I will never leave you

Кэт Поворачиваюсь и вижу ее. Высокая, красивая темноволосая женщина уверенной походкой идет ко мне. На вид ей лет 60, максимум, 65. Она одета в классическое платье до колен, на руках — перчатки, а волосы собраны в аккуратный пучок. Она уверенна в себе и спокойно входит в гостиную. Возникает такое ощущение, словно она была тут уже сотни раз. Я прижимаюсь к спинке дивана и в ужасе таращусь на женщину. Блять, и что я должна сделать? Кто это вообще такая? И за что Грей платит Уиллу? Он ведь даже не предупреждает о том, что кто-то поднимается! — Мисс, — окликает меня женщина. Блять, кажется я окончательно задумалась и ушла в себя. — С Вами все хорошо? Я лишь киваю. Ну, а что еще можно ответить незнакомой женщине, которая пришла к тебе домой? — Тогда будьте добры чаю, — просит она. Что? Чаю… блин, да кто она?! И как она сюда попала? И почему Уилл ее не остановил? ААА! Возможно, она приняла меня за домработницу. Новую домработницу. Но… все равно. Отказать пожилой женщине, которая попросила чай, заявив, что я не экономка, я тут живу — крайне не вежливо. Поэтому, я киваю и плетусь на кухню. Скрывшись там, наполняю водой чайник и включаю его. Интересно, кто эта женщина? Должна признать, одета она довольно красиво. И дорого. Мне такие деньги даже и не снились. Через несколько минут щелкает чайник. Вода вскипела. Достаю из полки маленькую чашечку, кладу туда пакетик чая и заливаю его кипятком. Затем вытаскиваю, добавляю сахар и, поставив на блюдце, отношу женщине. Когда я захожу в гостиную, она сидит на диване, у кофейного столика и перебирает бумаги в какой-то своей папке. Молча ставлю перед ней чашку. — Спасибо, — благодарит женщина, не поднимая глаз и снова погружается в работу. Вот блин. Кажется, я действительно не похожа на девушку парня с миллионами долларов на счетах. Это видно… по ее реакции. Молча забираю свой рюкзак и сбегаю в спальню — единственное место, где находиться сейчас — безопасно. Захожу в комнату, захлопываю дверь и падаю на кровать. Эта странная женщина приняла меня за домработницу, новую миссис Вагнер. По правде говоря, это обидно. Серьезно. Вспоминаю, что собиралась позвонить Теду. Но сейчас не хочу. Все желание пропало. Но знаете, что возникло? Вдохновение. Я так давно уже не рисовала в своем блокноте. С того самого дня, как Колин попал в аварию. В день рождения Грея. У меня не было на это времени. Из большого рюкзака все-таки выуживаю свой альбом, карандаш. Открываю его на пустой странице и провожу первую линию… дальше все получается само собой. Линии, точки — все это появляется на бумаге. Сама не замечаю, как проходит полчаса, а на белой поверхности появляется силуэт. Силуэт той самой женщины, которая сейчас сидит в гостиной. Это странно. Но она очень красивая и лишь идиот не воспользуется шансом ее нарисовать. Правда, отвлекает меня какой-то стук. Что-то происходит в ванной. Какое-то шуршание, а потом дверь открывается. И, вау ля, в спальне появляется никто иной, как Теодор Грей. — Кэт? — удивляется он. Что? Полотенце низко висит на его бедрах, вода капает с волос. Значит, он все это время был в ванной? Но тогда какого черта я его не слышала? — Ты… ты все это время был ванной? — Да. А что? — Черт. Но почему я не слышала шума воды? Это ведь… странно. — Ничего, — отмахиваюсь я. — Так что ты тут делаешь? — Я… прячусь, — конечно прячусь. От мирной и тихой женщины. — Что? От кого? — удивляется Грей, присаживаясь на корточки возле меня. — Там… там в гостиной какая-то женщина сидит. — Что еще за женщина? — Я не знаю! Я никогда не видела ее раньше. Она зашла, огляделась, заметила меня и попросила чай. Я его принесла, а она уже тогда сидела диване с какими-то бумагами. — Странно… — пробормотал Тед. — Так. Сиди тут, я посмотрю, — у серьезно заявляет он и уходит в гардеробную. Возвращается оттуда уже в спортивных штанах и футболке. Подходит к двери, открывает и скрывается из виду. Не хочу подслушивать. Из гостиной доносятся голоса, какой шум. Потом, дверь раскрывается, и возвращается Тед. Правда, теперь, на его губах — улыбка. Парень улыбается во весь. — Ты чего? — недоумеваю я, вскакивая с кровати. Грей уже с трудом сдерживает смех. — Иди со мной, — лишь выдавливает он, протягивая мне руку. — Что? Куда? — Идем. Блять, да что тут вообще происходит?! Неуверенно, опасаясь действий своего парня, берусь за его руку. Он осторожно выводит меня. Там, посреди гостиной, поджав губы и скрестив руки на груди, стоит та самая неизвестная мне женщина. Теперь уже она осматривает меня с ног до головы, окидывает заинтересованным взглядом. Мне становится страшно, неуютно. Сильнее хватаюсь за руку Теда. Он лишь оборачивается, ободряюще смотрит на меня и ведет дальше. Ведет к этой странной, пугающей женщине. — Тедди, скажи, что тут творится? — начинает женщина. — Бабушка, это Кэт Хейс — моя девушка, — весело и так беззаботно, что мне хочется его прибить, заявляет Грей. Что? — Кэт, познакомься, моя бабушка — доктор Грейс Тревельян-Грей. — Что?! — восклицаем мы с бабушкой Теда одновременно. О Господи. Как же я не догадалась? Вот дура! — О Боже мой, простите, — начинает миссис Грей. — Я приняла вас за помощницу Кэролайн, извините меня. — Нет, нет, все нормально, миссис Грей. Не волнуйтесь, — успокаиваю ее. Блять, Тед, это все твоя вина! Мог бы хотя бы предупредить о том, что твоя бабушка придет. — Ну вот и познакомились, — ухмыляется парень. Бабушка испепеляет его убийственным взглядом, а я… ну, а что мне остается? Пихаю его в бок и иду в направлении кухни. Мне нужно выпить. К сожалению, сейчас мне доступна лишь вода, однако, я надеюсь, что это ненадолго. Кажется, миссис Грей абсолютно поддерживает мои действия, а потому плетется следом. Вхожу на кухню, иду к столу. Из графина наливаю себе стакан воды и залпом опустошаю его. Миссис Грей заходит следом. Она усаживается за барную стойку и наблюдает за мной. — Еще раз простите меня, Кэт. Если я верно понимаю, то я сильно напугала вас, верно? — Эм… не то чтобы. Просто… Ваше появление было очень неожиданным, так что… я просто смутилась. Но все в порядке, мэм, честное слово. У Вас нет поводов для беспокойства, — еще раз повторяю я. Мне неловко, что женщина из-за меня испытывает чувство вины. — Ба, тебя действительно это так напрягает? — ну вот, еще один. Входит Тед. — Да, молодой человек. И я действительно испытываю сильное чувство вины перед Вашей девушкой, — парирует она. — Знаете, миссис Грей, как бы печально это не звучало, но у Вашего внука напрочь отсутствует совесть. Поэтому, вряд ли он поймет Вас, — подкалываю я. Бабушка смеется, а Тед недовольно хмурится. — И, все-таки, перестаньте себя винить. Ничего смертельного не произошло. Ну правда, что такого? Она же не послала меня куда подальше. Просто попросила чаю. Женщина мило улыбается мне. Теперь уже она не кажется такой пугающей. А наоборот — приветливой и очень доброй. Наверное, это странно, но со стороны ни Теодор, ни его сестра или отец не имели ничего общего с ней. Они совершенно разные. Хотя, по характеру, есть у них что-то схожее. Особенно у Фиби. Она такая же терпеливая, спокойная, как и ее бабушка. А Тед… Вряд ли этот говнюк перенял что-то от своей милой бабушки. Следующие два часа мы просидели на кухне. Мы втроем. Я, Грей и его бабушка. Грейс оказалась потрясающей женщиной. Веселая, умная. Она все время рассказывала о том, каким Тедди — как она все время называла моего парня, — был в детстве. Мистер Балбес вечно краснел, одергивал ее. А я смеялась. Действительно смеялась, потому что это очень забавно. В какой-то момент я поймала себя на мысли, что очень хотела бы вспомнить свое детство. Вспомнить Теда — маленького, забавного и еще более вредного, чем сейчас. Очень хотела. Жаль только, что это невозможно. Правда, нашу идиллию разрушил звонок мобильного. Грею позвонили по работе и ему пришлось выйти. И снова бросить меня одну. Пусть миссис Грей и не казалась мне уже такой страшной, но я все равно чувствовала себя неуютно в ее присутствии. Между нами повисло неловкое молчание. Не хочу смотреть ей в глаза. Так. Соберись. Окно. Какой красивый вид. Чайник. Чашка. Цветок. Супер. Просто супер, да. — Давно вы вместе? — прерывает меня миссис Грей. — Что? — отвлекаюсь от чашки с дебильным узором и встречаюсь с уверенным, пробирающим до мурашек взглядом светло-карих глаз. — Как давно вы с Теодором вместе? — повторяет женщина. Вместе…? Интересно, с какого периода я должна считать. С универа, времен «просто секс» или эпохи «светлого счастья»? — Около… пары месяцев… наверное… — прикидываю на бум. Взгляд ее меняется. — Забавно. Спустя два месяца после знакомства, родители Теодора уже во всю готовились к свадьбе. — Правда? — серьезно?! Некогда самый завидный холостяк Америки женился за два месяца после знакомства с женщиной и живет с ней уже 26 лет? — Да. Примерно 26 лет назад я точно так же пришла в эту квартиру, чтобы выпить кофе с сыном, а напоролась на его девушку. Первый раз увидела Кристиана с женщиной. А через несколько месяцев, они с Аной уже были женаты. — Ух ты… — это правда круто. Кто бы мог подумать… ведь их отношения кажутся такими доверительными, близкими. А случилось все так быстро. — Это здорово… — Да. Я никогда раньше не видела сына таким счастливым. А через пару месяцев выяснилось, что Анастейша беременна. — Тедом?! — выпаливаю я раньше, чем успеваю подумать. Так быстро. — Да, милая. Этим маленьким огромным говнюком. Не знаю почему, но меня прорывает на смех, когда она так отзывается о своем внуке. Надо будет сказать ему, что не одна я считаю парня таким. Миссис Грей улыбается мне в ответ. Чуть успокоившись, снова смотрю на нее. В чем же подвох…? Нет, ну правда. Женщина, ни с того ни с сего рассказывает мне — незнакомому человеку, — столь интимные подробности из жизни ее сына. Которому самому уже под полтос, между прочим. — Миссис Грей, признайтесь, в чем подвох? — интересуюсь я. — В смысле? — Зачем вы рассказали мне это? Вы ведь меня совсем не знаете. Женщина лишь усмехается. Она выдыхает с улыбкой, закрывает глаза и словно пытается что-то вспомнить. — Судя по вашему тону, Кэт… — начинает она. -…вы не уверены в правдивости и правильности отношений с Тедди. Я просто привела вам пример. Но вы решили поискать в этом подвох. Вся в мать. Блять, что? Поднимаю глаза и таращусь на нее, как на ненормальную. Откуда она знает, как вела себя моя мать. И… блин, да почему эта семейка так много знает обо мне?! Стоп. Значит… она знала маму…? — Да, милая, — женщина словно отвечает на мой незаданный вопрос. — Я действительно хорошо знала твою маму. Мы работали вместе. И много общались, — Боже, сколько же ностальгии в ее голосе. — Она была удивительной. Находила правильный подход ко всем больным. Истеричным или тем, кто уже вообще не хотел бороться. Всем. Но еще лучше была ее маленькая дочка, — она смотрит прямо на меня. — Такая маленькая, веселая и добрая. Со всеми болтала. И очень часто ходила на работу с мамой. Особенно, когда была еще в садике, — миссис Грей всхлипывает, по ее щеке катится слезинка, а она даже не пытается ее убрать. — Девочка моя, какая же ты выросла… — женщина легко сжимает мою руку. — Такая красавица. И так похожа на маму. На маму… Все говорят, что я похожа на нее. Как всегда хотела. Она была сильной, смелой. Но всегда могла найти общий язык с любым человеком. Миссис Грей правильно сказала. И это как раз те вещи, которые я не забуду никогда. Хоть убейте. Все равно не забуду.