Сувенир

Forester — All My Days Gracie Abrams — Block Me Out Avril Lavigne — Avalanche FLETCHER — girls girls girls Hailee Steinfeld, DNCE — Rock Bottom Sara Mostaza — Sin Mi VOILÀ — Therapy       Ощущать себя в пространстве странно, когда ты едва не сходишь с ума от своих же размышлений. Кто ты? Где ты? Почему ты? Она бы могла ответить на любой из этих вопросов в другой своей фазе, но сейчас… Сейчас она едва понимает слова, которые написаны на лежащем рядом журнале. Всё кажется расплющенным, мягким, размытым. Она сама себя не чувствует, едва воздерживается от того, чтобы не потянуть сильно волосы на затылке, чтобы тело подало хоть какой-то знак. Но она не в том положений, не в том месте, и ведет себя не так, как стоит себя вести на глазах стольких людей.       Кажется, она бледнеет. Джоана облокачивается на стенку, представляя, как скоро настанет ее смерть. Она уже ощущает себя мертвой, убитой чем-то, что не поранит тело снаружи, скорее внутри. Но как можно чувствовать себя мертвой, если ты не знаешь, что такое смерть? Ты не можешь ее понять. Что это такое? Возможно, это состояние — небольшой отрезок жизни. Или это самое тяжелое, что тебе придется пережить? Но в ее случае, это не такая смерть, которая должна ее убить.       Все сумбурно. Она может сорваться из-за одного слова и надолго не возвращаться к реальности. Ей нужны силы на восстановление, но так мало времени на это. Висящие на стене часы показывают пол третьего. Только вот стрелка барахлит — она двигается туда-сюда, показывая эти два с половиной часа уже минут пятнадцать. И если бы спросили, как она ощущает себя сейчас (а у нее спросят), она бы с лёгкостью ответила — как стрелка на циферблате. Шарахается с места на место, но по факту стоит на одном. Мечется между «до» и «после», понимая, что между ними невозможно существовать. Вероятно, она находится где-то посреди смерти и жизни, а часы так мило согласились остаться с ней в этом межвременном пространстве.       Она поворачивается к девушке за стойкой, пытаясь удостовериться, что все еще жива.       Ей нужно прекращать думать об этом. Крис сказала, что это не должно вызывать таких переживаний, это должно помочь. Но кто знал Джоану, тот в сто процентном случае мог сказать, что именно она-то и будет загоняться.       Наверное, кажется бессмысленным то, о чем она думала. Не каждый человек поймет, что твориться в ее голове. Ты стараешься, но плохо. А в какой-то момент даже не стараешься, ведь заранее знаешь, что проиграешь. Игра на выбывание, в которой Крис прошла больше уровней, чем любой другой человек в жизни Джоаны.       Наверное, Крис и не собирается проигрывать, ради нее, ради Джоаны. И вот она, приходит и целует ее, извиняясь за то, что оставила на пару минут наедине с переживаниями. Она забирает ее в объятья, тем самым вытаскивая из состояния мечущейся стрелки. Именно тогда Джоана начинает думать, что нет смысла в смерти. Нет смысла чувствовать себя беспомощно. Нет смысла, ведь сегодня…       — Джоана Бианчи, можете заходить. Доктор Санчес Вас ожидает.       …может все только начать, но в другом ключе.

***

      — Твоя голова в порядке. — говорит Монтеро, осматривая готовый снимок черепа. Доктор перебирает свои большие очки пальцами, а после встает к полке, забитой разной толщины папками. В это время Кристина изредка кивает на ее короткие предложения и вертит телефон в руках. Ее волнение, кажется, ощущалось всеми углами кабинета. — Мигрень? Головокружения? Провалы в памяти?       Кристина мотает головой. Монтеро достает карточку на имя Сото и кладет туда снимок, как подтверждение ее выздоровления.       — Нубия мне сказала, что ты потихоньку адаптируешься, — женщина вновь садиться на кресло и складывает руки в замок на столе.       — Да… — тянет Крис неуверенно. Ее пальцы слегка вспотели. — Джоана помогает в этом, я справляюсь.       Монтеро засматривается на лицо пациентки, будто стараясь придумать, как лучше упрекнуть ее в том, что она ничего не вспомнила. Но вместо этого выдает:       — А еще она сказала, что никаких вспышек памяти не было. Хотя вы вроде разработали с Джоаной… план по спасению утопающего.       — Никаких изменений… — кивает девушка, выдыхая теплый воздух из легких. По словам доктора Крис казалось, что она обречена.       Монтеро наклоняется к ней через весь стол и берет ручку и листок бумаги (что-то вроде бланка). Она начинает его заполнять, не обращая внимания на блондинку.       Крис в это время считала, сколько прошло дней после того, как она очнулась. Это было чуть больше месяца назад. Однако ее ещё ни разу не посетили какие-либо воспоминания. Все, что ей рассказывали, ощущалось больше как история, нежели реально существующий факт, который должен был остаться в ее голове. Плохо ли это? Спустя столько времени ни один раз не вспомнить свое прошлое. Это волнует ее, поэтому она решается спросить об этом у Монтеро.       — Я должна задать Вам вопрос, — тихо проговаривает Кристина спустя минуту раздумий. Она поднимает голову для реакции.       — Конечно, я даже знаю какой. — спокойной отвечает доктор, перечитывает бумажку и через секунды две протягивает ее Сото. — Распишись за осмотр.       — Эм… ну… так и… — девушка проходится взглядом по листу. Потом берет ручку и ставит закорючку возле фамилии. — Что тогда… что тогда Вы думаете?       — Кристина, я часто связываюсь с людьми, которые получают похожие травмы. И я знаю, что тебе хочется знать правду. — доктор забирает листок из ее рук и кладет в папку к, вероятно, ее делу.       — Я смогу вспомнить что-нибудь? Кто-нибудь смог? — в ее голосе слышна надежда вперемешку с сомнением.       Монтеро протирает глаза от усталости и выпрямляется. Она снова заглядывает в глаза Кристины, словно старается прочитать в них ее будущее.       — А ты сама этого хочешь?       — К чему этот вопрос? — Крис хмурит брови и жмёт плечами. — Конечно, хочу.       Недолгое напряжённое молчание царит между ними.       — Когда теряется память, могут пройти годы, чтобы она появилась. А могут и минуты. Но есть то, что тебе нужно понять твердо… — Монтеро наклоняется к ней. — Выигрывает в этой войне тот, кто имеет желание все вспомнить.       Крис опускает взгляд на свои кроссовки и чешет затылок. Есть вещи в прошлой жизни, которые она бы хотела вернуть. Хотела бы понять, хотя бы, как их потеряла и почему она это сделала. Ей казалось, что она начинает отпускать это, но… вдруг она ошиблась тогда в своем выборе? А если эта потеря памяти всерьез была для того, чтобы вернуть все, как было? Эта мысль появилась в голове ещё утром, а теперь черпала из разговора новые силы.       Но была и другая мысль, которую она насильно вбивала в себя и пыталась переварить ее как можно быстрее. Мысль о том, что у нее, на самом деле, хорошая жизнь именно сейчас, а не тогда, когда она ещё была моложе на четыре года. Мысль о том, что она чувствует к Джоане непонятную привязанность, которая исходит из непонятно каких соображений. Мысль о том, что она хотела бы иметь четыре поддерживающих подруги и хотела бы верить, что мама не будет ссориться с ней из-за мелочей. Мысль о том, что мир будет казаться довольно спокойным и даже рутинным, а не бурлящим новыми каждодневными фактами для нее. Но она все ещё не знает, кто она на самом деле, ведь ее жизнь перевернулась так сильно, что едва кому-то можно это представить. Она старается принимать, но прошлое зовёт ее, будто нужно было что-то знать, что-то понять, что-то вернуть себе, что тогда не удалось.       — Так повторяю вопрос: есть у тебя это желание?       — Я… честно, я…       — Кристина, просто от него зависит почти половина твоих усилий. — говорит она снова. — К чему твои старания, если они не являются таковыми на самом деле? Если есть что-то, что тебя сдерживает.       Многое, но ей казалось, что Джоана и ее новая жизнь перевешивают. На самом деле… есть кое-что из прошлого, она бы хотела иметь сейчас.       — Ты должна захотеть, Крис. И свыкнуться с мыслью, что ничего не вернуть. Твоя новая жизнь дороже. Иначе… иначе начинай ее с чистого листа.       Ещё один чистый лист? Нет, Кристина не хотела бы снова переворачивать страницы. Эмоциональных потрясений было слишком много на ее небольшую и единственную голову. Ее желанием было понять, почему ей хочется обратно и одновременно почему ей хочется идти вперёд. Разные чувства настоящего и прошлого смешиваются, и она, хоть и смиряется, все равно постоянно ищет ответы неосознанно.       Девушке тяжело не думать о прошлом. Как же ей вернуться назад и понять, чего ей не хватает? И стараться не забыть о настоящем и его важности?       Ответов она не может найти ни на один из вопросов.

***

      Джоана только подъезжала к больнице, но уже была готова как можно скорее убраться отсюда, потому что это здание напоминало о тяжёлых скомканных днях без малейшего понимания, что будет с ней и Крис дальше. Эта боль давила на ее ребра прессом, как только всплывали кадры перед глазами. Ей было тяжело переключиться на что-то другое, не связанное с теми проклятыми капельницами и жёсткими диванами. Она потрясла головой, как бы отгоняя от себя воспоминания и включила радио, чтобы заполнить эти мысли другими.       Она снова одолжила у Лукаса машину (когда-нибудь она отплатит ему за это), чтобы отвезти Крис домой после долгого дня. Брюнетка едва не засыпала на ходу, ей даже пару раз сигналили, потому что она стояла слишком долго на зелёном. Эта усталость проходила через все ее тело — даже руки было тяжело поднять, не то что веки.       Она пьет таблетки чуть чаще, чем стоит, поэтому ее отрубает даже на работе за считанные секунды. Но, по крайней мере, это даёт отсрочку от нервных срывов — сил на них у нее не осталось.       Стоило ей положить голову на руль и прикрыть глаза под звучание радио, как ее телефон завибрировал в левом кармане джинсов. Она резко поднимает веки и достает телефон. Лукас звонит ей по Фейстайму.       — Привет, конфетка! — раздается сразу, как только девушка нажимает на зелёную кнопку.       — Привет, Лу, — Джоана выдавливает улыбку и ставит телефон на держатель для удобства, одновременно убавляя звук музыки.       — Ты что, спала?! — спрашивает парень с удивлением, когда Джо протирает глаза и зевает.       — Нет, просто слегка устала…       Он долго молчит. Девушка знает, о чем он думает. Они дружат много лет и Лукас видел ее во всех состояниях. Парень знает, что она на таблетках и что ей тяжело даётся каждодневная рутина, когда она их принимает. Но вместо этого он шутит, лишь бы скрыть неловкость паузы:       — Ну да, выглядишь ты, конечно…       — Я знаю, что хреново, не продолжай. — прерывает она его реплику, не желая слушать о своем состоянии. — Я скоро приеду. Подожди еще час и…       — Нет-нет, я не из-за машины звоню. У меня есть новость! — лицо Лукаса резко засверкало очень ярко, а сам он еле сдерживается, чтобы не разорваться от радости. Шатен буквально ждал вопроса от Джоаны.       — Ну, рассказывай уже, — Джо поднимает веки пальцами и моргает несколько раз, пытаясь сконцентрироваться. Ей было интересно, но усталость забирала все эмоции.       — Меня хотят взять на роль! И это не второй план!       Нужно было видеть его восторг. Столько стараний, столько кастингов и, наконец, не в пустую.       — Да? Охренеть! Поздравляю, Лу! — Джоана радуется, искренне, но ее эмоциональное состояние не позволяет ей быть такой счастливой, такой энергичной, какой, наверное, ее хочет видеть друг, — И что же это за роль?       — Недавно открылся кастинг от одной молодой компании. Они снимали короткометражки про подростков. Им дали контракт на пару сезонов. Я не могу сказать о чем, но это будет что-то, что поможет многим людям себя принять! Я буду одним из главных героев!       — Ого, черт, Лу, это же… просто здорово! Ты добился своего, парень!       — Я как узнал, сразу позвонил тебе. Иван еще на смене и…       Бианчи заметила, как из больницы выходит Кристина. Она уже не слышала, что говорит ее лучший друг. Ей поскорее хотелось увидеться с ней, поговорить с ней, побыть с ней подольше, а ещё… У нее резко созрел небольшой план в голове. Так что она прервала Лукаса на середине рассказа про его переживания на кастинге и азарт, с которым он бился за роль:       — Ладно, актер, мне надо ехать! Я очень рада за тебя! Помнишь, в субботу в шесть?!       Рубио понимающие кивает и натягивает улыбку:       — Да, конечно, помню. Хорошо, удачи! Крис передавай…       Она быстро отключает звонок ещё до того, как он успевает договорить фразу. Крис как раз садится в машину и здоровается с брюнеткой.       — Как ты? — спрашивает Джоана, слегка касаясь пальцами ее плеча. Она замечает, что стала чуточку бодрее. — Что сказала Дьвол-носит-халат?       — Хорошо. — блондинка нервно заправила прядь за ухо. — Монтеро говорит, что никаких повреждений нет. Только витамины теперь пить и… — она запинается, — и продолжать следовать нашему увлекательно умному плану…       — Здорово! Я очень рада, — кивает Джоана, заводя машину.       Она замечает лёгкое волнение на лице Крис. Что-что, а настоящие эмоции девушки всегда были видны, даже если она их пыталась скрыть за другими.       — Что-то ещё? — аккуратно спрашивает она, стараясь не надавить. — Я вижу, что что-то не так.       — Нет, все нормально, просто… — она закусывает губу, — … странно было приходить туда. Тем более, после выписки…       — Это тяжело, знаю… — девушка поднимает подбородок Крис и смотрит ей в глаза. — Мне тоже нелегко, даже смотреть на это здание. Но… у меня есть одна идея, как нам расслабиться.       — Какая? — Крис хлопает ресницами и наклоняет голову вбок, с интересом наблюдая, как брюнетка разворачивает машину.       — Я просто подумала, что мы можем отпраздновать твою поправку! Хочешь пиво?       — Было бы неплохо, — соглашается Крис, вспоминая, что она давно не пила алкоголь.       — Тогда в бар? — предлагает Бианчи.       — В бар! — Крис улыбается, а потом пристёгивается, понимая, что они уже едут. Джоана знает, что теперь ее девушка куда предусмотрительней.

***

      — И ты сказала мне: «Если Вы оставите чаевые, может быть, у меня будет возможность сходить куда-то с Вами». Тогда я поняла, что готова каждый день заходить в кафе ради шанса на свидание.       — Ты просто сталкерила меня!       — Нет, я была влюблена.       Им потребовалось некоторое время, чтобы оставить машину и добраться до одного неплохого бара, в котором Крис и Джоана когда-то сидели, когда первая еще не потеряла память. Но они обе знали, что это стоит потраченного времени.       Девушки давно не выбирались куда-то. Можно сказать, они вообще не ходили никуда с того момента, как произошла авария. Они не были так близки, для Крис, и не были так спокойны, для Джоаны. Но сейчас они, уже допивая кружку пива, смеялись над самым первым разговором Крис с Джоаной. Не обошлось и без красных щек блондинки.       — Ты говорила, как сама ждала меня каждую смену и что это было очень необычное чувство для тебя.       — Даже представить не могу… Ты ведь, официально, моя первая девушка.       — И, надеюсь, последняя, — Бианчи улыбается и делает небольшой глоток пива. Ей лучше не пить, она это знала. Но… одну кружку? Ей точно можно было. Это не сделает погоды. И тем более, это подняло ей настроение.       Ещё полчаса назад Крис была потерянной, что немного озадачивало Джоану. Она отвечала односложно и все время была погружена в свои мысли. Но сейчас они обе хорошо себя чувствовали, делясь различными историями из их жизней.       — Сколько у тебя было девушек? — спрашивает Крис у Джо, а та давит смешок и опускает голову к столу. — Ну чегоооо? Рассказывай!       — Боже, тебе и правда интересно?       — Вообще-то да! Мне не только о своей жизни знать хочется, — улыбается Крис и наклоняется к Джоане, чтобы она заметила ее и подняла взгляд. — Ну, расскажи хотя бы о первой!       — Ладно-ладно! — смеётся она, а Сото закусывает губу.       Такие разговоры давались Джоане не так просто. Она не любила вспоминать прошлое — до Крис с ней происходили разные вещи, о которых лучше даже не упоминать. Но она не может отказать ей. И не хочет портить вечер.       — Честно, я всегда знала, что мне нравятся девушки, — брюнетка пожимает плечами и поправляет рукав на своей белоснежной майке. — Даже когда у меня был парень, я находила девушек привлекательными…       Кристина внимательно слушает ее. Так смешно наблюдать за серьёзностью Джо. Но особенно интересно сравнивать этот разговор про отношения с тем, что был у них чуть раньше.       — Но впервые я влюбилась в одноклассницу. Это было… в пятнадцать или шестнадцать, не помню честно. Это были лёгкие отношения… Мы много проводили времени вместе, читали друг другу, сочиняли разные истории и писали их, будто книгу. Она была как спокойное море при буре или летний ветер в лесу… Такая аура, понимаешь?       Крис кивает, представляя себе это чувство и невольно думая о спокойствии в отношениях с Джоаной.       — Мои бывший парень то и дело подшучивал надо мной и Селией. Но было плевать. Я была опьянена чувствами.       — Почему вы расстались? — спрашивает Крис после недолгих раздумий. Она убрала пряди волос за ухо, почувствовав, как стало жарковато.       — Ее брат рассказал о нас родителям. А они были против отношений двух девушек. Она не стала ради меня перечить им. Поэтому, совсем скоро я стала ненавидеть ее и… — Джоана не продолжила, ведь тогда бы пришлось говорить о срывах, о боли, что она испытывала после них, о том, как ее стали все называть сумасшедшей, и о том, что это тоже было причиной переезда в Испанию, — и долго отходила…       — Мне очень жаль. — вздохнула она, хотя от чего-то этот разговор пробудил в ней чувство собственничества. Ей не понравилась, что Джоана могла быть с кем-то еще. — Но знаешь, если бы ей было это важно, то она бы все же отстаивала ваши отношения.       — У нее были проблемы в семье. Отец пьяница, а мать… как еще мать будет вести себя, имея двух детей, за которыми только она и следит? Истерики постоянные были. Так что тут скорее я, будучи ребенком, не смогла это понять.       Кристина задумалась над этим. Она помнила, какой вспыльчивой бывает. Когда эмоции захватывают ее, ничьё поведение не имеет объяснений. Возможно, это ушло с возрастом, ведь недавняя ссора прошла для ее чувствительности довольно гладко.       — А вторая… ох, это было спустя… два года. — Джо смотрит в потолок и кивает, будто говорит сама с собой. — До этого у меня были возможности завести отношения, но… я будто хотела лишь заигрывать со всеми, к кому меня ненадолго тянуло. Я перестала верить в то, что любовь и правда существует, раз так быстро меня люди переставали интересовать.       — Это было больно для тебя, думаю, это нормальная реакция, — кивает Крис, а сама представить не может, как эта Джоана, которая сидит с ней, могла менять партнёров на раз-два.       — У меня был парень спустя какое-то время, но мы расстались, не провстречавшись и двух месяцев. А потом… была она.       — Она? — переспрашивает Крис, не понимая, о ком говорит брюнетка.       Ей было морально тяжело вспоминать то время. Ужасные качели. Туда-обратно, без какого-либо отдыха. Она наплевала на лечение тогда. Она едва могла быть собой. Она, говоря откровенно, иногда думает, что это был другой человек, а не Джоана сама.       — Да, она. Белен. Она тоже была музыкантом и… была жуткой стервой. Она выводила меня из себя, но, как ни странно, мне это нравилось.       — Нравилось, в плане… страдать?       — Вроде того. — кивает Джо, сама не понимая, как тогда влезла туда. — У нас были ужасные отношения. Мы срывались друг на друга, доводили до слез, до истерик, но чувства, которые мы испытывали, были довольно сильные. Один день мы готовы были расцарапать друг другу лицо, а другой… просто сочинять песни вместе. И только спустя год я поняла, что это не мой человек, что я не должна быть с ней, что она убивает меня изнутри. Мне потребовалось время, чтобы прийти в себя. А потом…       — А потом ты зашла в кафе и нашла меня? — усмешка срывается с уст Сото.       — Как ты догадалась? — риторически воскликнула девушка. — Да, я нашла тебя.       — И у нас были ссоры? — Кристина помнит слова мамы по поводу их ссор, и ей хотелось узнать об этом получше.       — Есть разница между ссорами и скандалами… Тем более, ссоры в отношениях это лишь этап, который…       — … приносит свои плоды. Ты уже намного спокойнее воспринимаешь мои противоречия. Значит, терапия работает.       — Я иногда думаю… а может я такая же, как Белен?       — Не говори так, Джо, — Крис льнет к ней, осторожно касаясь пальцами мокрых щек.       — Просто, я чувствую себя такой стервой после наших ссор. Я даже не помню, что говорила тебе и как говорила… Ты понимаешь, что я не в порядке?       — Ты в порядке, Джоана. Все намного лучше, чем было, веришь?        — Да, получается, мы встретились тогда, когда это было необходимо? — шепчет Крис, как бы себе по нос, но ее слышит брюнетка и кивает.       — Предназначение, — она разводит руками, будто рисует радугу, и они обе смеются.       Джо смотрит на время и поднимает брови.       — Пойдем домой? — предлагает девушка. — Нам лучше что-то сделать к ужину.       — Ты имела ввиду заказать?       — А разве я не это сказала? — они смеются, делают последний глоток пива. Затем Джо платит за напитки, пока Крис идёт в туалет, прихватывая за собой клетчатую рубашку и сумочку.       Они выходят из бара и валяют дурака целую дорогу. Пока они двигаются вперёд по бродвею, Крис не посещают мысли о прошлом или даже настоящем, Джоана не думает о своем состоянии и не жалуется, как же сильно ей хочется спать.       Они счастливы и свободны. На какое-то время точно.

***

      Крис смывает лёгкий макияж с лица, пока Джоана сушит свои темные кудри феном. Ей показалось, что посиделка в баре помогла им в кой-то веке поговорить о чем-то обычном, при этом не чувствуя смятений. Они становятся ближе, хоть и не так быстро, как, возможно, хотелось брюнетке, но Крис уже не против подшутить над Джо и самой рассмеяться от ее поведения. Ей было легко с ней. И ведь ради этого можно же хотеть вернуть память?       Когда Джо убрала фен, она плюхнулась на кровать рядом с блондинкой и выдохнула, так сильно, будто таскала кирпичи, а не сушила волосы. Она закрыла глаза и потянулась, при этом говоря:       — Лукас звонил. Сказал, что ему дали главную роль в каком-то подростковом сериале.       — Вау, это так классно! — отвечает Крис. Ей не особо был знаком Лукас, но она знала, что он лучший друг брюнетки и мечтает быть кино-актером.       — Ага… а он-то как рад.       Кристине нравилось, что они могли говорить о каких-то таких простых вещах, которые не касаются ее, но касаются Джоану. Ей нравилось это чувство, будто они столетние подруги и могут делиться всем, с чем им кажется нужно делиться.       Пока брюнетка мылась в душе, Крис думала о первом поцелуе с девушкой, которая что-то пробудила в ней. Тогда она была в школе и не пропускала ни одной тусовки. Похоже, на одной из таких это и произошло.       — Я впервые поцеловала девушку в шестнадцать лет, — говорит Крис, думая, что Джо будет это интересно. Но, она, к счастью, уже это знала. — Я думала, что это влияние алкоголя, но, должно быть, мне просто нравилось…       — Так ты решила признаться, что ты би?! — Джоана поднимается на локтях и раскрывает глаза.       — Я сейчас переосмысливаю многие вещи… Может быть, может быть!       — А Вы, Сото Пена, не так быстро сдаётесь! — смеётся Джоана и подвигается к девушке с задумчивым взглядом. — Может, Вам помочь осознать себя снова?       — А Вы, Бианчи Акоста, не перестаёте флиртовать. — Крис, краснея, кидает на нее подушку, но не рассчитывает силу, и случайно, словно молотком, вбивает ее в кровать.       — Джоана! Прости!       Сото надеется, что не убила ее. И только она хотела забрать подушку, как оживленная Джоана кидает ее в Крис.       — Хочу и буду! — заявляет она, смеясь над возмущениями о флирте. Только зря она это сделала, ведь Крис уже приготовилась атаковать.       С этого начинается дружелюбная война между ними. Но продолжается недолго, так как они обе выдыхаются слишком быстро, а подушка оказывается в другом конце комнаты, так что уже становится лень за ней вставать. Замученные, они ложатся на кровать вниз головой и так звонко смеются, что, кажется, даже стены, отталкивая, борются с этим смехом.       Они недолго подшучивают друг над другом, пока Крис не решает пойти умыться. А когда она возвращается, то Джоана уже сопит на правой части кровати. Она не рискует будить ее — напротив, накрывает ее покрывалом и ложиться рядом. Девушка долго смотрит на ее опущенные веки и вздыхает от путаницы в ее голове.       Хочется ли ей большего с ней? Ведь она так заботится о ней. Может ли она построить что-то, имея лишь теплые чувства к ней и смущения от комплиментов?       Или она хочет почувствовать иные ощущения.

***

      Крис протирала последнюю полку, когда Джо ставила лазанью в духовку. Блондинка нервничала — сегодня должны придти ее друзья, которых ей тяжело, по правде, называть друзьями. Но так нужно — провести время с ними. Чтобы появился шанс. Чтобы можно было вспомнить хоть что-то.       Она вбивала это себе в голову, потому что должна в это верить. Мысли, которые посещали ее по поводу разговора с Монтеро, блуждали в ее голове достаточно часто. Но чаще них переплетались те, с которыми как раз она и боролась — прошлое, которое тоже было важным. Оно тянулось к ней, а Крис едва могла понять, наваждение это или просто стресс.       — Крис, ты в порядке? — Джоана подходит и возвращает Кристину из пузыря размышлений. — Ты протираешь эту полку уже минут пять…       — М… Да, вроде… не знаю. — блондинка опускает глаза. — Это… очень волнительно.       — Я понимаю. — Бианчи соглашается с ее переживаниями. — Знаешь, они тоже не очень понимают, как вести себя. Так что, помни, что вы в равных условиях.       — Правда вот они знают меня лучше, чем я их, — она поднимает глаза и нервно тянет уголок губ вверх.       Джоана жмёт плечами и медленно берет ее за руку.       — Я буду рядом. Если что, просто смотри на меня.       — Постараюсь… Спасибо, — девушка аккуратно сжимает ее пальцы в знак благодарности.       — Мне кажется, я начинаю вспоминать Амиру… — говорит она, когда отпускает теплую руку и присаживается на диван.       — Что? Вспоминать?! — Джоана раскрывает глаза, думая, что к ее девушке возвращается память.       — Нет-нет, в смысле… черт. Я помню, я видела ее в университете… Она же училась со мной? Я общалась как-то с ней, но смутно помню… Это было ещё до того, как я бросила учиться.       Бианчи, раннее обрадованная, с разочарованием присаживается рядом. Она поднимает уголок губ вверх и кивает.       — Ты плохо ее знала тогда. Вы общаться стали, примерно тогда, когда ты отчислилась. Она тебе поподробнее расскажет, я думаю. Я лишь помню, что она помогла тебе принять выбор.       — Удивительно, как человек, которого ты едва знал, вмиг оказывается близким. Я бы не могла подумать, что когда-то буду дружить с мусульманкой.       — Что есть, то есть… Амира твоя лучшая подруга. — заявляет Джоана. — Она очень скучает.       Их разговор прерывает мелодия дверного звонка. Сердце Крис начинает стучать чаще.       — Дай им шанс. Это может помочь объяснить многое, — Джоана встаёт и направляется к двери.       Крис боится и одновременно ждёт этого. Но будет правильнее, если она узнает их лучше.       Она тоже встаёт и двигается прямо к уже раздающемуся смеху ребят.

***

      Они все такие разные. Почему-то кажется, что они вообще не должны были дружить. Но они такие сплочённые. Всегда шутят, смеются и так часто умиляются с чего-то. Они не дают ей чувствовать себя одиноко и отстранено. Они просто стараются помочь ей, отвечают на все вопросы. Она — центр внимания, чего не привыкла чувствовать ни в одной компании.       — Хорошо… Теперь сначала, — выдыхает Крис и собирается с мыслями. Она снова осматривает девочек и кивает сама себе. — Амира с моего универа, это я помню. Но… как мы стали так близки? Я просто… сложно себе представляю.       — Мы говорили с тобой как-то на счёт сдачи экзамена у преподавателя.       — Да, точно… Но… потом? — Крис неловко задавать вопросы, но такова их встреча — она подразумевает собой ее интерес и их ответ.       — Это было примерно… в общем, перед твоим отчислением. Я учила английский перед экзаменом и оставила сумку на скамейке возле универа. Я пришла за ней спустя минут десять, а ты курила там и рыдала, хоть и старалась держаться. Мне казалось, что нужно спросить, что с тобой. И я спросила, — Амира наполнена добротой. Крис заметила это ещё тогда, когда впервые говорила с ней. В ее глаза читалось столько теплоты к Крис, что ей стало ее жаль — потерять лучшую подругу, даже пусть на время, вероятно, просто невыносимо.       Амира отпила колу и продолжила:       — Ты ненавидела учебу и высказалась мне. Я поддержала твое решение уйти, если хочется. Ты отчислилась в итоге… но позвала меня в кафе, чтобы искупить свои «эмоции». После этого мы стали поддерживать во многом друг друга.       Все дружно завыли от умиления, а Крис покраснела. Так спонтанно — вы никто друг другу, а потом друзья навеки. Возможно, все же, это было то время?       — Так, хорошо… — она сглатывает и протирает горло пластикового стаканчика. — Эва работала со мной в кафе, а Нора…       — Нет, не Эва, а Вири! — кричат девушки разом и Крис закатывает глаза. Она не представляет, как это все собрать в одну цепочку.       — Это я работала с тобой у Элис. Мы хорошо ладили. — Вири напоминает ей. — К слову, я тут единственная, кто видел, как ты запала на Джоану.       Крис поворачивается на девушку, которая стоит в дверном проёме и потягивает бутылку колы. Она закатывает глаза на ехидную улыбку Джоаны, а затем показательно отворачивается.       — Давайте продолжим с меня. — говорить Эва. — У Вири есть замечательный муж, Уго, который раньше был парнем — все снова завыли от умиления, а Вири показала свое красивое колечко, — У него есть замечательный друг — Алехандро, парень Норы. Мы увиделись с тобой, когда Алехандро устраивал тусовку. Тогда Вири познакомила нас, и мы очень долго общались за барной стойкой. Ты говорила, как ты устала пить и тусоваться в таких местах, что ты устала от работы, которая не продвигает тебя никуда, что тебе хочется найти то, что будет более востребованными и интересным. Мы говорили о моей работе в тур агентстве. Тебя зацепило мое предложение устроиться к нам, потому что ты вроде как всегда хотела что-то похожее. И потом… через время, ты стала работать со мной.       — А я просто ее лучшая подруга, которая завлекала тебя на форумы феминисток. — заканчивает Нора и целует Эву в щеку. — Нужно ли пояснять, как мы нашли общий язык?       — А теперь объясните мне одну вещь. — выдыхает Крис и поправляет свою футболку. — Как мы все собрались?! И как мы вместе все ещё дружим?!       — Вообще… это все Амира, — говорит Вири и обнимает ее крепко, на что та сжимает плечи от смущения. Кристина улыбается на этот милый жест.       — Да ну вас… — тянет она, но все показывают на нее и смеются, заставляя ещё больше краснеть.       — Тебе исполнялось двадцать лет, юбилей всё-таки, и она решила собрать с нас деньги на сюрприз. Но из ее знакомых только мы не зажмотились. Так и провели день вместе в антикафе, а потом стали чаще зависать впятером, и… все, — говорит Эва.       — Боже, выглядит достаточно запутанно…       Крис переводит взгляд на Джоану. Та лишь кивает, как бы говоря: «Все хорошо, не переживай так». Она немного успокаивается.       — Предлагаю выпить за то, что мы встретились! — Нора поднимает стакан.       — Давайте! За встречу! — поддерживают Вири и Эва и тянут руки к центру. Крис повторяет за ними.       Джоана наблюдала за тем, как Крис общается с ними и улыбается, чувствуя родную атмосферу. Если подумать, то такая компания почти не имела шанс на дружбу. Но как обычно бывает — любая дружба зарождается из необъяснимых обстоятельств. И сейчас они как не разлей вода. Ее размышления прерывает Лукас, который ненадолго покидал их компанию.       — Кажется, она выглядит неплохо, — улыбается он, смотря за тем, как у Крис развивается мозговой штурм.       Джоана пожимает плечами и отпивает колу.       — Инес не придет? — спрашивает он.       — Она на очередном свидании.       — Было бы хорошо ей найти кого-то после такого долгого холостячества.       Девушка снова не отвечает, лишь смотрит за блондинкой и ее общением с подругами.       — Не хочешь сходить покурить? — спрашивает Лукас, так и не дождавшись реакции.       — Мы не курим почти два года, ты знаешь.       — Я хочу поговорить, — настаивает он и шагает на кухню. Джо не противится и идёт следом за парнем.       Как только они скрываются за дверью, девушка выпаливает, поднимая брови:       — Я знаю, что ты сейчас будешь говорить мне, так что давай побыстрее, не хочу портить вечер.       Ее права рука начала потягивать темную футболку вниз, поправляя ее — признак беспокойства номер один.       — Я лишь хотел…       — Тебе ещё раз повторить или мне уйти? — ей просто не хочется слушать то, что он скажет. Ей не хочется думать об этом.       — Джо… Ладно… Просто… Есть ли… какой-нибудь прогресс за все это время? — осторожно спрашивает он.       — Не знаю… — Джоана делает глоток и чешет затылок. — Ну, мы общаемся хорошо очень, и сейчас вот первые пункты плана реализуем, по которому…       — Я про ее память. — уточняет он свои слова. — Никакого, да?       — Ты пришел только упрекнуть меня? Или что-то ещё? — резко спрашивает его подруга. Она открывает холодильник и достает ещё одну колу, хотя и ту недопила — признак беспокойства номер два.       — Я переживаю за тебя. Ты в курсе, что мне и мама твоя звонила, и Санчес. И я видел твою усталость несколько дней назад. Даже сейчас ты не особо хочешь говорить.       — Черт, какой позор… — она закатывает глаза, чувствуя стыд перед ним. — Почему именно тебе нужно всем этим заниматься?!       — Я так хочу, чтобы ты в порядке была, конфетка. Ты видела себя? Ты только на антидепрессантах и живешь.       — Что тебе надо? — повторяет она, уже постукивая пальцами по столу — признак беспокойства номер три.       — Я хочу, чтобы ты думала о себе. — шепчет он. Лукас подходит ближе и кладет руку ей на плечо, привлекая внимание к себе. — Что ты будешь делать, если она не вспомнит?       — Что? — девушка встаёт в ступор от вопроса.       — Ты общалась с доктором? Сколько раз люди вспоминали?       — Я не думаю об этом. Это лишь цифры. На самом деле, все будет в порядке. У нас уже все в порядке, — произносит Джоана, смотря в его глаза.       — Ты уверена?       — Лу, ты же знаешь, что будет, если ты сейчас меня выведешь. Хватит давить, умоляю, — просит она и убирает руку с ее плеча.       — Дорогая, я лишь хочу сказать, что если ты будешь плевать на себя, то сделаешь хуже. Ты знаешь, что тебе нужно к нему. Хочешь, чтобы все кончилось, как тогда?       — Как тогда не будет. Белен уже в прошлом. И у меня есть Крис.       — Крис не помнит четыре года жизни! — он слишком громко сказал это. Джоана откинула голову назад к стене, чтобы успокоиться. Как бы никто не услышал их разговор за дверью. — Я знаю, ты не перестанешь пытаться. Но будь добра и к себе тоже.       Он подходит к ней и легко обнимает. Знает, что ей нужно время подумать. А когда слышит, что его зовут рассказать про его новую роль, то извиняется и уходит к девочкам в гостиную.       Джоана долго смотрит в одну точку, затем достает телефон из заднего кармана, включает его и находит нужный номер в контактах. Она долго держит палец у звонка, думая, что Лукас прав и она должна быть здорова, ради Крис даже, а не ради себя. Но потом бросает эту идею и возращается к друзьям, за одно забирая для них противень с лазаньей.

***

      — Так, ладно-ладно, — Эва все ещё смеётся над Лукасом, который однажды на спор съел целую тарелку лука, — теперь я! Я никогда не… спала с кем-то, кто ниже меня.       — Если вообще не спала, то что делать? — спрашивает Амира.       — Радуйся, — смеётся Эва, а затем открывает рот, когда переводит взгляд на Вири. Пьют только она, Лукас и… Крис метает взгляд на Джоану, и та играючи глазами делает глоток, намекая на разницу в их росте.       — Так, хорошо, теперь твоя очередь Крис!       Они решили сыграть в эту игру не потому что им нечего было обсудить. А потому что так они могут вспомнить моменты, которые Крис не помнит. Вместе они могли бы что-то ей рассказать о себе или о ней. Они-то знали ее лучше, чем она себя. По крайне мере свою прошлую жизнь точно.       Когда они наелись вкусной лазании от шеф-повара Джоаны, можно было разобрать диван и уместить на нем каждого. Так они и сделали — сели полукругом, но подложили плед на всякий пожарный, ведь кто-то да разольет пиво. Так что сейчас было комфортно всем.       — Я никогда не… — Крис думает, но в голове пусто, ни одной идеи, — я никогда не… блин, даже не знаю.       — Хэй, — Амира берет ее за руку и смотрит в глаза, — ты не переживай, мы тут просто развлекаемся, а не в игры разума играем.       Она успокаивает ее, а девочки поддерживают, говоря, что нет ничего страшного в том, что долго не приходит ничего на ум. Крис такая забота смущает.       — Я никогда не… — блондинка смотрит на Джоану, ее волосы, и резко вспоминает ее фотографии в фотоальбоме, — я никогда не красила волосы.       — А вот и красила! — заявляет Вири и улыбается во все тридцать два. — Правда, на пару дней всего и лишь кончики.       — Чего?!       — У меня есть даже фото где-то, сейчас! — говорит Нора. Через минуту Крис видит себя со светло-рыжими волосами на концах.       — Но… зачем?! — спрашивает Крис.       — Просто так.       — Насколько я помню, ты хотела изменений. И вроде удивить Джоану, — поясняет Амира.       — Я была и правда удивлена, — Джоана кивает, а они смеются.       — Это было весело!       — Это нифига не весело, Амира! — Крис едва не хнычет, рассматривая покрашенные волосы. Точнее, едва покрашенные и… почему-то они не красного цвета, а рыжего.       — Ты сама согласилась на это. Я предупреждала, что не умею красить. — говорит Амира, закусывая губу, чтобы не засмеяться снова. — Хотя дело, скорее, в краске. Надо было взять что-то получше.       — Это просто… ужасно, — шепчет она, не зная, какие слова ещё подобрать.       — Чего вы тут разорались?! — Нора заходит в ванную. Неловкое молчание сменяется звонким смехом, который потом подхватывает и Амира.       — Идиотки… Джоана также ржать будет. — тянет Сото. — Я завтра же иду в салон исправлять это…       — После этого твои волосы стали короче, к слову, — кивает Нора и делает глоток.       Крис даже не знает, что сказать на это. Она лишь осматривает свои кончики и улыбается, представляя это. Бедные волосы… Она бы ничего с ними не сделала несколько лет назад.       — Ами, теперь ты!       Пока Крис витала в мыслях, Джоана подвинулась к ней и завела руку за спину, чтобы стать чуть ближе. Сото замечает это и сглатывает от ее действия.       — Я никогда не… — Амира рассматривает потолок, размышляя над вариантами, — не крала ничего из кафе или магазинов.       Спокойно пьют все, кроме нее.       — Да вы невозможные… — смеётся она шокированная.       — Лу, ну ты-то куда?       — А почему к Норе никаких претензий?!       — Ты? Серьезно? — Крис шепчет Джоане, пока другие обсуждают свои мелкие хулиганства.       — Да, а что? Ты так-то тоже выпила, — Джоана переводит стрелки. Но Крис все же хочет знать правду.       — Я батончик пронесла в кармане… Это было случайно… А ты?       Джоана смотрит на девочек, а потом наклоняется к уху Крис и говорит так тихо, что вызывает у ее девушки мурашки:       — Моя кража сидит рядом.       Кристине остаётся только открыть рот от очередного флирта. Она так бы и закидала ее подушками, если бы не друзья.       — Я никогда не… — Нора оглядывает всех, а потом останавливается на Вири, — не ловила букет на свадьбах!       — Тут только Крис пьет, получается! — улыбается Нора.       — Чего?! — Крис снова недоумевает.       — На свадьбе Вири ты поймала ее букет цветов, — объясняет Эва.       — Блин, помните, как долго мы над ними шутили!       Крис ловит букет быстрее, чем это успевает сделать Инес, которая едва не падает, сталкиваясь с ней. Она радостно кричит «Поймала», а Джоана только и слышит от девушек рядом «Удачи» или «Поздравляю» за то, что она не делала.       Они вместе садятся за стол. Крис кладет цветы рядом, а затем пялится на свою девушку, подпирая голову рукой.       — Не смотри на меня так… — просит ее девушка.       — Как? — спрашивает она, усмехаясь.       — Будто я должна прямо сейчас предложение сделать.       — Не понимаю, о чем ты, — Крис отводит взгляд, а через секунду чувствует на своем колене руку брюнетки. Она не успевает повернуться, как та нежно целует ее в губы.       Ее девушка даже не догадывалась, что Джоана уже строит план по тому, как сделать ей предложение.       Блондинка заметила, как Бианчи напряглась. Наверно, для нее это было важно не меньше, чем и для Кристины тогда. Девушка положила голову на ее плечо, думая, что этот жест облегчит переживания брюнетки.       — Я никогда не… — медленно говорит Нора, — заставляла маму звонить моим друзьям, когда долго не отвечаю.       Пьют только Крис, Джоана и Амира.       — Моим родителям вообще всегда все равно было с кем я, — поясняет Эва. — Главное, что я прихожу домой в итоге.       — Мои обычно просто доверяли. Да и всегда была возможность им позвонить, — Вири кивает, при этом зевает. Алкоголь действовал на нее как успокоительное.       Крис тоже поддерживает разговор:       — Я помню, как мама звонила Хулии, потому что мой телефон разряжался, или я просто не отвечала. Я часто напивалась до такой степени, что засыпала на руках у нее. Боже, какой стыд потом был выслушивать все эти слова по типу «Я вынуждена звонить им, чтобы узнавать, где ты!».       Когда она подняла голову, ребята молча закивали. Никто никак это не комментировал, будто это была не очень приятная тема.       — Ты ведь знаешь, из-за чего перестала с ними общаться? — Амира хотела удостовериться, что Крис понимает, о чем говорит.       — Я рассказывала ей! — Джоана как-то резко взрывается в разговор, что немного смущает Сото.       — Да, Джоана мне рассказала, — она считает, что подробности о том, что узнала от Рубена о непонятной ссорой между ней и Хулией можно оставить пока при себе.       — Тогда… — Вири поднимает стаканчик, — Предлагаю выпить за то, чтобы все складывалось по наилучшему для нас сценарию!       — Вири как всегда…       — Прекрасный тост, — говорит Лукас, и они пьют.       После этого Крис задумывается над тем, что произнесла Вири. Может и правда тогда она перестала быть похожей на свои друзей. Вероятно, они просто разошлись во мнениях. И новый сценарий дал ей другую, лучшую жизнь. Но слова Рубена все ещё звучали странно в данном контексте.

***

      — Сегодня был хороший вечер, — говорит Лукас, обнимая Джоану и Крис за плечи. Девочки соглашаются с ним и тоже поочередно обнимают хозяев квартиры.       — Спасибо, что пригласили, — говорит Вири.       — Мы рядом, если что, Крис.       — Эва права, — кивает на ее слова Нора, — Пиши нам, мы всегда на связи.       — Спасибо… — она улыбается и неловко заправляет волосы за ухо.       Лукас и девочки поочередно выходят, прощаясь с ними. Только Амира остаётся, чтобы ещё что-то сказать подруге.       — Слушай, Крис, — начинает она, — если что-то нужно, например, захочешь о чем-то поговорить, не обязательно о прошлом, но и в целом… Можешь позвонить, я буду рада помочь и поболтать.       — Да, конечно. — Крис снова обнимает ее, немного дольше, чем до этого. — Спасибо тебе большое.       — Спасибо тебе, что согласилась увидеться, — она на последок кивает и последней скрывается за дверью квартиры.       Джоана закрывает дверь и видит, как Крис прижимается к стене и потирает веки пальцами.       — Устала? — спрашивает Бианчи, когда подходит к девушке и кладет руки на плечи, вглядываясь в ее голубые глаза. — Я могу сделать ванну, хочешь?       — Нет, я думаю… пожалуй, можно просто лечь спать.       — Тогда я пойду разберу кровать, ты пока можешь пойти умыться.       Крис кивает, а Джоана только успевает сделать шаг, как чувствует тепло на своей коже.       — Джоана, — Кристина тянет ее руку и разворачивает к себе. Их взгляды ненадолго встречаются. Девушка неуверенно оставляет на ее щеке маленький поцелуй и, краснея, отходит, — спасибо тебе за сегодня. И вообще за все.       — Да… не за что. — Джоана, все ещё шокированная, чешет правое плечо и не поднимает глаза. Затем, она сама целует ее в лоб, понимая, что теперь не будет отвергнута.— Главное, чтобы помогло.       После этих слов Джоана довольно быстро скрывается за аркой в спальню, а Крис, понимая, что сделала, прикрывает рот руками и тихо смеётся от этой детской нелепости.       Перед сном ей приходится долго ворочаться, ведь день был насыщенный и будоражащий для нее. Джоана уснула почти сразу, даже не было возможности поговорить с ней о ее мыслях о сегодняшней терапии с девочками. А этих мыслей казалось не так мало.       Из всего выше она могла заключить то, что все идёт мягко и… ей даже нравится результат. Ей кажется, что она готова делать шаги вперёд. Плевать на то, что сказал Рубен. Она готова оставить свое старое прошлое, чтобы вернуть к новому прошлому. Наверное, все же потеря памяти перед самым началом новых знакомств это и есть ее шанс стать лучше? Повернуть все назад, посмотреть, что в ее руках. Посмотреть свежим взглядом на вещи, которые она не ценила раньше? Может, ей стоит все же вернуться не в то начало, которое она предполагала?       Телефон вибрирует рядом с ее подушкой. Крис берет его в руки, ожидая увидеть простое уведомление из Инстаграма или беседы девочек, в которую она снова может что-то писать. Но вместо этого на экране блокировки отображается сообщение от неизвестного ей номера. Оно гласит:       «Привет, Крис»       Она заходит в WhatsApp и открывает фотографию человека, который написал ей.       И ее живот скручивает так сильно, словно она проглотила сто бабочек разом.