Клуб тех, кому за сто пятьдесят
6 августа 2020 г., 07:34
Малфой бледнел, краснел, и Гарри был готов к тому, что его выставят за дверь. Но, к своему полнейшему изумлению, Гарри понял, что Малфой стесняется и понятия не имеет, что делать со своим гостем.
Все-таки Драко пил по-настоящему, и теперь он в ужасе думал, откуда у него взялось столько наглости, чтобы вывалить героическому, мать его, Поттеру печальную историю своей личной жизни. На этом месте его мысли буксовали, потому что стыд и смущение перебивали совсем другие желания, а еще — острая потребность повторить, чтобы понять наконец, было ли вчерашнее безумие влиянием пинты Старого Огденского.
Так что вместо постельных утех они пили чай, перемывали косточки знакомым и обсуждали последний матч против Ирландии.
Когда Малфой понял, что Гарри не собирается требовать от него исполнения пьяных обещаний — и как собеседник он ничего, — дело пошло на лад.
Они просидели до полуночи, а потом вполне мирно разошлись. Укладываясь в постель, Драко никак не мог отделаться от ощущения, что у него с Поттером было что-то вроде свидания. Поттер и свидание в одном предложении обескураживали его. Они пусть и не были больше врагами, но между ними стояла огромная стена, и первый кирпичик в ней назывался «мы с тобой одного пола».
Драко мысленно застонал, с ужасом думая, что завтра приедет Панси, и от ее назойливого внимания никуда не деться.
Но утро, на удивление, было вполне сносным. Драко вытерпел расспросы, все же он был благодарен Панси за помощь на приеме. Хотя иногда она становилась просто невыносимой.
— Я же говорила, Драко, — самодовольно сказала Панси, — раз не встает на меня — ты гей. И все разговоры только о Поттере и были, — она закатила глаза. — Приглядела тут чудесный гарнитур из изумрудов, надеюсь, я получу его на свой день рождения. Без меня ты так и не решился бы подойти к шрамоголовому.
— Осторожнее в выражениях, Панси, — холодно предупредил Драко. — Иначе твои изумруды так и останутся в лавке Грехема.
Панси поджала губы, но ничего на это не сказала.
* * *
— Боишься, что я собираюсь тобой бездушно попользоваться? — шутливо спросил Гарри однажды вечером. Они чинно сидели в малой гостиной мэнора. Границу между ними охранял столик на гнутых ножках, укрытый скатертью с расставленным чайным сервизом. Малфой смеяться не спешил, напротив, помрачнел и отвел взгляд. — Драко, ты чего? Мне не важно, как с тобой быть. Ну, как. Я совру, если скажу, что не считаю твою задницу самым привлекательным объектом на свете, — Гарри в смущении потер переносицу. — Хочешь попробовать первым? — Меня четвертуют, если узнают, что я покусился на тыл национального героя, — в притворном ужасе проговорил Драко. — Честно говоря, может, нам обоим будет спокойнее, если начнем с меня. Я уже немного готовился. — Поттер, помнишь, я говорил, что ты больной? Я это сейчас еще раз скажу. — Ну извини, что я нашел смелость признаться себе в том, что у меня не стоит на девушек, — с обидой проговорил Гарри, — и начал пробовать что-то другое. — Мордред, я не об этом! — Драко извиняюще на него посмотрел. — Я к тому, что ты вот так мне доверяешь. Почему? — Потому что ты боишься точно так же, как и я. Не верю, что ты все это затеял, — Гарри неопределённо повел рукой в воздухе, — просто чтобы посмеяться надо мной. Хотя до приема я думал, что ты мог бы переспать со мной ради шутки. Ты выглядел очень… — Гарри замялся, подбирая слово: — Распущенным? — неуверенно сказал он. — Богатый, красивый, с подвешенным языком. У меня был один шанс из ста, что ты можешь интересоваться не только девушками, и один на миллион, что ты будешь не прочь добавить в свою коллекцию Гарри Поттера. — Это так выглядело? Проклятье, мне и лестно, и стыдно одновременно. Прости, что не оправдал твоих ожиданий, — скованно рассмеялся Драко. — Поверишь, если скажу, что мой новый Патронус создается воспоминанием о том моменте, когда ты признался, что кроме неловкого опыта с Панси у тебя ничего не было? — Новый Патронус? Какой он? — Тебе не понравится, прости, — рассмеялся Гарри. — Только не говори, что это хорек, — застонал Драко. Гарри пожал плечами, правда, улыбка в его глазах сводила на нет попытку выглядеть виноватым. — Поттер, ты говорил, что не думал о сексе с мужчиной, — спохватился Малфой. — Драко, — трагическим шёпотом начал Гарри, — я соврал. Драко уставился на него в притворном изумлении. — Не знал, что ты умеешь.* * *
Поттер сказал, что пробовал сам, готовился к тому, что могло произойти. Неужели у Драко не хватит смелости? Он не заходил дальше смутных фантазий о поцелуях и взаимных ласках, и если бы не сумасшествие, которое он устроил в ночь министерского приема, то его знания о мужской любви так и оставались бы чисто теоретическими. Поттер был настоящим мерзавцем. Рассказал такое и просто ушел. Драко уже признался себе, что если бы тот был чуть-чуть понастойчивее, то у них все случилось бы сегодняшним вечером. — Я же не девчонка, в конце концов, — прошипел Драко. — Чего тут можно бояться? Но он боялся. Боялся, что Поттер посмеётся над ним, что ему не понравится с Драко, что Драко самому не понравится и он вообще не приспособлен для секса. Он так накрутил себя, что совсем забыл, что Поттер был ошеломлен их взаимными ласками и вообще-то был готов подставить задницу первым. Драко чувствовал себя нелепо, стоя на коленях в болтающейся рубашке и без штанов. Рубашку он решил оставить как некий рубеж перед своим грехопадением. После того, как Поттер стал частым гостем в его доме, он положил флакончик со смазкой в прикроватную тумбочку. Просто так, на всякий случай, как он себе говорил. Проклятая крышечка никак не поддавалась, ноги покрывались мурашками от холода. Он пытался подумать об этом просто как о колдомедицинской процедуре, даже выдавил из себя: — Давай, Драко, просто представать, что это твоя палочка, — он зажмурился. — Мерлин, что я несу. Он вылил смазку на ладонь, щедро нанес ее сразу на все пальцы. Застонал, понимая, что не может закрыть теперь флакон, и осторожно пристроил его на тумбочку. Завел руку за спину и попытался нащупать то, что в книгах называли сомкнутыми вратами в мир удовольствия. Он проводил пальцем снова и снова, но врата были накрепко заперты и не думали поддаваться. Он собрался с силами, вдохнул и напрягся, стараясь все-таки протолкнуть палец внутрь. Как только самый кончик все же начал погружаться вглубь он испытал невыносимое желание вытащить его. Несмотря на тонкие пальцы, ему казалось, что в него проникает что-то огромное, совершенно инородное. — Как от этого вообще можно получить удовольствие? — он вдохнул и попытался ввести несчастный палец глубже. Драко сжимался все сильнее и даже подумать не мог о расслаблении. Член его будто стал меньше от всех этих манипуляций и никаких признаков жизни не подавал. — Невозможно. Выругавшись, он попытался найти положение, в котором сможет хоть немного расслабиться. Лег на бок, инстинктивно согнув колени, и выдохнул. Драко подумал, что зря это затеял. Пусть Поттер сам бы с ним мучился, а он только лежал и насмехался над его неловкими попытками. Он бы сказал ему что-то вроде: «Сначала поработай ртом, у тебя хорошо получается, а потом я тебя, может, и допущу до главного». И Поттер покорно бы принялся его ласкать, ведь, конечно же, он хочет добраться до малфоевской задницы. А Драко бы просто устроился поудобнее, раскинул ноги и наслаждался бы видом. И потом Поттер, несомненно, полез бы своими пальцами туда, куда Драко безуспешно лезет, и он бы засунул их целиком. Драко, поглощенный образом отсасывающего Поттера, принялся одной рукой поглаживать наливающийся член, а другой легонько двигать, проникая все глубже. Он перевернулся на спину, как в своем видении, чтобы легче было ласкать себя спереди. Драко ненадолго вытащил палец, но как только другая рука вернулась к полностью вставшему члену, он снова попробовал ввести его. Теперь без труда вошло две фаланги. Зажмурившись, он видел Поттера, который снова и снова насаживался на его член. Напряжение почти ушло, палец двигался легко. Короткие толчки вызывали в нем желание узнать, как это будет? Когда Поттер наконец не выдержит и серьёзно займется с ним сексом. Он боялся, но хотел почувствовать, как в его задний проход протолкнется что-то гораздо существеннее пальцев. Он сжал ствол сильнее и ускорился. Образ задыхающегося Поттера, трахающего его уже по-настоящему, заводил его просто безгранично. Очередным движением он протолкнул палец на всю глубину и кончил. — Блядь, Поттер. Я такое мог сделать только от большой любви, — прошептал Драко, лежа на разворошенной постели.* * *
— Поттер, сколько ты еще будешь ко мне таскаться? Мы могли бы переспать раз-другой. Но сидеть вот так вечерами… Сосуществовать, — по слогам выговорил Драко, — мы не можем. Свою речь он начал прямо с порога, когда Поттер в очередной раз заглянул к нему с визитом. — Разовый трах? Интересно. Чем я тебе не угодил? — сказал Гарри холодно. — Тем, что ты победитель Волдеморта, тем, что ты мужчина. Тем, что ты — Гарри Поттер. Я не хочу тебя обманывать. Но у нас ничего не будет. Ничего, кроме постели. — Победитель Волдеморта, значит, не слишком хорош для господина Малфоя? — Слишком хорош. И ты это понимаешь. У тебя есть обязательства, у меня тоже они есть. — Глупости какие, Драко. Сколько еще будешь на других оглядываться? — и без перехода спросил: — Я тебе нравлюсь? — Нравишься, — с нервным смешком сказал Драко. — Ты мне тоже, — сказал Гарри и улыбнулся открыто. — Пошли, у меня там гостинец с собой. — Надеюсь, не Огденское? — Лучше! Пирог с патокой от миссис Уизли. — Поттер, ты хочешь меня накормить уизлевским пирогом? — он поморщился, шагая за Гарри, который уверенно направлялся в их гостиную. — Накормлю, даже не сомневайся. — Не буду! Но Гарри уже устроил сверток на изящном столике и разворачивал промасленную бумагу. На свет появился красавец-пирог, и под сводами Малфой-мэнора разлился запах миндаля, сливок и патоки. Драко дернул носом, но демонстративно отвернулся. Гарри палочкой коснулся чайника и заварил на двоих чай. — Поттер, тебе не кажется, что наши встречи похожи на сходки клуба тех, кому за сто пятьдесят? — спросил Драко, после того как Поттер разрезал пирог и уселся пить чай. Гарри замер, не донеся кусок до рта. Он отложил пирог, облизнул испачканные губы и спросил: — А ты чего хочешь от этих встреч? Драко открыл было рот, но тут же его закрыл. Сказать было нечего. Право, не в его силах было выдать Поттеру что-то вроде: «Ты мог бы сидеть прямо тут, а не через целый стол, будто мы на смотринах. Ты мог бы целовать меня, мог бы повторить свое пьяное выступление, мог бы сказать, что сходишь от меня с ума». — Давай сюда свой пирог, — сказал вместо этого Драко. Гарри улыбнулся, и Драко показалось, чуть вздохнул. Они принялись пить чай. — Это все безнадежно, Поттер, — снова начал Драко, прожевав угощение и отставив изящную фарфоровую чашку. Гарри опустил глаза. — Ну что ты молчишь? — Ты не пробовал ненадолго забыть, что ты Малфой, и просто получить от жизни немного удовольствия? Гарри с ненавистью оглядел вычурно обставленную гостиную. Каждый предмет в этой комнате говорил, что хозяин ее — не последний человек в обществе. Вся эта лепнина и позолота кричали, что их надо быть достойным. — Этот дом плохо на тебя влияет. Да и меня самого пугает твой дворец. Чувствую себя сбежавшим от хозяина домовиком, кажется, меня вот-вот отправят чистить тут столовое серебро. Гарри поставил чашку сильнее, чем хотел, ложечка жалобно звякнула о блюдце. Он встал, не слушая возражений, схватил Драко за руку и потянул его к выходу. Он пропускал мимо ушей слабые протесты и тащил Драко через гулкие, роскошно убранные комнаты. Они почти бегом добрались до ворот, и Поттер затянул его в парную аппарацию. Вывалились они у дома на Гриммо. Драко перевел дыхание и осмотрелся. — Гнездо Блэков, — протянул он. — Отлично, тут-то я сразу забуду о том, кем же являюсь по рождению. — Это мой дом. Мой дом. Не гнездо чистокровных магов. Однако обстановка, как только они вошли, кричала об обратном. Дом был отмыт, очищен и обновлен. Но это было самое настоящее логово темных магов. Потемневшие от времени деревянные панели, тени по углам и в складках тяжелых бархатных штор. Дом был угрюмым, молчаливым и очень неприветливым. — Ты как будто разграбил антикварную лавку. — Спасибо, мне лестно, — криво улыбнулся Гарри. — Ты так и не рассказал ничего о себе. Так чем ты живешь, Гарри? — Драко с тревогой осматривал гостиную, в которую они прошли. Все окна были плотно зашторены. На массивном столике у дивана стоял подсвечник, залитый воском, будто его никогда не чистили. Под ним лежала книга в темном переплете. Драко подошел ближе и попытался прочитать название. Но буквы тут же перестроились и сложились во что-то совершенно нечитаемое. Он напряг зрение, попытался расшифровать анаграмму, но проклятые закорючки снова поплыли, ловко меняясь местами. — Не надо, — Гарри подошел, как только Драко приблизился к столику. — Это лучше убрать. Он схватил книгу и вышел без объяснений. Драко тут же принялся оглядываться. Что еще прятал Поттер? Не успел он найти чего-нибудь такого же страшно интересного, как Поттер вернулся с бутылкой вина. — Не Огденское, но лучше этого бесконечного чая. Драко только вздернул нос и уселся на диван. Поттер плюхнулся рядом и вручил ему бокал. Они перебросились парой фраз, и Драко подумал, что Гарри все-таки умнее него. Это было то, что нужно. Они сидели очень близко, только руку протяни. Слабенькое вино не мутило разум, зато приятно расслабляло. Драко отставил бокал и решительно потянулся за поцелуем. Свечи вдруг вспыхнули, а потом огоньки практически погасли, подавленные темной силой, что начала разливаться в воздухе. Гарри чертыхнулся и вскочил. — Тебе лучше уйти, Драко, — резко бросил он и поспешил на кухню. Драко только возмущенно крякнул и рванул за Поттером. Он влетел следом за ним на кухню и замер. Дверь, ведущая в подвал, покрылась изморозью; мелко дребезжала ее латунная ручка. Раздался протяжный скрежет, но Гарри даже не дернулся, осторожно приближаясь к двери. — Чем ты тут занимаешься, Поттер? — со страхом прошептал Драко. Он вздрогнул, когда в дверь из подвала что-то глухо ударило, а потом раздался осторожный стук. Тук-тук-тук. Будто костяшками пальцев. — Все в порядке, но тебе надо уйти. Уходи, прошу. Прямо сейчас, — напряжённо сказал Гарри, глядя на то, как дверь медленно приоткрывается. — Драко! Малфоя не надо было уговаривать, он выбежал из комнаты, не желая встречаться с гостем из подвала. Задыхаясь, он вывалился на порог и аппарировал. Сердце стучало как сумасшедшее, когда он бежал в мэнор. Под сводами родного дома он наконец выдохнул с облегчением. Драко вернулся в гостиную, сел в кресло и бездумно ухватил кусок пирога.
