Дочь

      На улице палило жаркое июньское солнце. Многие жители Москвы уже давно беззаботно наслаждались на редкость удачными тёплыми летними деньками, стараясь проводить больше времени с близкими людьми на свежем воздухе. В парке весело визжали дети, играя в догонялки, и стреляя друг в друга из водных пистолетов, чтобы хоть как-то справится с изнуряющим зноем.       Из здания Министерства внутренних дел вышли двое в полицейской форме. Высокий статный мужчина галантно придержал дверь для своей чем-то встревоженной спутницы, а после, быстрым шагом пошёл следом. Не замечая этих привычных знаков внимания, женщина поспешно направилась к находящемуся неподалёку автомобилю. Когда она уже оказалась в прохладном салоне машины, неожиданно раздался телефонный звонок.       — Полковник Рогозина. Слушаю, — строго произнесла начальница ФЭС, при этом глядя на своего заместителя, садящегося рядом за руль.       По лицу Галины Николаевны можно было понять, что информация, которую ей в данный момент сообщают, снова не сулит ничего хорошего. Коротко вздохнув, она так же собранно произнесла:       — Я Вас поняла, товарищ генерал! В ближайшее время пусть перешлют в ФЭС и мне лично все материалы дела. Сегодня же приступим к работе.       Видать, услышав что-то резкое и неприятное на другом конце провода, женщина поморщилась. Через пару секунд ответ сам вырвался из её уст:       — Ясно, прошу прощения — не сегодня же, а сейчас же.       Тем временем автомобиль уже отъехал от Министерства. Отключив вызов, Рогозина быстро набрала СМС Тихонову и Майскому, а после, устало провела рукой по лбу и посмотрела на своего коллегу.       — Ну, что, какими ещё «хорошими» новостями порадовал тебя Султанов? — обречённо поинтересовался Николай Петрович, догадываясь, что этот звонок нанёс очередной урон психике его начальницы.       Отвернувшись к окну, женщина, еле сдерживая бушующую внутри себя бурю негодования, сквозь зубы произнесла:       — Дочь его снова попала в какую-то потасовку.       — Ууу, — покачал головой собеседник и с притворной серьёзностью произнёс: — Это важное дело, не требующее отлагательств! Кому же, как ни ФЭС, разбираться с неуправляемой молодёжью, обижающей примерных генеральских дочек! Что ж Вы так халатно к этому относитесь-то, товарищ полковник?       — Не смешно, Коля! — резко обернувшись, громко ответила Галина Николаевна. — Я эту его Софью видела два раза в жизни, и уже ненав… В общем, ты прекрасно знаешь, как я отношусь к зажравшимся деткам высоких начальников! Слишком много себе позволяют! А я что? С какой стати мы должны быть у них на побегушках?! Федеральная экспертная служба создавалась для расследования сложных и особо тяжких преступлений, а не для личных прихотей господина Султанова и его семьи!       — Оно-то да, — согласился майор, остановившись на светофоре, и, проанализировав количество машин, стоящих перед ними в пробке, пристально посмотрел на Рогозину, продолжив: — Кстати, я вот что-то мельком слышал о появлении у нас этой девушки, но мне тогда из-за командировки пришлось пропустить всё шоу. Что там за дело-то было? Не поделишься?       — Ой, давай, мы как-нибудь в другой раз обсудим этот вопрос, за чашечкой чая, а то сейчас даже вспоминать не хочется! — отмахнулась начальница. — Больно бредовая и банальная ситуация там вышла, абсолютно ничего интересного.       — Как скажешь, — пожал плечами Круглов, а потом добавил: — А вдруг сейчас Софья влипла в серьёзные неприятности, где без нашей помощи не обойтись?       — Очень надеюсь! — выпалила женщина и, заметив странный взгляд своего заместителя, чуть спокойнее пояснила: — Ну, я имею в виду, что хочется верить в то, что на этот раз мы не будем заниматься ерундой, ведь у нас и так работы хватает.       — Да уж, действительно, — вздохнул Николай Петрович, не сводя глаз с сидящей рядом собеседницы.       — А вот ты, Круглов, между прочим, должен больше всех негодовать по поводу очередного появления в нашей жизни султановской дочки, ведь это именно она срывает твой предстоящий отпуск! — наклонившись чуть ближе, еле слышно произнесла полковник, так же пристально глядя на коллегу.       — Так, во-первых, Галина Николаевна, отпуск мой не срывается, а переносится, — парировал мужчина, — а во-вторых, новое дело не имеет к нему никакого отношения.       — Ну, да, — усмехнулась Рогозина, переведя оценивающий взгляд на несколько машин, до сих пор стоящих перед ними. — А ты думаешь, что среди студентов-практикантов, которые скоро придут к нам из колледжа полиции, не будет этой Софьи?       — Не может быть! — удивился майор. — А я думал, что она уже высшее образование получает.       — Соглашусь, это странно. Но, видать, она решила именно таким способом пойти по стопам папочки! Ну, либо у Султанова только в этом учебном заведении есть знакомые, способные взять по блату его чадо, — развела руками женщина, снова повернувшись с обречённым взглядом к своему заместителю.       — Ну-ну, — поспешно произнёс Круглов, аккуратно дотронувшись до руки полковника, — что за понурый вид?! Считаешь, что мы не справимся с кучкой ребятишек?.. Да, Галь, можно подумать, что это я раньше преподавал в университете и что это у меня есть хороший педагогический опыт!       — Знаешь, — начала объяснять начальница, — с практикантами в ФЭС у меня всегда плохие ассоциации. Да и ты думаешь, что вместе со своей дочерью генерал пришлёт сюда самых одарённых студентов? Вряд ли! По большей степени, скорее всего, это будут друзья Софьи.       — Кстати, а почему это ты решила, что девочка так безнадёжна? Может быть, она достаточно сообразительная и добилась всего без протекции отца?       — Поверь мне на слово, пожалуйста, — убедительно сказала полковник, — я уже однажды имела честь общаться с ней! Это избалованная капризная девица, не способная видеть рядом с собой других людей. Немыслимо! Словно весь мир должен вертеться вокруг неё! Она не знает, что такое ответственность за свои слова и действия. Она не знает, что такое справедливость и непредвзятость. Этот человек не должен работать в органах правопорядка. Я даже не могу представить, как Руслан Султанович умудрился так воспитать её! Думаю, что и круг общения у неё такой же.       — Ничего страшного! — не отчаивался мужчина. — Да мы с Майским мигом перевоспитаем эту шпану!       — О, Боже, — вздохнула Рогозина, — не надо, Коль, от этого мне становится ещё страшнее!       — А в чём тогда дело?       — Просто я не люблю такую вот золотую молодёжь! Больно пафосные они сейчас стали!       — Вот если бы у тебя самой была дочь, ты бы так не говорила, — нравоучительно констатировал заместитель, слегка улыбнувшись собеседнице.       На секунду Галина Николаевна задумалась, а потом, усмехнувшись, убрала со своей руки руку собеседника и положила её на руль, сказав:       — На дорогу смотри, пожалуйста, а то мы так и до обеда на службу не доберёмся! Вон, путь уже свободен, поезжай!       Вдруг на планшете раздался звук пришедшего сообщения. Начальница, быстро достав устройство из сумки, открыла полученное письмо и, пробежав его глазами, сосредоточенно произнесла:       — Так, сейчас я позвоню Сергею, чтоб съездил на место преступления, пока мы добираемся до конторы. Ему там недалеко будет… А потом, примерно расскажу тебе суть этого нового дела.       Уже через 40 минут Рогозина и Круглов пересекли порог Федеральной экспертной службы. На проходной они столкнулись с лейтенантом, который вёл в допросную какую-то девушку. Задержанная беглым взглядом окинула попавшихся ей навстречу мужчину и женщину в полицейской форме. По погонам она сразу же поняла их звания. «Полковник и майор. Лихо тётка мужика обставила!» — подумала она и сразу же посмотрела на лица. Встретившись со взглядом мужчины, девушка неожиданно вздрогнула и тут же резко отвернулась. Это не ускользнуло от пристального внимания Николая Петровича, который чисто случайно заметил такое смятение. Странно… Хорошая память заместителя начальника ФЭС быстро воспроизвела в голове образ только что прошедшего мимо человека… Невозможно! «Что за чёрт? — вдруг неожиданно подумал он: — Да этого просто не может быть!». Чтобы лишиться всех сомнений, Круглов остановился и обернулся, провожая взглядом лейтенанта и задержанную. От вороха непонятных мыслей майора отвлёк голос Галины Николаевны, которая, чуть кашлянув, и даже с некоторым возмущением строго произнесла:       — Коля! Всё в порядке?       — Да, — твёрдо ответил мужчина, всё ещё смотря в прежнем направлении, но уже на пустой коридор, а потом чуть тише добавил: — Показалось…