Одним прекрасным вечером

      Учитывая, что в повседневной жизни Хуа Чен был где-то на двенадцать сантиметров выше Се Ляня, эта сцена выглядела поистину умилительной.       Спустя несколько мгновений, отпрянув от губ Хуа Чена, Се Лянь глядя ему в глаза, произнес:       -Это тебе за то, что не давал мне уснуть.       Пару секунд Хуа Чен пребывал в неподдельном удивлении. Обычно всё, что касалось физической близости, Хуа Чен всегда первым брал инициативу на себя, поэтому подобный поступок со стороны вечно застенчивого супруга его слегка удивил. После недолгого ступора, он ответил:       -Хорошо, тогда я буду делать так почаще.       Замешкавшись на пару мгновений, Хуа Чен пальцами сцепил свои ладони с ладонями принца, после чего повалил того на пол. Пол был устелен огромным количеством подушек и одеял, поэтому падение на него было подобно провалу в облачко. Видимо по-своему истолковав для себя действия принца, Хуа-Хуа принялся за дело. Собственно, Се Лянь был и не против, в конце концов в любом случае сегодня ему уж точно не удастся уснуть.       Находясь в подобной позиции, глазу Хуа Чена открылась весьма пикантная картина. От постоянного ерзанья тот самый лёгкий халатик Се Ляня немного распахнулся, являя взору пресс, обнаженное левое плечо и ключицу принца. В то же время его голова была повернута в право, а шелковистые каштановые волосы, распластавшись по тканям, оголяли хрупкую беленькую шею молочного цвета.       Такая развратная картина контрастировала на фоне чистых и невинных глаз способных пленить лишь одним взглядом, в то время как аккуратные черты лица цвета белого нефрита неумолимо завораживали, поддавшись соблазну Хуа Чен впился в его губы, слившись с ним в глубоком поцелуе, то едва заметно покусывая его губы, то запуская в его рот творящий там бесчинства язык. Их языки все нежнее ласкали друг друга, а пальцы сильнее переплетались.       Длинные волосы Хуа Чена, свисали словно занавесы, ограждая их от внешнего мира, будто запирая в собственной реальности. Реальности, в которой не было места никому кроме этих двоих. Мягко отстранившись от принца, тем самым дав ему перевести дыхание. Он замер, словно ожидая одобрения с его стороны. Он подумал, что, если Се Лянь, не захочет заходить дальше, он и не будет. Получив одобрительный взгляд от Се Ляня полный доверия, он сразу все понял. Ему, не нужно было ни единого слова, кивка или намека, одного единственного взгляда было более чем достаточно, чтобы Хуа Чен понял его без слов. Едва заметно, коснувшись его шеи, он убрал с нее оставшиеся каштановые пряди, после чего принялся, не жалея одаривать того поцелуями, спускаясь все ниже и ниже. Порой его поцелуи были нежны словно касание крыльев бабочек, а после резки и страстны, подобно хищнику впивающегося в добычу, но не смотря на столь резонные отличия все они были переполнены любви и обожания. Дойдя до нижней части пресса, когда место уже кончилось, он легонько приподнял Се Ляня, обвив рукой за талию, другой поддерживая за грудь усадил его спиной к себе. В это время халат Се Ляня сполз уже на половину, обнажая часть беззащитной спины наследного принца. Уже догадавшись, что Хуа Чен дальше собирается делать, он убрал большую часть волос, свисающих до по поясницы вперёд, упустив из виду лишь одну единственную прядь.       Приобняв принца за талию одной рукой, и поддерживая за грудь второй, он принялся в плоть до поясницы нещадно покрывать спину принца, поцелуями и засосами. Израсходовав всю площадь на теле Се Ляля, он замер вдруг о чем-то задумался, после чего крепко сжав того в объятиях, рухнул на гору подушек. На удивление принца, больше Хуа Чен не делал ровным счётом ничего. От такой неожиданной развязки он слегка замер. Немного погодя, повернув в голову в сторону Хуа Чена, он с беспокойством в голосе спросил.       -Сань Лан?       В ответ послышалась тишина.       Неужели все так и закончиться? Процесс ведь был в самом разгаре, так отчего же прерывать все посреди дела?       Ответ очень прост. Закончив со всеми любовными ласками и прелюдиями, он не решался заходить дальше обычных поцелуев. И дело не том, что ему не хотелось. Как раз наоборот, он так сильно всем сердцем желал принца, что боялся, что, принявшись за дело, потеряв голову от страсти ненароком сделает ему больно.       Зная, сколько боли за восемьсот лет пережил его возлюбленный, он предпочел бы осыпать себя тысячей проклятий нежели причинить хоть малейшую боль Его Высочеству.       Все не унимаясь Се Лянь продолжал расспрос.       -Я сделал что-то не так? - слегка обеспокоено изрёк Се Лянь.       -Ну, что ты, гэгэ. Тут дело не в тебе, а во мне.       И как ему понимать это "дело не в тебе, а во мне"?       -"Может у него бессилие?" - проскользнуло в голове у Се Ляня, но ровно также быстро как эта мысль возникла в его сознании, он также скоро ее отмел.       -"Нет, нет, нет! Быть такого не может", - мысленно замотал головой Се Лянь. Значит ли это, что это он на столько плох в постели, что у Хуа Чена даже не стоит на него?       А ведь и правда. Все что до сего момента делал Се Лянь, так это лежал как бревно, наслаждаясь ласками со стороны Хуа Чена.       Впервые решивший взяв на себя инициативу, он полностью развернулся лицом к Сань Лану и задал ему вопрос.       -Сань Лан, тебя что-то беспокоит?       -Ну, если честно...       Не дождавшись ответа Се Лянь выпалил.       -Это потому, что я бревно да? - разочарованно в себе произнес Се Лянь.       Хуа Чен не нашел что на это ответить.       Ведь по факту, Се Лянь и был самым, что не на есть бревном, однако даже такой расклад на удивление устраивал Хуа Чена. И все же врать ему не хотелось.       -Значит да, - ещё более расстроенно произнес принц.       -Гэгэ, ты ведь даже не дослушал, - глубоко вздохнув Градоначальник Хуа продолжил -       Дело в том, что, твой Сань Лан, совсем не опытен в этом деле, потому не уверен, что сможет все сделать, правильно не причинив Гэгэ дискомфорта.       Наконец, поняв в чем дело и вздохнув с облегчением, немного подумав, Се Лянь предложил следующее.