Сквозь слёзы

Эзоп Карл — бальзамировщик, знаменитый своими искусными «работами». Но ещё он не менее искусен в убийствах. Ах, сколько же людей умерло от его хрупких на вид рук, и всё это ради денег на дорогие бальзамы, пудры и глины для суррогатов. Впрочем, ему было все равно на живых людей, ведь они столь безобразны. Трупы намного лучше. Холодные, бледные, безжизненные. Раньше в них бушевала жизнь наполненная яркими и не очень событиями и воспоминаниями, но сейчас перед парнем лежали бесчувственные тела и от них исходила только серая тоска и печаль. Лица навеки застыли, отображая всю безжизненность человека. Воистину прекрасное зрелище! Но самое весёлое то, что некоторые из них сначала были жертвами Эзопа, а позже клиентами. Бальзамировщику нравилось наблюдать за тем, как из человека ускользают их последние минуты жизни. Именно в такие моменты человек показывал всю свою сущность, выпускал на волю своих демонов. Какие же люди лицемерные… Эзоп заканчивал работу над телом. Элегантно проводя кисточкой по бледной, гладкой коже девушки, он придавал её телу более живой тон. В дверь мастерской тихо постучались и парень с неким раздражением поднял глаза, застыв в одной позе. — Открыто. Громко, с ноткой холода, сказал Карл и поднялся во весь рост, накрывая готовое тело белой простынёй. В помещение вошла женщина лет сорока. Она была одета в чёрное платье с утонченной чёрной вышивкой. Чёрные туфли и точно такие же чёрные перчатки. Тихими шагами она подошла к бальзамировщику и с умоляющей грустью посмотрела в его пустые серые глаза. Её руки дрожали, а взгляд был опустошённым и разбитым. В некоторой мере даже стеклянным. — Мистер Карл, прошу верните мою дорогую дочь в прежнее состояние… Она… Она заслужила лучшего мастера и я готова заплатить столько, сколько Вы скажите! Голос женщина дрожал. — Конечно, мисис..? — Сильф. — Я возьмусь за вашу дочь, но для начала я хотел бы увидеть её. Всё-таки я должен назвать Вам цену и срок работы. — О, конечно! Она, на удивление, ловко обернулась и подошла к входной двери. — Заносите её, но умоляю вас: будьте осторожны… В помещение вошли ещё двое человек, несущих безобразный труп на железных носилках. Первым был такой же пожилой мужчина. Он стоял спереди носилок. Сзади же шёл молодой парень лет 15-16. Парень сразу приглянулся Эзопу, что бывало крайне редко. Тёплое прикосновение руки вывело бальзамировщика из раздумий. — Секундочку. Карл поднял поднос с готовым телом так, словно на нём ничего не было, что привело всех троих клиентов в шок. Аккуратно положив тело в холодильник для трупов, он помахал рукой, прося положить носилки на рабочий стол. Мужчина поднял часть носилок и готовился идти, парень быстро ухватил низ железного подноса и последовал за старшим. Они аккуратно положили труп на стол и отошли в ожидании ответа бальзамировщика. Тот подошёл к своей мёртвой клиентке и безразлично оглядел её. — Завтра утром можете смело забирать её. Плату скажу так же завтра. Эзоп сначала посмотрел на миссис Сильф, но закончив говорить перевёл взгляд на школьника. На миг их взгляды пересеклись, но парень быстро отвёл взгляд и направился в сторону дверей. — Хорошо, мистер Карл. Огромное Вам спасибо! Женщина чуть ли не плача поклонилась. Мужчина стоящий рядом положил руку ей на спину и что-то прошептал, после чего они вышли на улицу. — До свидания, мистер Карл! Наконец-то заговорил мужчина и захлопнул за собой дверь. Эзоп злобно посмотрел на двери и начал осматривать тело. Белая, почти мраморная кожа была покрыта жуткими синяками и царапинами. И всё бы ничего, если бы не огромная рваная рана на шее. Судя по ранам она сначала разбилась, после чего голодные собаки позаботились о её нежной шее. — Ну, работки не так уж и много, как я думал. Эзоп сам себе усмехнулся и принялся делать глину для суррогата.

***

Эзоп давно потерял счёт времени и просто отдался своему делу сполна. Зашивая оставшиеся раны он невольно вспомнил парнишку, который сегодня приходил к нему вместе с двумя взрослыми. Эти прекрасные глаза лучше всего отпечатались в памяти. Карл запомнил каждую деталь. Такой добрый и невинный взгляд и такое безупречное тело. Хрупкий, нежный, невинный… Эзопу хотелось стянуть с парня всю одежду и наслаждаться им. Его прекрасным, изящным телом и проницательными голубыми глазами. Даже странная отметина на лице не смела мешать этому чуду. Поняв, что нормально продолжить работу бальзамировщик не сможет, он вышел на улицу. Было, на удивление, темно. Эзоп посмотрел на наручные часы. Без пятнадцати десять. Глубоко вдохнув прохладный воздух, бальзамировщик направился прогуливаться по кладбищу. На кладбище было не так уж и жутко, как говорят люди. Молодая луна с острыми концами освещала мраморные надгробья и цветы, растущие рядом. Было немного прохладно, но это даже к лучшему. Лёгкий ветер начал шатать деревья, от чего тишину заполнил приятный шум. Эзоп стянул с волос чёрную резинку и ветерок подхватил серебряные пряди волос, легонько развевая их. Именно за такие спокойные вечера Эзоп любил задерживаться на работе допоздна. Вдоволь насладившись вечером, Карл отправился обратно в мастерскую. Подходя к зданию он заметил быстрое движение. Мужчина сразу стал серьёзным и почти бесшумным шагом направился к мастерской. Возле одного из надгробий виднелась изящная фигура, больше похожа на женскую. Подойдя поближе он смог разглядеть синий плащ с капюшоном. Эзоп ухмыльнулся и резко схватил незнакомку за плечи. Резкая дрожь молнией пробежала по всему телу и в секунде незнакомка резко обернулась, неуклюже грохнувшись на могилу. Недолго думая она злобно посмотрела на нападающего и вмиг злость сменилась страхом. — Господин Карл! — Ты! Эзоп шокировано вглядывался в знакомое лицо, что оставило осад в памяти мужчины. Перед ним был никто иной, как тот самый парень с голубыми глазами! Парень быстро поднялся на ноги и уже собирался убегать, но Эзоп схватил его за руку, подтянув к себе. — Стоять! Куда собрался?! Сейчас бальзамировщиком двигала злоба. Он крепко сжал руку парня, дёрнув ею, тем самым поймав его и за другую. Теперь ему точно не выбраться. В вечно холодном взгляде Карла читалось раздражение. — Пожалуйста, простите меня! Парень зажмурил глаза, невольно сжавшись от страха. Тело бросило в дрожь, а ноги подкосились. Эзоп заметил это и ловко поднял того на руки. Такое поведение удивило парня, но страх всё же брал над ним верх, поэтому он прижался к груди Эзопа, пряча лицо. Бальзамировщик же тихо нёс его к мастерской. Одним ударом ноги дверь с грохотом открылась и бальзамировщик зашёл внутрь, держа всё ещё дрожащего парня на руках. Пройдя рядом с рабочим столом, Эзоп направился на второй этаж. Старые деревянные ступеньки немного скрипели под ногами из-за чего парень ещё больше прижался к Эзопу. Карл снова ударил дверь ногой и та точно так же громко хлопнула. Неожиданно сильные руки бережно опустили гостя на кровать и тот всё-таки открыл глаза. Теперь Эзоп был не таким страшным, каким казался сначала. Единственное что всё ещё пугало голубоглазого, это серые глаза бальзамировщика. От них по спине бежал холодок. — Жди здесь. Я принесу тебе чая. С этими словами Эзоп вышел из комнаты. Как только Карл покинул комнату, незнакомец успокоился, но всё ещё дрожал. Он посмотрел на свои руки и крепко сжал их в кулак, глубоко вдохнув. Со стороны лестницы послышались шаги и через пару секунд на пороге стоял Эзоп с подносом в руках. Медленно комнату заполнил мягкий аромат свежих трав. Эзоп плавно подошёл к гостю и поставил поднос с чаем и печеньем на прикроватную тумбочку. — Не беспокойся, он не отравлен. Ухмыльнулся Эзоп, садясь у ног парня. — Почему Вы делаете это? Незнакомец взял в руки тёплую чашку и дрожь как рукой сняло. — Что именно? — Почему не вызвали полицию или не наругали меня? — Это позже. Сейчас ты очень напуган, и я не хочу делать тебе ещё хуже. — Спасибо… Незнакомец отпил чая и на лице сразу заиграла улыбка. Эзоп не отрывался от гостя. Несколько секунд назад он весь дрожал и готов был расплакаться, но сейчас он так мягко и беззаботно улыбается. — Хочу спросить у тебя кое-что. Первым прервал тишину Эзоп. — Да, конечно Парень согласительно кивнул — Как тебя зовут? Я же должен как-то тебя называть. — Илай Кларк, сэр. — Кларк? У тебя и у той женщины разные фамилии… Невольно Карл погрузился в свои мысли и не заметил с каким серьёзным лицом смотрит прямо в глаза Илая. — Я друг семьи, сэр. Испуганно прошептал тот — Понятно… Кстати, не называй меня сэр. Лучше просто Эзоп. Бальзамировщик смягчил тон. Кларк снова расслабился и продолжил пить чай. — Я закончу с мисс Сильф и приду, а ты пока отдыхай. С этими словами Карл встал и направился в сторону лестницы. Его не особо волновал ответ нового знакомого. Он просто хотел поскорее покончить с телом. Тонкой, немного изогнутой иголкой парень проткнул белоснежную кожу трупа. Как только игла вошла достаточно глубоко, бальзамировщик так же аккуратно проткнул кожу изнутри, делая первый шов. Помалу рана начала становится всё уже и уже и вскоре она была полностью зашита. Наконец-то со швами закончено. Осталось наложить глину и замаскировать её пудрой. Эзоп взял ведёрко с глиной и лёгким движением нанёс её на швы. Сначала мазки были плавными и лёгкими, но потом Карл начал бесцеремонно скользить рукой по шрамам, покрывая их гладкой глиной. Наконец-то и с этим работа окончена. Осталось подождать полного высыхания и замаскировать их пудрой. Проще простого. Только по завершению работы Эзоп заметил что за ним пристально наблюдают. Он обернулся к лестнице и помахал рукой. Илай с виноватым лицом вышел на свет. — Подглядывать нехорошо, ты это знал? Властно спросил Эзоп. — Угу. Кларк всё время смотрел в пол. — Ладно. Вернёмся к более старой теме. Ты хоть понимаешь что я мог тебя убить? На последней фразе власть сменилась некой злобой. — Почему это сразу убить?! — Потому! Ты ещё слишком маленький чтобы знать! — Мне уже шестнадцать, поэтому не смей называть меня маленьким! — Расскажу когда тебе будет двадцать. Эзоп повернулся к телу и накрыл его белой простынёй, точно такой же как и второе тело. — Эзоп! Но Карл игнорировал возмущение Илая пока тот не преградил бальзамировщику дорогу. — Отойди. — Только когда расскажешь почему мог убить меня! Кларк твёрдо стоял на своём. Интерес съедал парня и он хотел как можно скорее избавиться от этого назойливого чувства, даже если это будет стоить ему нервов. Эзоп молча взял его за правую руку и лёгким движением заставил повернуться того спиной к бальзамировщику. Левой рукой он крепко обнял парня за живот. Илай даже не сопротивлялся. — Ты умеешь танцевать вальс? Илай поднял голову и его заинтересованный взгляд поймали пара серых глаз, от которых у парня до сих пор пробегал холодок. — Это танго. Бальзамировщик ослабил хватку так, что Илай мог сам выбраться, но он этого не сделал. — Илай? — М? — Ладно, ничего… Карл отпустил правую руку и принялся снимать ею капюшон. Как только на голове не оказалось никаких посторонних вещей, Эзоп положил свободную руку на мягкие волосы парня и начал легонько их поглаживать. Почему-то ему хотелось подольше быть в такой позе вместе с Илаем. Хорошо, что Эзоп не мог видеть лица Кларка, ведь на нём играл лёгкий румянец. Школьнику тоже хотелось подольше оставаться в объятиях бальзамировщика и он этого не скрывал. Но поняв, что дело затянулось, Эзоп отпустил мальчика. Второй вопросительно посмотрел на бальзамировщика. — Уже достаточно поздно. Твои родители не будут волноваться? Эзоп снова посмотрел на часы, на которых было ровно двенадцать. — Я сказал им, что иду на ночёвку к другу. Немного смущённо ответил парень. — И не солгал. На уголке рта Эзопа промелькнула улыбка. Он махнул рукой, показывая идти за ним. Илай послушно кивнул. И снова знакомая комната с кроватью. — Итак, Илай, ты будешь спать здесь. — А ты где? У тебя же есть другая комната, правда? В голосе школьника читалось явное беспокойство. Он зашёл в комнату и плюхнулся на мягкую, словно облако, кровать. — Конечно. Тебе принести полотенце? — Зачем? — Будешь мокрым в постель ложится? Эзоп еле заметно улыбнулся. — Так у тебя и ванная есть? От такой новости Илай вскочил с кровати и глупо уставился на бальзамировщика, который скоро явно не сдержит нелепого смеха. — Конечно же! В любой мастерской бальзамировщика должна быть комната для отдыха, кухня и ванная для трупов. — Трупов?! Нет-нет, лучше грязным посплю! Громкий смех эхом пронёсся по просторной комнате и коридору. Илай же удивлённо смотрел на мужчину. — Ладно, больше не буду. Трупы я специальными мочалками мою. Ванная, кухня и комната для случаев, если бальзамировщик задержится на работе. Знаешь, чтобы не ехать домой уставшим и тому подобное. — Эзоп! Илай окинул бальзамировщика злобным взглядом и снова лёг на кровать, но на этот раз спиной к входной двери. Эзоп немедля пошёл дальше по коридору. Послышался тихий скрип двери. Мужчина зашёл в ванную комнату. Она была достаточно опрятной, как на мастерскую. Новый душ, большое зеркало с потайным шкафчиком, висящее над белоснежным умывальником. Пол и стены были сделаны из кремового мрамора. Карл подошёл к небольшой тумбочке, стоявшей в самом углу ванной и достал оттуда чистое полотенце, от него исходил приятный запах свежести. Оглядев ванную, Эзоп пошёл к Илаю. — Илай, я принёс полотенце. Эзоп положил полотенце на край кровати. Кларк не отвечал и не шевелился. Бальзамировщик испуганно, но аккуратно посмотрел на лицо школьника. Тот мирно спал. Эзоп облегчённо вздохнул, накрыл Илая одеялом и вышел в коридор, тихо закрывая за собой дверь.