Чёрный Замок

      В камине тихо потрескивал огонь, за окном хлестал ливень. Антикварные напольные Часы гулко пробили полшестого. «Почти не опоздал» — с сарказмом подумал Сириус.       Малая библиотека располагается в южной части замка — уютная комната в коричнево-янтарных тонах. Книги, хранящиеся здесь, не были какими-то редкими тёмно-магическими — магические романы для различных… возрастов. Более детские в тёмно-зелёных тканевых обложках с золотой вышивкой, и стоят пониже. Ближе к потолку находятся книги в солидных кожаных переплётах и золотым тиснением. Для большего удобства небольшими группками стояли массивные кожаные кресла и кофейные столики.       И сейчас, за одним из таких столиков, играли (хотя вернее сказать резались) Поллукс и Арктурус. Сигнус и Альфард с азартом делали ставки, и казалось, что никто не замечает Ориона. Он сидел у камина, пил кофе, и читал какую-ту книгу. Сириус подошёл и мягко опустился в соседнее кресло. — Почему ты опоздал? И где твой брат, Регулус? — негромко спросил Орион у сына. — Регулус отдыхает после тренировки, ему нездоровилось после — туманно ответил Сириус. Во всяком случае, он очень на это надеялся. Старший Блэк задумчиво поглядел на огонь в камине. — Я зайду к нему несколько позже. Он сейчас спит? — Я надеюсь на это. Орион тихо хмыкнул: — Dum spiro — spero… Однако, юный Лестрейндж отметил, что у вас разный уровень мастерства. Сириус развернулся лицом к отцу: — Тебя это не радует, не так ли? — Да, ты прав, не радует… но, в любом случае, здесь проблема не в тебе. — Впервые — весело фыркнул Блэк. — Мне кажется, ты сам стараешься сделать всё, что в твоих силах, чтобы получить почётный титул «изгнанника». И мне крайне любопытно узнать, зачем? — Да не за чем — беззаботно пожал плечами Сириус — просто я терпеть не могу излишек лицемерия и притворства. — Неужели? Так чего ты на Гриффиндор пошёл? — Потому, что — последовал злой ответ. — Сириус, будь добр, посмотри мне в глаза. Юный чародей невольно поёжился, но «просьбу» выполнил — уж слишком хорошо знал, что последует в случае неповиновения. Тёмно-синие глаза встретились с льдисто-синими. Сириус ещё с раннего детства поражался этому цвету — глаза у Ориона почти полностью синие — всегда было понятно, от кого этот цвет достался самому Сириусу — и лишь тонкий слой сверху, вокруг зрачка, резко переходит в какое-то совершенно необычное сочетание серебряного и голубого.       По преданиям, Старшая ветвь Дома Блэк отличается самыми искусными менталистами — и не с проста. Сириус не был точно уверен в том, что ищет его отец, но был абсолютно уверен в том, что он это найдёт, на каких бы задворках памяти это бы не находилось. Нужная мысль видимо нашлась очень быстро. Орион глубоко вздохнул, взял из дорогой шкатулки красивую трубку, наполнил табаком, раскурил… Создавалось впечатление, что ему необходимо начать крайне сложный и неприятный разговор, но с чего начать темнейший Лорд Блэк не знал. Во многом потому, что Сириус славится своей способностью крайне резко на всё реагировать. — Скажи-ка мне любезный…. кому ты веришь, а кому доверяешь? — наконец спросил Орион, раскуривая трубку. — А в чём разница? — беспечно поинтересовался Сириус. — Кхм… не заставляй меня разочаровываться в тебе. Как наследник, ты уже обязан понимать разницу. — Ладно, не артачусь… — Сделай одолжение. И перестань говорить как плебей! Научись выражать свои мысли, согласно своему статусу. Зная характер отца, за благо было промолчать. Сравнивая характеры родителей с заклинаниями, характер Вальбурги действительно хорошо описывает Круциатус — шумно, больно, но проходяще. В случае Ориона, на ум приходит Секо, а точнее его какой-то тёмный вариант — шрамы от него оставались навсегда. После нескольких минут раздумий, Блэк произнёс: — Не хочу тебя огорчать, но и верю, и доверяю я сейчас одним и тем же: Регулусу, Джеймсу, дяде Альфарду… — Чудесно. Дай угадаю, я и Вальбурга не вошли в эту дружественную компанию. — Увы. Причём не моими стараниями. — Хм… хорошо, а если говорить про Хогвартс? — Филчу — тут же с готовностью ответил Сириус — если он говорит, что до отбоя не успеем привести в порядок Зал Наград, значит не успеем. — Наследник Блэков полирует кубки как магл — покачал головой Орион — знаешь, у меня возникает дикое желание написать Горацию письмо, с просьбой принять тебя на Слизерине. Скажем, что с головой были проблемы, прости, с головой есть проблемы, вот Шляпа и ошиблась. Бывает, всем очень жаль, моё сочувствие Минерве — хотя, она только рада будет. — Зелёный галстук не стоит дружбы с Джимом — зло ответил Сириус. — Если Поттер действительно дорожит дружбой с тобой, то ему должно быть решительно всё равно, на каком ты факультете. — В любом случае, так что меня дурно приняли бы здесь и на меня дурно посмотрели бы там. — Не могу не согласиться — хмыкнул Орион — однако, ты должен уже понимать, что для гриффиндорцев, ты — чужак. И, предупреждая вскинувшегося было Сириуса, продолжил: — Ты тёмный маг, Сириус… нравиться тебе это, или нет, но это так. Судя по тому, что используешь Магию Крови, сложные боевые чары и увлекаешся рунами — не то, чтобы ты был сильно против. Но, откровенно говоря, это даже не особо важно — для других ты всё равно Блэк, а если ты Блэк… значит ты — Блэк — просто закончил Лорд. — Иными словами… — Иными словами, случись что — не знаю там, у какой-то грязнокровки кровь носом пойдёт — виноват будешь ты. Просто потому, что Блэк. — Да ладно — простонал Сириус. — Мальчик мой, мы не зря тебе все твердили — иди на Слизерин. Поверь, Гораций не тот, кто побежит к Дамблдору, случись что. Слагхорн сам происходит из достаточно Тёмного Рода, чтобы понять, как большинство относится к нам. Более того, он прекрасно понимает, что на ввереном ему факультете, дети, в чьих жилах буквально течёт магия — гостиная Слизерина это чуть ли не единственно место сейчас в Хогвартсе, где открыто практикуют Тёмные Искусства. Не все конечно — Булстроуд, Слагхорн, Гринграсс и Принц — все они потомственные зельевары. Конечно, зелья тоже разные бывают, но это уже детали. И главное, Слизерин — факультет наследников. Это — определённое поведение, определённый образ жизни. Ты же выбрал факультет бастардов — исконно на Гриффиндор шли те, кто был слишком… давай скажем — горд, чтобы, как принято говорить, «пресмыкаться» в нужной среде. Годрик растил молодых волшебников, рассказывая им про славных последователей Светлейшего Мерлина — и полностью закрывая глаза на то, что многие из его учеников прямо-таки фонили Тёмной Магией. Точнее, он делал вид, что закрывал глаза — однако, хорошо если к моменту выпуска, с его факультета живыми в лучшем случае выходила половина — чем дальше, тем меньше. Те кто по мнению самого Годрика и его наисветлейших друзей были «слишком тёмными» — чтож, многие из них погибали, остальные — пропадали без вести. Те, кто оставался — навсегда перенимали взгляды своего дражайшего учителя — открытая ненависть к Тёмной Магии — что не удивительно, проще же ненавидеть Магию, чем учителя, который помешал тебе её развить — и открытая ненависть к Аристократам… — Аристократы порой ничем не лучше — горячо возразил Сириус — тот же Снейп — вроде на Слизерине, а не скажу, чтобы он выглядел подобающе… — В том как он живёт виновата Эйлин и никто более — холодно прервал мальчишку Орион — вроде у неё есть волшебная палочка, не так ли? Да и министерство не запрещает волшебникам рассказывать их супругам-маглам, кто они, и колдовать у них на глазах. Да и поить нужными зельями по мере необходимости тоже… про Империус даже не говорю. Но, нет, Эйлин твёрдо решила, что жить в конуре — это предел её с сыном мечтаний. Так что если Северус пытается найти виноватых, то ему стоит взглянуть правде в глаза. Как бы не относился Сириус к Снейпу, ему сейчас было даже жаль его. Более того, с некоторой злостью, он понимал, что отец прав — ведь будучи волшебником, многое можно починить, трансфигурировать… Тем более, учитывая, как Снейп гордиться своими талантами в области зельеварения, шампунь точно мог бы себе сварить. Надо бы ему намекнуть исключительно про это… в «мягкой» форме. Орион, попыхивая трубкой, продолжил: — Август и Септимус тоже хороши, не отрицаю… Но после последнего светского раута, где Гораций громогласно нахваливал талант мальчика, задумались. Да и Малфои уже составляют протекцию перспективному зельевару. — А с чего вообще Эйлин ушла из семьи? — негромко спросил Сириус. — Точно не знаю — пожал плечами Орион — говорят, что их с Септимусом отец, Октавий, малость сошёл с ума на почве чистоты крови… даже по нашим мерком — поспешно добавил Блэк, заметив ехидный взгляд сына. — Октавий был страшно раздосадован, что Принцы не вошли в Священные 28 Родов… по слухам, он хотел повторить историю Гонтов — если так, то идиот он… Даже наши родители долго сомневались, стоит ли мне жить с Вел… решили рискнуть — всё же, в нашем Роду давно не было столь… ты понял. Честно, я и сам с какого-то момента стал опасаться — но, Слава Моргане, обошлось. Последнюю часть разговора Сириус слушал не особо внимательно — он уже от всех родственников успел выслушать, что и он, Сириус, и Регулус — стали величайшем сокровищем Рода.       Гораздо занимательней было то, что рассказал ему до этого отец — многое конечно он не говорил, оставляя логические заключения додумать самому… Но в таком случае, определённые вещи становились понятными — в частности, очень толстые намёки на смену факультета и некоторая травля со стороны старшекурсников первые два курса — дальше просто никто не лез — «ты что, это же Блэк, они там все сумасшедшие!». Очень хорошая, а главное лаконичная характеристика.       Глядя на сына, Орион негромко заметил: — Ты понаблюдай за происходящим в школе — зимой поделишься наблюдениями. — Вы заведомо предполагаете, что я вернусь на зимние каникулы? — А как же? Кто ж не любит получать подарки? — даже на редкость не наигранно изумился Лорд — и к слову о подарках…       Он взмахнул палочкой, и на колени Сириусу упал увесистый продолговатый свёрток — любой маг тут же узнает в нём метлу. Не веря в это счастье, мальчик тут же разорвал хрустящую обёрточную бумагу — внутри находилась метла из чёрного дерева и бронзовыми элементами. Метлу явно делали на заказ — благодаря Джиму, Блэк точно это знал. — Она не самая быстрая, но зато надёжно защищена от проклятий — пояснил Орион с доброй улыбкой глядя на восторг сына. — Папа, спасибо… — Будет тебе — хоть ты и играешь за другой факультет, репутацию Дома Блэк надо поддерживать. — О, то есть, я тут не причём? — Сириус! Иди, попроси своего домовика показать тебе, где чулан для мётел. Я пока зайду к Регулусу. — А полетать? — искренне изумился Сириус. — До ужина десять минут — так что на твоё усмотрение. Да, и постарайся не разбиться — завтра у вас встреча с новым семейным колдомедиком. — И кто это настолько отважный? — Не язви. Мартин Д’Авиль.       «Не умеет пока Сириус разбираться в интригах и понимать намёки» — думал Орион, на пути в детскую — «нехорошо, но поправимо». То, что он старался занять его на те десять минут, пока он поговорит с младшим сыном, казалось чересчур очевидным.       В комнате окно было распахнуто настежь и витал неповторимый аромат грозы. И предсказуемо пришлось подниматься наверх — Регулус редко покидал «свою территорию».       Мальчишка лежал на кровати свернувшись калачиком и замотавшись в одеяло — выглядел и вправду нездоровым — глаза слишком красные, на скулах слишком яркий румянец. Увидев отца, он хотел было подняться, но Орион остановил его властным движением руки. — Pourquoi Sirius me dit que tu es malade? — Je suis malade. — Тu es juste fatigué — фыркнул Блэк. Помолчав, Орион добавил: — Tu aurais dû être punir pour ça, mais je te regrette, tu ne te sens pas bien. De toute façon, tu ne va pas souper. Je ne peux pas te priver de nourriture — mon père Arcturus ne me laissera pas faire ça, il pense que tu es trop maigre, alors je vais t'apporter à manger. Tu veux que quelqu'un reste avec toi? — Sirius peut-être avec moi? — слабым голосом спросил Регулус. — D'accord. Tu recevrez les potions nécessaires, reposez-tu pour demain. И на этих словах Орион трансгрессировал сразу в обеденную залу. Регулус чуть улыбнулся — он не ожидал, что отец его пожалеет. Главное, его не накажут за истерику. «И я даже примерно не могу представить, как часто Сириус рассказывает сказки МакГонагалл».