Don't lose me

Bebe Rehxa — «Small Doses»

      Факелы на стенах никогда не гасли. Насколько Захарра знала, они работали по принципу вечнолампы. Огонь еле слышно потрескивал, освещая дорогу маленькой неприметной мышке, что семенила вдоль мрачных каменных стен замка Змиулан. Она спешила к башне старших учеников, туда, где уже горел свет, дожидаясь ее.       Часовщица не могла объяснить даже самой себе зачем делает это каждое утро, ведь ее могли застукать и наказать. Но Захарра все же обращалась мышью и спешила в комнату к провидцу с первыми лучами солнца. Эта немая договоренность между ними стала чем-то самим собой разумеющимся, и Захарра, как последняя дуреха, мчалась спозаранку по немым зарослям плюща.       Мышка фыркнула, перебирая лапками по росистой траве, и припустилась быстрее — до общего подъема осталось всего ничего. И вот, наконец, впереди замаячила уже родная трещина. Зверюшка проворно скользнула в нее, лавируя между обломками стен и зарослями мха. Вскарабкалась наверх и выбежала в коридор башни, шумно втянув носиком воздух. Вроде никого, а то прошлый раз чуть не нарвалась на Рока — брат затаился за углом и мог запросто ее заметить, если бы Захарра вовремя не юркнула за фиолетовые портьеры.       Осторожно потрескивал огонь. Мышка остановилась возле приоткрытой двери и встала на задние лапки, снова принюхиваясь. Он уже встал. Ждет ее. Захарра мысленно улыбнулась и маленькой тенью прокралась внутрь.       Вернуться в свое тело удалось только со второй попытки. Часовщица разогнулась, блаженно потянувшись, и огляделась.       В комнате провидца всегда было слишком светло, совсем не под стать ученикам великого Духа Осталы. Тяжелые шторы были раскрыты, окно — распахнуто настежь, пропуская первые и нежные лучи солнца. Они падали на каменный пол, окрашивая его в теплый желто-серый цвет. Захарре очень нравилось его смешивать на палитре, когда она рисовала предрассветное небо.       — Доброе утро, Захарра, — тихо произнес хозяин комнаты, и в его голосе гостье почудилась радость.       Она подняла на него глаза и улыбнулась, хотя его лицо оставалось отрешенным и непроницаемым, но она уже давно научилась различать его эмоции. Порой незаметные, скупые и странные, но эмоции.       — Привет. Отличная погода, — бодро произнесла Захарра, отточенным движением бухаясь на его кровать.       — Будет дождь, — не моргнув и глазом сказал Примаро, осторожно садясь на пол к ней спиной.       — Тебе виднее, — пожала плечами часовщица, беря в руки уже порядком растрепавшуюся серебристую косу. Ну, да, вчера-то она прийти не смогла, вот он и проходил весь день лохматый.       От осознания, что сам он не переплетает косу, а каждый раз ждет ее, сердце сделало кульбит и приятно затрепыхалось. Но Захарра поджала губы и мотнула головой, не рассчитала силы и дернула провидца за волосы.       — Все в порядке? — поинтересовался он, оглянувшись через плечо. Его глаза были карими, но не такими, как у Захарры или даже Рока — глаза Примаро были особенными. Порой кажется, что они холодные и печальные, но девушка-то знала с какой нежностью и вниманием они могут смотреть.       Примаро всегда слушал ее, а главное, слышал. Уж Захарра не знала дар это или что-то еще, но когда она приходила к нему, чтобы рассказать, — неважно о чем, — он выслушивал ее, а потом давал советы. Немного странные, но они всегда действовали. Наверное, именно поэтому она доверяла ему даже больше, чем себе. Примаро был особенным.       — Все хорошо, — покачала головой Захарра, мягко разворачивая его голову. — Не вертись.       Парень послушался, и его щека дернулась под ее рукой то ли в улыбке, то ли от неожиданности. Девушка вздрогнула, ловя себя на мысли, что задержала пальцы на его лице больше, чем было позволено. Отдернула руку, медленно выдохнула, возвращаясь к тому, зачем, собственно, пришла.       Пару секунд ее руки бесцельно перебирали мягкие серебристые пряди, расплетали косу. Потом Захарра очнулась от наваждения и взяла приготовленный дубовый гребень, начала медленно расчёсывать.       Эти безмолвные утренние и вечерние встречи, когда она приходила, чтобы расплести косу Примаро, были лучшими мгновениями жизни в Змиулане. Особенно сейчас, когда Фэш пропал, а Астрагор готовится к войне…       Все изменилось в один миг. Вот она на новогодней елке с друзьями и… Лазаревым, а вот перед Астрагором, который приказывает ей привести Василису в замок, иначе Захарра умрет. О, она бы никогда не обрекла подругу на такое! Но Рок почему-то решил, что Захарре нужно жить. Глупый брат.       Девушка горько усмехнулась. Теперь главная задача — не дать Василисе повода что-либо заподозрить о чувствах Драгоций, чтобы ни на кого из них не навлечь беду. Вот Захарра и ограждает Примаро всякими нелестными слухами. Часовщица очень надеялась, что он не обижался.       Ловкие пальцы перебирали серебристые пряди, разглаживая их. Маленькая тайна Захарры: она очень любила его волосы, такие блестящие, мистические, просто невероятные. Наверное, сначала она полюбила его косу, а уж потом его самого.       Захарра улыбнулась, сплетая пряди волос в незамысловатую причёску, и перевязала их короткой, уже потрепанной, но традиционной лентой.       — Готово, — тихо выдохнула она, перебрасывая косу через его плечо. — Красота.       Солнце лениво лизало камни, щекоча лучами лицо. Захарра зажмурилась и улыбнулась. Наверное, Василиса скоро проснется, надо бы напомнить ей, что сегодня она занимается со старшими учениками.       Драгоций скривила губы и открыла глаза, невольно вздрогнув: Примаро уже успел подняться и стоял напротив, внимательно глядя на нее.       — Что?.. Что такое? — почему-то шепотом спросила Захарра, невольно отпрянув.       — Ты очень устала, — прокомментировал Примаро и глубоко вздохнул, нагнувшись к ее лицу. Его теплое дыхание защекотало щеки. — Может, я смогу чем-то помочь?       — Ты у меня спрашиваешь? — она хмыкнула, чувствуя, как трепещет сердце от его близости. О, она безнадежно влюблена. Как же больно это осознавать!       — Я давно не использую дар по отношению к тебе, поэтому я не знаю, что будет с нами дальше, — четко ответил парень, но Захарра успела уловить эту незаметную надежду в слове «нами».       Она промолчала, отведя взгляд. Их встречи длятся уже больше года. Такие короткие, немногословные, но теплые и родные. Захарра бы все отдала, чтобы ее жизнь состояла только из этих встреч, без Астрагора, Змиулана и войны. Только тихий Примаро, его светлая комната и — все. Захарра Драгоций безнадежно влюбилась. Безнадежно и глупо.       Часовщица яростно мотнула головой, болезненно сморщившись.       — Почему? К чему рисковать? А если узнают? Накажут?..       — Я хочу по-настоящему, — невозмутимо ответил Примаро, заставив девушку вздрогнуть. Что — по-настоящему?       Она недоверчиво глянула на него, сложив брови в беззвучном вопросе. Они смотрели друг на друга не шевелясь. Но потом Примаро словно очнулся, отпрянул, отводя взгляд и прочистил горло.       — Хочешь… прогуляться? Я слышал, западные ворота сегодня открыты — тонкорогов вывели на пастбище.       — Ты собираешься в Драголисе прогуляться? — опешила Захарра, даже вздрогнув от неожиданности. Она лучше, чем кто-либо знала, что в этом лесу дар Примаро не работал совсем.       — Да, — он пожал плечами, мельком взглянув на нее. — По самой окраине, — поспешил заверить он. — Там будет спящая дриадэра…       — Будет? — хмыкнула девушка. — Ты все же предвидел, что мы пойдем?       Опять — мы. Когда это они успели перейти на «мы»? Захарра зябко повела плечами. Она чувствовала, что это заходит слишком далеко. Их не поймут, сгнобят, обвинят. Нет. Все не так. Не далеко, все в порядке. Ей просто… удобно рядом с Примаро, ведь так? Один раз она уже позволила чувствам завладеть собой, больше не намерена.       Захарра поднялась и выпрямилась. Но почему так больно? Отчего так плохо? Она посмотрела ему в глаза и едва поборола желание зажмуриться: такие родные, такие теплые, такие особенные.       — Так что? — тихо спросил он, затмевая собой рассветное солнце.       — Сегодня после вечерних лекций. Я отпрошусь у Рока.

***

      Шел дождь. Захарра улыбнулась, глядя в окно на воздух, исполосованный серыми каплями. Вспомнилась утренняя встреча, и улыбка погасла. Что же такое она делает? Почему не может прекратить все это? Тянется за новым разговором, за взглядом, касанием. Это невыносимо!       — Эй, с тобой все в порядке? — обеспокоенный голос Василисы выудил Захарру из омута тревожных мыслей. Часовщица закусила губу и медленно развернулась к подруге.       — Да, — шепнула она, искоса посмотрев на Рока, который речитативом говорил нудную лекцию о разбалансировке собственного времени. — Просто не выспалась.       — Ясно, — кивнула Василиса, ободряюще улыбнулась и вздохнула. О Фэше думает, поняла Захарра, тоже расстроившись. О брате никаких вестей, хотя кольцо, подарок для Василисы, исправно работало.       Где же ты, братец? К чему столько вопросов? Захарра распрямилась. Нет, стоп, хватит ныть. Так она точно никому не поможет. Для начала нужно было разобраться в себе, а уж потом в других.       Дальнейшие уроки проходили без Василисы — она занималась со старшими. Поэтому Захарра, сославшись на плохое самочувствие, отпросилась у Рока и поспешила в комнату проверить часолист. Лазарев обещал держать ее в курсе всего — должен прийти летун в Личный уголок.       Из белого круга выплыла книга, медленно опустившись на хозяйкины колени. Девушка торопливо раскрыла ее, с разбегу ныряя в уголок — окраина ее родного леса, куда она любила убегать ребенком. О, как долго пришлось уговаривать Рока, чтобы он позволил сохранить хотя бы маленькую толику воспоминания о ее родной параллели.       Девушка вздохнула, оглядываясь по сторонам. Ага, вот и летун — Фэш его сделал, правда, после того, как Феликс раздобыл письмо от Василисы, его отобрали. Брата пришлось убеждать, что новый она будет присылать только Нику. И с тех пор она так и поступала. Почти всегда.       Маленький часовой механизм затаился на одной из ветвей раскидистой ели. Захарра схватила его, раскрывая письмо от Лазарева, в котором он говорил ей:       «Привет, Захарра.       Пишу тебе из Астраграда. На сегодняшнем собрании РадоСвета обсуждали поступок Василисы. Мы, конечно, не верим, но большая часть склонна к тому, что Астрагор подослал тебя, чтобы ты заманила ее… Я не верю в это, но Маар — да. Боюсь, Орден Дружбы на грани распада.       Захарра, в скором времени все ключники поедут в Змиулан. Не думаю, что мне удастся, но я попробую. Прошу тебя организовать встречу всего Ордена так, чтобы вас не обнаружили, хорошо?       То, что сделала Василиса — очень странно. Я верю тебе и ей, но Астрагор — он ведь не просто так это сделал, да? Времени мало. Отец говорит об этом, странный друг Огнева, зодчий, тоже. Они к чему-то готовятся. Если ты что-то знаешь, прошу, напиши. Вчера писал Диане, ее, скорее всего, тоже не отпустят. Мы ждем ответа. Надеюсь, что скоро увидимся.

Ник»

      Захарра грустно улыбнулась, сжигая письмо. Она напишет ему о том, что слышала от Рока — о предательстве часовщиков, о том, что семья должна держаться вместе, ведь близится война. Напишет, но позже.       Сейчас она должна спешить, если хочет успеть поговорить с Примаро о Фэше и о том, что же всё-таки происходит. Провидец должен знать. А Захарре надоело бояться.