было все равно. За последние сутки живот прихватывало несколько раз, но она списывала это на переживания из-за Кристиана. — Макс, раздвиньте диван, — скомандовала Одри, — и вообще все сейчас слушают меня, чтобы я не повторяла дважды. Джоанна, до дивана все же надо как-то дойти. Потихоньку, по чуть-чуть… Когда Джоанна с трудом дошла до дивана и легла на него, в дверях появилась горничная с полотенцами. При виде Джоанны, от схваток уже готовой лезть на стену, девушка побледнела. Одри, которая надеялась увидеть в ней помощницу, лишь огорчённо покачала головой. Макс заметил это. — Я помогу. Одри внимательно посмотрела на него. — Руки можно помыть там, — кивнула она на боковую дверь. Макс быстро подорвался туда. Кристиан попытался подняться. — Лежать! — скомандовала Одри. Джоанна зарычала от накатившей боли. Кристиан в отчаянии откинулся на подушку. Оказалось, самому терпеть боль было в тысячу раз проще, чем слышать, как мучается Джоанна. Вернулся Макс. — Держите, — Одри протянула ему мокрое полотенце, — просто держите его у нее на лбу. Очередная схватка накрыла так, что Джоанна, не сдержавшись, закричала. Кристиан не знал, куда себя деть от беспокойства. — Я понимаю, больно, — Одри села рядом с ней, — но постарайтесь не кричать. Тяжело, но ребенку сейчас тяжелее. Крики только хуже делают. Дышите глубже, на схватке задерживайте дыхание, это расслабляет мышцы. — Если хочешь, можешь сжимать мою руку, — Макс взял Джоанну за ладонь. Очередная схватка, сильнее предыдущих. Джоанна вцепилась в руку Макса так, что, казалось, сейчас раздавит, но он даже не заметил этого. — Дышите глубже, — Одри посмотрела вниз, — открытие сантиметров пять. — Сколько нужно? — тихо спросил Макс. — Десять-двенадцать. — Вот черт… — услышал это Кристиан. Теперь он понимал Макса, так же, как его друг ночью, так и он сейчас вынужден был лежать и ничем не мог помочь жене. Даже просто хотя бы подержать ее руку. Прошло еще минут пятнадцать. — Открытие идет быстро, оттого и такие боли, — Одри снова посмотрела вниз.— Она, видимо, уже давно в родах, а мы с последними событиями это пропустили. Джоанна, — Одри снова села рядом с ней, — открытие почти десять сантиметров. Сейчас начнется самое главное. Соберитесь, осталось совсем немного. Просто подумайте о том, что скоро вы увидите своего ребенка. Последний рывок, Джоанна. Кристиан закрыл глаза. Эта пытка была в тысячу раз тяжелее всего, что он пережил ночью. И тут стало тихо. Несколько секунд полной, оглушающей тишины. И вдруг… Крик. Громкий, звонкий. Самый ласкающий слух звук. — Поздравляю, — послышался голос Одри, — мальчик! Кристиан услышал приближающиеся шаги, открыл глаза и чуть не задохнулся от счастья. Одри положила рядом с ним завернутого в полотенце его сына. — Мне надо посмотреть и обработать маму, а вы пока познакомьтесь, — улыбнулась она и вернулась к Джоанне. Кристиан протянул руку и взял маленький пальчик, вылезший из полотенца. Сын внимательно посмотрел на него, схватил протянутый палец и вдруг улыбнулся. — Поздравляю, папаша, — Кристиан поднял глаза. Рядом стоял Макс и тоже улыбался. — Спасибо, — просто сказал Кристиан. Вот так вот. Два Дня Рождения в один день.