Уэльские ведьмы

1.       Софи подорвалась с утра пораньше, шумным ураганом промчавшись по комнате. Соседку ей не дали, так что вся небольшая, но уютная комнатушка была полностью в ее распоряжении. Девушка торопливо собралась, накинув на плечи тонкий плащ, и выбежала из комнаты. Солнце смущенно выглядывало из-за облаков, бросая блеклые лучи на желтеющие кроны деревьев. Софи сбежала с крыльца на дорожку из рыхлого гравия, и быстрым шагом, счастливо улыбаясь, направилась к псарне. Пятнистые сеттеры и изящные белоснежные уиппеты радостно подпрыгивали при виде девушки, в ожидании угощений. Софи подошла к высокому стеллажу, привстала на носочках и запустила руку под крышку блестящего металлического контейнера. Покопавшись в ней пальцами, она извлекла маленький мешочек с собачьим печеньем. Раздав каждой собаке по лакомству, Софи протиснулась между ними и двинулась к темному углу, из которого доносилось сытое сопение. - Вильме!       Софи опустилась на колени и сжала собаку в объятиях. Вильме радостно запищала, виляя хвостом, и уткнулась мокрым носом в ладони девушки. Софи развернула перед ней пакет с печеньем, и Вильме тут же зарылась мордой в угощения. На пороге псарни показалась Тэнси. На ее щеках застыл румянец, может от холодного ветра, а может от прогулки с Хемлоком Рейнером в саду. - Вот ты где! – Тэнси подошла к подруге и присела рядом. – Как твои дела? - На удивление хорошо… - прошептала девушка, не отрывая глаз от хрустящей печеньем Вильме. - Мне нравится магия. Тэнси осторожно почесала Вильме за ухом. - Я рада. Софи, насчет Риланов… Софи встрепенулась, опасливо съежилась, но кивнула. - Не знаю, что и думать. Это так странно. Как мне объяснили, магия всегда была во мне, но возникла она столь внезапно, и затем все так быстро закрутилось, что я не успела осознать… Кто я в итоге? Почему я здесь? Надо ли мне это? Честно, до сих пор не понимаю. Но я хочу понять, где мое место, в чем мое предназначение. Раньше я думала, что я одна, но выяснилось, что у меня внутри живет часть чего-то большего…Часть рода Риланов. Я не знала мать, но всегда чувствовала связь с ней. И теперь чувствую связь со всеми Риланами, она, конечно, невесомая, словно перышко, но греет душу лучше любой печки. Я не одна, до меня здесь уже были, следовательно, здесь мое место… - У тебя также есть мы, – Софи вскинула голову и расплылась в широкой улыбке. - Да, вы тоже моя семья… Хоть я вас мало знаю, но безмерно благодарна тебе, Рейвен и Октавии с Малачи. Вы не дали мне потеряться. - Спасибо за эти слова, – Тэнси задумалась. – Все же хочу поговорить с тобой насчет Риланов. Боюсь, Верховная не расскажет тебе все, что следует… Но и я не знаю достоверной информации, лишь слухи. Так вот… - Тэнси сглотнула, тревожно глядя на Софи. – Если Фэйрчалды – несчастный род, то Риланы – проклятый. Софи выдохнула, задрожав. Она осела на пол, грустно поджав губу. Обратив на Тэнси испуганный взгляд, девушка побледнела, а уши ее покраснели. - Не пугайся и не воспринимай все всерьез! – Тэнси прижала Софи к себе, бережно потирая ее плечи. – Просто считаю, что ты должна знать об этом… Оскверненный род хуже, чем его отсутствие, Рейвен не даст соврать. Так вот, Риланы… Первым прославившимся из Риланов был Абран. Он был одним из колонизаторов, которые ехали в Америку за новыми возможностями, в поисках легкого заработка или простого бегства. Абран приехал туда при докторе и сам являлся начинающим врачом, медики тогда требовались, так как шло активное завоевание территорий и борьба с коренным населением. Но суть не в этом. Каким-то образом, который для всех так и остался в тайне, Абрана занесло в индейскую деревню. Предполагают, что он вызвался лечить одного из местных от тяжелого пулевого ранения, нанесенного по случайности. Абран подружился с племенем, они хорошо его приняли и, когда раненый, наконец, выздоровел, сильно его благодарили. Там он познакомился с девушкой. Ее звали Иоки. Он научил ее говорить по-английски, подарил ей много книг. Влюбился. Абран много времени проводил в племени, описывал их быт и традиции. Узнал их тайны, выведал древние ритуалы по обогащению почвы или мести врагам. Иоки была ведьмой, так все думают. И вот, спустя несколько месяцев, Абран, сделав все свои дела и накупив своей возлюбленной вкусных угощений, направился в деревню. Когда он пришел, то увидел разруху и тлеющее пожарище. Племя истребили, всех, стариков и детей. Причину история умалчивает, но скорее всего колонии нужна была их территория, а они не уходили. Абран втирался им в доверие, и его попросили уговорить их уйти по-хорошему. Но то ли он отказался, то ли не успел… Он нашел Иоки у ручья, умирающую, спас и выходил её. Одну единственную из всего племени. Но Иоки не смирилась с гибелью своих родных. Она оставила Абрана, как он ее не умолял, ушла к соседнему племени и попросила их о помощи. Вместе с ними она провела ритуал поразительной мощи и разрушительности. На город колонизаторов обрушился смерч, снеся все подчистую вместе с барами, домами и амбарами, всех людей и скот. Выжил только Абран, который на лошади объезжал каждый закуток степи в поисках Иоки. Но ритуал убил ее и всех остальных, кто принимал в нем участие. Ритуальная магия смертельна для людей в большинстве случаев, и даже ведьма не способна ее удержать. Только Шабаш. Абран был убит горем, он похоронил свою любовь рядом с местом проведения ритуала, но забрал себе на память ее колье из лазурита. Колье впитало в себя магию во время ритуала и стало реликвией, но он об этом узнает позже. Многие считают, что ему не стоило брать это колье. Спустя пять лет он и его жена умерли от цинги. И в последствии почти все из рода Риланов умирали от болезней достаточно неожиданно и рано. Ходит мнение, что колье впитало в себя не только магию ритуала, но и злость Иоки, ее жажду мести. И стало порочной реликвией, заряженной на зло. Таких почти нет, их создание очень сложное, в основном они рождаются спонтанно. Сердце Иоки – так назвали эту реликвию – сейчас хранится где-то, в хорошем месте и ждет своего наследника, который будет способен обуздать ее мощную энергию. Пока такого человека не было… Всю свою жизнь, от возвращения в Кардифф и вплоть до самой смерти, Абран посвятил изучению ритуалов народов Северной, а затем и Южной Америки. Он составил один из самых известных гримуаров – Гримуар Чимальма, щит Земли. Он содержит ритуалы индейцев, ацтеков, майя и прочих. Софи, я говорю все это, чтобы ты понимала… Абран стал великим исследователем и подарил ведьмовскому миру знания, по истине грандиозные, но… Многие винят его в гибели племени, считают, что было ошибкой забирать колье… Поэтому Риланы прокляты…Сама судьба разгневалась. Тебе стоит это знать, чтобы быть готовой к нападкам. Верхушка очень любит судить по поступкам предков, словно мы все рождаемся с одинаковыми изъянами. Просто помни, что к тебе это не относится. Софи мрачно глядела на блестящую в полуденных лучах шерсть собаки и шумно дышала. - Софи? – Тэнси протянула руку, чтобы прикоснуться к плечу девушки, но та резко встала. - Все в порядке, – Софи отмахнулась от поддержки Тэнси и натянуто улыбнулась. – Спасибо, что решила не утаивать от меня. Это… Полезная информация.       Софи кивнула своим мыслям, отрешенно глядя в пустой дверной проем. В псарне пахло сыростью и мокрой шерстью, Тэнси слегка скривилась. Вильме довольно перевернулась на спину, подставляя пушистый живот под ласку тонких пальцев девушки. Тэнси выполнила просьбу собаки, с легкой улыбкой. - А что с Рейвен? – внезапно спросила Софи. - Рейвен? – Тэнси поднялась вслед за ней и посмотрела Софи в глаза. – А что с ней? - Ты сказала оскверненный род хуже, чем его отсутствие и Рейвен не даст соврать? Ее род осквернен? Тэнси открыла рот, но тут же запнулась, щеки ее зардели. Девушка поняла, что сболтнула лишнего. - Она тебе не рассказывала? – Софи отрицательно мотнула головой, и Тэнси затрясло. - Ох, она меня придушит… - Но почему? Тэнси отмахнулась от Софи, с досадой глянула на Вильме и побрела к выходу из псарни. Софи вскинула брови, недоуменно сжав губы и пошла за подругой. - Тэнси? Но Тэнси молча шла к Академии с таким выражением лица, словно внутри ее ждала плаха. - Она меня придушит…       На подъездной дорожке затормозил дорогой автомобиль именно в тот момент, когда девушки подошли к главному входу Академии. Из него вышли Кайнан, Билли и Мэтт. Кайнан сдержанно прикрыл дверь, но Тэнси заметила, что его что-то беспокоит. Билли и Мэтт, словно малые дети пихали друг друга и без смущения разглядывали темные фасады Академии. - Доброе утро, – Тэнси поздоровалась первой, обращая на себя внимание гостей. Мэтт застыл, точно молнией пораженный, и очередной толчок Билли все-таки сбил его с ног. Парень рухнул на первую ступеньку, но тут же подскочил как ни в чем не бывало. Билли хохотал в кулак, бросая взгляды на опешивших Тэнси и Кайнана. - Доброе, – Кайнан мысленно закатил глаза, но проигнорировал выходку его спутников. - Какими судьбами? – Тэнси натянула свою фирменную улыбку. Что-то у нее внутри шептало ей опасаться Кайнана. - Верховная вызвала нас, – невозмутимо ответил охотник и ткнул пальцем на стоявших сзади. – Из-за них. - Ох, – Тэнси окинула парней странным взглядом и вновь улыбнулась, но теперь искренне. – Славно. Могу вас проводить, если не против? Кайнан умело скрыл удивление. - Конечно, – кивнул он.       Тэнси взяла Софи под руку, и вместе они направились ко входу. Ольд подскочил со своего скрипучего стула при их появлении, но Тэнси жестом велела ему не беспокоиться. Старик недовольно нахмурился, но повиновался, плюхнувшись на место. В выходной день в Академии было более людно: младшие ученики носились по залам играя в догонялки или прятки, сидели кучками на исполинских подоконниках и что-то бурно обсуждали. Старшие же коротали время в гостиных или библиотеках, пили чай в столовой, или гуляли на свежем воздухе. Домой мало кто уезжал. Тэнси повела спутников через коридор для прислуги, где они столкнулись с Малачи. Юноша мчался вниз стрелой, прижимая к груди толстую книгу, и чуть не споткнулся об свою ногу, когда увидел Тэнси и компанию. Его пятка скользнула, и он был вынужден вцепиться руками в перила, при этом роняя книгу. Увесистый фолиант стихов рухнул вниз и, раскрывшись, покатился по ступенькам. Билли успел подхватить несущуюся без тормозов книгу, отряхнул ее, придавая ей опрятный вид, и сделал шаг, протягивая том Малачи. Тот все еще сжимал перила, растерянно глядя на застывшую процессию. - Спасибо, – спохватился он и забрал книгу. Билли улыбнулся и кивнул, отступая назад. Малачи бросил на него долгий взгляд и обратился к Тэнси. - Привет, Тэнс. Что происходит? - Провожаю охотника и его гостей к госпоже Меруле. А что ты здесь делаешь? Малачи замялся, нервно глянул на книгу и ответил: - Сокращаю путь до библиотеки. Всего вам хорошего.       И он сбежал вниз, не поднимая головы. Тэнси пожала плечами и продолжила путь. Перед кабинетом Верховной Тэнси остановилась и только открыла рот, как дверь распахнулась и к ним вышла Белинда. Женщина подпрыгнула от неожиданности при виде такого разношерстного коллектива, но взяла себя в руки. - Мисс Бейтс, вы, кстати. В целом, вы тут все, кстати, кроме вас, леди Д’артанган, – Тэнси прикусила щеку и опустила взгляд. – Верховная вас ожидает. - И меня? – удивленно воскликнула Софи. - И вас, мисс Бейтс, – буркнула Белинда и махнула рукой, приглашая их войти.       Кайнан сделал шаг вперед, беря на себя инициативу, и заглянул в кабинет Верховной. Та бросила на его высунувшуюся голову мимолетный взгляд и кивнула, приглашая компанию войти. Тэнси осталась снаружи, терзая себя догадками. Мерула выглядела более болезненно, чем обычно, щеки ее пожелтели, исчерченные глубокими морщинами. Кайнан подтолкнул Мэтта ближе к столу, обращая на него внимание Верховной. Она смерила Мэтта суровым взглядом и, вскинув брови, опустила глаза на белый лист бумаги. - Мистер Алестер… Мы с вашим отцом пришли к соглашению, что вы и ваш подопечный, останетесь в Академии, и будете обучать непосвященного ремеслу охотника, как я понимаю, до окончания конкурса, – Кайнан побледнел, поджав челюсть. - Простите?.. – Мерула злорадно усмехнулась. - Вижу, вам эта идея тоже не по душе. Господин Велдон крайне недоволен возвращением Рейвен Лордвуд в Шабаш, что меня не волновало бы, если бы он не захотел подселить ко мне своего сына. Странно, что он вас лично не уведомил. Вы теперь куратор конкурса со стороны охотников, поздравляю. Кайнан возмущенно выдохнул и завел руки за спину, сжимая тонкие пальцы в кулак. - Понятно. Мне уже собирать вещи? – процедил он. - Как вам будет угодно. Что касается вас, мистер Чейз… Мэтт вздрогнул и вытянулся, словно фонарный столб. - Обучаться охоте я вам запретить не могу, только хочу напомнить, что существование как ведьм, так и охотников, и все с ними связанное, хранится в тайне от большей части человечества. Из гуманных соображений, разумеется. Будьте осторожней в своих дальнейших действиях. Мэтт быстро закивал, тревожно разглядывая лицо Верховной. - Я вас понял. - Так… - Мерула слегка наклонилась в бок, с невероятным усилием, заглядывая в ящик стола, слегка морщась. Ее потуги были похожи на движения механической куклы – резкие и неестественные. Костлявые пальцы вынули потрепанную книжонку и бросили на стол. Мерула быстро пролистала первые страницы и ткнула острым ногтем в разворот. - Софи Бейтс и Уильям Гатри, – она подняла на них свой взгляд и замолчала почти на минуту. – Софи, твою мать звали Диана? - Да… - Прошептала девушка, робко пытаясь заглянуть в книжку. Мерула кивнула. - Уильям, твоего отца зовут Чадвик, верно? Билли настороженно свел брови, болезненно глядя на Верховную сверху вниз. - Верно. Старушка хмыкнула и оглядела Софи и Билли насмешливым взглядом. - То, что я сейчас скажу может быть для вас довольно шокирующим известием. У вас общий прадед – Абран Рилан. Так что… Вы наследники Риланов. Софи и Билли уставились друг на друга, рвано дыша. - И что это значит? – растерянно спросил Билли. – В каком смысле наследники? - Наследники истории, достижений, знаний… Риланы не были особо богатыми или знатными. Их знаменитость заключалась в другом…       Софи подкосило, голова закружилась, а обмякшие ноги расслабились, и девушке пришлось впиться в предплечье Билли, чтобы устоять. Юноша подхватил Софи под руку и бережно провел ладонью по ее спине. Непонимающе оглянувшись на Верховную, он нахмурился. Кайнан и Мэтт замерли, затаив дыхание. - Как это понимать? Мерула раздраженно повела рукой, впиваясь взглядом в веснушчатый профиль Билли. - Не надо устраивать спектаклей - в этом нет ничего особенного. Можете взять фамилию Риланов или оставить свои. Ваше наследие - только ваше дело. Вы из магического рода, достаточно древнего и известного. А еще вы брат и сестра. Вижу, вам не особо радостно это известие. Но род Риланов считался вымершим до недавних пор, а моя обязанность не дать ни одному магическому роду угаснуть. Вас я ни к чему не принуждаю. Мистер…Гатри, вы можете остаться в Академии, если хотите. Быть ближе к корням и сестре. Билли вскинул брови. Софи оправилась и выпрямилась. - Мы вас поняли, – она крепче сжала запястье Билли. - На этом все? Мерула откинулась на спинку стула, пряча улыбку в складках морщин. - На этом все. Господин Алестер, уведомите меня перед вашим окончательным переездом. Кайнан поджал губы, кипя от недовольства. - Как скажете. Компания покинула кабинет, глупо глядя друг на друга, каждый погрузился в свои мысли. Тэнси подлетела к Софи, схватила ее ладони и крепко сжала. - Что такое? Ты так бледна… - Я бы выпила чаю, – тихо прошептала Софи. Она обернулась к Билли, который вперил в нее безумный взгляд серых глаз. Они застыли, разглядывая друг друга, словно мудреный пейзаж. - Да, я бы тоже, – робко сказал Билли. – Не проводите нас в столовую, леди Д’артанган? Тон его был сухой, так ему несвойственный. Мэтт тронул Билли за плечо и тот подскочил. - Ты в порядке?       Билли помолчал, снова кинул на Софи странный взгляд и резко притянул девушку к себе, сжимая в объятиях. Софи охнула, но не оттолкнула его, а наоборот, уткнулась носом ему в плечо, широко раскрыв глаза. Ей сложно было понять, что она чувствует к нему. Брат. У нее есть брат, очень далекий, которого она совсем не знает и видит второй раз. Но его теплое дыхание и дрожащие плечи… Софи растаяла, растянув губы в улыбке и прижалась к нему сильней. - Господи… - прошептал он. – Неужели у меня есть нормальные родственники… Он будто всхлипнул, хотя, скорее всего, Софи показалось. Но когда он отступил, высвобождая девушку из крепких объятий, его глаза были слегка красные. Тэнси нахмурилась. - Родственники? – Софи мимолетно улыбнулась девушке и кивнула, Тэнси охнула, бегая карими глазами от Софи к Билли. – Расскажешь подробности? - Конечно. - А что с Рейвен? – возник Мэтт, и Тэнси испытала неприятное чувство повторения. - А что с ней? – нахмурился Билли. Мэтт повернулся к Кайнану. - Верховная сказала, что господин Велдон не был рад возвращению Рейвен в Шабаш. Что это значит? Рейвен не была в Шабаше? - Что такое Шабаш? – Билли потеряно оглядывал присутствующих. Тэнси хотелось скрыться от этих взглядов, но она стойко выдержала подступившую тошноту. - Рейвен не понравится, если мы будем ее обсуждать… - Но ее тут нет, – подчеркнул очевидное Мэтт. - Что такое Шабаш? – Мэтт недовольно пихнул Билли в бок. - Нам рассказывали. Ты уже забыл? Билли насупил нос и, скрестив руки на груди, отвернулся от Мэтта с напускной обидой. - Шабаш, это племя ведьм, – сказала Тэнси. – Несколько семей, собранных под одним именем – именем Верховной. Принцип почти тот же, что и у охотников. Билли благодарно улыбнулся. - Спасибо, красотка, – Тэнси смутилась и покраснела. Кайнан все еще рылся в своих мыслях, вылавливая моменты, которые могли объяснить решение отца. Но все было расплывчато и постоянно ускользало. Он потерял нить диалога и хмуро глядел в пол. - Кайнан… - голос Мэтта прорвался сквозь пелену нахлынувших мыслей, и юноша поднял на компанию мрачный взгляд. – Что с Рейвен? Кайнан проницательно скользнул по сжавшейся Тэнси глазами, в которых прорывались иголки раздражения. - Чейз, Гатри, я собираюсь в поместье за вещами, также с отцом поговорю. У вас есть шанс сейчас уехать со мной и собрать и свои вещи тоже. Не будем терять времени.       Лицо Тэнси расслабилось от облегчения, и она благодарно посмотрела на Кайнана из-под полуприкрытых век. Мэтт и Билли переглянулись, но пошли вслед за Кайнаном, попрощавшись с девушками. Когда они остались вдвоем, Софи хмыкнула. - Ты любишь хранить секреты, Тэнси, – с едва уловимым укором сказала девушка. Тэнси содрогнулась от жутких воспоминаний и сурово посмотрела на Софи. - Мне приходится. Сплетничать о Рейвен я не собираюсь, это ребячество. Если тебя что-то интересует, спроси у нее сама. У всего должны быть границы. Софи потупила взгляд, смущенно поправляя платье и заламывая пальцы. - Тут больше загадок, чем я думала… Внутри Тэнси все заклокотало, но она промолчала. 2.       Рейвен тряслась в темном автомобильном салоне, подпрыгивая на кочках, как на батуте, от того иногда хохотала про себя, видя, как кривится лицо Белинды, когда Дэнсон слишком резко крутит руль. Они ехали проверять ее душу. Подробностей ей не сказали, но мыслям Рейвен не давала покоя черная машина, следующая за ними. В ней находились Миранда и Дишон, что невероятно, можно сказать, даже, сверхъестественно, доводило Рейвен до раздражения за одну секунду. - Госпожа Белинда, я не до конца понимаю… Зачем с нами едет госпожа Миранда? Белинда скосила на Рейвен недовольный взгляд и поджала губы. - Если едет, значит, так надо. - Не думаю… - Белинда цыкнула и резко повернулась к Рейвен. Девушка примирительно подняла руки. – Я имею в виду, что ваша сестра, в отличие от вашей матери, или даже вас – не ведьма. Почему она принимает участие в вопросах, касающихся Шабаша? - Миранда доверенное лицо госпожи Мертон, – проворчала Белинда. - Но разве это не мистер Дэнсон? Джонатан хмыкнул, не отрывая глаз от дороги. - Госпожа Мертон решила подстраховаться, – невозмутимо ответил он. - Вас это не задевает? - Рейвен, оставь это. Не донимай мистера Дэнсона вопросами. Миранда заслужила доверие госпожи Мертон, это уже о многом говорит. Пусть она и не ведьма, но достойна уважения в той же мере, что и я. По-твоему, добиться уважения может только сильная ведьма? Родиться сильной ведьмой много ума не надо. - Вам-то откуда знать… - Рейвен отвернулась к окну, пряча едкую ухмылку. Белинда злобно поджала челюсть, а Дэнсон никак не отреагировал, но Рейвен была уверена, что внутри он хохочет, звонко и надрывно. - Я знакома с тобой… - парировала Белинда, на что Рейвен не иронично расхохоталась. - Считаете меня сильной ведьмой? - Твои врожденные способности и талант ярко заметны. Но родиться с силой, не то же самое, что ее добиться. Я так же знаю Эвелин, которая упорно трудилась над своей магией всю жизнь, и добилась успеха. Я знаю много ведьм схожего положения… - По-вашему, у Эвелин нет врожденного таланта? Я слышала обратное… Во всяком случае, вы не хуже меня знаете, что это так не работает. Все ведьмы рождаются с определенным запасом магии, который увеличить нельзя. И да, в нашем с вами мире сильной можно только родиться… Ну, а для этого много ума не надо… - Ты мыслишь поверхностно, Рейвен. Можно улучшить свою магию, сделать ее более изощренной, более податливой. Подстроить под себя. Чем магия послушней, тем она сильней. - Разве? Тогда, что мешает вам стать сильной ведьмой?       Рейвен заметила, что задела Белинду за больное. Женщина бросила разочарованный взгляд в зеркало заднего вида и отвернулась.       Машины доехали до начала лесополосы, и Дэнсон свернул на крутой съезд, ведущий в поле. Проехав еще несколько метров, он вновь резко развернулся, выруливая на незаметную дорожку. Они въехали в темный лес, скрываясь от солнца под густыми ветвями, которые куполом сомкнулись над машинами. Дэнсон затормозил, Белинда кивнула, и они вышли. Миранда и Дишон последовали их примеру. Дишон вытащил из багажника машины небольшую черную сумку. Лес тихо шелестел над их головами, сосны размеренно пошатывались от порывов холодного ветра. Птицы стихли, и на Рейвен напало неприятное чувство. Ковер из желтой листвы хрустел под ногами идущих, Белинда шла впереди, отодвигая от себя колючие ветки лиственниц и елок. Стая мелких птиц сорвалась с ближайшего дерева, и Рейвен метнула в их сторону настороженный взгляд. Над левым ухом ухнула сова, затем вновь наступила тишина.       Они вышли на сухой пустырь, и Рейвен вскинула брови. Склеп, стоящий под кроной клена, был мрачен и убог. Совершенно непримечательный, пожелтевший каменный фасад, кое-где поросший мхом, худой шпиль - длинная деревянная палка с дугой на конце и дырявая покатая крыша. Здание отталкивало, но, даже если кто-нибудь и решится заглянуть внутрь, то ничего странного, а, тем более, волшебного, он там не увидит, лишь голый пол и стены.       Белинда уверенно отворила железную решетку, покрытую ржавчиной, и вошла в холодное помещение. Рейвен прошла за ней, следом Дэнсон, который с ухмылкой оглядел каменную каморку, за ним Миранда с Дишоном. Белинда дождалась, когда все войдут и свела ладони, уперев подбородок в указательные пальцы. «Declaratione» - произнесла женщина. Склеп вмиг загудел, словно пчелиный улей, затрясся и зашипел. Внутренности стен бурлили около минуты, а когда, наконец, успокоились, в стене напротив входа образовалась выемка. Небольшое углубление краснело тусклым свечением в сумраке склепа. Белинда толкнула рукой воздух, и стена сжалась, уезжая в пол с шумом и скрежетаниями. Вместо нее теперь зиял темный проход с крутой каменной лестницей, уходящей в пустоту. Как только Белинда сделала шаг, опуская тяжелый каблук на первую ступеньку, стены прохода вспыхнули множеством кельтских узоров и рун, блестящей голубизной освещая спуск. Компания спускалась вниз почти десять минут, Рейвен напряженно следовала за Белиндой, уставившись в спину. - Куда мы так уверенно спускаемся столько времени? – не выдержала девушка. До Рейвен донесся недовольный вздох Белинды. - Узнаешь. Прояви терпение. Рейвен лишь раздраженно повела плечами. - К чему такая секретность, госпожа Рейнер? – шутливым тоном спросил Дэнсон. Женщина промолчала, а Миранда и Дишон странно переглянулись.       Лестница закончилась, и перед Рейвен возникло небольшое круглое помещение с высоким куполом. Стены были вымощены странным, шершавым на вид, темно-синим минералом, а в комнате стоял тяжелый запах влажной почвы. В центре оказался небольшой водоем, наполненный черной, как смоль, водой. Рейвен поежилась, в тусклом свечении настенных росписей бассейн казался бездонным. - Рейвен, – голос Белинды выдернул девушку из ступора. - Да? - Тебе придется здесь искупаться, – Рейвен вопросительно вскинула брови, удивленно открывая рот. - Но что это? Что за место? – внезапно Миранда громко расхохоталась, словно припадочная. - Нет, Линда, ну ты слышала?! Она не знает! – Миранда залилась еще громче, ее смех с неприятным скрипом отражался от каменных стен. – Она знает, как выдрать из человека душу, но не знает про одну из наших главных святынь! - Заткнись, Миранда, – Белинда гневно осадила сестру. Та запнулась и обескураженно вскинула брови. – Ты хуже капризного ребенка. Белинда повернулась к Рейвен. – Это котел Керидвен, древний ритуальный водоем, сделанный для самых первых Верховных – они проводили здесь обряды лечения, отмывались от порчи, очищались, использовали для того, чтобы обрести мудрость и просвещение. Но сейчас это все на уровне легенд, знания были утеряны, или вовсе не существовали. Теперь котел служит лишь для виденья душ – единственная его способность, которую мы сумели сохранить. Помогает выявить черных магов и ведьм. Если твоя душа полностью чиста и не осквернена мертвой энергией – вода станет белой. Если немного задета - красной, если полностью – останется черной. Рейвен скосила настороженный взгляд на темную, неподвижную воду. - Хорошо. Рейвен скинула пальто и всучила Дэнсону, который неловко его подхватил. Стащив обувь, девушка осталась в тонкой футболке и темных брюках. - Мне полностью раздеваться? – прямолинейно спросила девушка. - Нет, мы взяли тебе одежду. Переоденешься.       Рейвен кивнула и подошла к котлу. Лишь секунда замедления и девушка опустилась на бортик, а затем соскользнула в воду, которая оказалась ледяной. Издав судорожный всхлип, Рейвен подняла глаза на Белинду. - Что теперь? - Ложись на спину.       Рейвен перевернулась, вода разошлась кругами от ее движения, прибиваясь к серым стенкам водоема. Пальцы ног начали неметь, и челюсть задрожала. Дно непреодолимо тянуло, и у Рейвен не получалось расслабиться, приходилось прикладывать усилия, чтобы оставаться на поверхности. - Yn oer? – тихий вопрос на валлийском языке слетел с уст Белинды. "Холодно?" Рейвен запнулась, давно она не разговаривала на этом языке. - Ydw, – ответ был положительный, и Белинда кивнула. - Yna gadewch i ni ddechrau, – Белинда вытянула вперед ладони и завыла, - O, Keridven mawr, gadewch i ni edrych i mewn i enaid y wrach hon a'i glirio os oes angen. Gadewch i mi helpu ac achub y wrach hon os oes angen. Peidiwch â bod yn greulon i'r wrach hon, hyd yn oed os yw'n ei gymryd. Rydym i gyd yn weision eich un chi, eich golau a'ch cryman. (Тогда начнем. О, великая Керидвен, позволь нам заглянуть в душу этой ведьмы и очистить ее, если потребуется. Позволь помочь и спасти эту ведьму, если потребуется. Не будь жестока к этой ведьме, даже если это потребуется. Мы все слуги твои, твоего света и твоего серпа.)       Гортанные звуки, грубые и резкие, слетали с ее губ, плавной песней, жертвенной молитвой. Рейвен почувствовала, как сознание леденит, мысли исчезают, а вместо них приходит обжигающий озноб, волнами бегающий по спине. Вода закипела, обдавая девушку горячим паром, со дна начали подниматься большие пузыри и лопаться на поверхности, брызгая на лицо девушки холодными каплями. Рейвен словно стала ингредиентом в супе, который варила Белинда, и скоро ее подадут к столу. Стены завибрировали, по ним пошли светло-голубые полосы, инеем вертясь по каменному потолку, в нос ударил морозный воздух. Рейвен захотелось закричать, пространство сдавило ее голову, и она начала задыхаться, беспомощно открывая рот. В спину ее что-то ударило и разлилось по воде молоком, окрашивая водоем в белоснежный цвет. Пространство отпустило Рейвен, она сделала глубокий вдох и хотела выпрямиться, но вода удерживала ее тысячей рук, впиваясь в затылок. - Подожди, – прошептала Белинда. - Как это возможно? – недоумевала Миранда. – Она прокляла мальчишку, как вода может быть белой?! Белинда хмурилась, разглядывая молочную воду, плотную и непроницаемую. - Мне нехорошо… - слова Рейвен давались с трудом, на грудь давило, как если бы кто-нибудь на нее сел.       Внезапно вода вновь закипела пуще прежнего и принялась выталкивать Рейвен сильными толчками. Девушку закрутило, голова ушла под воду, а там темнота, такая густая, что и рук своих не увидишь. Смолянистый запах пошел по комнате призрачной тенью, и узоры на стенах вспыхнули ярче, и вода начала выходить из краев, словно рвалась на свободу. Дэнсон бросил на Белинду вопросительный взгляд, но женщина выглядела напуганной, обескураженной. - Линда, что это? – Миранда пятилась к выходу, дрожа от вида кипящей черной воды. - Рейвен надо вытащить! – Дэнсон заметил, что тело девушки уже полностью погрузилось в кипящий деготь, а голова и вовсе исчезла, скрытая пеленой вод. Он подбежал к краю котла и упал на колени, протягивая к Рейвен руку, чтобы схватить ее за запястье. - Нельзя прерывать обряд! – голос Белинды дрожал, но она сурово посмотрела на Дэнсона, взглядом веля ему отступить. – Не погружайтесь к ней, это может навредить вам обоим! - Она сейчас захлебнется! Или это нормально?!       Джонатан начинал злиться, видя, как Рейвен неподвижна под водой, даже не пытается всплыть. Вода все бурлила, искажая свою поверхность, и мужчина не мог понять, насколько глубоко опустилась девушка. Белинда задрожала, она металась от правильного к неправильному, хоть она не в первый раз проводила этот ритуал, но подобное видит впервые. Вода утягивала Рейвен на дно щупальцами черноты. - Госпожа Рейнер! – вскрикнул Дэнсон, привлекая к себе внимание Белинды. На ее лбу выступила испарина. – Прекратите обряд!       Рейвен открыла глаза, упираясь в плотную темень, которая обволокла ее со всех сторон. Мрак был повсюду, даже внутри, затек через уши и ноздри, и теперь плескался в желудке холодной жидкостью. Дышать она не могла, да и не хотела. Ей хотелось только спать. Но вот ее внимание привлек какой-то силуэт впереди, блестящий, слегка белесый, расплывчатый и жутко знакомый. Рейвен замешкалась, но что-то подсказало ей, что надо плыть. Она неуверенно загребла одной рукой, затем второй и начала двигаться в сторону загадочной фигуры. Вода начала густеть, стала мягкой на ощупь, словно Рейвен плыла в простынях. Она взглянула на свою руку и отшатнулась. Запястье обтянули черные волосы, длинными локонами намотались на бледную кожу рук. Рейвен дернулась, но густые пряди были повсюду, теперь были связаны и ноги. Девушка вскинула голову, силуэт все дрожал в дали, размывался водными потоками. Рейвен отчаялась, ведь не могла шелохнуться, волосы больно впились в ее руки. Но силуэт не стал ждать ее и исчез, оставляя после себя только непроглядную тьму. Чье-то дыхание обдало ее шею, и Рейвен вздрогнула, широко раскрывая глаза. Медленно она повернула голову и встретилась взглядом с ледяными глазами. Со своими собственными ледяными глазами. Эта другая Рейвен не была связана и свободно двигалась в черной воде. Лицо ее было жутко бледным и неестественно худым, скулы вывалились, как два острых лезвия. На лице застыла безумная ухмылка, кривая и болезненная. В глазах не было зрачков. Рейвен поглотила паника от одного только взгляда этого непонятного существа. Другая Рейвен вытянула костлявую руку и собралась прикоснуться к своей копии. Девушка закричала, вместе с тем делая глубокий вдох, и воздух ворвался в ее легкие холодной волной. Рейвен вскинулась и вцепилась в чью-то руку. Джонатан прижал девушку к себе и начал успокаивающе гладить по голове. Рейвен колотила мелкая дрожь, перед глазами все еще стояло собственное лицо, но уже нечеловеческое, мертвецки бледное и до ужаса пугающее. - Все хорошо, мисс Рейвен, – шептал Джонатан, бережно сжимая девушку в своих руках. – Все хорошо. - Что это было?! – завопила Миранда. – Линда, какого дьявола? Это ненормально…       Миранда сделала шаг назад, врезавшись в плечо Дишона. Тот в ужасе глядел на Рейвен, в темных глазах застыло невыразительное негодование и осуждение. Джонатан покопался в сумке и вытащил оттуда полотенце, которым тут же укрыл дрожащую Рейвен. - Эта девчонка… - Миранду перекосило от отвращения. – Чудовище… Чертов монстр… - Миранда, будь осторожней в выражениях, – злобно процедила Белинда. – Мы не знаем, что это значит, не делай поспешных выводов. - Да вы все с ума сошли! – Миранда содрогнулась. – Выгораживаете ее?! После такого?! Госпожа Мертон все узнает! И наконец уничтожит эту гадость! Белинда было метнулась к сестре, но та спряталась за Дишона и оскалилась. - Посмотрим, на чьей стороне будет Сейм в этот раз…       Метнув на Рейвен испепеляющий взгляд, Миранда развернулась и быстро поднялась по лестнице. Дишон последовал за ней. Белинда отвернулась от прохода и посмотрела на Рейвен. Девушка все еще тряслась, укрытая плотным махровым полотенцем. - Госпожа, подождите нас у машины, пожалуйста, – твердо сказал Дэнсон, многозначительно глядя на Белинду. Женщина неуверенно кивнула и вышла из помещения. Джонатан обратился к Рейвен. - Мисс Рейвен, надо идти… Он взял ее под руки, осторожно поставил на ноги и повел к выходу. Рейвен вдруг выпрямилась в его руках и сильнее укуталась в полотенце. - Все в порядке, спасибо, – но голос ее дрожал и Джонатан заметил это. - Вы уверены? – Рейвен молча кивнула. - Мне надо переодеться. Одежда в сумке? Джонатан усмехнулся ее напускной стойкости, но не стал возражать. - Да, в сумке. Мисс Рейвен, насчет слов Миранды… Не принимайте близко к сердцу, госпожа Рейнер очень чувствительная женщина. - Ничего, я привыкла.       Ухмылка сползла с лица Дэнсона, и он угрюмо кивнул, напряженно поглядев на водоем, прежде чем удалиться. Рейвен дрожащими руками стащила с себя полотенце, бросила его на холодный пол и рухнула на колени. Вода в водоеме темнела, и девушке казалось, что от нее исходит трещание, как от тысячи сверчков в поле. Она скривилась, к горлу подкатила тошнота, а глаза защипало, неприятное наваждение лимонным соком закапало в глазницы, глотку жгло, и руки чесались. Нечто будто прощалось с ней в надежде на скорую встречу. 3.       В оранжерее было светло, лучи солнца просачивались через мозаичный потолок, цветными потоками врезаясь в длинные листья зачарованных аглонем и папоротника. Высокие стеллажи с зелеными насаждениями освещались гудящими белыми лампами, пестрые бабочки порхали между яркими бутонами, до одурения ароматных цветов. Несколько детей возились в клумбах, пропалывая ростки подсолнухов, и напевали ритмичную песню. Присцилла пересаживала высокий куст лимонного дерева. Рейвен не спеша вошла в оранжерею, задержалась у кипящей кастрюли с дымящимся отваром, от которого исходил терпкий мускусный запах, и направилась к бабушке. - Привет. Присцилла подняла на внучку удивленный взгляд, седые брови резко сползли к векам, словно лицо бабушки начало таять. - Ох, Рейвен. Здравствуй. - У тебя все хорошо? – голос Рейвен все еще дрожал, мысли то и дело возвращались к черной воде. - Да, милая. Я просто задумалась. - Как Калех? - Давно не видела ее, кстати, – Присцилла нахмурилась. – Она, скорее всего, гуляет, как обычно, но уж больно долго. Даже поесть не приходит. Присцилла отложила лопатку, сняла перчатки и протянула Рейвен морщинистые руки. - Знаешь мне сегодня такой сон красивый приснился… Я видела ангела, такого маленького, но при этом большого. С черными и сильными крыльями… И лицо было такое знакомое… Рейвен почему-то разозлилась. - Ты не пришла на бал, – старушка стеклянными глазами посмотрела на внучку, в ее ледяные глаза, и содрогнулась. - Да… Я задремала. Рейвен отдернула руки и засунула в карманы брюк. Затылок все еще был влажный, и девушка отчетливо это почувствовала, когда вся закипела изнутри. - Вот как. Может, поинтересуешься, как у меня дела или как прошел бал? Не хочешь? - Рейвен, что ты… - Да что с тобой происходит?! – Рейвен сорвалась на крик, и Присцилла тут же схватила ее за запястье и дернула. - Не здесь, Рейвен! Что с тобой происходит? Рейвен отшатнулась, провела рукой по лицу и замотала головой. - Я в растерянности. Мне нужно с кем-то поговорить. - Я готова тебя выслушать… Рейвен скривилась от слащавого тона бабушки, но подавила презрение. - Я ездила на котел Керидвен… И там… Присцилла вскинулась, словно ужаленная, и подтянула девушку к горшку с лимонным кустом. - Смотри, как он вымахал! Я все думала, что погибнет, ведь он начал подсыхать, но нет, – Старушка рассмеялась. – Я его выходила, и теперь он как новый!       Рейвен уставилась на зеленеющий куст пустым взглядом. Внутри начало ныть болезненной насмешкой, что-то гнусно и надрывисто хохотало в груди, издеваясь, холодя рассудок до истязающих разум мыслей. Девушка разбилась в один миг, осознав, что никому и дела нет до ее проблем, словно мир вымер, оставив ее одну на растерзание природе. Мысль, единственная – четкая и яркая, ее было достаточно. Куст вспыхнул горячим пламенем, Присцилла и охнуть не успела, как он истлел до обугленных корешков. - Рейвен! – Присцилла бросилась к ведру с водой для мытья полов и опрокинула его на горшок, но уже было поздно. От куста остался только пепел. – Почему?! Рейвен, почему?! - Почему?! Потому что вот так всегда! Потому что ты никогда не реагируешь, потому что, чтобы привлечь твое внимание мне нужно сотворить невообразимое!! Со дня смерти матери ты не представляешь из себя ничего, кроме бытового инвалида, вокруг которого я скачу, как ненормальная, лишь бы тебе угодить!! Лишь бы ты обратила на меня внимание! - Как ты можешь говорить так бесчувственно?! Как можешь обвинять?! Я потеряла родную дочь! - Я потеряла родную мать! – прокричала Рейвен. Горло жгло от обиды, от подступающих слез, и говорила она через силу. – Ты задумывалась об этом?! Ты всегда думала только о себе, о своей боли, а какого было мне?! Я буквально видела, как умирает моя мать, как горит ее тело! На меня обрушился потолок, я пролежала в больнице два дня после того, как меня вытащили из-под завала, но ты думала только о том, как плохо тебе. Я всю жизнь живу с твоим пренебрежением. Меня похитили, избили до полусмерти, чуть не пристрелили, но ты даже не заметила! – горячие слезы полились по ее щекам, хоть Рейвен и старалась сдержать их. – И ты будешь говорить мне о бесчувственности?! Ты единственная, кто у меня остался после ее смерти, но и ты меня отвергла… В чем моя вина?! – Рейвен обессилено рухнула на стул.       Присцилла замерла, словно ледяная статуя с опустевшим, безжизненным взглядом. Женщина уставилась на девушку с болезненной гримасой ужаса, обреченного, жадного, Рейвен тряслась, плечи её дрожали, а длинные ногти впились в кожу головы. Она пыталась сдержать истерику на подступах, пока эмоции не захлестнули ее полностью. - Мне жаль… - Жалеешь?! – вскинулась девушка. – Как своевременно! Вот только жалость нужна была ребенку, который ополчился на весь мир, которого сожрала ненависть настолько сильно, что этот ребенок проклял маленького мальчика! – Рейвен запнулась. Горячая волна схлынула неприятной дрожью по спине. Девушка отстраненно уставилась в пол. – Нет, в этом нет твоей вины. Ожидания меня погубили, не ты… - О, боги, Рейвен, – Присцилла протянула к ней худощавые руки, но Рейвен отшатнулась, словно пьяная. Голова закружилась, нервы дрожали тонкими натянутыми струнами. - Забудь. Выздоравливай.       Девушка резким движением растерла слезы по раскрасневшимся щекам и кинулась к выходу. Ей хотелось убежать подальше, голову раскалывало от тысяч мыслей, в один миг все перестало иметь смысл. Рейвен выскочила во двор и упала на ступеньки, жадно глотая воздух. Она затрясла головой как трещоткой, лишь бы прогнать эти мысли. Это все казалось черной водой, затекшей в уши и сводившей ее с ума, ядом, дурманившим ее рассудок. Она резко выпрямилась и откинула голову, сделала глубокий вздох. Желание громко заорать пришлось подавить. Девушку отвлек звук шуршащего гравия, и на дорожке появилась Октавия, согнувшаяся в три погибели, с большим деревянным ящиком в руках. Она остановилась, чуть поодаль, сутулая и взъерошенная, и, заметив Рейвен, сидящую на крыльце, обратила на нее тошнотворно игривый взгляд. Поставив ящик на землю, Октавия оперлась на колени, борясь с отдышкой. - Рейвен? Рейвен лениво подняла тяжелую голову. - Октавия?       Девушка хмыкнула, дерзко оглядела Рейвен и вновь подхватила деревянный ящик, шумно вдохнув, напряженными руками подтянула его к груди, и пошла ко входу в оранжерею. Рейвен оперлась головой на руку и с ехидным интересом наблюдала, как Октавия ковыляет в ее сторону. - Почему не поднимаешь магией? – Октавия недовольно мотнула в ее сторону головой и громко опустила ящик к ногам. - В туалет мне тоже с помощью магии ходить? – Рейвен усмехнулась и повернулась лицом к Октавии, скрестив на груди руки. – Не люблю использовать магию в повседневности, она не для подтирания задницы была нам дана. - Поднять тяжелый ящик, по-твоему, равно подтереть задницу? Октавия закатила глаза. - И для того и для другого у меня есть руки. И пока я могу это сделать своими, человеческими силами, я не буду использовать магию. - Интересно. Рейвен сдавило, занывшая грудь заколола ребра, и она поджала челюсть. - Выглядишь так себе. Октавия глядела на нее сверху вниз, хмуро сморщив лоб. Рейвен промолчала, насупив нос. - Пойдем, дам тебе кое-что… - громко пробурчала Октавия с явным недовольством. - Что? – Рейвен обескураженно вскинула брови. - Увидишь.       Злорадно хихикнув, ведьма скрылась за высокими стеклянными дверьми, чуть не впечатавшись в позолоченный косяк. Рейвен раздраженно дернула щекой, но встала и пошла следом. Оранжерея вновь накрыла девушку сводчатым потолком и цветочными запахами. Октавия уронила ящик рядом с серыми тумбами и черной проржавевшей плитой, на которой дымилась чугунная кастрюля. Октавия покопалась в ящике, засунув руки в немытые коренья почти по локоть, и извлекла оттуда связку куриных лапок. - Боги, за что ты так с нашими однокурсницами? – Рейвен скривилась при виде желтоватых морщинистых лапок.       Октавия бросила на нее смешливый взгляд, пряча улыбку. Она промолчала и, развязав веревку, отцепила две когтистые ноги. Крепко сжав коготь двумя пальцами, Октавия торжественно подняла ингредиент повыше и помахала им перед лицом Рейвен. - Познакомься – Мартин. - Земля ему пухом.       Октавия чмокнула лапку и кинула в кастрюлю одну, затем другую. Варево зашипело, окрасившись в грязно-коричневый цвет, и забурлило. Рейвен опасливо шагнула назад. Октавия хмыкнула, раскрыла верхние ящики и, пробежавшись по ним внимательным взглядом, достала сосуд с ярко-оранжевым порошком. - Огненная соль.       Она встряхнула содержимое и высыпала в отвар. Жидкость стала ярко-красной, но лишь на мгновение, вновь потемнела и приобрела насыщенный винный оттенок. Октавия сняла со стены половник и вытащила из ящика чистый граненый стакан. Пошлепав себя по карманам, она достала небольшой мягкий футляр и открыла его. Рейвен обнаружила там несколько иголок разной длины и толщины, средняя оказалась схвачена длинными пальцами Октавии. - Ignis.       Иголка вмиг раскалилась, почти до белого цвета, но Октавия будто и не почувствовала. Она быстро ткнула иглой в собственный палец и вытянула ладонь над кастрюлей. Первая капля крови упала в отвар, и Рейвен ожидала, что сейчас произойдет что-то необычное, но капля погрузилась в жидкость без последствий. Октавия черпнула отвар половником и, вылив в стакан, протянула Рейвен. - И что это? - Слабительное, – Рейвен откинула голову, выражая негодование. - Обхохочешься. - Ладно, ладно. Просто хорошее успокоительное. Бодрит и приводит в чувство. Повышает серотонин. Из побочных эффектов мигрень, диарея и расщепление личности.       Рейвен усмехнулась и, пожав плечами, взяла напиток. Отвар оказался кисловатыми на вкус и сильно вяжущими. Язык защипало, и Рейвен слегка скривилась. Осушив стакан, девушка выдохнула горячий воздух из горящей от огненной соли глотки. - Действительно бодрит. Октавия довольно улыбнулась и продолжила перемешивать варево, щурясь от густого пара. - Готова к завтра? Рейвен поморщилась. - А что завтра? – Октавия удивленно обернулась к ней. - Первое испытание. Сила мысли. - Ах, это. Перед глазами вновь всплыло лицо той жуткой Рейвен, и девушка вздрогнула. - С силой мысли у меня нет проблем. - Кто бы сомневался… - Мне послышалась ирония? - Не послышалась. Рейвен мрачно глянула на Октавию, но тут же натянула доброжелательную улыбку. - Спасибо и до завтра. Октавия кивнула, не отрывая тяжелый взгляд от кастрюли. 4.       Софи ворвалась в просторную залу, покрасневшая и запыхавшаяся. Все двенадцать пар глаз тут же устремились на нее. Октавия и Клэрития вертелись возле книжного шкафа и Октавия что-то очень упорно объясняла сестре, тыкая пальцем в пыльные книги. Софи неловко заправила прядь за ухо и, заметив Тэнси с Рейвен в углу, кинулась к ним. - Проспала… - прошептала Софи, подлетев к подругам. - Нет тебе прощения… - пошутила Рейвен и получила локтем в бок от Тэнси. - Как твоя магия мыслей? – искренне улыбнулась Тэнси.       Софи лишь сильнее покраснела. Рейвен хмыкнула и вгляделась в конкурсанток. Эвелин сидела на противоположном конце залы, утопая в махровых подушках. Лицо ее не выражало никаких эмоций, а взгляд был устремлен в пол, легкий прищур придавал ей сонный вид. - Здравствуй, Тэнси.       За спиной Софи появилась девушка-альбинос, среднего роста и с невероятно белыми волосами. Тусклые голубые глаза радушно блестели. У нее была достаточно широкая челюсть с острыми углами и светлые, едва заметные, брови. - Сноу, ты вернулась! – Тэнси обняла подругу и нахмурилась. Сноу уперла взгляд в Рейвен, бесстрастно глядящую на нее в ответ. Тэнси только заметила, как Рейвен измучена, под глазами лежат синяки, и вид дикий, как у бездомной кошки. - Мисс Лордвуд, - протянула Сноу, словно птичка. Ее движения были плавными, невесомыми, как если бы девушка была облаком. Худощавая фигура подошла к Рейвен и наклонилась ближе, к ее лицу, заботливо осматривая исхудавшее лицо и злобный прищур глаз. – Вы хорошо себя чувствуете? - Вполне, – голос Рейвен дрожал, в твердом тоне метались молнии сомнений и страха. - Позволите?       Сноу протянула тонкую ручку, которая замерла в сантиметре от шеи Рейвен, слегка подрагивая. Рейвен настороженно посмотрела на Сноу, в ее красноватые глаза. Эти глаза светились, в них, казалось, плескалось безграничное море – сочувствия и желания помочь. Рейвен медлила, но в итоге кивнула. Рука Сноу легла на ее шею, холодная, отчего девушка вздрогнула, но уже секунду спустя ее тело обожгло, мгновение жар пылал в месте соприкосновения, после чего тут же вся кожа покрылась испариной. Рейвен ощутила приятное тепло, заструившееся по ее венам, успокаивающим ручьем, голова прояснилась, а сознание наполнилось яркими, но приятными глазу картинами. Сноу убрала руку и отступила, наваждение спало, ушло вместе с теплом. Рейвен заморгала, будто только проснулась, но от приятного чувства осталась только сухость во рту. - Как вам? Рейвен выпрямилась, огляделась. - Лучше. Девушка благодарно кивнула, она и вправду почувствовала себя лучше. Тэнси напряженно глядела на подругу, обеспокоенно мечась от одного предположения к другому. - Рейвен, прости… Я не заметила… Рейвен лишь отмахнулась и обратилась к Сноу. - Что это было? Сноу расцвела, ей был приятен интерес. - Я практикую исцеление. - У тебя дар? – Рейвен удивленно распахнула глаза. Сноу грустно мотнула головой. - Нет. Я лишь могу успокаивать эмоции и чувства. Но лечить… Лечить магией без дара невозможно.       Рейвен понимающе поджала губы. Дары ведьм были подарком, благословением, но вместе с тем и проклятием. Сноу обернулась, приветливо махнув двум подходящим девушкам. В одной из них Рейвен узнала Нину Фэйрчалд, по ее черным, постоянно бегающим и болезненно грустным, глазам. Нина была высокой, пышной и изящной девушкой, самой грацией, хоть движения ее были порой резки, а речи грубы. Блестящие платиновые волосы были отброшены за спину, осанка величава, но взгляд… Испуганный, подозрительный. Губы обкусаны. Рядом с ней вертелась рыжеволосая девочка, и Рейвен дала бы ей лет двенадцать, если бы не знала, что они ровесницы. Пич Фортескью – до смешного серьезная, наигранно деловая, но при этом безмерно сострадательная. Пич широко раскрыла большие глаза при виде Сноу и расхохоталась. - Раздери меня Балор, Сноу, ты с утра в зеркало смотрелась? – звонкий голос с легкой хрипотцой вызвал у Сноу кривую ухмылку. - А ты? Девушки сверлили друг друга взглядами. Софи смутилась, накалившейся обстановке. - Успокойтесь, – Устало пробормотала Нина и, поклонившись Тэнси, увела за собой подруг. Софи трясло от волнения, и Тэнси осторожно тронула ее за руку.       В залу вошла Белинда, шумно распахнув двери, и быстрым шагом пересекла комнату. Вслед за ней, цепочкой, в комнату вплыли тринадцать слуг, у каждого в руках была высокая хрустальная ваза с длинным стеблем белой розы. Вазы выстроили на полу, в ряд, в полуметре друг от друга. - Леди, – Белинда цепко пробежалась взглядом по каждой девушке и вздернула подбородок. – Вашим первым испытанием станет Сила Мыслей, или – ваша способность контролировать окружение лишь разумом. Магия мыслей не нуждается в вербальном направлении, ей не нужны заклинания. Эта магия лишь в вашей голове, и ее сила зависит от силы вашей воли, и целеустремленности. От вас требуется поднять эту вазу так, чтобы она не треснула, и переставить ее в другой конец комнаты на специальные белые круги. Затем, вынуть цветок из вазы, скрутить его стебель в узелок и поставить обратно. Надеюсь, все меня поняли. Так что можете приступать.       Девушки встали напротив ваз и устремили на них долгие и напряженные взгляды. Рейвен вновь одолела тревога. Что если измотанная нервная система не позволит ей справиться со столь легким испытанием? Она забеспокоилась. Пальцы задрожали, как она не пыталась отогнать мрачные мысли. Она обернулась на рядом стоящую Софи, и та широко заулыбалась, обнажая белые зубы. Во взгляде девушки не было и тени сомнения в том, что Рейвен справится. Серьезно кивнув, Софи отвернулась к своей вазе. «Действительно, чего я испугалась?» Рейвен рассмеялась и с вызовом глянула на вазу. От Софи словно исходил свет, теплый и родной, и рядом с ней Рейвен переставала сомневаться.       Легкое напряжение в лобной части мозга зажужжало пчелой, и девушка обратила его к вазе. Эвелин, тем временем, уже переставила вазу на противоположную сторону. Рейвен решила не отставать. Ее ваза подлетела, легко оторвавшись от пола и проплыв над ее головой, опустилась рядом с вазой Эвелин. Внучка Верховной вздернула бровь и, скучающе взглянув на Рейвен, достала цветок из вазы. Еще несколько ваз опустились рядом. Последняя осталась Софи, упорно боровшаяся с непослушной вазой. Девушка покраснела, от упорства на ее лбу вздулась вена. Ваза завибрировала, тут же от горлышка ко дну пошла тонкая трещина. Софи охнула и отступила. - Все нормально, – успокаивающе сказала Белинда. – Главное не разбей.       Софи кивнула. Мысль встрепенулась в ее сознании, вспорхнула, как бабочка, и девушка ощутила необычайный прилив сил. Вздернув руку, Софи оторвала вазу от пола, она поднялась лениво, словно приклеенная, но все же перелетела на другую сторону комнаты. Рейвен справилась с узлом и воткнула цветок обратно в кувшин. Эвелин, уже давно закончившая задание, вновь уселась на диван и теперь наблюдала за остальными. Все девушки успешно выполнили задание, и даже Софи. Белинда одобрительно кивнула и развела руки. - Что ж, поздравляю. Софи радостно подскочила к Тэнси и Рейвен и сжала их в объятиях. - Мы справились! 5.       Кайнан резкими, раздраженными движениями засовывал вещи в большую сумку. Отец не стал слушать его возражения, сказал, это приказ. Юноша устало обвел глазами комнату и задумался. Пара месяцев, и он вернется, а сейчас надо немного потерпеть. В глаза бросилось темное пятно на ковре, возле угла кровати. Он поморщился и опустился на простыни. Дверь в комнату распахнулась, на пороге стояла Саншайн. - Я же просил стучать… - Уезжаешь?! – девушка метнулась к нему и, сбросив сумку на пол, села рядом. – В Академию?! Кайнан встал, шумно выдыхая. Спорить и что-то доказывать у него не было сил. - Откуда знаешь? - От отца. Кайнан пожал плечами и устремил на подругу холодный взгляд. - Это приказ. - И что теперь?! – Саншайн поднялась и приблизилась к Кайнану. – От одного приказа под пулю бросаться? - О чем речь? – Кайнан вздернул бровь. – Не драматизируй. Там не опасно. - Теперь опасно… Юноша промолчал, лишь вопросительно повел рукой. - Теперь, когда там Лордвуд… - Кайнан активно замотал головой и выставил перед девушкой руку. - Честно, я это уже слышать не могу. Что вы все ко мне с ней прицепились? Саншайн, я не хочу грубить и срываться на тебе, но у меня в последнее время не самые лучшие дни…Поэтому, мы закончим здесь. Отец приказал, и я не могу возразить. Мне самому это все не очень нравится, но выбора у меня нет. Понимаешь? Саншайн всплеснула руками, раздосадовано обращаясь к Кайнану. - Я буду скучать… Она подошла ближе, и он обнял ее, похлопывая по спине. - Меня же там не запирают… Мы сможем видеться, – девушка сильнее прижалась к его груди и вздохнула. - Извините… Смущенный Блейк замер у двери, не зная куда себя деть. - Входи. Кайнан опустил руки, и Саншайн нехотя отошла от него, пропуская Блейка ближе. - Где был? – Кайнан тепло пожал руку брата и улыбнулся. - С дядей Вестоном. Охотились. Блейк не выглядел очень радостным, а больше измотанным. - Отец мне рассказал, что ты уезжаешь… - Кайнан нахмурился и оглядел собеседников. - Что у вас за лица, будто вы меня хороните? Блейк и Саншайн рассмеялись, но с ноткой грусти.