I will never leave you

Теодор Кэт выскакивает за дверь, спрятавшись от меня. Вот несносная девчонка. Повторяя за ней, вылезаю из кровати. Хожу по комнате и собираю свои шмотки. Блять, как хорошо, что нам больше не нужны резинки. В это время, снаружи доносятся какие-то странные звуки. Непохожие на привычные. — Макс! — слышу полу-радостный, полу-потерянный возглас Кэт. Она предупреждает меня. Незнакомая ранее пелена злости накрывает с головой. Я сказал ей не подходить к нему. Она обещала, Кэт сдержит свое слово.Постепенно, голоса затихают, остается лишь грохот музыки. Но лучше мне не становится. Я быстро одеваюсь и выскакиваю наружу. Не обращая внимания на непонятливые взгляды, иду к лестнице и бегом спускаюсь вниз. Кэт. Нужно ее найти. Первым делом иду к ребятам. — Ребят, вы видели Кэт? — громко, пытаясь переорать музыку, спрашиваю их, оперевшись о спинку кресла. Все отрицательно мотают головой. — Вы же вместе ушли. Разве нет? — встревает Мег. — Мы разделились, — коротко бросаю ей. Разворачиваюсь, чтобы идти дальше, но тут меня останавливает голос Дар. — Стой, — говорит она. — Я с тобой. Джонсон встает, следом за ней поднимается и Войс. Втроем, мы начинаем ходить по всему дому в поисках этой взбалмошной девчонки. — Может, она пошла за пивом? — предполагает друг. — Нет, ей хватит. Она сама это знает, — поясняю я. — Ну что ж, — Дар пожимает плечами. — Значит, придет сама. Просто подождем. — Отлично, — поддакивает Войс. — Пошли покурим. Кивнув, иду за ним. Мы медленно, но верно движемся к выходу. Дар идет за нами. Чтобы не потеряться, она хватается за мою руку. Я ее не отталкиваю. Хоть она и против меня, но все равно не враг. — Ну и куда вот она могла пойти? — ворчит Дар. Вытаскивает упаковку с сигаретами. Я вытягиваю одну, затем прикуриваю и выпускаю в небо дым. — Нет, стой! Стой, остановись! -откуда-то доносится чей-то писк. — Она же может и не найти нас и… — продолжает Дар. — Тихо! — прерываю ее. Она замолкает. Все молчат. — Макс, прошу, хватит! — снова писк. — Это она, — само срывается с губ. В глазах Дар — ужас. Войс ничего не понимает. А я… а у меня словно вся жизнь перед глазами проходит. Бросаю на пол сигарету, наспех наступив на нее, и бегу туда, откуда доносятся визги. Задний двор. Прибежав туда и увидев ту картину, глаза застилает какая-то красная пелена. Кэт лежит на траве, Макс придавливает своим огромным телом ее к земле, держит руки. Короткий топ Кэт разорван в клочья, в глазах слезы. Она поворачивает голову в мою сторону и смотрит на меня так, словно просит прощения. У меня сносит башню. Подбегаю к ним и бью Грина ногой в живот так, что он отлетает на несколько метров. — Эй, Кэт. Кэт, смотри на меня. Что он сделал? — отчаянно трясу девушку. Ее темно-серые глаза полны слез. Она смотрит ошалело, словно призрака увидела. -мНу же, говори. Что он сделал? Она быстро приходит в себя, трясет головой и дрожащим голосом отвечает: — Ничего. Ничего не сделал. — Господи, — быстро подтягиваю ее и прижимаю к себе. — Кэт! — сзади подбегает Дар. Джонсон помогает девчонке встать. Она берет ее под локоть и отводит в сторону. Девушка поддается, у нее стеклянный, до смерти испуганный взгляд. Откуда-то из кустов доносятся стоны Грина. Поворачиваю голову в его сторону. Макс, скукожившийся, зажмурившийся валяется на земле, метрах в пяти от нас. Он держится за живот — за то место, куда я ему врезал. Я убью его. Поднимаюсь с колен и иду к нему. — Блять, Грей, — стонет он, когда я подхожу ближе. — Что? Больно, придурок? На тебе еще, — снова бью его ногой в живот, правда, попадаю по руке. — Аааа, — воет он. — Вставай, — коротко бросаю ему. Он не поднимается. А только стонет еще громче, схватившись за больную руку. — Вставай, — снова повторяю я и бью его ногой по руке, по второй руке. — Тед, Тед, стой, — сзади подбегает Войс. Он пытается отвести меня в сторону. — Остановись, ты ведь убьешь его. — Убью, и что? Он это заслужил! — срываюсь теперь уже на друга. — Тед, не надо, — чувствую тепло нежной руки на своем плече. Это Кэт. Ее голос хриплый. Поворачиваюсь к своей девушке, и желание прикончить этого ублюдка только усиливается. В глазах девушки слезы, они безостановочно текут по щекам. Ее тонкая, короткая майка разорвана посередине, оголяя грудь, поэтому она сводит вместе концы и держит. — Пожалуйста, оставь его, — тем же хриплым голосом просит девушка. — Оставить? Ты издеваешься надо мной?! — спокойно, Грей, ей досталось больше, чем тебе. — Нет, — отрицательно мотает головой. — Поехали домой. Пожалуйста. Не знаю как и почему, но ее просьба действует на меня, как ведро холодной воды. Ей досталось больше, чем мне. Ее чуть не изнасиловал лучший друг. Нужно забрать ее домой. — Хорошо, — соглашаюсь я, целуя ее в лоб, как маленького ребенка. — Подожди секунду. Отстраняюсь от девушки и поворачиваюсь к Грину. Прекратив стонать, он пытается подняться на ноги. Не сдерживаюсь и бью его в последний раз. Ногой в пах. Он заваливается на спину и кричит. Не обращая на него внимания, я, Кэт, Дар и Войс идем к машине. Как только доходим, Кэт сразу же прячется в салоне. А я остаюсь с ребятами. Смотреть на Дар страшно. Она тоже плачет, прижавшись к Войсу. — Все будет нормально, — говорит друг. Правда, не знаю, мне или своей невесте. — Да, — отвечаю я. — Звони, если что, понял? — выдавливает из себя Джонсон, утирая слезы. — Конечно, — успокаиваю ее и забираюсь на водительское сиденье. Ребята уходят в сторону дома. Поворачиваюсь к Кэт. Она вся сжалась, но уже не плачет. Просто смотрит перед собой. — Ты как? — спрашиваю я, положив руку ей на плечо. — Нормально, — выдавливает она и отворачивается. — На, возьми, — протягиваю ей свою джинсовую куртку, которую еще давным-давно оставил на заднем сиденье машины. — Спасибо, — Кэт забирает ее, приподнимается и надевает. Все лучше, чем в рваном топе на распашку. Дождавшись, пока она ее наденет, даю по газам, разворачиваю машину и веду ее в сторону дома.

***

Как только мы зашли домой, Кэт сразу же убежала в ванную. Ее нет уже второй час. И сказать, что меня это беспокоит — ничего не сказать. Я сижу в спальне, а из ванной до сих пор доносится шум воды. Внезапно, комнату наполняют странные звуки. Полу-крики, полу-всхлипы. Что-то громкое, животное. Они доносятся из ванной. Резко подскакиваю с кровати и бегу туда. — Кэт? — долблю в дверь. И снова слышу этот звук. Это она. — Кэт, пожалуйста, открытой мне дверь. Но она молчит. — Блять, да открой же ты эту чертову дверь! Девочка, что же ты делаешь?! Не выдерживаю. Бью ногой по двери. Еще раз. И еще. В конечном итоге, она сходит с петель. Я врываюсь внутрь. Вот черт. Кэт, моя маленькая Кэти. Она сидит на холодной плитке, под струями воды. Вся зажатая. Она прижалась к стене, обнимает сама себя и плачет, закрыв лицо одной рукой. — Эй, — медленно подхожу к ней. — Ну ты чего? Присаживаюсь на корточки возле Кэт. Струи воды попадают на мои волосы. Закрываю кран, вода больше не льется, а девушка ежится от холода. — Посмотри на меня. Медленно убираю ее руку от лица. Она раскрывает ясные, темно-серые глаза, полные соленых слез. — Прости меня, — шепчет она. Пожимаю плечами и помогаю ей подняться. Нужно вытащить ее. — Пойдем, у тебя уже губы синие. Беру Кэт под мышки, поднимаю и вывожу из-под душа. С полки беру полотенце и закутываю ее. Беру на руки и несу в спальню. Там сажаю девушку на кровать. Она молчит и лишь изредка всхлипывает. — Я принесу тебе футболку и белье. Молча, не дожидаясь ее ответа, встаю и иду в гардеробную. Там беру ей трусики и свою футболку. Вернувшись в комнату, присаживаюсь возле Кэт. — Давай, милая. Нужно одеться, — протягиваю ей вещи. — Сама или тебе помочь? — Сама, — тихим, хриплым голосом отвечает она. Ну Слава Богу, хоть какая-то реакция. Трясущимися руками, Кэт забирает у меня одежду. Потом встает и, сбросив полотенце, медленно натягивает трусики. Затем футболку. Я наблюдаю за ней, все больше и больше чувствуя себя ничтожеством. Угомонись, Грей, ей плохо, а ты только и думаешь о сексе. Одевшись, она садится обратно на кровать. Аккуратно кладет руки на колени и грустными глазами смотрит на меня. Встаю на ноги, а затем сажусь рядом с ней. — Иди ко мне, — зову девушку и раскрываю руки для объятий. Она смело поддается, пересаживается на мои колени и обнимает меня за шею, плотно прижавшись. Крепко прижимаю девчонку к себе, успокаивающе поглаживая по спине. — Тед, почему все так? — тихо спрашивает она. — Почему каждый близкий человек предает меня. Один за другим. Сначала Колин, теперь… — Кэт начинает дрожать. — Эй, тише. Тише, — продолжаю поглаживать ее по спине. — Все будет хорошо, слышишь. Не думай о них. Не сейчас. — Но я не понимаю, — она отстраняется и заглядывает в мои глаза. — За что? За что они поступают так со мной? — Хейс нервно усмехается, вытирая слезы. — Я ведь… я ведь старалась. Быть хорошей сестрой, хорошим другом. Я поддерживала их, а они меня предали. — Это не твоя вина, слышишь? — успокаиваю ее, откинувшись назад и облокотившись на локти. — Не твоя вина, что вокруг одни уроды. Они усмехается, опустив голову и рассматривая татуировку на моем запястье. Треугольники. Это штука теперь навсегда связывает меня с ней. — Помнишь тот день? — неожиданно выдает Кэт. — Ты обещал, что всегда будешь рядом со мной. Ну конечно. Я помню. Она крепко держала меня за руку, когда эти тонкие, почти незаметные линии вырисовывались на ее запястье. И я поклялся, что никогда не брошу ее, всегда буду рядом. — Я помню, детка, я помню, — подтверждаю я. — И теперь сделаю все, чтобы сдержать свое слово. Я смотрю в ее глубокие, темно-серые глаза. И тону. Тону в них, потому что… потому что нет на свете мне человека дороже, чем эта взбалмошная, неуправляемая, смелая и, порой, такая глупая девчонка.