Точка пересечения

              Хан Сон-И отпила из своей кружки горячий шоколад и заворожено посмотрела на полыхающий ярким пламенем костёр, в котором чуть слышно трещали поленья и хворост.               В этом мире льда и снега на многие километры расстилался сказочный белоснежный лес высоких хвойных деревьев, которые росли так близко друг к другу, что своими густыми кронами практически закрыли небо, и слабые лучики света едва пробивались сквозь их плотную завесу к земле. В Южной Корее такого не встретишь.               Школьница уже немного привыкла к жизни в спальном мешке и палатке, расположившейся посреди заснеженного леса, и не испытывала никаких неудобств. Иногда начинало казаться, что она уютно отдыхала в каком-то загородном лагере, а не попала в другой мир, кишащий кровожадными монстрами, которые бы с удовольствием разорвали её на части и не оставили от неё даже костей.               Жизнь в красных вратах должна была стать для Сон-И адом, если бы не закончилась в первые же секунды после меткого выстрела снежных эльфов, но стараниями Сун Джин-Ву она была тепло одета, сыто накормлена, имела крышу над головой.               Откуда у брата подруги оказалось всё необходимое на такой случай, начиная с тёплой одежды и просторной палатки и заканчивая свежим хлебом и горячим шоколадом, Хан, как и другие охотники, понятия не имела, и даже не могла спросить — Джин-Ву очень настоятельно попросил этого не делать. Конечно, никто не посмел перечить своему благодетелю.               Впрочем, это было не единственное, о чём его так хотелось расспросить, и не единственная причина, почему нельзя было этого сделать. Исходя из всего увиденного, он мог не только хранить гораздо больше вещей, чем обычно позволяла такого рода магия, но и был сильнее всех остальных членов рейда вместе взятых, включая довольно известного в Корее новичка А-ранга…               Говорят, нет монстров, которые были бы способны охотиться на ледяных медведей или на их территории.               Впервые услышав громогласный рёв, от которого со всех деревьев в округе в воздух поднялись птицы и попадали шапки снега, Сон-И потеряла всю былую уверенность. Впервые увидев настоящего ледяного медведя, монстра которого было в пору опасаться даже высокоранговым охотникам, она не нашла в себе сил ни кричать, ни оторвать взгляда, не говоря уже о том, чтобы куда-то бежать и где-то прятаться.               Вопреки всякому здравому смыслу Сун Джин-Ву пресёк попытку охотницы В-ранга и двоих магов С-ранга атаковать монстра. Силы были не равны. Что для троих охотников из Белого Тигра, что для одного Джин-Ву, эта схватка была с огромным преимуществом для одной из сторон. Только вот во втором случае преимущество находилось не на стороне монстра… Юноша был охотником, для которого не составило никакого труда проломить череп ледяному медведю.               — Я привёл тебя сюда, и я несу за тебя ответственность, — не громко сказал он, гладя Сон-И по голове. — Вот и всё.               При одной лишь мысли об этом сердце Хан застучало быстрее. Казалось, оно обратилось дикой птицей и с невообразимой силой билось в грудной клетке, пыталось побиться сквозь рёбра и во что бы то ни стало вырваться из своего заточения.               Джин-Ву защищал членов своего маленького отряда от любых опасностей, как бы отец защищал своих собственных детей. Он не позволял им сражаться с местными монстрами, часто уходил патрулировать территорию и всегда возвращался со свежим мясом, не давая ни одного повода лишний раз уйти из лагеря и подвергнуться какой-либо опасности. Кажется, за всё то время, что находился в красных вратах, он ни разу не спал и даже не прилёг отдохнуть…               — Командир! — обрадовались члены команды, завидев его невдалеке.               Охотница Пак Хи-Джин сразу положила на чистую тарелку порцию ещё горячей медвежатины и налила в его кружку свежий кофе. Это было то немногое, что она могла сделать для своего спасителя.               — Спасибо, — всегда звучала в ответ сухая благодарность.               Что немного странно, юноша никогда не показывал какой-либо заинтересованности в красавице Хи-Джин. Он не позволял себе никаких гляделок, случайных прикосновений или фраз, которые бы дали повод в этом усомниться.               — Ты не устал, оппа? — спросила Сон-И.               Сама она плохо спала: тяжело засыпала и просыпалась от каждого шороха, пока Джин-Ву не было рядом.               — Нет. — Тот отрицательно покачал головой и убрал уже пустую после трапезы посуду. — Всё в порядке.               — А я так устала сидеть на этом холодном бревне, — шутливо сказал она. — Вот бы посидеть на коленочках оппы.               — Ты уже не ребёнок, — сказал Джин-Ву настолько серьёзно, будто не понял, что это была шутка.               — Агу… — тихо сказала она непонятно зачем.               Не веря своим ушам, юноша удивлённо уставился на Сон-И. Та смущённо отвела взгляд и уже едва слышно повторила:               — Агу…               Охотник по-доброму усмехнулся. Осторожно взяв Хан под подмышки, он поднял её над землёй, усадил на свои колени и обнял одной рукой за плечи.               — Отдыхай, Сон-И.               От нахлынувшего смущения та покраснела до самых корней волос и молча уткнулась лицом в шею Джин-Ву. Нос едва ощутимо защекотал приятный аромат его кожи. Хан Сон-И вдохнула полной грудью и, прикрыв глаза, незаметно для себя задремала. Сейчас она действительно чувствовала себя в безопасности.               «Может, мне тоже попроситься к нему на колени?» — весело подумала охотница Пак.