Волшебный Лагерь

— Сколько можно, Изабелла? — с трудом прошипел я. — Погоди ещё пару мгновений, — буркнул голос волшебницы у меня в голове. — Я уже почти закончила. Фактически, я в тот момент был для блондинки машинкой на радиоуправлении или чем-то похожим. Через меня и мой жезл она получала всю необходимую информацию о захваченном нами миньоне. Мне отнюдь не было жалко помочь подруге, если бы не нагрузка, увеличившаяся вместе с усилившимся потоком данных. Больше всего это походило на то, что блондинка подошла и навалилась мне на спину всем своим весом. Всё бы ничего, но ощущалось всё это именно так, вплоть до того, что я ощущал упершуюся в меня грудь девушки. И это отвлекало меня от происходящего ещё сильнее, что не шло на пользу моему самообладанию. Вдруг вес на моих плечах мгновенно исчез. — Я тут больше ничего не смогу сделать. Бедняжку нужно показать феям, — пояснила нам волшебница. — Быть может, они смогут ей хоть как-то помочь. Нам же предстоит разобраться в происходящем более детально. — Что насчёт её состояния? — поинтересовалась Натали. — Я так и не смогла понять, что именно это был за цветок, — призналась Изабелла. — Но шедшие через него сигналы явно относятся к какой-то форме магического контроля. — Управление разумом? — тут же насторожился я. — Настоящая работа с разумом — это очень сложный навык, — пояснила подруга детства. — Чем сильнее существо в магическом плане, тем сложнее влиять на его разум. Если человек владеет хотя бы зачатком подобных способностей, волмону уже практически невозможно изменить то, что происходит внутри разума… — Но ведь у них куча самых разных прислужников, — возразил я. — Ты сама мне об этом рассказывала. — Ну, понимаешь, — протянула девочка-волшебница. — Они… Ну, не совсем они. Если человек не поддаётся переписыванию мозга или иному аналогу контроля, существуют особые приёмы, которые… скажем так… В общем, они отстраняют разум от управления телом. Иногда он остаётся в сознании, иногда его погружают в сон или стазис. Такой миньон не может отвечать за свои действия. Поэтому при разведке мы стараемся сначала обезвредить их и определить способы подчинения. Впрочем, иногда этого не выходит сделать… С этим приходится мириться. — Почему-то я сожалею о том, что спросил об этом, — помрачнел я. — Ладно. Каковы наши дальнейшие действия? Стоит ли нам вообще ошиваться в лесу, где что-то может захватить наши тела? На какое-то время с той стороны линии связи всё затихло. После чего Изабелла вновь заговорила. — Мы всё же должны узнать, куда делась Офелия, — возразила волшебница. — Постарайтесь не привлекать излишнего внимания монстров, что, похоже, сумели проникнуть за линии заграждений. Я пока попытаюсь создать заклинание, которое сможет помочь нам найти мою подругу. Зная её, она сейчас наверняка пытается найти и покарать захватчика, решившего посягнуть на её владения. Даже если они не совсем её. — Ну почему у меня всё в крайности скатывается? — простонал я. — То слишком тихая жизнь, то все неприятности, что только можно на свою голову насобирать… Создав из моей силы платформу-носилки, мы отнесли нашу «находку» в тень возле дома дриады. Сейчас это было самое безопасное место в этой части леса. — Изабелла, — снова вызвал я подругу по магической связи. — У нас есть хоть какое-то представление о том, сколько всего гражданских застряло в лесу? — Сейчас посмотрим отчёт о миссии по перемещению, — я подсознательно почувствовал, что девушка застучала по клавиатуре. Звука, как если бы мы говорили по телефону, не было. — Цитирую: «В ходе изъятия площади леса также было перенесено незначительно число посторонних лиц. Оценочное количество — не более десятка. Поиск и эвакуация признаны нецелесообразными с точки зрения сохранения и распределения ресурсов Лагеря». На какое-то время воцарилась тишина. — Довольно мерзко, — выдала свой вердикт Натали. — И это я как демон говорю. — Мне казалось, девочки-волшебницы были призваны для защиты людей. Это на защиту не шибко смахивает, — встал на сторону суккубы я. Через связь буквально чувствовались злость и негодование блондинки. Девушка в лагере буквально пылала от этих эмоций. — Я найду эту «сберегательницу ресурсов» и затолкаю её волшебный жезл в такие пучины, что его блестки никогда не встретятся со светом звёзд! — проклокотала она. — Ладно, девочки, мне нужно найти Ниль и уговорить её отправить пару фей-лекарей для помощи жертве, а вы пока действуйте по ситуации. Если что, не стесняйтесь меня вызывать. Буду на связи. И на этих словах связь как раз и пропала. Я переглянулся со своей напарницей. Нам предстояло решить, что же всё-таки делать. Изначально, наша миссия состояла из поиска и ликвидации. Найти дриаду, угрожающего ей волмона и убить оного. Теперь в переплёт попали посторонние. Мне это совершенно не нравилось. Особенно учитывая контекст. Попав во вторую жизнь я начал острее чувствовать ситуации, где кто-то рисковал потерять себя. Ведь, фактически, единственно, что мог унести с собой Странник в другую жизнь, были личность, знания и воспоминания. Безусловно, когда-то в будущем я смог бы дорасти в могуществе до того, чтобы прихватить с собой и что-нибудь более материальное, но это когда произошло бы. А вот такие финты и переплёты, как этот, очень сильно на меня влияли. Даже вполне себе «добровольная» потеря себя в виде какой-нибудь наркоты на улицах вызывала во мне желание борьбы и месть в отношении зачинщиков. Хотя, казалось бы, достаточно было просто не лезть в такое самому. Но с новым рождением во мне будто тумблер щёлкнул. Пожалеть и побаюкать себя я мог ближайшую вечность. А вот у окружающих такой возможности не было. Нет, конечно, я не бегал и не подтирал сопельки каждому встречному. Но моя жизненная позиция стала куда более активной, за неимением более подходящего слова. А учитывая то, кто мне попался в напарники, не стоило удивляться, что мы побежали искать остальных «пчёлок». Искать в наполненной магией чаще жертв волмона оказалось задачей нетривиальной. Даже факт того, что демон желаний, казалось бы, должен легко чуять людей, сталкивался с тем, что этих самых желаний у новоявленных миньонов было раз два и обчёлся. Жужжащие девочки хотели ровно две вещи — «служить своей королеве» и «защищать лес». А цветок на голове ещё и каким-то образом усиливал созвучие магии внутри девочек природной энергии вокруг нас. В общем, пришлось попотеть и побегать. На прямоугольном барьере-носилках, скопилось уже четыре посапывавших в беспамятстве пчёлки, когда с нами на связь снова вышла Изабелла. Волшебница молний не только выпросила у старшей феи пару лекарей, но ещё и как-то убедила явиться саму. Это не только повысило шансы наших потеряшек вернуться к человеческому состоянию, но ещё и позволило создать телепортационный маяк, к которому сразу же переносило наши цели. Мы отправляли несчастных девушек на поляну, а там ими тут же занимались Ниль и лекари. И вот, мы склонились над последней пчёлкой. Больше гражданских в этой части леса не было. — Ксави, мне кажется, или у этой одежда другая? — обратила моё внимание на жертву волшебница. Пчёлка и впрямь отличалась. Вместо юбки на ней были брюки, пусть и в фирменной пчелиной жёлто-чёрной теме. Также были видны рубашка и жилет. Правда, фигура под всем этим всё равно была женской. — Это мужская одежда, — вздохнул я. — Либо это женщина, одетая как мужчина, либо... — Волмон трансформировал её, — ввязалась по удалённой связи в разговор Изабелла. — Всё как у настоящих пчёл в дикой природе. Видимо, трутни ей не понадобились, вот и наш пчело-волмон и... Подправил её под параметры рабочей особи. — Оу, — поёжился я. — Феи ведь смогут тут помочь? — Сложно сказать, — подтвердила мои опасения блондинка. — Зависит от механизмов превращения, а также времени нахождения под чарами волмона и ещё кучи других параметров... К тому же, не думаю, что отменять именно это превращение будет разумно. — Это почему? — Правила Лагеря, — напомнила мне Натали. — запрет на мужчин касается любого в этом измерении. Не только на нахождение на территории нашего поселения. — Тащить к нам сюда гражданских в целом не особо советуют, — вновь взяла слово блондинка, находившаяся от нас на расстоянии. — Иногда везёт, и найдёныш оказывается потенциальной девочкой-волшебницей. Но вот пока ни один приведённый мужчина не ушёл от моей мамы целым. И в своём уме. — Кхм, — только и смог выдавить из себя я. — Хорошо, что мы тут все девочки, — наигранно прощебетала мне Изабелла. — Правда, Ксави? — Безусловно, — процедил я. Внезапно, за моей спиной зашевелились кусты. Мы с Натали тут же обернулись на звук. Перед нами листва буквально за мгновения превратилась сначала в неясную фигуру, а затем буквально соткала из себя высокую женщину. Незнакомка была выше меня где-то на полторы головы и была сухой и поджарой. Несмотря на гуманоидное телосложение ноги и руки казались слишком уж длинными в сравнении с человеческими. Однако вместе эти тело, симпатичное личико, светло-зелёный оттенок кожи, а также одеяние из лозы и листьев создавали вполне приятную глазу картину. — Вы славно поработали, девочки-волшебницы, — позволила себе улыбнуться дриада, а это была именно она. — Даже ты, Натали, что удивительно. — В смысле? — не совсем понял я наезда на свою подругу. — Не обращай внимания, — отмахнулась та. — Моя изначальная природа не очень сочетается с зеленью, цветочками и всем таким прочим. Хотя суккубы стоят как-бы на отшибе всего демонического и не очень связаны с адским пламенем. — И только поэтому тебя терпят в этом лесу, — фыркнула зелёная женщина. — Впрочем, стоит вернуться к жестам вежливости. Я безусловно слышала о тебе, Натали. Меня же зовут Офелия. Я являюсь дриадой и хранительницей сего леса. А как зовут тебя, юная волшебница барьеров? — Ксави, — представился я своим подставным именем. — Скажите, вам не приходилось натыкаться здесь на волмона, изображающего из себя пчелиную королеву или матку? — Даже более того, — подтвердила мои предположения альв. — Я точно знаю, где его искать