Пари с подвохом

      Постепенно втягиваться в рабочий ритм — дело не слишком простое. Особенно когда в твоем офисе пару недель была неисправна вентиляция, вследствие чего выдался внеплановый отпуск. Для Лили отпуск этот особо не почувствовался — она толком и не работала до этого.       Сумбур, творящийся в последнее время, не давал нормально все взвесить и оценить. Работа у Лили вроде и присутствовала, вроде она и стала самостоятельной, вот только радости от этого было немного. Точнее, практически вообще не было.       Девушка двадцати пяти лет, бегающая от своих родителей и пытающаяся им что-то доказать — зрелище смехотворное. Поняла она это только потом. Вот только сейчас на улице стоял ноябрь — глубокая осень, которая, впрочем, в Канзасе не сильно чувствовалась. Хотя, ладно, чего врать: чувствовалась.       Лили раскрыла черный зонт и быстро сбежала по ступенькам: сегодня сыпал мелкий дождик, как и всю неделю до этого. В голове было пусто и удивительно легко. За последние пару месяцев много что произошло, начиная от юбилея мисс Андерсон и заканчивая очередным заданием по спасению Вселенной.       И если юбилей закончился вполне сносно — они смогли обставить все так, словно Джейсон изрядно набрался, и по-тихому улизнуть — то последний пункт был посложнее. Не для Лили, конечно. Она не была охотником или какой-нибудь магической тварью (прости, Кастиэль), чтобы вмешиваться во все это, но все равно чувствовала ответственность. Пару недель назад Сэм и Дин куда-то уехали, предварительно предупредив о своем временном отсутствии, объяснив это острой необходимостью какой-то «зачистки». Что предполагала некая «зачистка» сказано не было, впрочем, как и то, куда они направляются.       За это время Сэм стал для Лили действительно человеком, похожим на друга. Того, с кем можно поделиться тревожащими мыслями. Того, кого так не хватало долгое время. С ним было просто и понятно — улыбчивый, добрый и открытый — он не мог не располагать к себе.       Чего нельзя было сказать о Дине.       Отношения у них с Лили складывались весьма странно — не считая глупой сделки, конечно — чередуясь черными и белыми полосами. Чаще всего ей было спокойно и интересно рядом с ним, но периодически очень четко ощущался их разный взгляд на мир. На мир, на взаимоотношения, на семью, да практически на все. Лили не могла понять его в полной мере — понять, как можно спать с пистолетом под подушкой и банкой святой воды под кроватью.       Но вместе с этим Лили ощущала и иное чувство, которое, надо отметить, ей совершенно не нравилось. И чем ближе подходило осознание, тем больше оно ей не нравилось. А все потому, что так сильно напоминало происходящее с Айзеком в старшей школе.       Трепет, легкое волнение — все это просто не могло закончится хорошо. Но Лили раз за разом откладывала важный разговор, откладывала внутреннее самокопание, так не хотела разбираться в этом. Но долго бежать бы не получилось. Наверное.       Сегодня Винчестеры возвращались. Эта новость принесла Лили несказанное облегчение — известие о том, что братья в порядке однозначно грело душу. Хотелось побыстрее встретиться и обо всем их расспросить. А еще хорошенько отчитать за то, что никак не сообщали о своих делах и местоположении все это время. Нервная система она что, бесконечная?       Адрес встречи только был странный. Местный бар, расположенный не так далеко от редакции. Лили покачала головой, крепко сжимая зонт — это явно не то место, куда хочется заскочить после тяжелой работы. А была ли эта работа тяжелой? И была ли вообще?       Прохожие вокруг хмурились, спешили и старательно закрывались от дождя. Однако на сердце у Лили было светло, ведь погода сейчас не имела особого значения. Через десять минут она стояла у входа в бар и старательно отряхивалась от капель, успевших попасть на пальто и волосы.       Само заведение было удивительно похоже на тот бар в Лебаноне, только выглядело куда достойнее. Отделанное в темных тонах, чистое, с легкой джазовой музыкой — Лили почувствовала, что здесь не так уж плохо. В любом случае, куда лучше, чем в лебанонском клоповнике с кучей пьяных неотесанных мужланов. При воспоминании о том вечере Лили поморщилась. Зачем она вообще туда потащилась. Дура.       Увидев около стойки знакомое лицо, Лили прошла через главный зал и опустилась на соседний стул. Зонт пришлось сложить и убрать в сумочку — раскладывать и сушить его сейчас не было ни малейшего желания. — Привет, — буднично поздоровался Дин, качая стаканом с выпивкой. Про себя она отметила, что это вряд ли был виски. — Привет, — так же буднично ответила Лили, словно это не они не виделись около трех недель. — Где Сэма потерял? — Он не захотел находиться в этом «злачном месте» — хмыкнул тот, прихлебывая. — Моралист. — Ну-ну, может я тоже в некотором смысле моралистка. — А не ты ли меня выловила в почти точно таком же клубе в начале лета? Да и одета в тот раз была явно удачнее. — Чего? — поперхнулась Лили. — Это ты что имеешь ввиду? Нужно было нацепить платье с разрезом до пупка, мачо?       Он еще раз ухмыльнулся и демонстративно обвел рукой публику, собравшуюся здесь: хоть и клуб был более менее приличным, того же нельзя было сказать обо всех посетителях. — Посмотри, Лили, как люди одеваются в такие места. Празднично. А не как на похороны. А ты прямо олицетворяешь фразу «в белом пальто». Культурная. — Я вообще-то только с работы, и не на танцульки пришла, — проворчала она и поправила перчатки. — Могла бы хоть верхнюю одежду снять, невинный ангел, а не сидеть как бедная родственница на чемоданах. — А ты, я смотрю, очень любишь невинных ангелов, — подняла бровь Лили, с удовлетворением подмечая, как тот на секунду смешался. — А вообще, если ты не знал, это не только клуб, но и кафе, которое располагается правее. Может, я сюда пришла, не думал? — Конечно, думал. А еще я думал, что просто не могу не надрать тебе задницу в бильярд. — Чего? — засмеялась Лили, поднимаясь со своего места. — Это как в прошлый раз, да? Из-за которого ты теперь сидишь здесь и изображаешь моего фальшивого жениха. — Честно, мне кажется, я давно уже никого не изображаю, — неожиданно серьезно ответил Дин, отставляя стакан. Лили опешила и нашлась, что ответить. Почему-то появилось чувство легкого напряжения. — Ладно, не дуйся, — поправился он, видя смену ее настроения, — иди, обниму.       Он действительно притянул ее для легкого и быстрого объятия — скорее формального — а затем отстранился и вновь предложил: — Пошли еще раз поиграем. Может, в этот раз у меня получится обойти великого маэстро.       Лили слегка засомневалась, прокручивая в голове кое-какие события, но затем быстро кивнула и согласилась. Пальто и правда пришлось снять — играть в верхней одежде было бы странно и неудобно.       Подойдя к столику, она вздохнула и еще раз улыбнулась. Ситуация явно ощущалась глупой, но, наверное, это было к лучшему. Лишняя разгрузка после тяжелого дня не помешает. И, если что, можно будет кому-нибудь всыпать кием по первое число. От этой мысли Лили хохотнула.       Игра не заладилась для нее самого начала: не слишком точные удары, неудобные позиции и легкая раскоординация. В итоге через двадцать минут Лили официально признали проигравшей: черный шар был отправлен в лунку, а на лице Дина воссияла довольная улыбка. — Что-то ты сегодня не в руках, Лили Джонс, — заметил он. — Теряешь мастерство. — Да я его особо и не находила, — пожала плечами она и хитро посмотрела в сторону. — Ты о чем? — О том, что я надурила тебя в баре тогда как последнего профана, — засмеялась она, глядя на растерянного Дина. — Пить нужно меньше и за положением шаров лучше следить, гений.       Повисло неловкое молчание. — Развела меня, да? — в голосе Дина не слышалось злости, скорее скрытое веселье. — Признаю, впечатлен. То есть, я мог бы не стоять здесь и не выполнять это глупое поручение, верно?        «Глупое» — проскользнуло эхом в голове у Лили. Оно же ведь и правда глупое. Да и не изображали они уже никого давно, наверное. Действительно, заняться, что ли больше взрослым людям нечем? Однако, от этого слово почему-то стало неприятно. — Мог бы и соглашаться, если так не хотелось это делать.       Видимо, обида все-таки проскользнула в голосе. — Я не сказал, что мне не хотелось, — его голос стал тише. — Просто это и правда выглядит довольно странно, как мне кажется. Как-то… — Инфантильно? — закончила Лили за него. — Так? — Да.       Дин был прав. Лили это прекрасно это знала, только менее обидно не становилось. Хотя, обида была скорее на саму себя. И на то, что ей так открыто заявляли о собственной глупости. Мысли, одна за другой, замелькали у нее в голове, смешиваясь в единый серый поток.       Дин шагнул к ней и положил руки на плечи Лили, слегка сжимая их. Момент давно перестал быть веселым, и она почувствовала, как остро накатывает уже знакомая тоска. — Послушай, — заговорил он. — Я не сказал, что ты мне неприятна или я не хочу проводить с тобой время. Если бы это было так, я бы здесь не стоял. Но тебе не кажется, что стоит найти немного другой подход? Так же, как и в нашем общении — не в моих привычках что-то изображать, особенно длительное время.       Лили нервно сглотнула, но ничего не ответила. Неожиданная честность — то, что и так лежало на поверхности — отчего-то ошеломила ее. Весь бар, все люди и звуки резко отошли на второй план. Главным были сейчас ее мысли и его слова.       Дин слегка подался вперед, но Лили резко отвернулась и отступила на шаг назад. Вероятнее всего, он собирался сделать то, о чем она думала уже долгое время, но по какой-то причине этот жест напугал Лили. Напугали и его возможные последствия. Ошибки прошлого так четко встали перед глазами, как и собственное развитое сердце, что Лили сделала еще шаг назад.       Дин удивленно посмотрел на нее, но быстро спрятал проскользнувшую неловкость за обеспокоенным взглядом. Случившееся слегка выбило его из колеи, но эмоции маскировать этот человек умел хорошо. Даже слишком хорошо. — Я-я поняла, — заикаясь, пробормотала Лили, хватая свое пальто. — Спасибо за игру, но мне пора. Нужно перебрать отчеты… да и маме, наверное, нужна какая-то помощь по дому.       Дин хотел что-то сказать, возможно, остановить ее, но Лили уже направлялась к выходу из бара, попутно накидывая верхнюю одежду. Выскочив на улицу, она глубоко вздохнула и прикрыла глаза. Не зря люди сегодня грустные. Не зря сегодня на улице моросит дождь. Не зря сегодняшний день — полная дрянь.       Обратно Лили возвращалась нарочито медленно. Зонта она не раскрывала — он лежал среди кучи прочих вещей в сумке. Лили брела, опустив голову, а по плечам ее белого пальто медленно стекали дождевые капли, падая на щербатый тротуар.

***

— Ты сегодня рано, — заметил Сэм, что-то старательно переписывая, глядя в экрана ноутбука. — На часах всего лишь десять, а ты уже как штык дома.       Слово «дом» на секунду отозвалось в груди Дина приятным теплом. Он отряхнул насквозь промокшую куртку и оглядел бункер с высоты лестницы. Все-таки была в нем какая-то своя неуловимая прелесть. Да пыльный, да старый, но уже такой родной. Хоть жили они тут всего ничего, это место уже получило право называться «домом».       А вообще, дом — это не место. Дом — это люди. Разве не было у Дина дома, когда они с Сэмом постоянно мотались по мотелям, сопровождаемые неожиданными визитами Каса и Бобби? Когда спали в машине, перед этим глядя на бесконечную глубину ночного неба? Конечно, был. И будет всегда. Пока они есть друг и друга. Пока с ними их семья.       Вот только кто в эту семью входит? Дин вновь подумал о Лили и заметно нахмурился. Ей явно не хватало понимания с собственными родителями. Но они у Лили хотя бы были. — Эй, ты чего завис? — вновь напомнил о своем присутствии Сэм. — Еще и хмурый какой-то. Что случилось? — Ничего, — быстро ответил тот и спустился по лестнице. — Небольшие издержки необдуманных поступков. — Чего, — удивленно поднял брови Сэм. — Ты сейчас попытался сказать что-то похожее на умную фразу или мне показалось? — Иди ты.       Дин с грохотом опустил походную сумку на стол и плюхнулся в кресло. Выглядел он уставшим и, кажется, чем-то расстроенным. Сэм чуть внимательнее пригляделся к старшему брату и сделал вывод, что случилось что-то неприятное. Поводов для этого могло быть предостаточно, поэтому Сэм решил зайти с самого свежего и очевидного. — С Лили говорил?       Дин, до этого расслабленно прикрывший глаза, едва заметно дернулся и недовольно посмотрел на брата. Этот взгляд означал одно: не лезь не в свое дело. Так часто бывало, когда Сэм хотел начать неудобный разговор или расспросить его о самочувствии.       Однако, вопреки ожиданиям Сэма, Дин все же ответил — не сразу, но ответил. — Да, поговорили. Продуктивно поговорили, нужно отметить. — Все нормально?       Вопрос был банален до невозможности, впрочем, как и ответ на него. — Да.       Сэм вздохнул. Тянуть клещами из Дина какую-то информацию казалось пыткой. По кусочкам собирать, делать какие-то выводы и пытаться понять общую картину. Но чаще всего никакой информации и вовсе не было. Как сейчас, например. — Не смотри на меня так, — неожиданно произнес Дин. — Мы поговорили, кое-что выяснили. Что-то стало понятнее. — Например? — Например, то, что некоторые люди могут быть семьей — как ты, Бобби, Кас, Чарли — а некоторые — лишь обязательствами. Как Лили.       Сэм ничего не ответил. Да и что тут можно говорить. Наверное, Дину было виднее. Найти подходящих людей бывает очень сложно. Ему ли не знать. — Портить с ней отношения я не хочу, да и к чему, — продолжил рассуждения тот, — знакомые всегда нужны, к тому же девчонка она неплохая. Только вот девчонка-то эта без жизненного опыта. Ничего еще толком не видела. — Такая уж девчонка, — заметил Сэм. — Ей уже двадцать пять. Да и в этом ли причина? — В этом, — уверено ответил Дин. — Я поговорил с ней и еще яснее увидел, что сейчас ей нужны не фиктивные отношения — что вначале мне, признаюсь, казалось весьма забавным и любопытным — а переосмысливание своих отношений с родными и жизни в целом. Я поступил бы глупо, если бы продолжил и дальше вестись на условия Лили, ведь хуже от этого прежде всего ей. Осталось только донести эту мысль. — Как-то это немного… грубо? Не находишь? — Сэм нахмурился, удивленный его монологом. — Я с тобой во многом согласен, но преподнести это можно, наверное, как-то иначе. — Возможно, — устало кивнул Дин. — В любом случае нужно поговорить с ней в ближайшие дни. А пока — ты купил бургеры, как я и просил?       Сэм грустно усмехнулся.

***

      Лили задумчиво выглянула в окно и отметила, что со вчерашнего дня погода улучшилась: сквозь облака проглядывали едва заметные солнечные лучи. Она быстро завязала небрежный хвост и набрала Рейчел.       В последние месяцы она сдружилась с расторопной секретаршей и периодически выбиралась с ней отдохнуть и разгрузиться. Эммы же в штате не было: у ее мужа возникли какие-то дела, связанные с работой, поэтому им пришлось уехать на время. Эта новость заметно расстраивала Лили, но радость за личное счастье подруги все же была сильнее.       Рейчел была сгустком активности. Ни дня не проходило, чтобы она не попадала в какие-то истории или не спешила на какие-то встречи. Лили иногда за подругой не успевала, хотелось остановиться и передохнуть. Но присутствие кого-то, кто мог бы поддержать, изрядно придавало сил.       После случившегося вчера в баре Лили решила, что пора кому-то открыться и рассказать о своих проблемах. Говорят, это помогает. Поэтому через пятнадцать минут она сидела в небольшом кафе и задумчиво смотрела в свою чашку. Рейчел сидела напротив нее и ждала начала рассказа.       Говорить обо всем этом — о Джейсоне, о матери и ее безумных планах, о Дине и том пари, а затем и его последствиях — оказалось тяжелее, чем Лили думалось изначально. Рейчел внимательно ее слушала, изредка кивала или качала головой. Казалось, рассказ очень заинтересовал собеседницу, что слегка напрягло Лили, но придавать значение этому она не стала. Сейчас очень хотелось лишь озвучивать свои мысли и не думать о том, что будет после. — И что ты собираешься делать? — спросила Рейчел. — Какой бардак же в жизни у тебя, Лили. — Не знаю, — честно ответила та. — Но понимаю, что морочить голову себе и другим уже не очень хочется. Подумаю и решу, как поступить лучше. Если я вообще умею поступать правильно. — Умеешь, — уверенно заявила подруга. — И все у тебя получится. Спасибо, что поделилась, это к лучшему.       Лили в очередной раз отметила, что улыбка Рейчел была какой-то смутно знакомой, но списала это на то, что ей просто кажется. В конце концов, некоторые люди копируют что-то у других. Это не преступление. Ну, или бывают совпадения. — Спасибо, что послушала, — Лили отодвинула чашку. — Мне нужно было кому-то пожаловаться. Теперь можно и пойти поработать. Или хотя бы попытаться. — Всегда пожалуйста, — беззаботно и как-то слегка радостно откликнулась Рейчел. — Если что — я к твоим услугам.       Лили кивнула и решила, что день сегодня неплохой.

***

      Три дня спустя Лили сидела на диване и в задумчивости смотрела, на смс, пришедшее с незнакомого номера десять минут назад. Она бы не задумываясь отправила его в спам, если бы не содержание. А содержание было любопытным.       «Приходи сегодня в восемь в клуб «Сириус». Увидишь кое-что очень интересное»       Что-то в этом сообщении заставило Лили напрячься. Даже не его странность — а это было как минимум странно — а легкое предчувствие чего-то плохого.       Все это было похоже на глупую шутку или неудачную провокацию, но девушка продолжала сидеть, поджав под себя ноги и размышлять. Любопытство никогда не было ее добродетелью, а теперь примешалась еще и интуиция.       Указанный клуб был довольно небольшим и не сказать, что роскошным. Странно было указывать его в качестве пункта назначения. С другой стороны, в большом заведении вряд ли можно увидеть что-то необходимое. Если клуб маленький — человек, скинувший сообщение, однозначно что-то знает. Знает и то, что клуб этот расположен недалеко от квартиры Лили. Странное совпадение.       Лили вздохнула и окончательно решила, что нужно сходить. Хуже от этого вряд ли будет, а вот пользу вполне можно извлечь. Или увидеть что-то интересное, как и обещали. Хотя потрясений в последние дни и так хватало. Снова вспомнился день встречи с Винчестерами и неприятный разговор. Лили поежилась и решительно выбросила этот эпизод из головы: не сегодня.       Перед выходом из дома она все же бросила в сумочку перцовый баллончик и складной нож (на всякий случай). Общение с Сэмом и Дином научило ее одному — всегда быть начеку. Не обязательно самый страшный монстр — какая-то сверхъестественная тварь. Порой это обычные люди. И это куда ужаснее.       При входе в клуб Лили вновь охватило странное предчувствие. Что-то похожее на сомнение кольнуло ее сердце, заставив на секунду остановиться. На мгновении захотелось развернуться и пойти домой, но внутренний голос не дал этого сделать.       Лили толкнула дверь и зашла внутрь. На секунду ее ослепил яркий резкий свет и обилие звуков. Она поморщилась и проскользнула в помещение поменьше. В последние время Лили не любила подобные места, как и скопления людей в принципе. Из дома хотелось выходить все меньше, а сидеть под пледом — больше.       Взрослением это едва ли возможно было назвать, но нежеланием больше распыляться — точно. Хотелось лучше сосредоточиться на себе, чем корчить несуществующий образ, устраивающий окружающих. Поэтому клуб, как и различного рода бары теперь вызывали у Лили лишь чувство дискомфорта, перемешанного с неприятными воспоминаниями.       Она оглянулась и вновь отметила, что ничего подозрительного или привлекающего внимания здесь не было. Ну и чего тогда добивались этим глупым сообщением? Просто выставить ее посмешищем. Лили тяжело вздохнула, чуть отодвинувшись от нетрезвого мужчины, стоявшего неподалеку. Глупая все-таки была затея. А интуиция — лишь ерунда, приправленная щепоткой фантазии.       Лили протиснулась сквозь главный зал, и собиралась было уже уйти, как вдруг ее привлек один из диванчиков в соседнем помещении, расположенном слева. Чуть наклонив голову, она присмотрелась и тут же нахмурилась. Очевидно, зрение ее не подводило.       Лили чуть сжала полу своего пальто и выдохнула. Затем медленно и осторожно подошла к стене, разделяющей два помещения клуба, и чуть-чуть выглянула в проем. Отсюда обзор был куда лучше, да и вряд ли бы ее заметили.       На белом диване сидел вполне знакомый ей товарищ — Дин. Ничего необычного в этом Лили бы не заметила (все-таки он любитель выпить и посидеть в таких местах), если бы не один маленький факт: Дин-то был не один. А с девушкой. Что, в общем, тоже не было трагедией, только девушкой этой была Рейчел.       Лили задумчиво рассматривала ее кудрявую шевелюру, уложенную на правую сторону, и думала, что в офисе та в таком виде явно не ходила. Как и в платье в обтяжку с вырезом на бедре. Рейчел явно подготовилась к этому визиту. Сидела она около Дина и активно наваливалась на его плечо.       Лили чуть плотнее прижалась к стене, не выдавая своего присутствия: в один момент ей показалось, что Рейчел, оглянувшись, заметила ее. Но девушка лишь беззаботно рассмеялась и вновь вернулась к своему спутнику.       В груди у Лили шевельнулось странное чувство. Была ли это ревность? Возможно. Но скорее здесь примешивалось и что-то другое. Обида. Обида и непонимание. Она продолжала наблюдать за их милым разговором и в который раз убедилась, что Дин не чувствовал себя расстроенным или виноватым. Наоборот, очевидно, ему весьма импонировала компания Рейчел: он то и дело смеялся, отпускал шутки и подливал себе выпивки в стакан.       Лили не понимала не того, что он гулял с другой девушкой — в конце концов, они официально были друг другу никем, ведь фиктивную сделку никак нельзя называть чем-то серьезным — а того, почему Дин не сказал обо всем напрямую. Для чего было ходить вокруг да около, прикрываясь какими-то благородными мотивами? Выдавливать из себя подобие заботы, чтобы после этого пойти в злачное место и тупо напиться?       Неужели она не заслужила правды? Просто не заслужила услышать, что особо неинтересна ему, ведь в какой-то мере ограничивает свободу? Для этого нужно было поступать так подло, накануне изобразив заинтересованность?       Лили ненавидела ложь.       А сама постоянно лгала.       Замкнутый круг.       Потом случилось нечто весьма ожидаемое: Рейчел потянулась и поцеловала Дина. Лили слегка хмыкнула: отталкивать он ее не собирался. Она покачала головой и развернулась — смотреть на все это Лили не собиралась. Слишком это подло в какой-то степени: подглядывать из-за угла. Не стоит уподобляться своим бывшим подругам.       Лили не заметила как вышла на крышу этого же клуба. Сюда вела ржавая лестница, не пользовавшаяся особой популярностью. Зато вид, открывшийся перед ней, был неожиданно неплох. Ночной город как на ладони. Свежий ветер, треплющий волосы. Облезлое ограждение. Странное подобие свободы, которой так не хватало в последнее время.       Лили почувствовала внутри странную пустоту. Ни боль, ни злость, а просто… ничего.       Рейчел.       В каком-то смысле это было ожидаемо. Такая ветреная девушка как она вполне может совершать подобные поступки. Особенно после того как выведала у подруги важные подробности.       Но в этом виновата сама Лили. Рассказала все как на духу и ожидала чего-то хорошего. Наивная.       «Это к лучшему» — вспомнились слова Рейчел. Лили горько усмехнулась. Если так она представляла это лучше, то может быть. Одним лишним человеком в жизни меньше. Хотя нет, двумя.       Чувства вообще штука ужасно глупая. Случай с ее первой любовью, казалось, ничему ее не научил. Айзек был кретином, но даже он в своей жестокости был честнее, чем такие как Дин. Которые изначально жалеют, сочувствуют, втираются в доверие, а потом просто уходят. А ведь она поверила. Почти поверила. В грустные истории про умершего Бобби, про опасную работу и спасение мира, про искреннюю дружбу с ангелом и в обещание быть рядом.       Почти открыла свою душу. Но время успело предотвратить ее окончательную искренность. Не дало унизиться полностью. Лили было стыдно. Прежде всего за себя. И зла она была на себя. Поэтому наказать она тоже решила себя.       Слегка дрожащими руками она вытащила из кармана телефон и набрала знакомый номер, что раньше хранился в черном списке. На крыше было холодно — Лили поежилась и плотнее закуталась в пальто.       Он ответил на третьем гудке.       Голос ровный, кажется совсем не взволнованный. Что, конечно же, было не так. Ведь он столько этого ждал.       Лили посмотрела на ночную панораму Канзас-сити и вместе с облаком пара выдохнула одни из самых тяжелых слов в своей жизни: — Джейсон? Я согласна.