Она была прекрасна, как мечта

Оба некоторое время хранили неподвижность и молчание: он — любуясь её красотой, она — удивляясь его безобразию. (Виктор Гюго «Собор Парижской Богоматери») POV Майкл Дэвис Солнце уже давно скрылось за горизонтом, и на небе мерцали тысячи звезд. Ветер, нещадно дувший с океана, жестоко трепал мой плащ, то и дело норовя сдернуть с головы капюшон. Я подошел к черному входу в особняк на Лонг-Бич. Освещения здесь не было, потому я мог не утруждать себя незаметностью. Я знал, что Роуз не сбежала и не собрала у себя в доме отряд телохранителей – мои верные подданные уже успели собрать нужную информацию. День и половину ночи девушка провела в гордом одиночестве, вероятно, раздумывая над моими условиями. Да, для нее этот выбор будет непростым… Дверь оказалась незапертой, что свидетельствовало о том, что меня ждали, и я с легкостью проскользнул на кухню. Это помещение, естественно, было идеально чистым, так как вампиры не нуждаются в готовке – нас интересует только хороший холодильник. В доме царил полумрак, и только в ее спальне горел одинокий ночник. Роуз сидела на кровати, держа в руках рамку с фотографией, а возле нее стояло два больших чемодана. - Доброй ночи. Девушка вздрогнула и подняла на меня взгляд. Сегодня я не пытался появиться эффектно или неожиданно, но, казалось, что Роуз и так никогда не сможет спокойно на меня смотреть. - Я ждала тебя, - сказала она тихо, положив рамку с фотографией себе за спину. - По чемоданам у твоих ног этого не скажешь. - Да, я хотела сбежать, - Роуз наигранно улыбнулась. – Но потом передумала. Ты сразу хочешь получить поцелуй? Она старалась казаться равнодушной, но когда я сделал несколько шагов ей навстречу, все равно немного отодвинулась, словно эти ничтожные сантиметры могли отстрочить исполнение сделки. Роуз по-прежнему боялась. Возможно, даже сильнее, чем раньше. Она совсем не была похожа на ту самоуверенную девушку, которую я встретил на Зове Сезонов. И такой расклад почему-то не доставлял мне удовольствия, а, значит, с поцелуем стоило немного повременить. - До рассвета еще далеко, - сказал я, присаживаясь в глубокое кресло возле окна. – Не будем спешить. - Почему? Ты ведь сюда пришел только за этим. «Глупая девчонка! Если бы я хотел поцелуя силой, то осуществил бы свое желание незамедлительно!» – недовольно подумал я, но вслух произнес: - Мы можем немного поговорить. - Что ж, давай поговорим, - Роуз устроилась поудобнее и посмотрела мне прямо в глаза, которые едва были видны из-за повязки. Эта девушка действительно невероятно красива и эффектна. Грация, точеные контуры, королевская осанка… Однако не только внешние данные играли важную роль. Роуз умела подать себя, скрыть ненужные эмоции и проявить вынужденную сдержанность. Это делало ее очень обаятельной. Правда, не тогда, когда она всячески старалась кого-то унизить или втоптать в грязь. И в последний раз ее хрустальная туфелька наступила не на того принца… Спустя несколько минут молчания, которое явно затянулось, я решил начать разговор первым. - Скажи, Роуз, что делать тому, кто понимает, что живет не так, как ему бы хотелось? Что в глубине души он несчастлив от того, что имеет и что его окружает? Девушка немного удивилась подобным вопросам, но ответ последовал незамедлительно: - Учесть опыт предыдущих ошибок и все начать сначала. Но нужно ли это тебе? Примоген - очень почетная должность при Дворе. - Начать сначала… - протянул я, осмысливая ее решительный ответ. - Сказать проще, чем сделать. - Я смогла. Уехала из Нью-Йорка, чтобы начать новую жизнь. Хотя к чему это привело? Все стало только хуже. - «Хуже» - это я? - Ну, кроме тебя мне никто не угрожал и не преследовал. Мы опять замолчали. Роуз с притворным интересом принялась рассматривать свое золотое кольцо, поблескивающее на правой руке. Неожиданно возникший разговор с оттенком личных переживаний мог быть на этом окончен, но, прежде чем я до конца осознал, что делаю, губы уже проговорили: - Я долгие годы жил в бегах, потому знаю, как ломается любой, когда его преследуют. - Ты? В бегах? – губы девушки растянулись в саркастической ухмылке. – Сложно представить. - Обратили меня гораздо раньше, чем тебя, потому я многое успел увидеть, узнать и испытать. И вампир, который полвека назад начал преследовать меня, не идет ни в какое сравнение с моими амурными угрозами, - возможно, дело было в моем немного повышенном тоне, но улыбка мгновенно исчезла с ее лица. - Сначала я был его гулем, отдавшись в рабство по нужде. Ему нравилось истязать меня до потери памяти, и через время я уже плохо помнил кто я, откуда родом и где моя семья. Он звал меня Майклом, потому что так зовут большинство американцев, и даже давая мне новое имя, он старался никак не выделять своего раба из серой массы. Этот вампир стал моим лучшим учителем в психологическом давлении. О, в этом он был настоящий мастер! - Значит, ты не помнишь, кем ты был при жизни? – Роуз, несмотря на то, что я ожидал от нее сарказма и насмешек, была серьезна. - Порой в памяти всплывают какие-то образы, отрывки, но в основном пусто. Темнота. Словно в тот день, когда он меня обратил, я заново родился. - Как зовут твоего Сира? Опрометчиво заводя этот разговор, я совсем не учел, что наведу ее на некоторые неугодные мне вопросы. Проявление минутной слабости перед женщиной, которая мне небезразлична - и вот я уже жалею о своей несдержанности и буйном темпераменте. - Не стоило тебе об этом рассказывать. - Ты сам предложил поговорить, - удивленно проговорила Роуз. - Я всего лишь стараюсь поддержать эту странную и, на мой взгляд, неуместную беседу. Если имя твоего Сира под секретом, то я не настаиваю… - Петродон. Граф Алонсо де Кристо Петродон Севилье. Это ненавистное имя я не произносил уже много лет, но оно навсегда врезалось в мою память. Тень искалеченного прошлого, мое прежнее слабое место и неиссякаемый источник безумия... - Бывший Юстициарий Носферату? Вампир шестого поколения? Ох, женщины! Роуз даже не заметила, как желая утолить свое любопытство, она придвинулась ближе, хотя совсем недавно готова была пройти сквозь стену, лишь бы быть от меня подальше. - Да, именно так. Испанский граф, который благодаря связям в высшем обществе сумел быстро получить влияние в Камарилье и во Внутреннем Круге в частности. Наверху любят дипломатичных и амбициозных. - Тебе очень повезло с Сиром. - Едва ли, - ее последняя фраза не на шутку вывела меня из себя, но я изо всех сил постарался сохранить невозмутимый тон. - Я был Обращен за несколько дней до второго Восстания Анархов. МакНэйл и его шайка нападали на все убежища влиятельных вампиров Камарильи. Петродон одним из первых сбежал из города, оставив меня испытывать свою удачу. И мне действительно повезло: мятежники, которые пытались увеличить свою численность, приняли меня к себе и многому научили. - Значит, ты обязан Анархам жизнью? - Я никому не обязан, моя милая Роуз. Хотя в те годы я полюбил стиль жизни и взгляды Анархов. После рабства у Петродона свободная жизнь без преклонений и борьба за подобные идеалы делали меня счастливым. Контраст был слишком очевиден. - Но если он тебя бросил, почему начал преследовать? - Через время, когда он вернулся в Лос-Анджелес, чтобы попытаться вернуть в Камарилью Сальвадора Гарсию, Анархи не выдали меня. Он долгое время считал, что его преданный раб погиб, пока на одном собрании мы случайно не встретились с его верноподданным Карлаком. Тогда я еще не знал, что этот Бруджа ведет двойную игру. - И что случилось потом? – удивление не покидало красивое личико Роуз, подталкивая меня продолжать. - Петродон пришел за мной. Он приказал мне явиться на следующее собрание Анархов и убить их. И я не смог сопротивляться его приказу. Низкое поколение и навыки, которые мне помогли развить те, чья кровь потом оросила мою одежду, не оставили им ни малейшего шанса. Каитиффы, Слабокровные… Разве они могли мне что-то противопоставить? Тех, кто хоть как-то мог мне противостоять, были единицы. К счастью для фракции мятежников, это было небольшое собрание новичков. - Но зачем ты послушал своего Сира? - Узы, Роуз. Каждого своего раба Петродон связывал Абсолютными Узами. Я пытался им сопротивляться, но тогда был еще не готов. Только когда приказ был выполнен, я остановился и осознал, что натворил. Я провел в рядах Анархов не так долго, но впервые чувствовал, что живу полной жизнью. Пока не распробовал вкус свободы и не осознал горечь утраты, я не мог сопротивляться Узам. - Неужели Петродон был настолько ужасен? - Думаю, будет лучше, если я избавлю твои уши от остальных подробностей его извращенных действий. - После того, что случилось, ты разорвал с ним связь? - весь вид представительницы клана Тореадор говорил о том, что она готова слушать эти подробности хоть до рассвета. - Но почему ты не вернулся к Анархам? - Забавно, как бы это выглядело? – проговорил я, хмыкнув. - Эй, рад вас видеть, я на неделе перебил пару десятков ваших, но уже раскаялся, примите обратно? Смешно. Дорога в Анархи мне была закрыта, и я сбежал из штата. - Знаешь, Дэвис, я никогда не могла бы подумать, что мы будем вот так разговаривать, - Роуз поднялась с кровати и подошла к окну, откуда открывался красивый вид на океан. - Я уже не кажусь таким ужасным, как раньше? – повязка не дала ей увидеть мою довольную ухмылку. - Нет, скорее менее безумным. - Я ни с кем не говорил о том, что произошло в моем прошлом. Не хотелось, - я тоже поднялся из уютного кресла и подошел к ней сзади. – Надеюсь, моя история тебя растрогала, и ты сумеешь исполнить свою часть сделки с меньшим отвращением. Я ожидал, что девушка каким-то образом проявит свое неудовольствие, как она обычно это делала, но Роуз уверенно обернулась. Впервые она смотрела на меня без неприязни. Ее красивые аристократические руки потянулись к моей повязке и одним резким движением сдернули ее, открывая лицо. Я смотрел в прекрасные голубые глаза и ждал, когда же этот ангел наградит меня своим божественным прикосновением. Роуз медлила. Девушка не спеша изучала мое лицо взглядом и руками, и с каждой секундой я все больше боялся, что она передумает. - Роуз, наша сделка… Нежные и мягкие губы так быстро прикоснулись к моему уродливому рту, что я даже не успел понять, что произошло. Я не ждал большего, этого было бы вполне достаточно, но Роуз на этом не остановилась, подарив мне самое великолепное, что может подарить француженка – французский поцелуй. Волна наслаждения прокатилась по моему проклятому телу, и я притянул девушку ближе. Аромат ее духов еще больше опьянил меня, но когда я попытался обнять Роуз за талию, то ощутил привычное вздрагивание. Значит, по-прежнему испытывает отвращение… Однако Тореадор не спешила останавливаться: она резко развернула меня и прижала к стене возле окна, возобновив поцелуй. Это было так странно и подозрительно, что я невольно ощутил подвох. - Этого достаточно, - я первым отстранился и отступил вбок. – Ты выполнила свою часть сделки, теперь моя очередь. Чувствовал ли я насыщение? Нет. Она сделала это только для того, чтобы избавиться от меня. - Надеюсь, Дэвис, что ты сдержишь свое слово, - проговорила девушка, поднимая с пола повязку и протягивая мне. – Ты же знаешь, каково это, когда тебя преследуют и запугивают. - Не сомневайтесь, мисс Лавалетт, мне больше не за что вам мстить. - Прощайте, - девушка выдавила вежливую улыбку и повернулась к окну, всем своим видом давая понять, что в разговоре, как и в знакомстве, поставлена жирная точка. Вот теперь я узнавал ту Роуз Лавалетт, которую встретил на Зове Сезонов. Гордую, неприступную и самоуверенную девушку. Такую нелегко сломать. - Босс, мы можем быть свободны? – послышалось сбоку, когда я покинул особняк через черный ход. - Нет, продолжайте следить, но соблюдайте дистанцию. В прошлый раз вы уже оплошали. Ей не стоит знать, что я с ней еще не закончил.