Лекарство от любви

Когда на дворе почти наступил вечер, Саске уже не видел разницы между расплывающейся реальностью и ускользающей фантазией. Все смешалось в одно. Лишь несколько деталей держало его на этом распутье, не позволяя отключиться совсем: это алое солнце, светящее в окно, и постепенно расходившиеся по домам ребята. Первым ушел Шикамару, беззвучно попрощавшись со всеми, а за ним и Ино, бросив Саске воздушный поцелуй, которого тот даже не заметил. Ему было слишком хреново, чтобы обращать внимание на такую мелочь. С ними остался только Киба, утешающий Учиху, которого пару раз все же вырвало прямо на грязный пол, но и тот скоро убежал, объяснившись тем, что нужно встретить сестру с автобуса. — Твоему другу точно не нужна помощь? А-то он как-то совсем раскис, и бледный весь, — Инузука сделал вид, что переживает. Хотя на самом деле спросил это чисто из чувства морали. Все-таки именно он давал ему то пиво. — Не волнуйся, я сам ему, если что, помогу. Иди давай, тебя сестра ждет! — Ну ладно. Бывайте! — с этими словами Киба ушел, оставив их наедине. Блондин махнул ему на прощание и хмуро посмотрел на Учиху. Тот так и лежал на диване, глядя отстраненным, пьяным взглядом в потолок, и молчал… молчал и видимо о том, что у него случилось, рассказывать совсем не собирался. — И зачем ты столько выглушил? — первое, что решил спросить Наруто. — Посмотри на себя, да ты же бухущий в стельку. — Ничего подобного, я адекватен. — Да ты никогда не бываешь адекватен, — заметил он, но по злому взгляду Саске понял, что шутка была неудачной. — Ты домой идешь? Или не в состоянии? — он подошел к нему, сел на корточки и помахал перед лицом ладонью, но тот едва ли на это отреагировал. Напился нехило. Ибо в другой ситуации, эта рука пострадала бы от удара. — Я… в состоянии!.. — в доказательство Саске попытался встать, но попытка провалилась, когда он снова упал на диван. Наруто только покачал головой, понимая, что тащить его придется на своем горбу. — Нет, не в состоянии, — скорее для себя, чем для него, заметил Узумаки и наклонился, чтобы перекинуть его руку через свое плечо. Чем быстрее отправятся домой, тем быстрее долезут. Нужно же еще отнести эту тушу в его родную квартиру. — Все я в состоянии, отвали, — почувствовав прикосновение, Саске раздраженно оттолкнул его, ударившись поясницей о твердый подлокотник. — Я говорил тебе меня не трогать? — Говорил. И что? Как мне по-другому тащить тебя? — впервые за сегодня Наруто тоже начинал злиться. На Саске, не думающего, прежде чем творящего всякую спонтанную дичь. На себя, что не остановил его, когда тот начал бухать. И даже на Кибу с его хреновым пивом. Угораздило же. — Кто тебя вообще просил пить, если ты не умеешь? — Замолчи. И без тебя тошно, — честно говоря, Саске и сам не знал, зачем это было. Эффект прошел и теперь стало еще паршивей, причем и внутри, и снаружи. А ко всему прочему прибавилась еще и головная боль вперемешку с тем, что ноги тоже не слушались, подкашиваясь, как у младенца. Видимо, Наруто и правда придется вести его домой. Обнимая, чтобы он не упал, поддерживая руками и прижимая к себе. Фу! Как звучит противно! Мысль, кажется, пошла не в то русло. Но суть ясна: он боится прикосновений и неизбежной близости. И это не удивительно. Тело давно не слушалось, изнывая от боли неразделенных чувств и недавних разочарований. Еще чуть-чуть и проявится слабина. Уже проявилась. — Хорошо, твоя взяла. Помоги мне встать, — то ли попросил, то ли приказал он, подняв на Узумаки уставший взгляд. — Брыкаться не будешь? — Не буду. Давай уже, — со вздохом выдал Учиха и почему-то отвел взгляд. Важно не ляпнуть чего-нибудь по дороге и не выдать свою печаль. А-то вопросов не оберется. — Так бы сразу, а то упрямишься, как баран, — голос Наруто прозвучал слишком близко, и Саске даже вздрогнул, подавляя желание отодвинуть его лицо от себя. Узумаки этих беззвучных возмущений не заметил, ловко подхватив его и подняв с дивана. Самое сложное было удержать равновесие и не повалиться обратно, что получалось с огромным трудом. Саске как-никак на пару килограммов крупнее. — Блин, что ты жрешь? — прокряхтел он, кое-как дотащив брюнета до выхода. — Бесящих нытиков вроде тебя, — как-то обиженно бросил тот и зачем-то укусил Наруто за мочку уха, оставив красный след на мягкой коже. — Ай! Ты сдурел? Больно же! — Иди уже, придурок, — последней трезвой клеточкой мозга Саске ощущал, что крышу сносит окончательно, а потому боялся сделать что-то не то. Мало ли, что мозг спьяну выдаст. Но к счастью, Наруто замолчал, больше не провоцируя ни на что, и продолжил намеченный путь, прижав Учиху чуть ближе для удобства. Они свернули из-за кустов, оставляя за спиной заброшку, и дальше пошли по тротуарной дорожке. Та вела их вдоль трассы минут пятнадцать, пока не начала сменяться родными асфальтными тропами. Саске всю дорогу молчал, терпя постоянно соприкасающееся с ним тело Наруто. Подначивало терпение лишь понимание, что это необходимо. И совсем не надолго. — Саске, слушай. Только давай начистоту, — начал Наруто, спустя время. — Что у тебя случилось? Ты ведешь себя странно с самого утра. И не только сегодня. Ты всю последнюю неделю какой-то не такой. — Ты такой внимательный. Мне похлопать? — вполне спокойно пробубнил тот, ненароком прижимаясь сильнее, чтобы не оступиться. — Я серьезно! Если у тебя что-то случилось, скажи, я помогу. Какой бы неблагодарной скотиной ты ни был, я тебя в беде не оставлю, — Наруто не умел проходить мимо чужих проблем. Он всегда пытался подсобить. Даже врагам, которые после этого обычно становились неплохими знакомыми. Только с Саске этот метод до сих пор не сработал. Не такой он, как все… на добро не падок. — Очень великодушно. Только мне ни ты, ни твоя самоотверженность помочь не сможете. — Почему ты так решил? — Потому что это мои проблемы и мне их решать. А тебя они никаким боком не касаются. — Я знаю. Просто… — он даже усомнился на миг, уместна ли здесь вообще его жажда помочь. — «Просто» что? Договаривай, если начал, — Саске устало уронил потяжелевшую вмиг голову на его плечо. Глаза, почему-то, слипались, а спать хотелось немыслимо. Он даже повис на Узумаки, забив и на свое обещание не выдавать слабость, и на то, что люди на них смотрели. Пускай, всего пять минут… — Я думал, что вместе решать проблему будет проще. — Ты ошибаешься. Я сам справлюсь, без никого… — с этими словами Саске словно уснул, закончив диалог тихим сопением. Остальная дорога прошла все так же: в тишине, сопровождающейся короткими взглядами Узумаки. Он порой просто смотрел на клюющего носом Учиху, удивляясь, что тот не побрезговал уложить голову на его плече. Тащить Учиху в конце концов пришлось не только до дома, но и до самой квартиры, ибо лифт уже год как не работал, а своими двумя тот и трех ступенек не миновал бы. Уже у двери тот подергал металлическую ручку, которая почему-то отказалась поддаваться, и нервно стукнул по деревянной поверхности кулаком. Странно. Итачи никогда не запирал квартиру изнутри. Значит по-любому куда-то смотался, пока его не было. — Вот сволочь, — недовольствовался Саске, зная, что теперь реакции брата ему не видать. А так хотелось плюнуть ему в лицо. В прямом, и в переносном смысле. — Держи меня, — пошатнувшись, он прислонился спиной к твердой груди. Послышался звук расстегивающегося рюкзака и в следующий миг он уже рылся в нем в поисках завалявшегося ключа. Спустя время и несколько десятков матов, тот все же воткнулся в дверную скважину, пусть и не с первого раза. Дверь открылась, но Саске не смог даже зайти за порог. И Наруто снова пришлось вести его, помогая, чтобы оба не завалились прямо в тесной прихожей. — Острожно! Не падай, — в пол голоса проронил тот. Он был в этой квартире лишь однажды, но очень надеялся, что больше сюда не попадет. — Чего встал? Комната там, — Саске указал пальцем туда, где в дверном проеме виднелась кровать, в которую он так хотел завалиться. Плевать на неосуществленное желание увидеть разочарование брата. Плевать на то, что Наруто здесь, хоть и звать его в гости он никогда не собирался. Вообще плевать. Хотелось просто лечь и вздохнуть полной грудью в объятиях знакомых одеял. Наруто ничего не стал говорить и только молча помог дойти до постели и прилечь, не зная даже, что делать дальше. Остаться или просто уйти? В этой квартире он чувствовал себя неуютно и с удовольствием ретировался бы к себе, но что-то все же удерживало на месте, заставляя стоять на месте и озираться по сторонам. Ища за что ухватиться, взгляд совершенно случайно переместился на черную папку. Она особенно бросалась в глаза торчащим из нее листом бумаги, на котором было что-то нарисовано. Только что — с его ракурса не разглядеть. Потому, косясь на валяющегося на кровати Учиху, он тихонько подошел к столу и открыл подзывающую к этому папку. Может, хоть в ней найдется какой-то ответ. Но на листе бумаги ничего необычного или странного не было, лишь очертание какого-то человека, нарисованное достаточно уверенно и красиво. Хотя, если повернуть голову влево и присмотреться, похоже чем-то на Итачи. Очень даже похоже. Он знал брата Саске совсем немного, но даже того, что они здороваются при встрече, достаточно, чтобы не спутать его с кем-то другим. Тем более, что тот почему-то ходит в школу даже на родительские собрания. А как, почему, и что случилось с их родителями, Наруто никогда не спрашивал. — Ты красиво рисуешь, — заметил он, но лишь, чтобы прекратить поток пролетающих мыслей. Он никогда не задумывался ни о брате Учихи, ни о его родителях. И сейчас эти размышления казались какими-то чужеродными. Саске сначала не обратил внимания, но повернул голову в его сторону, силясь разглядеть рисунок. А потом просто выдернул его и приблизил к лицу. Оказалось, это тот самый набросок, который он думал, что выбросил. Видимо, ему не хватило силы воли, чтобы это сделать. Жалко, как-никак. Но не сейчас... — Рисую может и красиво, но вот это — мусор, — он усилием воли заставил кулак сжаться, сминая бумагу между пальцами. Почему-то сейчас было легко. И совсем не жалко: ни бумаги, ни стараний, что вкладывал когда-то в эту работу. Все это в любом случае уже кануло в лету. — Почему мусор? Красивая же картина была. — Была. А теперь это действительно мусор и место ей на помойке, — скомканный лист полетел на пол, подкатившись к ногам Узумаки. Тот с сожалением посмотрел на комок, не понимая, что сейчас творится в голове Саске. Это из-за алкоголя, или по все той же неизвестной ему причине? Он молча поднял бумажку и положил на стол, на самое видное место, и все так же молча направился к двери. Пусть Саске лучше отдохнет и дождется, когда из крови выветривается весь алкоголь, и тогда, возможно, с ним можно будет провести спокойную беседу. — Протрезвеешь — поговорим! — бросил он напоследок. Саске спорить не стал, как не стал и прощаться. Рисунок снова напомнил о недавнем, о том, чего он так старательно пытался забыть. А теперь опять на душе начинали скрестись кошки, заставляя тыкаться носом в постель и морщиться от фантомной боли. Он знал: от этого просто нужно отойти. Еще чуть-чуть, и должно стать легче. Время же обязано залечивать раны. Но по какой-то неведомой причине казалось, что это никогда не закончится и он на всю жизнь останется полным идиотом.