Жизнь длинной в лето.

Они были пьяны в дугу, хотя для Сущностей, обитающих в пространстве между мирами такое состояние являлось весьма необычным. Они постарались. В некоторых мирах их называли демонами, в других – тварями или просто существами. Ведомые исключительно голодом, порою и вовсе нематериальные сущности, чьим пропитанием могла являться любая энергия – только умей достать и переварить – они редко прислушивались к тому, что говорит о них потенциальная добыча. А ею могло стать все, что обладало энергией. Чаще всего – сородичи из Пространства-меж-Мирами. Самая привычная пища. И лишь немногим повезло испробовать нечто более изысканное: усыпляющих голод и дарящих чувство тепла сущностей, что живут внутри мира, уютно укутанные материальной оболочкой… души. И существа порою находили путь в мир, чтобы открыть охоту, однако законы мирозданий в корне отличались от привычной среды обитания, а души еще надо уметь поймать. Но и тут можно было найти выход… Мало кто по-настоящему представляет, заключая с таким демоном сделку, какова будет расплата. Но эти двое были уже достаточно умны, чтобы не кидаться сломя голову в погоню за проблесками энергии. Они давно обрели разум, которого хватало не только для изобретения наиболее изощренных способов охоты. Они научились видеть дальше. На беду свою или на счастье… они уже не просто приходили в мир в поисках доверчивых душ, но невольно уносили из каждой, пусть и мимолетно прожитой жизни Внутри, знания с собой в бесконечность Междумирья. Возможно, именно это и дало им практически немыслимую для Существ из-за грани возможность договориться мирным путем. И заодно отвлечься от кажущегося иногда бессмысленным существования, которое диктовало одновременно изменчивое и статичное, как старая фотография, Пространство-меж-Мирами. Это был случайно выбранный мир, около которого Паук и Тень в очередной раз встретились. И между бойней и диалогом вновь выбрали последний. Их разговор, порой прерывающийся небольшими всплесками раздражения – тяжело двум примерно равным по силе Сущностям терпеть друг друга – свернул на людей. - Ну так что, Эдгар? Одна жизнь обычным человеком… Слабо? – черноволосый мужчина с удивительно длинными и изящными пальцами, поправил темные очки и жестом указал на опустевшую уже бутылку. Внимательный официант тут же сменил ее под одобрительный кивок. Собеседник – хмурый светло-русый мужчина - бросил на него бритвенно-острый, абсолютно осмысленный, несмотря на количество выпитого, взгляд ртутно-серых глаз и достал сигарету. Лениво растягивая слова, ответил: - Мне? Это просто, как устройство избы. Хоть здесь. Сколько люди тут живут… Ик! Лет двести? - Нет уж. Это, конечно, мир магический… От… части, но ты не льсти себе, и… людям. Ты столько не протянешь, а и они тебя так долго не выдержат. Да и мне это не… ой… выгодно. Черт. Дай сигарету, а? – черноволосый закурил и задумчиво выпустил дым в собеседника. А тот на выпад не ответил - ждал. - Пусть будет срок… в школу тебе не ходить, в университет, допустим, работа, чуть-чуть пенсия… давай лет пятьдесят - шестьдесят. Идет, Тень? - Нет проблем, Паук. Продержусь. Значит, этот мир. Есть магия, но и технологии развиты – они в конце концов добрались до бара на машине. - Значит? – черноволосый улыбнулся. До отвращения дружелюбно и обаятельно, как и всегда, впрочем. Наверное, из-за этой его улыбки Эдгар всегда соглашался решать возникающие между ними, увы, неизбежные, конфликты мирным путем. - Спорим! Выиграю – Утес мой, Дор. - Идет. Проиграешь – придется поохотиться на крупную дичь, Эд, - пьяно икнул тот в ответ и опрокинул в себя рюмку. - Так не будет…

Двадцать лет спустя. Мир магии и технологий.

В мир довольно сложно попасть извне – его всегда окружает защитное поле. Этакий энергетический барьер, что не позволяет демонам из Междумирья пробраться внутрь. Однако, иногда в куполе мироздания возникали бреши, чаще всего – по вине его жителей. В своем желании стать над остальными, они призывали демонов из-за Грани, в надежде получить силу, а с ней и власть… Впрочем, не только: мотивы у всех были разные, а итог, как правило, один – Сущность, ведомая голодом, проникала в мир в погоне за манящей энергией душ. И либо получала ее сразу, либо становилась заложником призвавшего. Но демон всегда ждал своего часа, чтобы уничтожить-поглотить все доступные души… времени у него было в избытке, и возможность обычно предоставлялась. Так происходило чаще всего. Иногда, правда, случалось и по-другому… …Жертва без сознания лежала на алтаре. Смешно - она была продана собственными родителями-алкоголиками за пару бутылок. Плохо, конечно, что не девственница… и не девушка вообще. Маг помнил, как удивился, обнаружив данное обстоятельство. Одевалась-то молодежь теперь в то, что называется «унисекс». А личико было миловидным, и Темный Властелин, как он сам себя гордо именовал, поначалу подумал, что это девица… Хотя такой паренек тоже сойдет. Да и тянуть долее не было никакой возможности: маги вскоре очнуться от потрясения, и желательно иметь весомые аргументы на своей стороне, демон как раз был неплохим подспорьем. Демонолог усмехнулся и принялся читать заклинание. Даже через защитные барьеры ощущалось дыхание чего-то абсолютно чуждого этому миру, опасного и тем не менее… безразличного. В круг скользнуло существо, напоминающее сейчас тень, которая бестолково забилась в центре, ища выход… Но разрыв уже затянулся, как небольшая царапина на теле, а мироздание еще присматривалось к непрошенному гостю. И его внимание – тяжелое, враждебное, заставляло спешно искать укрытие… Сущность кинулась к единственному своему спасению от смертельно-опасной для него энергии целого мира – к человеческому телу. Жертва очнулась на мгновение, но не успела даже закричать. Капкан захлопнулся.

***

Он почувствовал, что дело неладно, когда тонкие нити проклятья впились в сущность, сплетаясь с ней и… стой! Он попытался хотя бы подцепить улепетывающую из тела душу когтем, но та оказалась на удивление проворной - не сильно то и держалась за эту оболочку. А он не умел охотиться на них. В общем-то, и не планировал – просто пролетал мимо, выискивая себе жертву, как вдруг, где-то сбоку, развернулась воронка, и его буквально втянуло внутрь. Ну а тут уж либо ты успеешь спрятаться, либо растворишься в мироздании. Силенок противостоять целому миру или убедить его в своей «безобидности» у Существа еще не было. Да ему и гнездо не так давно по меркам Междумирья пришлось покинуть. Впрочем, демон уже успел обрести отдаленное подобие сознания, а теперь на него навалились еще и воспоминания этого… «жертвы». Нерадостные они были. О побоях, ругани и… гадость! Существо зашипело и тут же поплатилось за это… - Назови свое имя, демон! – грохнул рядом голос. Чего? Тело звали Егором. А голосовые связки не слушались от слова совсем, но, похоже, чтобы не остаться тут лежать привязанным, стоило что-то ответить. - Айййшшш… Эйшшшшш… Эйййшшшь, - попыталось совладать с голосом Существо из-за Грани. - Эйш? Чего?! - Теперь я знаю твое имя, - безапелляционно заявил демонолог, - и ты должен мне подчиняться. Меня можешь называть Хозяин. Это еще выговорить надо. Сильно возросло желание этого самоуверенного убить, но тело отказывалось трансформироваться в мало-мальски боевую форму, оставаясь предательски слабым. Кандалы на запястьях даже причиняли странное чувство, которое хотелось бы прекратить, и новоиспеченный Эйш кивнул, сначала неуверенно, а потом замотал головой с энтузиазмом китайского болванчика. Любой каприз, только кандалы снимите, неприятно же! И шкура никак не меняется – впившиеся в его структуру нити проклятья мешают. Наверное, это существо, «хозяин», сам решит, когда можно… Сущности оставалось лишь ждать. Кандалы, повинуясь мановению руки мага расстегнулись, и демон смог сесть на алтаре. Двигался он еще неуверенно, непривычно: ни хвоста, ни крыльев… Конечности четыре, но ходить, если ориентироваться на чужие воспоминания, можно было только на двух. Стоящее перед ним существо тоже было таким. Довольно страшненьким и хиленьким. Но тем не менее, его энергия держала крепко, и Эйш машинально вздохнул, как привыкло это делать тело. Воздух был… иным, и запахи оказались столь яркими и непривычными, что молоденький Демон тут же забыл о своем «Хозяине», принявшись с интересном принюхиваться, оглядываться. Впрочем, смотреть было не на что: серые, испещренные рунами стены и огромный камень, на котором он лежал, а теперь сидел… Процесс познания мира был прерван коротким приказом: «за мной», и Эйш, вновь вздохнув, поплелся творить зло в угоду Хозяину, с трудом приноравливаясь к новому способу передвижения и периодически запинаясь о собственные ноги.