Пари с подвохом

      Порыв вечернего ветра растрепал волосы Лили и выдернул из потока воспоминаний. Она слегка покачала головой, фокусируя взгляд. События прошлого до сих пор отдавали неприятным ощущением, которое, однако, за эти годы значительно притупилось. — Как Рейчел? — неожиданно спросила Лили, продолжая задумчиво наблюдать за далекой автотрассой. — Рейчел? — удивленно переспросил Дин. — Это кто? — Брось, — улыбнулась Лили, положив локти на ограждение, — а то ты не знаешь. — Я бы не спрашивал, если бы знал. — Та белобрысая девочка, с которой ты был в баре через некоторое время после того нашего разговора, — она особенно выделила последние слова.       Кажется, Дин понял, о каком разговоре и временном промежутке она говорила. Он чуть напрягся, а затем ответил: — Я видел тогда ее последний раз. — Да ну? — выгнула бровь Лили. — Девочка на одну ночь? Почему я не удивлена? Хотя, это сугубо твое личное дело, конечно. — Послушай, я знаю, что сейчас это не окажет никакого влияния на наши нынешние отношения — оно и ни к чему — но мне просто хочется объяснить, что произошло тогда. Чтобы не было недомолвок и обид. — Обид нет уже давно, — вздохнула Лили, — в отличие от недомолвок. Рассказывай. — В тот вечер я познакомился с девушкой. Ну, как девушкой — мимолетная тусовщица, коих тысячи и тысячи. Мы разговорились и присели на диван, — он сделал небольшую паузу, словно что-то вспоминал. — Было понятно, что ей нужно, судя по навязчивому поведению и откровенному платью. Я поддерживал непринужденный тон беседы, но в койку тащить ее не собирался.       Дин замолчал и отвернулся. Упоминать о том, что сама Лили была причиной его плохого настроения он не стал. Слишком сложную гамму эмоций он испытывал по отношению к ней. По большей части жалость и щемящее чувство сочувствие. А еще нежелание разочаровать. Нежелание разбивать детскую картину мира. Сейчас они встретились спустя несколько лет и Лили, кажется, почти не поменялась — разве что стали чуть заметнее морщинки у уголков глаз. Движения ее остались такими же резкими порывистыми, даже несмотря на прошедшее время.       Дин действительно был рад ее видеть — особенно сейчас — ведь все это время он ясно ощущал чувство вины. И Рейчел ту он помнил прекрасно — чувствовал, что что-то не так. Пытался найти на нее информацию. Только ничего особо не вышло.       А ведь Лили заслуживала знать правду. Даже если правда была больной. — Продолжай, — негромко попросила она, не делая попыток оборвать разговор. Это хорошо.       Собраться с мыслями оказалось нелегко. — Она — Рейчел — как-то нервничала все время, озиралась. Будто ждала чего-то, не знаю. В любом случае, когда она сама полезла целоваться, мне не показалось это чем-то естественным.       Лили слушала его спокойно, кажется без единой эмоции на лице. Ни удивления, ни раздражения, ни облегчения. — В любом случае, я бы не хотел бросать глупых фраз в стиле «это не то, что ты подумала». Подумать там можно было лишь одно — я понимаю. Просто хотелось, чтобы ты знала, что это лишь случайность. Глупая, неловкая и непонятно для чего совершенная. — Ты не обязан оправдываться, — наконец, ответила Лили, — и ничего мне не должен. Я лишь выдумала красивую картинку и сама же создала себе страдания. Что было тогда — уже неважно. Но я постараюсь тебе поверить. — У тебя все хорошо? — негромко спросил Дин. — Просто за все эти годы много чего произошло. — Я замужем, — хмыкнула Лили и показала правую руку. — А кольцо выкинула в реку вскоре после свадьбы.       Дин медленно повернулся к ней и покачал головой. В его глазах появилось понимание. — Джейсон, да? За него вышла?       Увидев удивленный взгляд Лили, он пояснил: — Зная тебя, такой импульсивный поступок — самое то. Чтобы хуже было. И как оно: стоило того?       Она глубоко вздохнула и слегка поникла, вновь переводя взгляд на открывающийся вид. — Удовлетворения это мне не принесло. Страданий тоже. Так что все даже хуже — этот брак просто пустое место. И ощущение времени, слитого в трубу. Но не могу сказать, что мне это не помогло: за годы жизни с Джейсоном я многому научилась и многое поняла. Наверное, я бы не была тем человеком, коим я являюсь сейчас без этого. — Хочешь, чтобы мое чувство вины было перманентным? — А оно разве не такое и есть? — чуть улыбнулась Лили. — Ты всегда за всех переживаешь.       На этих словах Дин помрачнел и отвернулся. Лили поняла, что затронула какую-то болезненную тему и ощутила укол совести. Мало ли что у него случилось за эти годы? Проблемы ведь могут быть не только у нее, в конце концов.       Но спрашивать не стала. Не ее это дело, да и не стоит бередить чужие раны. Для начала нужно зашить свои собственные.       Мысли бегали одна к другой: Джейсон, Рейчел, собственная импульсивность, родители, Дин…       Джейсон, Рейчел, собстве…       Джейсон.       Рейчел.       Глаза Лили расширились в немом изумлении. Простая и такая очевидная мысль выбилась из общего потока, превращаясь в основную. В ответ на вопрос, стоявший долгое время. — Что-то случилось? — обеспокоенно спросил Дин и коснулся ее плеча. — Ты побледнела. — Я-я, — заикнулась Лили, пытаясь взять себя в руки, — мне нужно кое-что срочно проверить. Прости, что вот так резко убегаю, но это очень-очень важно. — Я понимаю, — согласился он, — но занеси хотя бы мой номер телефона, может, пригодится.       Спорить Лили не стала. К тому же было стойкое ощущение, что им необходимо встретиться вновь в ближайшее время. А последние годы интуиция ее не подводила.       Домой она шла словно в тумане. В голове мучительно крутилась одна и та же догадка, одно и то же лицо. События многолетней давности вновь всплывали в памяти, кусочки пазла настойчиво пытались собраться в единое целое. И собирались.       Лили сжала руки в кулаки и медленно выдохнула. На секунду остановилась, позволяя себе раствориться в городском гуле и свете вечерних вывесок. Почувствовать, что она — лишь элемент системы. Бракованный и давно стертый.       В дом она вошла громко хлопнув дверью. Сейчас комфорт родителей и дорогого мужа волновал ее в последнюю очередь. Из гостиной показалось мать — она не спала, но выглядела удивленной. Быстро окинув Лили взглядом, она неожиданно не стала задавать никаких вопросов. Не стала читать нотаций.       Лили впервые за долгое время показалось, что мать ее поняла. Прочитала во взгляде сочившуюся злость и мгновенно определила, кому она адресована. И не стала мешать. — Джейсон наверху, — отчего-то тихо произнесла она.       Когда Лили была у подножия лестницы, мать вновь окликнула ее. — Мы можем поговорить после… этого?       Лили на секунду смешалась, удивленная ее внезапным порывом. Хотелось верить, что в их отношениях еще может что-то поменяться, но в данный момент клокочущая ярость затмевала все другие эмоции. — Не знаю, — честно ответила Лили. — Не уверена, что вообще захочу кого-либо видеть.       Одна ступенька.       Вторая.       Третья.       Через две наверх.       Левая дверь по коридору. За ней — тишина.       Стучаться не стала — не тот это человек, с которым стоит утруждать себя правилами вежливости. Не тот это человек, с которым стоило связывать свою жизнь. — Лили? — Джейсон сидел в кресле и как ни в чем не бывало пялился в телевизор. Там шло очередное политическое шоу, которое она ненавидела всеми фибрами своей души. Лучше бы смотрел бибиси. А еще лучше — энимэл плэнэт. — Ты чего такая нервная? — Не поверишь, — угрожающе низко ответила она, прикрывая дверь. — Просто не догадаешься.       В ее голосе сквозил не сарказм, нет, сквозило неприкрытое презрение. — Что случилось? — вновь повторил он, переключая ненавистный канал. В комнате царил полумрак, освещаемый лишь периодически мигающим экраном телевизора. — Ты случился в моей жизни, — неожиданно спокойно ответила Лили, — твои родители случились в моей жизни. Твоя глупая влюбленность, скорее смахивающая на одержимость, случилась в моей жизни. Этот глупый брак, похожий на газовую камеру случился в моей жизни. Продолжить?       Джейсон медленно встал, вмиг помрачнев, и подошел к Лили. Теперь их разделяла пара футов. Он заговорил спустя несколько долгих минут: — Хоть раз перестань говорить загадками, обвиняя всех вокруг. Скажи все напрямую, Лили, и станет проще.       Она горько ухмыльнулась и сделала шаг назад. — Я не думала, что ты настолько подлый. Грубый, недалекий — да, но чтобы так… Скажи, зачем было придумывать всю эту схему? — Какую схему? — кажется, Джейсон продолжал строить из себя дурака. Или ждал, когда все скажут вслух. — Ты решил узнать, что же скрывается за моими отношениями, — размеренно начала Лили, словно читала сказку, — для тебя было непонятно, что за парень появился рядом со мной. Как это: Лили, на которую ты построил уже вполне прозрачные планы, вдруг начинает встречаться с каким-то щеглом!       Джейсон молчал, не отводя взгляда. — Некоторое время ты наблюдал за мной и Дином, — продолжила Лили, — и либо ничего не нашел, либо заподозрил что-то неладное. В любом случае нужно было выяснить подноготную всего этого. У меня, конечно, выведать бы не получилось, как и у мамы, поэтому пришлось действовать иначе. Догадываешься, о ком я говорю?       Джейсон сглотнул и медленно покачал головой. Про себя Лили отметила, что играет он все же неплохо. Куда лучше, чем строит отношения с девушками. Телевизор на заднем фоне бормотал что-то неразборчивое, но Лили до этого уже не было ровным счетом никакого дела. — А как же Рейчел? Или скажешь, что не знаешь ее? — с улыбкой спросила она. — Рейчел… — в смятении повторил он, чуть отвернувшись. — В мире много девушек с таким именем. — О, я говорю о конкретной Рейчел, — чуть повысила голос Лили, — о нашей секретарше из редакции. — Я не знаю ее, — отчеканил Джейсон. — С чего ты вообще решила, что я должен быть с ней знаком? — Я все думала, кого же она мне напоминает, — протянула Лили. — Было в ней что-то неуловимо знакомое: жесты, голос, манера вести разговор. Внешность, в конце концов. Словно чья-то калька. Я все не могла понять или просто гнала такие мысли. Но сейчас, после одного… разговора, меня осенило. Все это время Рейчел напоминала мне тебя, Джейсон. Те же чуть кудрявые светлые волосы, серые глаза… отсутствие банальной вежливости. Вы же очень похожи. Как я не видела этого раньше — ума не приложу.       Джейсон молчал. Видимо, он не посчитал нужным что-то отрицать или увиливать — просто молчал, потупив взгляд в пол. — Она какая-то твоя родственница? — вновь спросила Лили. — Только не лги — я это сразу почувствую.       Джейсон вздохнул и отошел к окну. Теперь он стоял к ней спиной, загораживая свет от уличных фонарей, пробивающейся через неплотный тюль. Разговор принимал новый оборот — правда, не такой напряженный, как Лили предполагала изначально. Ярости больше не было — только какой-то внутренний, истерический смех. — Да, Рейчел и правда моя кузина. Дальняя, но все же, — наконец, глухо произнес он, не оборачиваясь. — Ты все верно подумала. — Замечательно, — потерла виски Лили. — Все это время я работала и общалась с твоей кузиной, еще и разбалтывала ей секреты. Ты специально подослал ее, чтобы выяснить про мои новые отношения, верно? — Верно, — эхом отозвался Джейсон, и его спина чуть напряглась, — мне нужно было знать правду. — Теперь понятно, откуда она так удачно угадала, какая ваза понравится твоей маме, — горько усмехнулась Лили. — Рейчел же знала ее как свои пять пальцев. — Ваза? — удивленно спросил он и, наконец, повернулся. — Это сейчас неважно. Важно то, что ты буквально заслал ко мне родственницу, чтобы разбить отношения. — Которых не существовало, — возразил Джейсон. — Я знаю, что это был глупый спор, чтобы позлить меня. — О, какого ты о себе мнения, — присвистнула Лили и подошла к нему вплотную. — Где же твоя уверенность была годы назад? Не нашел достойных средств, поэтому прибегнул к грязной игре? Хорош, ничего не скажешь. — А ты играла честно, Лили? — чуть улыбнулся он. — Ты хоть раз поговорила со мной искренне, без уловок? Объяснила ситуацию? — Издеваешься? — на миг потерялась свою невозмутимость она. — Я талдычила тебе это на протяжении многих лет! Говорила с родителями — твоими и моими — прямым текстом кричала, что не хочу иметь с тобой ничего общего. И теперь такие заявления? — Ты просто избалованная девочка, Лили, — покачал головой Джейсон. — Ты открещивалась от меня последние годы, да. Но перед этим подпускала ближе, давала шанс и хихикала на семейных праздниках, когда разговор заходил о наших отношениях. Тебе казалось, что я твой щенок, который всю жизнь просидит у ноги и никуда не уйдет. С ним можно делать что хочешь — отталкивать и приманивать снова — и ничего за это тебе, Лили, не будет. Уже забыла, как ходила со мной на выпускной в старшей школе? Как потом говорила, что этот вечер был приятным времяпровождением? Ты думала, что я твоя собственность, но стоило мне начать требовать чего-то в ответ, на что-то посягать…       Он на миг замолчал. — Как тебе начало казаться, что я преследую. Ведь играть всеми можешь лишь ты.       Лили испуганно замерла. Речь Джейсона словно выбила почву из-под ее ног: такие простые, но обидные слова оседали где-то внутри. Она бы ни за что не захотела признавать — даже под дулом пистолета — но в чем-то Джейсон был прав. И это осознание оказалось шокирующим. — Зря что ли твоя мама вела все эти разговоры о свадьбе? — заметил Джейсон, глядя на нее. — Ты сама давала повод. — Неправда, — упорно заспорила Лили, — то, что в нашем дружеском общении тебе показалось что-то большее — не моя проблема. Это не повод преследовать человека. — Я был готов сделать все, чтобы ты вышла за меня замуж, — негромко произнес он. — Особенно больно было оттого, что до некоторого времени я думал, что это взаимно. Но ты решила сделать вид, что ничего не происходило — тогда я разозлился. На себя, на тебя, на этого Дина. А мне просто нужна была ты, Лили. Я бы положил все к твоим ногам. Ведь любил тебя, люблю и буду продолжать любить несмотря ни на что.       Она рассмеялась. — Именно поэтому ты спал почти с каждой секретаршей моего отдела, да? — Когда раз за разом получаешь отказ от любимой женщины, приходится искать тепла на стороне, — покачал головой он. — Это были всего лишь грелки для постели, Лили. Видеть ненависть в твоих глазах каждый день — невыносимо. Я давно понял, что наш брак — лишь истязание. В тот самый день, когда заметил, что ты не носишь обручальное кольцо. — А я обязана? — Нет, не обязана, — вздохнул Джейсон. — Но было бы честнее по отношению к нам обоим просто сказать правду. И никого не мучить. Ни себя — живя с нелюбимым человеком. Ни меня — видящего несчастную жену каждый день. — Если бы ты понял, что я ничего к тебе не испытываю, если бы ты понял, что даже с Дином, которого я знала всего ничего меня связывало большее, все было бы проще. — Не завидую этому человеку, — ответил он. Они все еще стояли максимально близко друг к другу. — Втянули в глупую игру, заставили играть другую роль. К чему все это было, Лили? Ты действительно считала, что кто-то поверит в этот спектакль? — Ты же поверил, раз решил подослать Рейчел. — Которая справилась на отлично, нужно признать. А тебе, дорогая, стоило поискать более надежного «жениха» для прикрытия. Который не станет целоваться с первой встречной в баре. — Как же это мерзко, — улыбнулась Лили, — прислать мне то самое сообщение, чтобы я пришла и увидела это. Но ничего тогда не изменилось, Джейс — я так и испытываю к тебе чувство глубокой неприязни. А Дин человек свободный — он волен делать, все что хочет. Жаль, что иногда мне не хватает на этого смелости.       Джейсон вопросительно поднял бровь. — Ты о чем? — О том, — Лили ткнула пальцем ему в грудь, — что я с тобой развожусь. Хватит спектакля, как ты сказал. Можешь собирать вещи и проваливать с квартиры. Все равно она зарегистрирована на меня. — Но… — в его глазах промелькнул ужас, — как же так? А родители?.. — А что родители? — Лили отступила. — У тебя они обеспеченные, найдут, чем порадовать сынка. Думал, что эта афера останется тайной? Что я буду продолжать терпеть твое присутствие после такого? — Лили, послушай, — он сделал попытку взять ее за запястье, но Лили вырвала руку, — мы можем начать все иначе… — Можем, — бросила она перед тем как выйти из комнаты, — со следующей недели мы это и начнем. Подальше друг от друга.       Джейсон остался один.       На заднем фоне продолжал бормотать телевизионный канал.       Часы пробили начало второго ночи.

***

      Они встретились буквально через полчаса — Дин все еще находился в городе и сразу ответил на звонок. Угол улицы был хорошо знаком — здесь они сидели после ужина с родителями Лили много лет назад. От ностальгии кольнуло в груди. — Привет еще раз, — поздоровалась она, — спасибо, что согласился приехать. — Я же говорил, что номер телефона еще пригодится, — ответил Дин. — Что-то случилось? — Случилось, — подтвердила Лили, обняв себя за плечи. — Я поговорила с Джейсоном. Проверила кое-какую догадку.       Видя его вопросительный взгляд, она поспешила объяснить: — Рейчел — кузина Джейсона. Он подговорил ее втереться ко мне в доверие и устроить все это. — Серьезно? — нахмурился Дин. — Все это время он водил тебя вокруг пальца? — Скорее это делала я сама, — смущенно ответила Лили. — Прости, что не поверила. Я должна была дать тебе возможность извиниться. — Ничего, — улыбнулся он. — Я понимаю, как это смотрелось со стороны.       Неожиданно Лили спросила: — Что у тебя случилось, Дин? Там, на крыше, я заметила, что ты все время печален. И печаль эта не из-за нашей встречи. Что-то более давнее. Какая-то застарелая боль. — Все сложно, — глухо ответил он и отвернулся.       Лили ясно поняла, что между ними уже нет той связи, что была много лет назад. Да и с чего ей быть? Сейчас — практически чужие люди. Практически. Но не совсем. — Что-то с Сэмом? — с тревогой спросила она.       Дин чуть дернулся, но быстро ответил: — Нет. Он в порядке. — Хорошо, — кивнула Лили. — Передай ему, чтобы берег себя. Куда же мы без его светлой головы. — Обязательно. А что насчет тебя? — А что? — улыбнулась Лили. — Мы с тобой в свое время были дураки. Преимущественно я, конечно. Пыталась справиться со своими травмами, втянула тебя во все это… Знаешь, мне кажется, что я все-таки что-то испытывала к тебе в то время. Но ни о чем не жалею — все сложилось так, как должно было. — Лили… — Дин коснулся ее плеча, и печаль в его глазах стала глубже, — ты замечательная девушка и я очень рад, что когда-то встретился с тобой. В свое время мне хотелось защищать тебя и оберегать от проблем, но, кажется, это никогда не было чем-то похожим на глубокие чувства. — Я понимаю, — закивала Лили головой, — об этом и говорю. Было бы странно встретить любовь всей своей жизни и с первого взгляда влюбиться, правда? Обычно все как-то сумбурно: ты думаешь, что этот человек в твоей жизни ненадолго, вы с ним не ладите. А, может, вообще убить друг друга хотите, — засмеялась она. — А потом время идет, и ты понимаешь, что вот он — этот человек, с которым тебе комфортно. Спокойно. Хорошо. Словно дома.       Дин болезненно поморщился и вновь отвел взгляд. — Долгий это процесс. И точно не про нас, — добавила она. — Ты права, Лили. Очень надеюсь, что однажды тебе удастся встретить такого человека. — Как и тебе.       Спустя несколько секунд молчания Дин вновь заговорил: — Ты держись за свою семью. Я помню, что у вас было много разногласий, обид, споров, но поверь, однажды их может просто… не стать. И это очень больно. Лучше сделать первый шаг сейчас, чем жалеть потом.       Лили посмотрела на него словно по-новому. Заметила, каким осунувшимся, разбитым и усталым он выглядел. Поняла, что случилось что-то очень плохое. Что-то, по сравнению с чем ее проблемы — сущая ерунда. Внутри проснулось сочувствие. — Я попробую прислушаться к твоему совету. Придется переступить через себя, но, может, оно того стоит. Посмотреть на все под другим углом. Не притворяться, а искать настоящие чувства. — И не молчать, — негромко добавил Дин. — Что?       Подул приятный ночной ветер, слегка играя с полусобранными волосами Лили. На секунду она вновь ощутила себя беззаботным подростком и прикрыла глаза. — Не бойся сказать чего-то вслух. Потом может быть поздно.       Она открыла глаза и вновь посмотрела на него. Слова отпечатались в подсознании на долгие годы. И, возможно, это — один из самых ценных советов, что Лили когда-то получала. Однако она очень не хотела знать, что сподвигло Дина сделать такой горький вывод. — Обещаю, — прошептала Лили и обняла его. — И спасибо тебе за все. Правда. Я очень хочу, чтобы вы с Сэмом были счастливы. Потому что заслужили как никто другой.       Дин обнял ее в ответ и благодарно кивнул, утыкаясь волосы. — Станете дальше спасать мир? — Искать ребенка Сатаны, — усмехнулся он. — Что, — поперхнулась Лили. — Опять твои шуточки? — Если бы шуточки. Но нет. Люцифер решил заделаться папашей. — Оу, — Лили смешалась. — Не знаю, что тогда сказать. Просто пожелать удачи будет мало. Тогда надерите ему задницу. Вы же Винчестеры. — Всем бы твой оптимизм, Лили. Сама не желаешь сменить вид деятельности? — О нет, — отмахнулась она. — Для начала разведусь, поговорю с родителями. А там… не знаю. Наверное, вернусь в Калифорнию. Но перед этим заскочу в Нью-Йорк к Эмме. Давно хотела ее навестить. В общем — обычная человеческая скучная жизнь. — Иногда это лучше, чем мочить монстров, — засмеялся Дин. — В любом случае, если попадешь в неприятности, у тебя есть нужный номер. Я всегда помогу. — Спасибо, — искренне ответила Лили. — Но, надеюсь, что никогда не попаду в такие обстоятельства.       Фонарь испуганно заморгал, и Лили засмеялась, вспоминая прошлое. — Опять демоны? — Если только в службе, отвечающей за освещение улиц.       Разговор плавно сходил на «нет», поэтому Лили четко поняла, что пора прощаться. Похоже, уже надолго, если не навсегда. — Береги себя, Дин. И брата. И весь мир, как вы это обычно делаете. Я в вас верю. И знаю, что с такими горе-охотниками могу спать спокойно, — вздохнула Лили. — Просто пусть все будет хорошо. — Это взаимно, мисс Джонс, — грустно улыбнулся он. — Найди, наконец, свое счастье и не думай о чужом мнении. Ты такая, какая есть и это прекрасно. Просто живи, а остальное оставь нам. — Я… постараюсь.       Обратно Лили шла с чувством щемящей грусти. Расставания — всегда больно. Но грусть эта была приятная, обволакивающая. Впервые за много лет в душе Лили царил покой. Очень многие вопросы нашли свой ответ. Впервые за много лет Лили поняла, кто она есть.       Дин был важной страницей в ее жизни. Благодаря нему она многое осознала и ко многому пришла. Наверное, такие люди даются не каждому на жизненном пути. Хорошо, что они встретились в том непримечательном баре много лет назад. Хорошо, что повлияли друг на друга. Хорошо, что не перешли черту.       Теперь перед Лили открывался новый горизонт. Жизни, в которой хозяйкой будет лишь она. Жизни, в которой не будет предрассудков, чужого влияния и слез. Жизни, которую она всегда хотела. Без сторонних указаний, мнений и советов. Без глупых предложений и детской наивности. Без желания кому-то что-то доказать. Просто потому что цельной личности это не нужно. На то она и цельная.       Вокруг тихо пели сверчки, а небо в ту ночь было прозаично ясным и чистым. Два человека расходились по разным сторонам улицы. Каждый к своей собственной жизни. Такой разной и похожей одновременно.       Она — к свободе и самодостаточности без оков.       Он — к бесконечному грузу ответственности и попыткам справиться с болью, спасая других.       В календаре значился конец мая две тысячи семнадцатого года. С момента их первой встречи прошло пять лет.