Псих с холодным сердцем

      Намджун опустился на диван в гримерке Лисы и расслабленно выдохнул. Наконец у него есть время, чтобы спокойно отдохнуть, расслабиться и побыть наедине с собой. С тех пор как Лиса и Чонгук раскрыли свои отношения, у него почти не было свободного времени на отдых. Постоянные звонки журналистов, просьбы организовать интервью и преследования со стороны фанатов, чтобы узнать, правда ли эта новость. Джун так устал, что уже подумывал уволиться, но потом вспоминал, что с Лисой никто не справится, поэтому молча прикусывал губу и продолжал работать.       Он уставился в потолок, радостный, что Лиса сегодня вела себя очень спокойно и ничего не вытворяла. Джун мечтал об этом с тех пор, как понял всё, на что она способна, и потерял спокойный сон, ведь даже ночью ему могли позвонить и начать жаловаться на Лису. Ни одному человеку не удавалось сработаться с ней, и это очень сильно удручало, ведь у него не было возможности отдохнуть. Но сейчас в ее жизни появился Чонгук, который немного усмирил ее злую натуру, и Лиса наконец начала вести себя, как настоящая девушка.       Джун улыбнулся, радостный от мысли, что Лиса наконец становилась обычной и влюбленной. Она самостоятельно шла навстречу к тому, чего так долго боялась, и наконец отвечала взаимностью на чьи-то чувства. Она бежала домой после долгого рабочего дня и обижалась, когда они не проводили выходные вместе из-за какой-нибудь встречи с директором или же подписания контракта. Намджун не мог перестать наслаждаться их отношениями, радовался, что Лиса наконец выросла.       Он всегда думал, что не доживет до момента, когда она решится войти в серьезные отношения, но зря сомневался в ней. Лиса оказалась не настолько потерянной и сломанной, и все же открыла свое сердце, правда, тому человеку, с которым не видела никакого будущего. Чонгук неожиданно приручил ее и сделал так, чтобы она улыбалась при каждой встрече с ним. Намджун надеялся лишь на то, что эти отношения продлятся до конца жизни и не разрушатся с треском в самый неподходящий момент.       За дверью бурно обсуждали, что сегодняшняя съемка проходит очень даже тихо и спокойно, на удивление всех. Каждый считал своей обязанностью высказаться по этому поводу, а Намджуна это уже начинало бесить. Почему-то люди никак не могли принять тот факт, что Лиса повзрослела и начала вести себя более обдуманно. И хотя она до сих пор показывала, что многим недовольна, но не разбивала бокалы и не ставила жизнь других под угрозу.       Джун смотрел на цветы, что прислал Чонгук для Лисы, и не мог перестать улыбаться. Этот парень в первый же день знакомства почувствовал, насколько она жестока, и встал перед ней на колени по ее воле, но все равно остался рядом и по какой-то неведомой причине влюбился в нее. Он прятался у нее дома от своих фанатов и пытался кормить ее, прекрасно зная, что она постоянно забывает поесть. Он клялся себе миллион раз обходить стороной эту психопатку, но все равно почему-то заключал в объятия и согревал холодное сердце. Намджун никак не мог понять, что именно заставило этого парня остаться и поклясться влюбить ее в себя.       Может, это была какая-то воля случая, а может, и не случайность вовсе, но неожиданно в жизни Лисы появилась белая полоса радости и счастья. Вот только Джун сидел и задавался вопросом, как надолго это затянется, ведь, зная ее прошлое, можно было сделать выводы, что моменты для улыбок к ней пришли не на такое уж долгое время. И хотя Намджун хотел верить, что совсем скоро Лиса порадует его новостями о переходе на новый этап отношений с Чонгуком, старался не терять бдительность, чтобы не пропустить момент, когда все пойдут по наклонной.       Джун провел с Лисой много времени и видел все ее взлеты и падения, но каждый разрыв отношений оставлял на ней шрам, из-за чего он сильно переживал за нее. Лиса не выглядела той, кому нужна помощь, но почему-то в ней очень хотелось увидеть хрупкую девушку, такую как Дженни, которая будет полагаться на своего менеджера в любом вопросе, а не будет лезть во все, чтобы решить проблемы самостоятельно. Намджун всего лишь был нужен ей для того, чтобы затирать следы ее выходок и выполнять административную работу по договоренности насчет фотосессий.       Он выдохнул, пытаясь смириться с тем фактом, что Лиса никогда не придет к нему за советом и не спросит, как лучше поступить в той или иной ситуации. Даже если они с Чонгуком будут ссориться или же у них будут недопонимания, Лиса наверняка попытается сделать все самостоятельно. Намджун очень хотел стать для нее старшим, на которого она сможет положиться и к которому будет прибегать за советами. Но ему никогда не побороть недоверие Лисы к другим людям.       Телефон Джуна завибрировал от бесконечного количества сообщений, которые начали приходить. Он думал, что уже разобрался со всем на сегодня, но почему-то кто-то яро пытался до него дописаться. Ему так не хотелось прекращать такое спокойное время своего отдыха, что рука совсем не поднималась, чтобы потянуться к телефону. Он так хорошо отдыхал от суеты, пока Лиса была занята работой, и хотел осыпать проклятиями человека, который решил разрушить этот прекрасный момент.        Он через силу взял в руки телефон и все же включил экран, читая имена всех, кто писал ему все это время. Сообщения до сих пор приходили на телефон в каком-то невероятном количестве, и, видимо, все не собирались прекращаться. Намджун выдохнул, открывая первым делом чат с директором, который сейчас писал только в самых крайних случаях. Обычно он узнает о планах Лисы и старается узнавать все последние новости насчет ее отношений с Чонгуком, чтобы иметь возможность заранее придумать оправдание, если они решат вытворить что-то из ряда вон выходящее.       Джун устало выдохнул, читая сообщение директора и пытаясь понять, откуда так много новостей. Почему-то все знакомые репортеры решили скинуть ему одну и ту же ссылку по миллиону раз, словно все их аккаунты взломали. Обычно такое происходит в тех случаях, когда Лиса вытворяет что-то ужасное и это успевают снять на камеру, а потом выложить в интернет.       Он резко сел на диване, перечитывая сообщение директора снова и снова, и параллельно открывал другие чаты, в которых были отправлены ссылки. Намджун открывал ссылку на выпуск новостей, очень надеясь, что там будет сказано что-то другое, совершенно не связанное с сообщением директора.       — Срочные новости! В центре города произошла серьезная авария, в которой пострадало более двадцати человек. — Ведущий начал читать новость, рассказывая всем о случившемся инциденте. — На данный момент все пострадавшие доставлены в ближайшие больничные отделения для получения срочной медицинской помощи. Среди них пять человек серьезно ранены и находятся в реанимации. — На несколько секунд ведущий замолчал, вчитываясь в текст за камерой, в котором, видимо, говорилось о новых сведениях данного происшествия. — Только что сообщили, что среди пострадавших, попавших в реанимацию, находятся двое знаменитостей. Начинающая модель — Чон Чонгук и его старший коллега Кан Хён Су.       Намджун в шоке уставился на экран телефона, не веря своим ушам. Всего несколько минут назад он думал о том, что Лиса наконец обрела свое счастье и может жить как обычная девушка, которая радуется каждому моменту, проведенному со своим возлюбленным. И вот настал тот момент, которого он так боялся. Лиса не может быть счастливой слишком долго; так распорядилась ее жизнь, которая постоянно подкидывала ей какие-либо испытания.       Он выдохнул, откидываясь обратно на спинку дивана, раздумывая над тем, как сказать Лисе эту новость. Это первый раз за время, что они работают вместе, когда Намджун не знает, как Лиса поведет себя после услышанных новостей. Предчувствие у него было не самое лучшее, но и сделать он уже ничего не мог. Пока Лиса находится на фотосессии, все будет хорошо, но рано или поздно она все равно закончится, и Джуну придется все ей рассказать.       Джун набрал номер Шиука и приложил телефон к уху, слушая протяжные гудки. Вроде как он не поехал с Чонгуком на ту встречу, и сейчас наверняка мчался в больницу после полученных новостей. Однако он не спешил брать трубку и сейчас полностью игнорировал звонок Намджуна.       Он откинул телефон на диван и положил руку на глаза, закрывая их от дневного света. После сообщений, на которые он так и не ответил, все репортеры начали звонить в надежде получить ответ от Лисы на такое происшествие. С момента, как они вернулись из Пусана, оба проводили вместе невероятно много времени и часто попадали в объектив камер во время своих свиданий. Именно поэтому после того, как Чонгук попал в аварию, еще и получил серьезные ранения, наверняка каждый журналист попытается запечатлеть лично реакцию Лалисы Манобан на эту новость.       — И какого черта… — Джун не понимал, как лучше сказать об этом Лисе, не понимал, почему это случилось именно тогда, когда они наконец обрадовались за нее.       За дверью стафф бегал по различным поручениям фотографа, принося все новые и новые декорации, ища способ сделать снимки еще живее и роскошнее. Намджун продолжал прятаться в гримерке, не желая выходить туда, и думал над словами, что скажет Лисе в конце рабочего дня. Однако с каждой минутой разговоры за дверью становились все громче и эмоциональнее. Стафф обсуждал какие-то слухи, которые дошли до их ушей, и это так сильно их воодушевило, что они почти кричали, мешая Джуну думать.       Он закрывал уши руками, не понимая, почему люди за дверью вели себя так бесцеремонно, ведь рядом с ними находилась Лиса. Обычно в ее присутствии люди боялись даже просто поднять глаза и открыть рот, но в этот раз все будто сошли с ума и забыли об этом. Намджун очень хотел, чтобы она поставила их на место, но она почему-то молчала и не подавала никаких признаков своего присутствия. Он даже подумал, что ее там и вовсе нет.       Намджун убрал руку от глаз и открыл их. За дверью действительно было слишком тихо, если учитывать, что там есть Лиса. Он резко вскочил с дивана и направился на выход из гримерки, чтобы проверить свою теорию, которая только что родилась в его голове. Неужели до кого-то из стаффа дошли новости про аварию, и они случайно рассказали все Лисе. Джун боялся даже подумать об этом, ведь она могла сорваться с места к нему в больницу.       Он открыл дверь, начиная осматриваться по сторонам в поисках Лисы, но ни в одной из локаций, которые использовались сегодня для фотосессии, ее не оказалось. Она сбежала, а весь стафф умолк и с большими глазами наблюдал за Намджуном, боясь, что их сейчас отчитают за то, что они ее даже не пытались остановить. Пока он пытался понять, что произошло и дозвониться до Шиука, а потом еще и раздумывал, как ей обо всем рассказать, она сама как-то всё узнала.        Лиса ехала в больницу, пытаясь собрать все мысли в порядок. У нее с самого утра было плохое предчувствие, и она просила Чонгука остаться дома, но он не послушал ее и поехал на переговоры. В ее голове сейчас творился ужасный беспорядок, а сердце бешено колотилось от ужасной новости, которую ей сообщили не так давно. Она не понимала, почему так, почему сорвалась с места и даже не сообщила Намджуну о своих передвижениях, но что-то внутри дрогнуло, из-за чего она поспешила к Чонгуку.       Лиса впервые чувствовала, ощущала себя настолько странно и никак не могла объяснить сама себе эти чувства. Как только стафф начал охать с телефонами в руках, прикрывать рот рукой, а кто-то даже зажмуривал глаза, где-то на подсознательном уровне у нее все перевернулось, будто она заранее знала, к чему это идет. Шестое чувство заранее говорило ей подготовиться к новостям, но она отчаянно отмахивалась от этого и старательно погружалась в работу.       Этот мужчина… Он снова заставил Лису испытать что-то новое и неизведанное до этого. Он снова заставил ее волноваться, а ее сердце трепетать от боли и неизвестности. Ее ужасала одна только мысль о том, что она влюбилась в него по уши и поэтому сейчас поступала именно так, как не сделала бы никогда. Она следила за дорогой, все еще пытаясь тщетно собрать в кучу все свои мысли, в которых сейчас был только Чонгук. Он поселил там с момента, как тайком уехал в Пусан на фотосессию после секса, и до сих пор не выходил оттуда, заглушая всех остальных мужчин.       Вокруг Лисы было достаточно внимания, но с недавних пор ей нужен был только один мужчина, к которому она сейчас ехала, бросив все дела. Она даже не успела продумать какой-то план на случай, если попадется папарацци. Она не понимала, что в нем такого, но все ее мысли были заняты им; ее душа требовала его, а шестое чувство волновалось за него. Лиса прекрасно отдавала себе отчет, что он, как и все остальные, может ранить ее, сделать так же больно, но почему-то хотела довериться ему, отдавая себя в его руки.       Она сглотнула ком в горле. Как так получилось, что мужчина, который боялся ее как огня, в итоге стал для нее самым дорогим человеком? Лиса столько лет пыталась удержать себя подальше от этих чувств, постоянно держала маску холодной девушки, но в итоге все это сломалось в одночасье, стоило появиться Чонгуку в ее жизни. Неожиданно ее жизнь разделилась на «до» и «после», и что теперь делать, она даже представить не могла.       Неожиданно Лиса для себя поняла, что не влюблена в Чонгука, не просто чувствует к нему симпатию, а на самом деле полюбила его. Ее сердце действительно дрогнуло от новости о том, что он попал в аварию и сейчас находится в реанимации, а раньше оно было настолько холодным, что ни одни теплые прикосновения не могли его растопить. Она до последнего старалась отрицать факт того, что Гук уже давно растопил весь лед, что скопился внутри.       Когда она обнимала его, стоя на кухне, и тихо отмечала, что он теплый, даже представить не могла, что этого тепла будет достаточно, чтобы Гук добился своего и стал тем единственным, кому она откроет свою душу. А Лиса и не заметила, как это случилось. Она так долго все списывала на интерес и злость, что вообще не обратила внимание, как они начали жить вместе, дорожить временем, что проводили вдвоем; как начала улыбаться ему.       Намджун пытался дозвониться до нее, но она не собиралась брать трубку, занятая дорогой и своими мыслями. Лиса повернула телефон экраном вниз, чтобы он точно не отвлекал ее от размышлений. Она хотела сосредоточиться на всем том, что творилось в голове, чтобы откинуть лишние мысли, заставляющие сомневаться в своих поступках. Почему именно Чон Чонгук согрел ее душу? Почему именно от его рук она начала таять?       Лиса сжала руки на руле, ища взглядом место для парковки, а телефон продолжал звонить на сидении рядом. Она достала из бардачка маску, чтобы закрыть лицо и случайно не попасть на глаза людям. Ей, как никому другому, было известно, что сейчас чуть ли не каждый ждет от нее хотя бы какого-то хода, и большинство наверняка будут в ожидании истерики или скандала.       Она посмотрела на заднее сидение, где валялось худи Чонгука, и взяла его, после того как припарковала машину. Ей повезло, что фотосессия проводилась очень удобно, и с этой стороны не было пробок, в отличии от остальной части города. Она натянула худи и надела маску, скрывая свое лицо, а на голову натянула капюшон, смотря на то, сколько народу собралось вокруг входа в больницу. Всем было известно, что сюда доставили Чонгука и Хён Су, поэтому каждый хотел попасть сюда, чтобы взять интервью у их менеджеров. Вот только, если Шиук был в это время в агентстве, то менеджер Хён Су был с ними в одной машине, и, скорее всего, тоже пострадал, просто это не стали освещать.       Лиса набрала номер Шиука, предполагая, что он должен быть где-то рядом и, скорее всего, сейчас тоже пытается попасть в больницу, но в это время в окно машины постучали. Она повернула голову, уже боясь, что увидит там какого-нибудь фаната, но там стоял именно тот, до кого она пыталась дозвониться, и махал в окно телефоном. Он приметил ее машину еще когда она подъезжала и думала, где припарковаться, поэтому не стал сразу входить в здание, чтобы забрать ее с собой.       — Что с ним? — Она быстро вышла из машины, сбрасывая вызов, и посмотрела на Шиука, поправляя маску на лице.        — Лалиса Манобан, я вас не знаю. — Шиук хотел съязвить в попытке разрядить обстановку хотя бы чуть-чуть, но взгляд Лисы заставил его прокашляться и опустить взгляд. — Ладно, извини, согласен, немного неуместно. — Он дождался, пока она подойдет к нему, и они вместе направились к черному входу, где их уже ждали, чтобы провести внутрь. — Я знаю не больше, чем ты. Водитель не справился с управлением, и случилось столкновение. Еще даже с врачами не успел говорить. Сам только приехал, и вот тут ты. — Он осмотрелся по сторонам.       — А Намджун где?       — Забыла взять с собой. — Выдохнула Лиса, поправляя худи, которое полностью закрывало образ для фотосессии и опускалось почти до колен. — Менеджер Хен Су тоже пострадал?       — У тебя неожиданно мозг пострадал? — Шиук остановился, всматриваясь в лицо Лисы, пытаясь понять: шутит она или нет. — Он был с ними в одной машине — очевидно, что он в таком же состоянии.       Лиса закатила глаза и сложила руки на груди, игнорируя данное высказывание Шиука, и старалась сдерживаться, чтобы не ударить его. В эту секунду она неожиданно поняла, что Чонгук и правда очень сильно изменил ее, ведь раньше за подобное она бы прикончила человека, попытавшегося пошутить подобным образом. Но сейчас она закрывала глаза на все слова Шиука и делала вид, что он этого не говорил, идя к человеку, из-за которого сердце готово было выпрыгнуть из груди.       Главврач встретил их возле черного входа и повел к реанимации, в которой находились пострадавшие. В больнице происходил невероятный беспорядок. Кто-то плакал, кто-то кричал и умолял пустить, а кто-то отказывался верить в происходящее. Лиса молча проходила мимо всех, совершенно не обращая на все это внимание. Шиук краем глаза наблюдал за ней, стараясь успокоить свои собственные переживания за Гука, но его очень удивляло то, как Лисе было все равно на остальных. Внешне она выглядела очень спокойной, хотя и примчалась сюда, сорвав фотосессию.       Он написал Намджуну, что Лиса с ним, а также отправил адрес больницы, чтобы успокоить его. Им сейчас самое главное было спрятать ее и сделать так, чтобы ни один журналист не добрался до нее. Лиса могла выкинуть что-нибудь в совершенно любую секунду, и Шиук не на шутку переживал еще и за нее, хотя еще не успокоился из-за Чонгука. Он уже миллион раз обвинил себя в том, что не поехал с ним на эти переговоры и не смог предотвратить эту аварию. Скорее всего, будь он за рулем, смог бы сделать все, чтобы Чонгук и Хен Су спокойно доехали до дома.       — А эта девушка? — Главврач наконец решил задать интересующий вопрос, потому что до этого Шиук говорил ему, что приедет один.       — Она невеста. — Шиук кинул взгляд на Лису, которая сняла маску и показала свое лицо врачу, а тот разинул рот в удивлении, не ожидая увидеть тут именно Лису. — Джуну я сообщил, что ты тут, он скоро приедет.       — Домой не поеду, пока операция не закончится. Есть какие-то прогнозы? — Она обратилась уже к врачу, надевая обратно маску на лицо, чтобы ее никто не узнал. Шиук завидовал ее хладнокровию и тому, как она могла держать лицо перед другими людьми. У него руки тряслись от новости об аварии, и ему с трудом удавалось это скрывать, а Лиса могла так спокойно вести диалог, будто ей сообщали просто о том, что Чонгук просто немного простудился и сейчас проходит обычное обследование. Шиук не совсем понимал и реакцию врача, который смотрел на них в полном недоумении, и, казалось, совсем не ожидал увидеть тут Лису.       — Я прошу прощение, но невеста Чон Чонгука уже тут… Она приехала сразу же после поступления пациента. — Он остановился посреди коридора и посмотрел на них в полном недоумении. — Она сказала, что роман с Лалисой Манобан это всего лишь прикрытие, и даже показала свидетельство о подаче заявления в ЗАГС на регистрацию брака. Лиса выдохнула, поворачиваясь к Шиуку, который был в неменьшем шоке, чем она, и сам хотел знать, что это такое за шутки. По его лицу было прекрасно понятно, что о подобном он слышит впервые, к тому же он сильно переживал за их отношения, поэтому Лиса не подозревала его в обмане. В отличие от прошлого менеджера, Шиук очень хорошо выполнял свою работу и был осведомлен почти обо всем, что происходит в жизни Чонгука. Вот только сейчас выяснилось, что они оба каким-то чудным образом пропустили факт того, что он решил жениться на какой-то неизвестной девушке.       — Могу я поговорить с этой девушкой? — Шиук убрал телефон в карман и положил руку на плечо Лисы, чувствуя ее желание убить «невесту» Гука. — Возможно, произошло какое-то недопонимание. — Он наклонился к уху Лисы. — Я все выясню и потом объясню тебе. Дождись Намджуна и езжай домой.       — Ну уж нет. Я хочу лично посмотреть на это свидетельство.       Ее взгляд становился суровее с каждой секундой, но она хотела лично убедиться в том, что ее не пытаются обмануть. Она достаточно натерпелась в своей жизни и не хотела разочароваться еще и в Чонгуке. Он действительно растопил ее сердце, заставил вспомнить давно забытые чувства, поэтому Лиса хотела верить ему до последнего момента, хотела убедиться, что он не играл ею, как все остальные мужчины. Гук всегда импульсивно сбегал от нее, но никогда не был похож на того, кто стал бы искать на стороне другую девушку. Даже тот месяц, что он провел в Пусане, в его жизни явно не было ни одной другой девушки, которая смогла бы заменить ему Лису.        Главврач молча кивнул головой и повел их дальше, решая не влезать в эти дела и оставляя это на их плечи. Все же его не касалась личная жизнь пациента, и к тому же факт присутствия Лисы подтверждал то, что она с Чонгуком действительно в отношениях. Если бы она вошла через главный вход и демонстративно показалась перед всеми, возможно, у него закрались сомнения, что отношения настоящие. Но ее привел менеджер Гука, еще и через черный вход, так чтобы никто из фанатов или журналистов не увидел ее.       Шиук очень надеялся, что Лиса не выкинет ничего из ряда вон выходящего и они просто поговорят с той девушкой, но почему-то, смотря на нее, чувствовал, что так просто она ее не отпустит. Лиса явно хотела выместить свою злость и отвести душу, поэтому эта девушка появилась как нельзя кстати со своим заявлением о свадьбе. Вот только Шиук понимал, что ему одному ее успокаивать и сдерживать, и никакой Намджун не успеет приехать к моменту, когда Лиса окончательно выйдет из себя.       Лиса давала возможность объясниться, чтобы не случилось недопонимания. Она действительно дорожила этими отношениями и Чонгуком, поэтому не поступать слишком опрометчиво. Может, он и сбегал от нее по каким-то причинам, но она для начала во всем разберется. Лиса сжала руками, пряча руки в рукавах худи, и продолжала идти вперед. Врач вел их к реанимации, в которой сейчас оперировали Гука, и, видимо, где рядом ждала фальшивая невеста. Шиук очень надеялся, что это просто недоразумение, которое очень быстро и мирно разрешится.       Рядом с реанимацией и правда сидела девушка, опустив голову вниз, и смотрела в пол, будто ожидала самого ужасного приговора. Возможно, она даже не подозревала, что холодная и ни в ком не нуждающаяся Лалиса Манобан явится в больницу, где услышит о существовании какой-то еще девушки Чонгука. Шиук всматривался в ее силуэт, но не узнавал в ней никакую из знакомых Гука, которых видел с ним. И все больше и больше внутри зрело плохое предчувствие насчет всей этой ситуации.       — Добрый день! — Шиук сел рядом с той девушкой и улыбнулся, стараясь выглядеть максимально спокойным, чтобы не напугать ее. — Мне сказали, что вы являетесь невестой Чон Чонгука, скажите, вы можете как-то подтвердить факт ваших отношений с ним? Я являюсь его менеджером и ни разу не слышал от него о чем-то подобном.       Лиса многозначительно хмыкнула и сложила руки на груди, все еще скрывая от нее свое лицо. А вот главврач почти готов был начать заступаться за девушку, ведь та в любую секунду была готова расплакаться и повиснуть на шее у Шиука. Она подняла на него глаза, полные слез, и с надеждой посмотрела, ожидая, что наконец услышит о Чонгуке хотя бы какие-то новости, совершенно игнорируя его просьбу о подтверждении отношений.       Девушка явно делала вид, что не замечает Лису, и активно хваталась за плечи Шиука, будто один он был в состоянии спасти ее и сделать так, чтобы с Чонгуком было все хорошо. Вот только он видел ее впервые и с каждой секундой все меньше понимал, как оправдываться перед Лисой, ведь эта девушка вела себя так, словно виделась с ним уже много раз и была знакома некоторое время. И хуже всего тут именно то, что Шиук совершенно не видел в ее поступках коварства и заранее продуманного плана.       — Чонгук… Он же будет в порядке? — Она почти плакала, опираясь на его плечи. — Он же… не умрет? А наш… наш ребенок? Он не останется без отца?       Лиса отвернулась от них, скрываясь от взгляда Шиука, но все же не собиралась уходить. Ей было больно слышать все это, но она только тихо выдыхала, прекрасно чувствуя, что Шиук не сводил с нее взгляда, готовый к уже любой ее выходке. Вот только Лиса не видела смысла закатывать тут целый скандал и устраивать разборки с этой девушкой. Она должна была сейчас выглядеть примерно также, показывая всю свою заботу о Чонгуке и переживания о его состоянии, но не могла показать и половины из этого.       Она не привыкла показывать людям эмоции, но безумно хотела сейчас закрыться где-нибудь и вместо того, чтобы слушать все это, сесть на пол и выпустить наружу все, что скопилось внутри. Лиса еле сдерживалась, чтобы не взять эту девушку за волосы и не оттаскать по всему коридору, но не опускала того факта, что она действительно может быть беременна. Неужели Чонгук и правда просто использовал ее?       — Вы уверены, что отцом вашего ребенка является именно Чон Чонгук? — Шиук достал свой телефон и открыл на нем фото Гука. — Вот этот Чон Чонгук?       Но девушка закивала головой, сглатывая ком, что начал образовываться в горле, и заплакала. Она не называла даже своего имени, но почему-то отчаянно пыталась убедить всех в том, что считала правдой. Лиса сжала руки, стараясь сохранять спокойствие, а главврач сглотнул, понимая, что она медленно начинает закипать и снова становиться бомбой замедленного действия. Уже некоторое время никто не слышал скандалов, связанных с отношением Лисы, ее поведением и насилием. Но, видимо, радостные моменты закончились, и всему необходимо вернуться на круги своя.       — Да, вот… — Она протянула Шиуку справку, в которой был указан срок беременности, а затем и фото, доказывающие, что они проводили с Чонгуком время вместе как раз в то время, когда мог быть зачат ребенок. — Мы часто снимали видео, когда были вместе… Я приехала в Сеул, чтобы рассказать о ребенке, но узнала, что Гуки попал в аварию, и тут же примчалась сюда.        — Да что за херню ты несешь! — Лиса не выдержала и повернулась к ней, рывком поднимая с места. — Чон Чонгук — мелкий придурок, которого всему учить надо. Он женщин боялся как огня, а теперь ты будешь мне затирать, что он заделал тебе ребенка? Ищи другую дуру, которая поверит тебе.       — Лиса, успокойся! — Шиук схватил ее за руку и аккуратно отстранил от девушки, с которой вел диалог. — Мы обязательно все выясним. Я уверен, тут есть какое-то серьезное недопонимание. — Он повернулся к девушке и помог ей сесть обратно. — Понимаете, я его менеджер, и Чонгук ни разу мне не рассказывал о вас. Более того, не так давно мы отстояли права на отношения с Лалисой. Я не думаю, что он стал бы это делать, если бы не любил ее.       — Да… Он рассказывал мне. — Она всхлипнула, доставая платок из сумки и показывая Шиуку видео, которые они вместе снимали. — Гуки говорил, что очень благодарен Лисе, что она излечила его боязнь и многому научила. — Она посмотрела на Лису заплаканными глазами, боясь даже моргнуть в ее присутствии. — Но вы всегда были так несчастны, что он захотел подарить вам тепло, в котором вы так нуждались, поэтому продолжал настаивать на отношениях. Он говорил мне, что вас окружают только плохие мужчины, и просил потерпеть, пока не найдет для вас того, кто будет делать столько же, сколько он. Гуки хотел, чтобы вы ощутили счастье, поэтому…       — Заткнись! — Лиса выкрикнула на весь коридор, разрывая гробовую тишину помещения, казалось, что ее услышали в каждом кабинете, что находились на этаже. — Не хочу больше ничего слышать. — Лиса сглотнула, надевая обратно маску, которую успела снять, пока шипела на девушку. — Я дала возможность найти доказательства, но теперь больше не намерена слушать все это. С меня достаточно.       Она быстрыми шагами пошла прочь, сдерживаясь из последних сил, чувствуя, как все, что между ними было, какая-то девочка, которая взялась неизвестно откуда, втоптала в грязь. Лиса до последнего надеялась услышать аргументы, которые позволят ей не сомневаться в Чонгуке и докажут, что он не такой, как остальные, но каждое видео, что она показывала, каждое фото выводили ее из себя. Она скрипнула зубами, ускоряя шаг, чтобы поскорее оказаться там, где ее точно никто не сможет найти или заметить; желательно, как можно дальше от Чонгука.       — Лиса! Эй, стой! — Шиук сорвался с места за ней, но стоило ей услышать его крик, как она стала идти еще быстрее и почти бежала прочь из этой больницы. — Лиса! Он остановился посреди коридора, проводя рукой по волосам. Не зря у него с самого утра было плохое предчувствие, и, к сожалению, оно не обмануло. Уж лучше бы Гук послушал Лису и остался дома, провел бы встречу дистанционно, ссылаясь на то, что Лиса капризничает. Теперь ему это позволялось, ведь каждый знал ее характер и шел навстречу, ведь Чонгуку одному было под силу усмирить эту психопатку. Только вот он же и сделал так, что часы бомбы затикали снова. А точнее, это сделала какая-то никому не известная девушка, и почему-то у Шиука было невероятное сомнение в том, что она вообще понимала, про кого говорит.       Если бы слова этой девушки были правдой, Чонгук явно не стал бы подбирать сегодня утром цветы, чтобы извиниться перед Лисой. Но с другой стороны, ее слова могли звучать как правда, ведь в характере Гука действительно присутствовала черта благодетеля. Но опять же, Шиук сомневался в том, что он будет искать себе отношения на стороне даже под таким предлогом.       Шиук повернулся обратно к девушке, смотря на ее реакцию. Она сидела, закрыла рукой лицо и явно боялась пошевелиться, а на телефоне все еще проигрывалось видео, в котором Гук говорит, что хочет всего лишь дать Лисе то, что она заслуживает: тепло и заботу. Голос и правда принадлежал ему, как и манера речи, вот только Шиука не переставало что-то смущать в этой ситуации. Он хотел бы побежать за Лисой и догнать ее, а потом вернуть сюда, чтобы закончить этот диалог, вот только прекрасно понимал, что это бесполезно. Сейчас с ней совершенно не получится построить хотя бы какой-то диалог, потому что Лиса закипает от злости и любое слово от той девушки может стать для нее последним — Лиса прикончит ее тут же. Он надеялся, что Намджун сейчас позаботится о ней и сделает все, чтобы она успокоилась, а пока собирался самостоятельно во всем этом разобраться.