Слабое звено

      Ненависть считалась грехом, если только это не ненависть к еретикам и нечисти, противным Лераусу. Считалось, что часто гневающиеся люди находятся под властью демона, и им было необходимо обратиться за помощью священнослужителя. Паладины обязаны любой ценой отвергать её. Но дежурство Кэтрин всем сердцем ненавидела.       После утренней мессы и короткого завтрака, послушники отправляются либо в библиотеку, где изучают молитвы, священные печати, отгоняющие нечисть, либо на тренировочную площадку, практикуясь в управлении оружием, также отгоняющем нечисть. После этого некоторые паладины шли на дежурство в коридоры или на выходы из собора. Вход было положено охранять вдвоём, из-за чего приходилось долго говорить.       Кэтрин весьма любила поговорить, а, узнав в соборе столько о Лераусе и устройстве сотворённого им мира, вообще постоянно хотела обсудить с остальными послушниками узнанное. Но держать голос низким было трудно, так как сильно напрягало горло, да и в порыве обсуждения чего-либо Кэтрин могла как-то забыть об этом.       А товарищ всегда пытался скрасить тишину, завязав разговор. Кэтрин понимала, что человек может подумать, будто ей неприятно его общество, раз она односложно отвечает на все вопросы, но она просто боялась в любой момент выдать себя. Особенно сейчас, когда она зашла так далеко.       — Так, куда ты отправишься, когда станешь странствующим паладином? — вновь спросил Эргеб.       Кэтрин очень хотелось ответить на этот вопрос. Она хотела рассказать, как отправиться в самые дальние земли, где люди умирают от лап монстров, а верующих ущемляют безбожные дворяне. Хотела сказать, как защитит этот мир от врагов Лерауса, всё время пытающихся разрушить Его творение. Однако из рационализма была вынуждена сказать лишь:       — Не знаю.       Эргеб вновь умолк, решив, что с ним не хотят говорить.       Сегодня, за счёт того, что их ждёт обряд посвящение, их сменят гораздо раньше, поскорее закончив страдания и Кэтрин, и Эргеба. Но ждала Кэтрин совсем не этого.       Тайный ход находился с солнечной стороны, из-за чего пот, часто наступавший во время постоянного ношения тяжёлой брони, уже лил рекой по спине девушки. От жары спасал только прекрасный вид: среди холмов и густого леса у моря стоял город Нецея, где жизнь такая же яркая, как улицы. Прекрасный город, который всей душой хотелось хотя бы раз посетить. Однако он прогнил огромным количеством воров. Кэтрин хотела после посвящения первым делом отправиться туда и освободить жителей от тирании этих преступников, хотя они и не входят в обязанности паладина.       Уже около полудня на горизонте замаячила фигура в тёмном балахоне, идущая по холмам в сторону собора. Эргеб удивился, что кто-то идёт не к главному ходу, а запасному, и на всякий случай положил руку на рукоять меча. Кэтрин же к своей булаве пока не тянулась.       С каждой секундой фигура становилась всё более отчётливой. Из чёрной точки она превратилась в горбатую старуху, идущую с такой скоростью, какую только позволял ей её возраст. Её тяжелое дыхание было буквально слышно уже за километр. Долг паладина велел им незамедлительно кинуться к ней на помощь, однако, как дежурящие послушники, они не имели права покидать свой пост дальше, чем на десять метров. Пришлось ждать, пока она сама не подойдёт.       — Добрые молодцы! — кричала она безнадёжно, подойдя достаточно близко, чтобы они её услышали. — Прошу вас, помогите старой женщине! На мою деревню напал демон! Огромный, волохатый, злобный демон!       — Д-демон?.. — Хоть лицо Эргеба и было скрыто за шлемом, Кэтрин знала, что у него наверняка глаза на лоб полезли.       — Эргеб, быстро зови паладина Эрика и осведоми обо всём приора Раха! — жёстким голосом скомандовала Кэтрин. — Я помогу этой женщине.       — Есть, Кэтар!       Голова в шлеме с лязгом кивнула, и Эргеб помчался внутрь, едва не забыв закрыть тайный ход.       Оставшись с Кэтрин наедине, женщина ещё какое-то время отдышалась, потом глубоко вздохнула и выпрямилась, став ненамного выше, чем раньше. Испуганный вид сменился ехидным, а сама довольно взглянула на паладина.       — Кэтар, значит? — произнесла она, дотрагиваясь до морщинистого подбородка. — Не долго ты думала над своим псевдонимом.       — Ой, помолчи. — Кэтрин смягчила голос.       — Нет, вы посмотрите — пять лет не видела родную тётку, так вместо здравствуй ещё и хамит!       Тётушке Мэри было под семьдесят, но двигалась она и притворялась так же ловко, как в свои лихие пятьдесят с хвостиком. По внешности, конечно, она выглядела на все восемьдесят, но Лераус в помощь тем, кто хоть намекнёт ей о том, что она не моложе шестидесяти. Но если честно, хоть седых волос на покрытой платком голове почти и не осталось, а морщины заполонили её лицо, в глазах этой старушки горел юношеский пыл.       — У нас очень мало времени, — говорила Кэтрин. — Ты принесла?       — Принесла, принесла. Сама сварила из трав, по которые сама в лес ходила, — тётка достала из внутреннего кармана пузырёк с зелёной жидкостью.       — Послала бы кого-то из мужчин, пожалела бы свои старые ноги.       — Слышь, ты кого старой назвала! Да и на наших парней положиться нельзя, лаконос от ежевики отличить не могут, ужас.       — А оно точно сработает? — недоверчиво спросила Кэтрин, взяв и рассмотрев пузырёк.       — Ишь, тебя в монастыре что, скептицизму учили?       — Соборе…       — Неважно. Семь лет назад сработало же? Так вот и теперь должно сработать.       Тётушка Мэри хоть никогда о Лераусе разговор не заводила, но о священнослужителях часто отзывалась негативно. Возможно, из-за её профессии — бедную зельеварку часто прозывали богопротивной ведьмой. Кэтрин же знала, что зелья Мэри спасли не один десяток людей от долгой смерти, а её оборотное зелье и само выручило девушку однажды. Теперь все надежды вновь были на неё и на волю Лерауса.       — Спасибо тебе огромное, — нежно произнесла девушка, пряча пузырёк в кармашек на поясе. — Сейчас у меня ничего нет, но клянусь, после посвящения…       — Ой, да угомонись ты! — Старушка с улыбкой махнула рукой. — Я что, племяшку свою не выручу? Ох, видела бы тебя сейчас твоя мама…       Их разговор прервал звук множественных тяжёлых шагов, быстро приближающихся к двери. Кэтрин мигом вернулась в свою роль паладина Кэтара и действовала по сценарию.       — Где демон? — проорал старший паладин Эрик, чуть не вышибив дверь. — Говори, женщина, в какой деревне демон?       — Демон? Какой демон? — Мэри мастерски сделала совершенно невинный вид, как будто забыла куда положила свои очки. — Ах, да, был один демон лет двадцать… нет, двадцать пять назад… Или то был пёс?..       Паладины уставились на женщину, как на умалишённую. После ещё нескольких вопросов, старший паладин решил, что бабка на старости лет совсем из ума выжила, и отправил её обратно домой в сопровождении одного паладина.       Уходя, он кивнул Кэтрин и Эргебу и сказал:       — Закат уже через несколько часов. Готовьтесь к смене.       Их действительно сменили старшие паладины, давно прошедшие ритуал, уже через час. Кэтрин, Эргеба и других послушников направили по комнатам, дабы они смогли в последний раз проститься со своей старой жизнью.       Кэтрин села за стол, разглядывая загадочный пузырёк. Точно из такого же она испила перед принятием в послушники. Тогда метаморфозы, вызванные им, так никто и не заметил.       Кэтрин ещё раз помолилась перед тем, как откупорить флакон и затем залпом его выпить. Зелье было неприятно на вкус, хотя по вкусу чем-то магическим девушка его бы и назвала.       Тем не менее, эффект отвара начал проявляться уже в первые секунды. Кэтрин почувствовала ужасное напряжение по всему телу, включая лицо, мышцы начали дрожать как после двадцатиминутной планки.       От неожиданно накатившей боли девушка свалилась со своего стула, начав биться в ужасных конвульсиях, с трудом подавляя крик. Послушница вновь начала молить Лерауса о поддержке.       Наконец, после нескольких мучительных минут тело Кэтрин вернулось в спокойное состояние. Поднявшись, в зеркале она увидела не себя. В нём был виден крайне похожий на неё молодой парень, с всё ещё чересчур нежными для мужчины чертами лица, однако никак не женственными.       Тело также претерпело изменения. В зеркале этого не было видно, так как торс скрывался под толстой бронёй, но Кэтрин хорошо ощущала метаморфозы. Её грудь стала плоской, плечи едва заметно расширились, а размер ноги увеличился чуть ли не вдвое. Оборотное зелье тётушки Мэри сработало даже лучше, чем в прошлый раз. Теперь кто-угодно спутает её с молодым парнем. Единственным, что могло её выдать, оставалась пышная пепельная коса, которая смотрелась подозрительно на юноше. Её послушница немедля срезала ножом, спрятав внутри подушки.       Волосы Кэтрин, которые раньше воспевались окружающими, теперь выглядели неряшливо. Но игра стоит свеч — теперь ничто не сможет помешать девушке стать паладином.       В дверь постучали, и голос старшего паладина доложил о том, что пора идти. Кэтрин убрала последние следы своего превращения, оставив после себя идеальный порядок, надела шлем — без косы это сделать было намного легче — и отправилась на посвящение.