Спустившийся с молнии

В ушах стоит глухой звон, а голову как будто сдавили двумя тяжёлыми железками. Тело было каким-то онемевшем, что не позволяло пошевелить даже пальцем, а ощущение такое, будто всю силу и энергию разом выкачали из тела, оставляя только сознание и физическую оболочку. Что это? Может быть так выглядит жизнь после смерти? Или так выглядит сама смерть? Приложив усилия и немного открыв глаза, Чимин видит перед собой расплывчатый образ синеволосого парня. Похоже, он действительно умер, раз уж ему явился такой Ангел в лице любимого Юнги-хёна. — Намджун-хён, он очнулся. — раздался глухой голос того самого Ангела. Уже через пару секунд появился ещё один, такой же расплывчатый образ ещё одного человека. — Я умер? — первое, что сказал Чимин, так и не открыв глаза полностью. — Нет, ты просто потерял сознание. Границу между мирами ты прошёл, вот только это отняло у тебя слишком много сил, поэтому ты отключился. Но, нам повезло, что случилось только это. Могло быть и хуже. — ответил самый старший маг. — Как ты? Ничего не болит? — подал голос Ангел Юнги. — Голова болит. И тело…. я его не чувствую, как будто не моё. —прохрипел мальчик. Неприятные ощущения стояли в горле, от чего говорить было немного сложно. — Голова скоро должна пройти, а вот насчёт тела — это потому что ты растерял все силы. Хён, могу я зарядить его силой? — с последней просьбой он обратился уже к мудрецу. — Да, хорошо. Только не переусердствуй, он ещё слаб. Я пока пойду соберу всех, а вы потом приходите в штаб. — сказал Ким и ушёл. Теперь в комнате осталось только двое, но один из них до сих пор не мог понять, где сейчас находится. — Чимин? Тебя когда-нибудь током ударяло? — вдруг спросил Юнги. Главное, Чимин тут о смерти думает и уже морально к ней готовится, а этот Ангел задаёт такие странные вопросы. — Было пару раз в детстве, когда я хотел палочки для еды в розетку засунуть. — ответил тот, пытаясь сфокусировать размытый взгляд на старшем. — Тогда сейчас будет практически тоже самое, только в несколько раз сильнее. Дай мне свои руки. — Хён, я их не чувствую. — надул губы Пак. — Ладно. Юнги взял руки парня в свои, сцепляя их в замок и пустил разряд тока по его телу, тем самым заряжая необходимой ему сейчас силой. Тот распахнул глаза и крепко сжал руки хёна, а рот его раскрывался и закрывался в попытке поймать кислород, что выбило из лёгких. — Чимин, дыши. Всё хорошо, дыши. Сделай глубокий вдох, затем выдох. Чимин судорожно начал вдыхать воздух, не переставая сжимать руки. — Боже…. Что это было? — Я просто пустил ток по твоему телу, заряжая тебя силой. В этом нет ничего опасного. — поспешил успокоить малыша Юнги. — Боже! Я думал что умру. — Всё хорошо, а теперь ослабь хватку, ты мне сейчас кости сломаешь. — Ох, да…. прости. — увидев их сцепленные руки, Чимин убрал свои и тут же его щёки покрылись румянцем от близкого контакта. Когда он решил оглядеть помещение, то не заметил ничего странного, всё было так же, как и в его мире. Комната была большая, светлая и чем-то походила на медицинский кабинет, только без больничного запаха и всяких пугающих приборов. Сам Чимин всё это время находился на кушетке, после принял сидячее положение и свесил ноги. — Что это за место? — решил спросить Чимин. Тишина между ними немного напрягала, а ещё взгляд хёна слишком чётко чувствовался на его теле, поэтому он решил, хоть немного, разрядить обстановку простым разговором. — Это кабинет Намджуна. Помимо сражений с тенью и другой работой в штабе он занимается лечением. Тебе нужно познакомиться с другими магами, они ждут нас в штабе, пойдём. Пак медленно поднялся на ноги и пошёл за старшим. Всё было нормально, пока они не вышли на улицу. Здесь было практически тоже самое, что и в его мире: такие же дома, только разной формы и разных цветов, а вот небо. Вместо небо была видна галактика, а облака заменяли разные планеты, названия которых Чимин даже и не знал и впервые видел. Было смешение оранжевых, фиолетовых и красных цветов, из-за чего на улице было не так темно. Этот вид захватывал дух, от чего рот открывался в непроизвольном — «вау». Хотелось вечно смотреть на это «небо», но стоило парню только перевести взгляд вниз, на землю, если можно так её назвать, как сердце тут же упало куда-то вниз, а тело охватил страх. Землёй или полом это никак нельзя было назвать, ведь вместо этого было прозрачное стекло, стоять на котором было жутко страшно. Да, и стеклом это нельзя было назвать, так как при соприкосновении с тяжёлой подошвой не было никаких звуков, как о настоящее стекло, как будто, ходишь по земле. Ощущение, будто оно вот-вот треснет и ты провалишься в темноту. — Хё-о-о-н! — в страхе закричал Чимин и вцепился в рядом стоящего мужчину, как за спасительный круг. — Эй, тихо, тихо. Ты чего? — пугаясь такой внезапной сменой настроения, Юнги машинально обнял его свободной рукой за талию, мысленно удивляясь мягкости кожи, что чувствовалась даже через слой одежды. — Оно…. стекло разобьётся и-и я уп-паду. — в испуге проговорил Чимин, прижимаясь к любимому хёну. — Это пол, не бойся. Оно не сможет разбиться, чтобы ты ни делал. — успокаивал его старший, перемещая руку с талии и поглаживая по спине. — Я наверняка тяжёлый, вдруг оно разобьётся? — На этом, как ты говоришь, стекле уже много сотен лет стоит этот мир и за всё его существование оно даже ни треснуло, поэтому даже и сейчас с ним ничего не будет и ты не упадёшь никуда. — Правда? — Чимин приоткрыл зажмуренные глаза и посмотрел на Юнги, в глазах которого была чистая правда, что не могло не успокаивать. — Уж поверь мне. Он верил. Чтобы старший сейчас ему ни сказал, он бы поверил, и дело ни в том, что сейчас так сильно напуган, а в том, что любит этого человека. Несмотря на те слова и боль, Чимин любит его и верит. Возможно, кто-то бы назвал это глупостью, но нет, это чистая и самая невинная любовь. Но, к сожалению, неразделённая. Когда до парня дошло, в какой близости они находятся, Чимин тут же отскочил на пару метров, боясь нарушить его личное пространство и доставить неприязнь, которая, наверняка, есть. — Прости, я не хотел. Просто…. я испугался. Такого больше не повторится. — начал оправдываться Чимин, боясь вновь услышать болезненные слова в свой адрес. — Всё в порядке. Пойдём, нас ждут. Чимин шёл за Мином, не переставая оглядываться по сторонам, рассматривая новый, незнакомый для него мир. Здесь действительно всё было лучше, чем на Земле: по улицам не ходили пьяные люди, врезаясь во всё на своём пути; из окон домов не слышалась ругань взрослых, что выясняли свои отношения; не было надоедливых пробок, откуда доносилась нецензурная лексика водителей, что куда-то опаздывали и обвиняли в этом весь мир, потому что здесь не было ни машин, ни светофоров. В мире Чимина люди привыкли скрывать своё счастье, как физический изъян, а здесь они этого не делают. Каждый прохожий, что попадался им на пути, одаривал их тёплой улыбкой, от чего непроизвольно хотелось улыбнуться в ответ. — Хён, а эти люди имеют какие-нибудь силы? — задал Чимин интересующий его вопрос. — Эти — нет, они обычные жители. Но в нашем штабе, помимо нас, магов, есть и люди, которые могут читать мысли, видеть прошлое и будущее, могут предугадать какое твоё действие будет следующим — эти люди помогают нам поддерживать равновесие в этом мире. — ответил Мин, не поворачиваясь на позади идущего младшего. — А здесь тоже есть плохие люди? — Чимин ускорил шаг, чтобы не отставать от хёна. — Они есть везде. Мы называем их Найконы — это люди, которые не хотят быть под властью пяти магов и всячески пытаются нам помешать поддерживать равновесие. — А что вы с ними делаете? — в профиль Юнги выглядел ещё более прекрасно. Свет от необычного «небо» и его цветов играли на бледной коже лица, создавая прекрасную картину. И, будь Чимин художником, он бы обязательно запечатлел этот момент и повесил в своей комнате — подальше от чужих глаз. — Таких людей мы отправляем на пожизненное заключение в царство тьмы. Это является одним из самых суровых наказаний этого мира. — Юнги немного сбавил шаг, видя, как короткие ножки не поспевают за ним. — А кто такие тени? Намджун-хён сказал, что мне придётся с ними сражаться, но я даже не знаю кто они такие или такое. — чтобы не упасть Чимину, к большому сожалению, пришлось оторваться от созерцания искусства, (а иначе Юнги не назовёшь) и смотреть себе под ноги. — Тени — это чёрные призраки, которые не знают жалости и сострадания. Они не моргнувши глазом могут убить невинного младенца. Когда-то давно твой дедушка заключил с ними договор: они не суются на нашу границу, а мы отправляем им Найконов. Они никогда не нарушали договора, но когда родился ты — всё изменилось. Они знают о твоей силе и хотят её получить, а чтобы это сделать, нужно тебя убить. Но ты не бойся. 19 лет назад мы их победили и в этот раз сможем, но тебе придётся хорошо потрудиться. — объяснил Юнги, на мгновение посмотрев на Чимина, который тут же перевёл взгляд себе под ноги, чтобы его не обвинили в бессовестном разглядывании чужого профиля. — Я обещаю, что сделаю всё, что в моих силах. — твёрдо заявил Чимин. Он не хочет быть убитым какой-то тенью, поэтому он должен усердно работать, чтобы этого не случилось. Остальную часть пути они шли в тишине. Юнги вёл Пака к штабу, думая о чём-то своём, а второй просто наслаждался компанией старшего, часто поглядывая на него. Он рад, что может провести время с любимым хёном, пускай не так, как это было в его мечтах, но и этого было достаточно. Чимин готов пожертвовать своим счастьем и любовью, лишь бы только проводить время в обществе этого человека. Пускай, в роли знакомых или друзей, не важно, главное — с Ним. Через пару минут они подошли к большому железному зданию, вокруг которого была какая-то прозрачная сфера. — Это — защитное поле, которое не позволяет посторонним попасть в штаб. — ответил Юнги на немой вопрос мальчика. — Оно, возможно, тоже тебя не пропустит, поэтому дай свою руку. Не задавая лишних вопросов, Чимин вложил свою руку в большую и горячую ладонь, от чего по телу пробежали приятные мурашки, а к лицу прилила кровь. Свободную руку старший приложил к сфере, открывая для них небольшое пространство, в которое они вошли. Идя по коридорам этого здания к центральной системе, где должны ждать их другие маги, Чимин ловил на себе удивлённые, изучающие и настороженные взгляды других людей, видимо, они все здесь работают. Но один парень смотрел как-то по-особенному, будто пытался заглянуть внутрь него. Этот взгляд немного пугал. — Хён, почему тот парень так на меня смотрит? — тихо задал вопрос Чимин, дёргая маленькими пальчиками за рукав, привлекая к себе внимание. — Это Сэм, он сканирует тебя, чтобы установить твою личность. —посмотрев в ту сторону, куда указывал взгляд Чимина, ответил Юнги. Через минуту пронизывающего взгляда на лице Сэма появилось удивление и, возможно, даже шок, на что Мин кивнул ему что-то вроде: " Ты всё правильно понял», и двинулся дальше по коридору, за ним и младший. Когда перед ними оказалась железная дверь, Юнги приложил к ней руку, после чего та открылась, пропуская магов внутрь. Перед глазами открылась большая комната с многочисленными экранами маленьких и больших размеров, панели с различными кнопками и рычажками. — Это центр управления миром, здесь мы следим за порядком и выслеживаем Найконов. — пояснил Юнги, ведя Чимина к ещё одной двери, только та была немного меньше и на неё не нужно было класть руку, чтобы открыть, вместо этого старший открыл её за ручку, пропуская младшего и заходя следом. Комната походила на кабинет, в котором уже находилось четыре человека. — Это наш кабинет, где мы собираемся вместе и проводим, что-то на подобии собрания, а это — те самые маги. — Здравствуйте! — робко поздоровался Чимин и поклонился. — Садись. — Мин посадил его на один из сидений, что стояли вокруг круглого железного стола и сел напротив. — Ну, давайте знакомиться. — начал свою речь Ким Намджун. — Меня и Юнги ты уже знаешь. Это Чон Хосок, его сила — огонь. Он мастер своего дела. — мужчина с яркой улыбкой кивнул в знак приветствия и в подтверждении слов показал метку в виде огня на тыльной стороне ладони. — Это Ким Сокджин, он является защитником. Джин может возводить защитные стены и соединиться сознанием с любым человеком, чтобы огородить от приближающейся опасности. — приветственно кивнул красивый, широкоплечий парень и нежно улыбнулся, показывая метку щита сзади на шее. — Это Чон Чонгук — младший брат Хосока. Силы передались им от родителей, которые героически погибли в сопротивлении с тенью. Силы у братьев противоположные, если у Хосока — огонь, у Чонгука — вода. Некоторые считают эту силу слабой, но этот парень такое с ней творит, что даже я парой удивляюсь. — этот Чон Чонгук выглядел самым молодым из присутствующих. У него были детские черты лица и кроличья улыбка, от которой тоже хотелось улыбаться. Он протянул Чимину руку и тот пожал её, улыбнувшись в ответ. — Его метка на пояснице, думаю, не стоит её показывать. — продолжил Намджун. — Почему? Я могу показать. — отозвался этот самый Чонгук, поднимаясь с места. — Нефиг своей жопой светить, сиди ровно, не позорь меня. — приструнил его брат, сажая обратно, от чего тот недовольно кинул взгляд на Хосока. — Для тех, кто не знает это Пак Чимин — внук Молнекрона. — на этот раз сказал Юнги, на что некоторые из них удивлённо ахнули и уставились на молчаливого Пака. — Серьёзно? Я думал, что никогда с вами не встречусь. Возьмите меня в свои приемники, я не хочу быть с этими людьми. — опять вскочил с места Чонгук, после чего получил подзатыльник от старшего Чона. — Да что опять-то не так? — надулся Чонгук. — Ну, во-первых, его сначала самого нужно обучить, в нём только недавно пробудилась сила. — пояснил Мин. — Да? А сколько вам лет? — всё так же спрашивал младший Чон. — Мне 19. И пожалуйста, не нужно обращаться ко мне на «вы», я наверняка младше вас всех. — ответил Чимин. — А я ведь помню тебя, когда ты был ещё младенцем. — приятным и нежным голосам заговорил Сокджин, и, кстати, его волосы были фиолетового цвета, что было довольно необычно, хотя, после синеволосого Мина, что может быть необычнее? — У тебя такие же пухленькие щёчки, как и в детстве, вот только ты неважно выглядишь, ты болен? — Нет, просто…. просто у меня некоторые трудности случились, вот стресс и переживания сказались на организме. — робко произнёс Чимин, стараясь не смотреть в глаза старшим. — Я надеюсь, эти тебя не обижали? — указал он на Кима с Мином. — Нет, что вы, они хорошие. — В смысле «эти»? — возмутился Юнги. — А где: «спасибо вам, парни, вы отлично постарались»? — А где ваше: «спасибо Джинни, за всю ту заботу, что ты к нам проявляешь»? — так же шуточно возмутился фиолетововолосый. — Я тебя сейчас током ударю. — стал угрожать Юнги, но и Джин в долгу не остался, кидая ответное. — А Чонгук тебя заморозит. Верно Гук? — Нет. — спокойно ответил Чонгук. — В смысле «нет»? Наблюдая за этой дружеской перепалкой Чимин невольно улыбнулся, вспоминая их с Тэхёном в детстве. На душе стало грустно, но он не стал этого показывать, дабы избежать лишних вопросов и не нагружать старших своими проблемами. — Кстати, Джин-хён тот человек, что всегда о нас заботится и готовит есть, когда мы работаем. — сказал рядом сидящий Хосок. — Намджун-хён, а можно Чимин поселится со мной? — громко спросил Чонгук, утихомирев двух старших. — Нет. Ты не дашь ему спокойно жить, поэтому он будет в комнате Юнги. —спокойно и, как всегда невозмутимо, ответил мудрец. — Что? — в один голос вскликнули двое магов и их взгляды на мгновенье встретились, но Пак поспешил его отвести, благо, никто из присутствующих, кроме Намджуна, не заметил напряжения между ними. — Они знакомы уже достаточное количество времени и Юнги сможет его обучать и в свободное время от практики, тем более, ему ещё нужно привыкнуть к вам. — разъяснил Ким старший. — Первое занятие состоится завтра утром в тренировочном зале, а теперь, Юнги, отведи Чимина в комнату и возьми у Клэя новые комплекты одежды, и тренировочную тоже. — Как скажешь. Пойдём. — лицо мужчины тут же изменилось. Теперь вместо улыбки на нём было недовольство и даже раздражение, а тон перешёл в более грубый. Юнги так быстро переключил одну эмоцию на другую, что стало как-то ни по себе от не привычного грубого тона. Чимин поклонился старшим на прощание и поспешил за хёном, чьи шаги стали немного шире и быстрее. — Прости, что я опять влезаю в твою жизнь. — тихо произнёс младший, смотря под ноги, дабы не упасть на быстром шагу. — Ты здесь ни при чём. — равнодушно ответил синеволосый и остановился у очередной железной двери. — Стой здесь. Юнги скрылся за дверью, а настроение Пака опять было ниже некуда, они только начали общаться нормально и, вроде, всё стало более менее налаживаться между ними, но эта новость оборвала все прошлые попытки. С одной стороны ему хотелось жить с Юнги в одной комнате, видеть его по утрам, засыпать при виде него, но с другой — не хотелось мешать ему спокойно жить, да и, Чимину самому будет сложно видеть весь тот холод и неприязнь на лице любимого хёна. Через минут пять вышел Мин с ящиком, в котором и была вся одежда. — Я не знаю твой размер, поэтому взял под размер Хосока, у вас одинаковая комплекция тела, думаю, должно подойти, если нет — потом поменяем. — так же равнодушно говорил Юнги, идя по коридору. — Хорошо. — тихо ответил мальчик. Маги спустились на несколько этажей ниже, где были комнаты всех тех, кто здесь находятся, и вошли в комнату с номером «117». — Запомни номер комнаты. Завтра кто-нибудь из парней проведёт и ознакомит тебя со зданием, а сейчас — располагайся и отдыхай. Твоя кровать напротив моей, возле окна. Снизу кровати есть выдвижной ящик, в который ты можешь сложить всю одежду. Там есть тренировочный костюм, который завтра тебе понадобиться, поэтому далеко его не убирай. Пустой ящик поставишь в коридоре возле двери, потом его заберут. — закончил Юнги непривычно холодным тоном, будто читал правила по безопасности только прибывшим солдатам, и поставил ящик с одеждой на кровать. — Спасибо Хён. Ничего не ответив на это Мин вышел из комнаты. Чимин начал раскладывать вещи и осматривать комнату. Возле входной двери была ещё одна, которая вела в ванную. На противоположной стене от кроватей было два железных стола, с двумя крутящимися креслами. На окне были жалюзи, а над кроватями висели ночники. Когда с разбором вещей было покончено, Чимин вышел из комнаты, чтобы поставить пустой ящик, но услышав из соседней комнаты знакомые голоса — остановился. Дверь была закрыта не полностью, видимо, кто-то спешил и не успел закрыть, что позволяло хорошо слышать разговор. Чимин бы никогда не стал подслушивать, но услышав своё имя, ему стало любопытно. — Какого чёрта ты поселил Чимина со мной? — звучал раздражённый голос любимого хёна, от такого тона становилось ни по себе, а внутри всё больно сжималось от обиды. Он не хотел быть обузой и мешать жить Юнги своим присутствием, но поделать с этим ничего не мог. Единственное, что ему оставалось — терпеть этот грубый и непривычный тон, глотая слёзы обиды. Что он такого сделал, что заслужил такого отношения к себе, они ведь были почти друзьями, даже выпили раз вместе? Неужели, это лишь из-за той неправильной любви, которую Чимин испытывал к человеку, одного с ним пола? — Я уже сказал зачем я это сделал. — второй голос звучал спокойно и принадлежал Намджуну. — Да как я, блять буду с ним жить, если даже находиться рядом не могу? — мат из уст старшего Чимин слышал впервые, что ещё сильнее резало по сердцу. Раньше он и не думал, что всего одно мгновение может изменить отношение человека к тебе в такую плохую сторону. — Не выражайся так при мне. Юнги, что с тобой стало? Ты ведь был раньше более спокойным и не позволял себе таких слов по отношению к другим. — Он случился. — коротко и ясно. После всего двух слов в груди всё так больно сжимается и этого достаточно, чтобы возненавидеть не только себя, но и любовь и того, кто её придумал, но старший, видимо, не хотел заканчивать на этих двух словах, поэтому продолжил: — Всё это дерьмо началось после того, как этот парень коснулся моих губ. Понимаешь? — ПАРЕНЬ! — Мин повысил тон, выделив последнее слово, от чего по щекам начали катиться слёзы. Теперь ситуация стала более понятной. Юнги его презирает только потому, что он парень и это одно слово всё решает. Наверное, это первый раз, когда Чимин испытывает ненависть к тому, какого пола он родился, ведь будь он девушкой у Юнги не возникало бы никаких проблем. — И что с того? Вспомни, как твой отец полюбил мужчину, после смерти твоей матери. — продолжал Ким держать спокойный тон. — Вот именно. Ты знаешь, как я стал относиться к нему, после этого. — Ты преувеличиваешь. Поставь себя сейчас на место Чимина. Ему и так сложно принимать сложившееся, а здесь ещё и ты будешь его угнетать. Ты получил свою силу в двадцать четыре, а он в девятнадцать. Он ещё ребёнок, который не понимает, с кем ему придётся сражаться. Ему и без этого не легко, поэтому, хотя бы при нём веди себя нормально. —последнее предложение было сказано уже более твёрдо, но дальнейший разговор Чимин уже не слышал, он вернулся в комнату и забился в угол кровати, глотая слёзы. Он и подумать не мог, что Юнги настолько противно находиться с ним рядом. Чтобы заглушить рвущуюся наружу истерику, он прикусил губу, чувствуя во рту металлический привкус. Когда в комнату вернулся Юнги, Чимин притворился спящем, но подрагивающее тело никак не мог успокоить. Лишь бы тот ничего не заметил. Было слышно как хён закрыл жалюзи, а после переоделся и лёг на кровать. Видимо, сегодня опять Чимина ждёт бессонная ночь, но ничего, он уже привык. Одной такой ночи больше, одной меньше, какая разница?