I will never leave you

Кэт — Давай, Кэт, поднимайся, — мягкий, слегка охрипший голос самого невыносимого человека на Земле, у которого завелась дурацкая привычка не давать мне спать, раздается над ухом. — Ммм, — стону я, отмахиваясь от него и укутываясь с головой в одеяло. — Давай-давай, вставай, — Грей пихает меня в бок. — Ммм, что ж ты за тиран такой… — невнятно бормочу я. — Какой есть, мисс Хейс, — усмехается он. — Вылезай из кровати, не то я вытащу тебя отсюда силой. — Силой? — продолжаю я невнятно, словно пьяная. — Как интересно. — Так, ну все. Этот несносный мистер совершенно беспардонно влезает в мое личное пространство, силой стаскивает с меня одеяло и хватает за талию. Его действия окончательно пробуждают меня ото сна. Я кидаю в него подушкой и начинаю пинать его ногами. — Ладно-ладно. Все! — соглашается со своим поражением Грей. Он закрывается от меня руками. Правда, как только я перестаю его бить, он прыгает сверху, прижимает меня к кровати, да еще так, что мои шансы вывернуться — 0,000001%. Я не такая беспомощная! — Ну что, сдаешься? — весело спрашивает Тед. — Нет, — отрицательно мотаю головой, улыбаясь ему в ответ. — Ладно. А так? — он начинает безжалостно меня щекотать. Я стараюсь вытащить руки, вывернуться. Но у меня ничего не выходит. А длинные пальцы Грея шарятся по всему моему телу, безжалостно убивая меня щекоткой. — Все, все, хватит! Я сдаюсь, сдаюсь! — от беспомощности восклицаю я, не переставая смеяться. — Вот и славно! — улыбается Те и встает с меня. — С добрым утром, Кэти, — вот гад! — Как ты меня назвал? — выпаливаю я. Это обращение… так меня называли только когда я была маленькой. — В детстве тебе нравилось, когда я так тебя называл, — пожимает плечами Тед, снимая с себя потную футболку. Значит, он снова бегал. — Так не честно! Ты просто пользуешься тем, что я ничего об этом не помню! — обиженно восклицаю я. — Ага, — подтверждает парень, сбрасывая кроссовки и спортивные штаны. — Ты просто немыслимый засранец! — Я в курсе, милая, — он возвращается и усаживает свою вредную задницу на кровати напротив меня. — Поэтому вставай. Пока не получила. — Получила? За что?! — За что-нибудь, — он целует меня в лоб и уходит в ванную. Гад! Просто гад! Сочувствую всем девушкам, с которыми он встречался. И себе в том числе. Они меня поймут. Вздыхаю от безысходности и снова падаю на «перевернутую» кровать. Сегодня пятница. Самое время подводить итоги недели, которая почти прошла. Хотя, наверное, целесообразнее было бы подвести итоги месяца. Как бы мне ни не хотелось этого делать. И так. Пункт 1: Мой любимый старший брат — козел, засранец и просто неземной очаровашка, — попал в аварию. Очнувшись спустя 2 недели, — за которые лично я чуть не съехала с катушек, — он безосновательно обвинил меня в предательстве, хотя, на мой взгляд, предатель тут он. Но не суть. Важен итог: уже больше недели я не общаюсь с Его Высочеством — Колином Хейсом. Та да! Скажи мне кто-нибудь это… месяц назад, я бы пнула его в пах. Ну, девушкам это тоже достаточно болезненно. В прочем, это еще не самое веселое. Пункт 2: Как выяснилось, девушка этого балбеса, которому, судя по всему, никто не рассказывал, что такое презерватив, и для чего он нужен, — беременна. Я стану тетей! Беда в том, что девчонке 19 лет. Она не знает, что делать."Какова реакция родителей и Колина на все это?» — спросите вы. А черт его знает. Фиби боится им сказать. И, по правде говоря, мне невероятно льстит, что единственный человек, который об этом знает — я. Бред. Это нихрена не льстит. Мне страшно за девчонку. Она мелкая, ничего еще не понимающая. И я боюсь, как бы она не наделала глупостей. Мы созваниваемся с ней каждый день. И каждый день я уговариваю ее сознаться Колину. Или Теодору, например. Потренироваться на нем. Но она меня не слушает. А самое ужасное, что в ней я вижу себя. Ведь 3 года назад я вела себя точно так же. И к чему это привело? К жуткому шраму, отталкивающему не столько посторонних, сколько меня саму, и крошечному шансику на то, что я когда-то смогу иметь детей. О Боже, где мой платочек? Но продолжим. Пункт 3: В моих кругах стало на еще одного близкого человека меньше. Наш «дорогой» Макс Грин, ныне известный всем, как «Ебаный пидарас с крошечным членом» (спасибочки Войс), с позором был изгнан из своего королевства. Короче, из князи в грязи. Что случилось? Как выяснилось, наш дорогой, всеми любимый мистер Хэмптон, не просто страдал ерундой 4 года в университете. Он учился. И теперь, в нашей университетской сети неожиданно всплыл компромат. Именно. Компромат на Макса Грина. Фотографии, на которых четко видно, как Его Высочество с большим удовольствием целует несчастного паренька, сжимая его ягодицы. И много других фотографий, где есть не только этот «паренек». Короче. Мы слили в сеть все фотографии Макса, где четко видно, как он сосется с парнями в гей-барах. Я хранила их просто так. На память. Вот и пригодилось. Парни оценили. Они пинками выгнали его из дома. А потом кидались в него всем, что было в универе. На парах, в столовой. Везде. И даже другие геи, — а они есть, уж поверьте, — его не защищали — не хотели высовываться. Жестоко? Возможно. Но он поступил со мной не менее мерзко. В общем, мы выиграли. Враг повержен и с позором изгнан. Но, не будем развивать дальше эту тему, потому как ругаться мне не очень хочется. Сейчас. Пункт 4: Фух… Благодаря помощи Теда — вот сейчас говорю без капли сарказма в голосе, — ректор Скотт, наш заносчивый старикашка, пошел мне на встречу. Он поговорил с преподавателями, они вошли в мое положение и позволили сдать экзамены позже моих однокурсников, которые уже получили все результаты. Сегодня я иду в универ только для того, чтобы забрать свои. Все отлично. Пункт 5: Я решила, что отделывать квартиру, подаренную братом самой — самоубийство. Поэтому. Бригада мастеров, которая занималась полом, доделает все. Покрасят стены, положат плитку, проведут электричество. В общем, разберутся со всем, кроме мебели. Тут уж я нашла себе помощничка. Впрочем, это и не важно. Как-то так. Короче, жизнь моя была бы замечательна, если бы не обстоятельства с братом и неминуемый отъезд лучшей подруги. Но, тут уже все зависит не от меня. К большому, большому, гигантскому сожалению. Потягиваясь, встаю с кровати. Часы на прикроватной тумбочке показывают 8.26. А в университет мне только в 12. Вообще-то, я могла бы еще поспать пару часиков. Но нет же. Мистеру зануде приспичило поднять меня с утра пораньше. И это одна из тех многочисленных! вещей, которые меня в нем бесят. Потянувшись, бреду в гардеробную. Там достаю свои любимые спортивные штаны и иду на, уже привычный, запах восхитительных блинчиков миссис Вагнер. Кэролайн — добрая, умная женщина. С ней интересно. Она пыталась научить меня готовить, а когда я в очередной раз что-то сжигала, она вспоминала свою дочь. Та тоже начинала с этого. А сейчас она работает поваром в каком-то известном и дорогом ресторане. Правда… разница в том, что ей тогда было 14, а мне 22. Забавно, не так ли? Но, догадавшись, что к готовке я не приспособлена, впрочем, как и «предыдущая девушка мистера Грея», мы оставили эту затею. Про «девушку» сказала миссис Вагнер, и я совру, если скажу, что меня это не тронуло. Я пыталась пару раз завести разговор о Мелани с Тедом, но он быстро пресекал мои попытки и переводил тему. — Доброе утро, миссис Вагнер, — здороваюсь я, войдя на кухню. — О, Кэти, — с улыбкой восклицает женщина. — С добрым утром. Я Вас разбудила? — Если бы каждое утро я просыпалась от запаха ваших блинчиков, то, честное слово, была бы самым счастливым человеком на Земле. Но я живу с тираном, которого вообще не волнуют мои желания, — с печальной улыбкой сообщаю я. Женщина звонко смеется. Позади меня раздается еще один смешок, и надо быть идиоткой, — каковой я иногда и являюсь, — чтобы не догадаться, кому он принадлежит. Миссис Вагнер прикрывает рот рукой, напрасно пытаясь сдержать свой смех, увидев этого «тирана». Я не решаюсь повернуться. Правда, это и не нужно. Его Величество, Мистер Грей, недовольный моими словами, хватает меня за руку и тащит в спальню. Опять… Интересно, он вообще знает, что значит стоп? Он не давал мне спать до двух ночи. И сейчас не дал. Но самое жуткое, что он ведь не останавливается. Такими темпами я точно сбегу. Тед затаскивает меня в спальню и, буквально, кидает на кровать. Сам наваливается сверху. И как ему не стыдно появляться перед другой женщиной в одном полотенце? — Так что ты там про тирана говорила? — Говорила, что ты не даешь мне спать. — Правда? — он удивленно изгибает бровь. — Так это я до двух ночи просил тебя не останавливаться? Блять. Ну и какой нормальный человек так делает? Он заставлял меня об этом просить. Почти. — Нет, не ты! — выпаливаю я. — Но это не значит, что ты можешь будить меня вот так вот утром. — Ооо, еще как значит, милая. Ты живешь со мной. Привыкай. Ой, прям милый ангелочек. Так бы и пнула его. Гаденыш! Наш разговор прерывает звонок телефона. И, вы не поверите, моего! телефона. Грей с неохотой выпускает меня, перекатываясь на свою половину кровати. Я же быстро выскальзываю, пока он не передумал. Хватаю с тумбочки телефон и бросаю взгляд на экран. Фиби? Как странно. Быстро снимаю вызов и отхожу к окну. Видеть — не вижу, но чувствую взгляд Теда. Он внимательно наблюдает за мной. — Алло, — отвечаю я, пытаясь скрыть тревогу. — Привет, — отвечает голос на том конце. — Что-то случилось? — обеспокоенно спрашиваю я. — Эм… нет. С чего ты взяла? — она заикается. Точно что-то случилось. — Фиби, — предупреждающе говорю я. — Черт! Нам надо поговорить. Я так больше не могу! — выпаливает она. — Как? Что ты натворила? — Да не я. А твой бестолковый брат. Он не говорит со мной. Врачи говорят, что ему нужна еще одна операция. У него смещение коленной чашечки с разрывом связок. Они будут их сшивать и откачивать жидкость. Но твой брат, — она всхлипывает. — Чертов упертый баран! Он не хочет. Не подписывает согласие. — Что? Ты серьезно?! — ну все, Хейс. Пришел тебе конец! — Более чем. Кэт, умоляю, поговори с этим идиотом. — Боже, — потираю переносицу. — Он не станет меня слушать. Ты ведь знаешь, что сейчас происходит. — Да, я знаю. Но, — она снова всхлипывает. — Кэт, прошу, попробуй. Я не смогу без него. И, даже если это и не смертельно, он может еще долго проваляться в больнице. Ее голос полон… мольбы. Это ведь и вправду страшно. — Так, стоп. Фиби, не реви. Я поговорю с ним, — успокаиваю я. — Правда? — Блин, да. Не ради него, так ради тебя. Только не нервничай, ладно? — Ладно, — соглашается девушка. — Во сколько ты придешь? — В 12 я забираю результаты экзаменов из университета. Сразу после этого. — Хорошо. Я буду ждать тебя. — Пока. Отключаюсь и поворачиваюсь к Грею. Теперь его взгляд полон тревоги. — Все нормально? У них что-то не так? — Эм… нет. Просто, Колин отказывается от операции. Твоя сестра хочет, чтобы я с ним поговорила. — Ясно, — он сжимает губы в тонкую линию. — И ты поедешь? — Конечно да! -восклицаю я. — Он мой брат. И никакие разногласия между нами этого не изменят. — Хорошо, я понял, — Грей встает с кровати и идет ко мне. — Хочешь, я поеду с тобой? — спрашивает он, остановившись в паре сантиметров от меня. — Не надо. Это только разозлит его. — Ладно, — он целует меня в макушку и прижимает к себе. Да уж. Видимо этот день будет не таким радостным, каким я его себе представляла…

***

Я иду вперед по больничному коридору. Эхом разносятся мои шаги. Сразу после универа, я рванула сюда. В больницу, к Колину. Даже не открыла конверт с результатами. Решила, что сделаю это дома. Медсестра на посту регистрации отправила меня уже в другую плату. Туда перевели моего брата. По крутой лестнице я поднимаюсь на третий этаж, в уме считая ступеньки, чтобы успокоиться. Затем плиточки на полу. И вот, наконец, заветная палата 769. У нее нет стекла, как было у предыдущей. Поэтому, я не могу понять, кто там, за этой дверью. Если это мой брат, то в каком он настроении. Спокойно, Кэт. Ты сможешь. Это же Колин. Блять, почему я не разрешила Теду пойти со мной?! Ну ладно. Осторожно открываю дверь и делаю шаг в палату…