RWBN

      Роман привык действовать таким образом, чтобы эпатировать публику, поэтому часто вёл себя противоречиво — он мог во время дела как флиртовать с заложниками (в основном с девушками), так и угрожать им. Его замашки галантности и, в некоем роде, элегантности джентльмена часто шли бок о бок с расчётливостью, безжалостностью, высокомерием и грязными навыками боя криминального короля, кем он, без какого-либо смущения себя и считал. Тем не менее, у него были определенные правила и законы, которым он следовал в своем пути, и которые не только сделали его известным (у него даже был свой собственный фан-клуб, правда, в основном среди малолеток), но и достаточно предсказуемым. Главное, чем он прославился — во время ограблений не случается никаких жертв. Избитые люди это не мертвые люди, а сломанная нога — отличная альтернатива смерти. Нет, он ни в коем случае не боялся убивать или запачкать свой костюм, но не любил этого делать вручную — для подобного рода действий у него есть прекрасная напарница, с не менее прекрасным Проявлением, будто созданным для этих вещей. Более того, он был далеко не худшим бойцом, пусть до элиты Охотников и не дотягивал, но на уровень выше среднячка дотягивал. Его любимая (как напарница, а не женщина) Неополитан же являлась бойцом гораздо лучше него и профессиональной убийцей, более того, их командная работа отрабатывалась годами из-за чего они представляли собой идеально отработанный механизм.       Потому, он не видел ничего невозможного в том, чтобы одолеть Охотников перед собой. Единственные, кто мог представлять собой опасность были Кларк и Арк старший. Он видел с десяток способов справиться с ними, большая часть из которых сводилась в захвате заложника, как того же Жона, которому он когда-то делал поддельные документы. Его козырь сидел в комнате с ними, стоя за спинами детишек. Поэтому, несмотря на угрожающие мордашки будущих Охотников, он чувствовал только веселье и какую-то невинную заинтересованность, из разряда, как же они теперь поступят?       А он удивил их, причем не один раз, чем если не спутал все карты и поставил их в тупик, то вызвал ступор уж точно.       — То-есть ты хочешь сказать, что организацией всего этого занимался ты? — уточнил Кларк.       — Ну а кто это ещё мог быть? Ты не представляешь, какой уровень умственного развития у представителей гордых животных. Я удивлен уже тому факту, что они умеют говорить — эта мысль, кстати, отлично помогает не впасть в депрессию от того, как плоха ситуация. Без моей помощи они не смогли бы даже понять, с какой стороны заходить в поезд!       — То-есть ты признаешь, что стал соучастником теракта?       — Нет, — возмутился он. — Между прочим, я помог его предотвратить! Как вы могли подумать, что я могу таким быть?! Мы же через столько всего прошли вместе! Я патриот этого королевства!       — Торчвик, — холодно оборвала его Вайсс, что поигрывала своей рапирой в руках, — хватит нести чушь. Если ты хочешь выбраться из той ямы, в которой ты оказался, помогая террористам, то будь добр, сотрудничай с нами!       — А я разве не сотрудничаю?! Я вам поймал одного из заместителей лидера ячейки Белого Клыка в Вейле, и, по сути, раскрыл саму попытку теракта!       — Не было такого! Мы их обнаружили самостоятельно, потому что они излишне шумели! — потребовала соблюдать истину Руби, что вызвало ехидную усмешку у Романа.       — Именно! Благодаря мне, а конкретно потому что я не дал чёткие инструкции соблюдать максимальную тишину, вы вообще сумели что-либо услышать! Или ты считаешь, что, не желай я этого, вы бы смогли обнаружить нас?       — Не пытайся присвоить себе несуществующие заслуги!       — Слушай, Красная, — решил закончить нести бред Торчвик, сложив руки домиком перед собой, — давай я обрисую ситуацию, которая произошла бы в случае, не находись я там. Это тупоголовое существо, что считает кличку Лейтенант — отличной, запустил бы поезд на всей скорости и тогда был бы большой бабах прямо на центральной улице Вейла, с последующим прорывом сотен Гримм в разгар выходного дня. Как думаешь, сколько жертв появилось бы в этот день?       — Это блеф. У вас не хватило бы Праха, чтобы пробить завал между Горой Гленн и Вейлом, — заявила Вайсс, как эксперт в Прахе.       — Это так, да. В поезде находилось едва ли несколько килограмм Праха огненного, чего не хватит на задуманное. Но скажи мне, Принцесса, что случится, если смешать огненный, электрические и гравитационный Прах? — Вайсс стремительно побледнела и отвела взгляд. — Я подскажу, случится большой бум. И, как эксперт в безмозглых животных, могу с уверенностью сказать, что они это с удовольствием бы сделали, если бы Лейтенант приказал это. А он приказал бы.       — Они погибнут в этом случае.       — Их это не особо волнует, — пожал плечами Торчвик, потянувшись за сигарой. В тот же момент четыре оружия были направлены на него, но он решил проигнорировать их, прикурив вредную, но столь прекрасную вещь. — В этой ячейке собрались самые идейные и фанатичные фавны, что под контролем Тауроса. Для них очевидное самоубийство является величайшим актом самопожертвования ради общего дела. И не стоит говорить, что вы, идейные и столь молодые Охотники, бросились бы следом за ними, на поезд. А чем бы это кончилось понятно — либо вы погибните от взрыва, либо от орды Гримм привлеченной звуками. Так что я не только спас город, но ещё и вас! А вместо благодарности в свой адрес слышу только подозрения.       — Хватит игр, Торчвик, — холодно произнес Нейтан. — Твои попытки заговорить нам зубы достаточно хороши, но давай уже говорить прямо.       — Прямо так прямо, — усмехнулся Торчвик. — Я вам помог и, пусть в благородство играть и не привык, но моя ситуация больше напоминает тезис «Сдохни или умри», поэтому мне нужны не должники, а союзники. И пока что вы — мой лучший вариант, — не меняя выражения лица откинулся на назад Торчвик, положив ногу на ногу.       — С чего ты взял, что нам вообще нужен ты в роли союзника?       — Ну помимо того, что я красив, галантен, неотразим и кошечка наверняка в меня уже влюбилась? — он с весельем заметил как возмущённо открылся рот у единственного фавна в команде мальков, но Роман не позволил ей отрицать очевидного. — Я могу давать вам информацию касательно будущих акций.       Он в принципе, уже о них знает, как вынужденный соучастник, но зачем им это сообщать? Ведь, как говорится, умеешь считать до десяти, говори что можешь до семи, а сам посчитай до пяти.       — Руби, Жон, Нейтан, Блейк, Вайсс, — наконец подал голос Арк старший, что не прекращал следить за ним с начала разговора, — покиньте нас. Нам с Торчвиком надо поговорить.       Что удивительно, юные и неопытные будущие Охотники послушались и покинули помещение. Его верная подруга и союзница последовала за ними.       А Торчвик осознал, что время для развлечений прошло.       Ну что же.       По-крайней мере это будет интересно и ново.

***

      Вайсс с затаенной радостью ступила на твердую землю родной Академии. Не то, чтобы её укачивало или она боялась находиться в воздухе, но последние дни были слишком напряжённые и… выматывающие. Начиная от осознания, что это их первый выход в поле, пусть и под присмотром преподавателя, заканчивая довольно скалящимся Торчвиком, что сошел на землю следом за ней, чем вызывал огромное желание его постукать, чтобы сделал лицо попроще. Она не знает, что обсуждали самый известный вор Вейла и их профессор, но Роман был объявлен как союзник, и воспротивиться никто не желал.       Естественно, оставлять его без присмотра никто не стал и Нейтан сопровождал его повсюду весь вчерашний день. Даже несмотря на то, что у него отобрали основное оружие, Торчвик всё ещё предоставлял опасность, поэтому Кларк буквально не спускал с него глаз, а при первом же не то что резком, а подозрительном движении один из его кинжалов появлялся в ладони. Роман же только усмехался и подшучивал над этим, получая в ответ то же самое. Порой даже создавалось впечатление, что они старые друзья, если бы не реакции Нейтана.       И все же их экзамен прошел, по её собственному мнению, более чем хорошо, она бы даже сказала близко к отметке «идеально». Они зачистили окрестности горы Гленн, остановили террористический акт, схватили преступников, что сейчас в бессознательном состоянии покоятся в трюме, и привели Торчвика под светлы очи Озпина.       Или не только его…       По левое плечо от их преподавателя боевой подготовки стояла та, кого она не ожидала увидеть так скоро. Её родная старшая сестра, выпускница Атласской Подготовительной Академии Специалистов, Винтер Шни — девушка, которая стала вдохновителем, примером и самым близким человеком для Вайсс, которую она безмерно любила и была рада видеть в любое время.       В любое кроме этого.       Мало того, что она так до конца и не разобралась со своими чувствами к Руби, и являются ли они чем-то большим чем чувствам к лучшей подруге (и когда только она начала считать Роуз своей лучшей подругой?), так ещё и за её спиной находится самый разыскиваемый вор в Вейле, а то и во всем Ремнанте. Ничего хорошего из этого выйти не могло, что и доказала Винтер, положив ладонь на эфес своей сабли.       — Профессор Арк, — кивнула в сторону Джейкоба Гудвич, тоже заметившая действия Винтер, но проигнорировав их. — Мисс Роуз, мисс Шни, Мисс Белладонна, мистер Кларк и мистер Арк. Рада, что вы в целости и сохранности закончили миссию. И, как я вижу, даже прилетели с компанией.       — О, да, Глинда, эти ребята спасли меня от ужасной судьбы быть уничтожененным. В основном морально, но и физическое насилие было задействовано! — Торчвик карикатурно схватился за сердце и даже потянулся в нагрудный карман своего пиджака за сигарой, коей там не оказалось, из-за чего его грустный вид стал уже настоящим, а не показательным.       — Профессор, — сухо произнесла Гудвич, переведя взгляд на Арка старшего. — Я надеюсь вы не откажетесь поделиться со мной и директором, что с вами на борту делают личности, которые не относятся к группе, что уезжала на задание.       — Конечно, мисс Гудвич, — Джейкоб бросил косой взгляд на Торчвика и махнул головой в сторону профессора боевой подготовки. Тот, тяжко вздохнув, пошёл вперёд. — RWBN и Жон, вы можете отдыхать. Результаты миссии сообщат вам позже.       — Хорошо, — чирикнула Руби, украдкой рассматривая сестру Вайсс, а то, что они сестры было очевидно по многим причинам, не только волосам. И, в принципе, она была не одной, кто это делал. Даже сама Вайсс это делала, так как уже много месяцев не видела Винтер вживую.       — Мисс Шни, — заметить заминку Гудвич было практически невозможно, но младшей Шни это получилось, — приношу свои извинения, но я вынуждена попросить вас дать нам с директором и профессором Арком некоторое время чтобы обсудить последние… новости.       — Конечно, мисс Гудвич, — кивнула Винтер. — Тогда, с вашего позволения, я бы хотела поговорить со своей сестрой. И вы должны понимать, что мне придется указать эту ситуацию в своем отчёте генералу Айронвуду.       — Естественно, ничего против этого я не имею. Мы и сами планировали подключить его к этому диалогу. А пока, гостевая комната для вас уже готова, поэтому не стесняйтесь её использовать. Данные на вашем Свитке. А теперь прошу меня извинить, — Гудвич ободряюще улыбнулась команде Вайсс и пошла вслед за Арком и Торчвиком.       Винтер коротко кивнула и кратко взглянула на Вайсс, наконец отпустив эфес своей сабли. Тень улыбки пробежала по её устам, но заметить её смогла только сама Вайсс.       — Здравствуй, сестра. Не представишь меня своей команде?       — Конечно, — она сделала шаг в сторону, явив перед ясные голубые очи Винтер своего капитана. — Это — Руби Роуз, капитан нашей команды. Вслед за ней стоят Блейк Белладонна и Нейтан Кларк. И временно приставленный к нашей команде Жон Арк. Ребята, это — Винтер Шни, моя старшая сестра, Специалист Атласа и правая рука генерала Айронвуда. Будьте знакомы.       — Здравствуйте!       — Привет, Винтер. Давно не виделись, — нахально усмехнулся Кларк, на что сестра не отреагировала.       — Кларк, — нейтрально произнесла она, бросив быстрый взгляд на сокомандника Вайсс. — Передохни после миссии и, как появится возможность, зайди в четыреста двадцать седьмую комнату.       — Хорошо, сестра, — кивнула она, сдерживая радостную улыбку, что грозила разорвать её лицо. — Жди меня через час.       Когда Винтер покинула их, Вайсс медленно повернулась к ухмыляющемуся Кларку.       — Ты знаком с моей сестрой?!       — Несколько раз пересекались по работе, — пожал он плечами, разминая шею. — Атлас и Мистраль часто взаимодействуют с наёмниками для выполнения заданий, хотя и не поддают это огласке. В конце-концов мы действуем в рамках закона.       — Это… неожиданно, — признала Вайсс, перебрав в своей, без скромности, гениальной голове, все законы и действительно никакого запрета на взаимодействие с агентствами наемников не было. — Но логично. Но это не отменяет того, что ты лично знаком с правой рукой генерала Айронвуда!       — Я попрошу соблюдать истину! — они двинулись вперёд в свою комнату и Нейтан для наглядности поднял палец вверх. — На тот момент она ей ещё не была — только работала в поле в качестве специалиста.       Ответить она не успела — Руби с криком «Отдых!» упала на свою кровать, зарывшись лицом в подушку. И, говоря открыто, она бы с удовольствием сделала бы то же самое, естественно, более элегантно.       — Если никто не против, я первая пойду в душ, — она осмотрела свою команду: Руби только невнятно промычала из-под подушки; Нейтан только поднял большой палец вверх, уткнувшись в свой Свиток; Белладонна же лишь покачала головой, начав разбирать свой рюкзак. …       Через пятьдесят семь минут Вайсс уже стояла перед дверями в комнату своей сестры и приводила в порядок своё обычное платье. Выровняв всевозможные складки, которые в теории могли появится пока она шла к комнате сестры, она три раза постучала по двери, вслед за чем вошла.       Гостевые комнаты не блистали роскошью, но были весьма уютными помещениями, которые вмещали в себя до двух людей, из-за наличия просторной кровати. Стандартные вещи вроде тумбочки, небольшого стола, санузла с душем, кресла и кондиционера тут тоже присутствовали. Окна украшали красивые занавески нежно-синего цвета.       Винтер же сидела за столом и, смотря на себя в зеркало, расчёсывала волосы. Вайсс не сдержала лёгкую улыбку — дома сестра всегда так делала, когда задумывалась над чем-то. Иногда это были даже волосы самой Вайсс. Пару секунд спустя Винтер подняла глаза и заметила перед собой юную Шни. Выражение её лица тут же смягчилось и едва заметная улыбка окрасило красивое лицо.       — Вайсс, — тон тоже изменился, и в нем теперь осталась только теплота, которую она показывала только в её сторону. — Я рада, что ты пришла ко мне. Мы с тобой давно не виделись и мне интересно узнать, как же дела у моей единственной сестры? Как тебе в Вейле и в Биконе?       — В Вейле… свободнее, чем в Атласе, — промедлив, ответила Вайсс. — Нет постоянного ощущения, что за тобой следят. Люди здесь более общительные и менее чёрствые. Каждый может помочь тебе, стоит только попросить. А в Биконе на то, что я наследница ПКШ вообще всем наплевать. Тут в принципе каждый студент — яркий индивидуалист, как в выборе одежды, так и в стиле боя. Хотя по какой-то причине все в моей команде носят оттенки черного, — пробурчала она в сторону.       — К слову о твоей команде. У тебя она достаточно колоритная. Руби Роуз — несовершеннолетняя девушка, что даже ещё не закончила школу Охотников. Блейк Белладонна — единственный ребенок создателей Белого Клыка и его оперативница в прошлом. И Нейтан Кларк — довольно успешный бывший наемник, специализация которого была охрана от Гримм и их зачистка. Что думаешь об этом? — не меняя спокойной интонации проговорила Винтер, проникновенно заглядывая в её глаза.       — Поначалу было тяжело, — осторожно начала Вайсс, медленно, спрашивая разрешение, забирая расчёску из рук сестры. Стоило инструменты ухода за волосами оказаться в руках младшей Шни, она начала проводить ею по шелковистым платиновым волосам. — Нейтан был слишком легкомысленным, Руби — слишком незрелой, а Блейк… она была Блейк. И я, вынуждена сказать, составила преждевременное мнение о них всех, за что сейчас чувствую стыд, — призналась она. — Но сейчас я считаю их своими друзьями, которым без сомнений доверю спину.       — Даже Белладонне? — приподняв бровь спросила Винтер.       — Даже Блейк, — поправила она сестру, на секунду остановив священнодейство. Однако по истечению этой секунды продолжила. — Конфликты были, без них никуда, но они пройдены. Она перестала видеть во мне моего отца и стала считать подругой. А я решила ей довериться.       — Понятно, — протянула Винтер. — Вынуждена признать, что я не ожидала от тебя такого высокого мнения о своей команде. Особенно столь специфической.       — На самом деле во многом это заслуга Нейтана, — отстраненно произнесла Вайсс, любуясь результатом своих действий в зеркале. — Он выступал объединяющим фактором для команды во многих разногласиях, что у нас были. Когда я на второй день с момента основания нашей команды собиралась идти и требовать, чтобы сменили лидера с Руби на меня, именно он сумел заставить меня приглядеться к Роуз. Он видел в ней потенциал, который не разглядела я, и помогал этому потенциалу раскрыться. Несколько месяцев спустя и из неуверенной в себе девушке, Руби превратилась в решительного лидера, в чем я убедилась на практическом экзамене. Да, она ещё неловкая в общении, но это со временем пройдет. На самом же деле Руби очень хорошая и заботливая.       — Ты так хвалишь своего лидера, — не отрывая от неё взгляд, произнесла Винтер, и Вайсс застыла на мгновение, так как не удержала лицо и тон голоса, и Винтер несомненно заметила мечтательность. — На моей памяти, никто не удостаивался такой чести. Она тебе нравится, я права?       В этот раз Вайсс вздрогнула всем телом и её щеки покраснели, что не могло быть незамеченным старшей девушкой. Глаза Винтер легко расширились, а левая бровь поползла вверх. Она выжидающе и даже с неким азартом впилась взглядом в отражение смущенной сестры.       И Вайсс понимала, что даже для Винтер, которая так редко видит сестру, стало ясно это, и нет никакого смысла подобное отрицать. Её реакция выдала Вайсс гораздо очевиднее любых слов. И, глубоко вздохнув, Шни решила ничего не утаивать.       — Когда произошел… инцидент с психопатом, — нашла в себе силы ответить Вайсс, с яростью и затаенным страхом вспоминая Блекуокера. Винтер про этот инцидент тоже знала, но младшая Шни заверила что все в порядке, — именно она поддерживала меня в любой момент времени, не отходила ни на шаг, как какая-нибудь ворона-наседка и даже спала вместе со мной, чтобы мне не снились кошмары. Она всячески меня тормошила, не давая уходить в себя, заботилась и беспокоилась. И в какой-то момент… я начала замечать, что любуюсь ей, когда она только проснулась и пытается не клевать носом; заслушиваюсь, когда она о чем-то увлеченно рассказывает; наслаждаюсь, когда она мимолётно меня касается и просто тону в её невероятных глазах. Только недавно, на святочном балу, я поняла простую истину: я влюбилась в неё, — на духу произнесла Вайсс, неосознанно зажмурившись. — Я знаю, что это слишком неожиданно для тебя, и ты всячески против таких отношений, я и сама до сих пор в шоке, как так произошло, и всё ещё пытаюсь разобраться в своих чувствах, но…       — Сестра, — перебила её Винтер, на что Вайсс открыла глаза и с опаской взглянула на самого близкого человека в её жизни, — меня оскорбляет, что ты считаешь меня такой же, как наш с тобой отец. Осуждать тебя за то, что ты влюбилась в свою напарницу с моей стороны будет вопиющем актом лицемерия и грубости. Никто об этом не знает, но я во времена обучения в Академии Атласа тоже имела роман с девушкой своего возраста, и не считаю это преступлением против человечества. Пусть я и считаю, что это просто подростковая влюбленность, но винить тебя в этом я не имею никакого права, — Винтер слабо улыбнулась, в то время как ее глаза источали сестринское тепло — прямо как в детстве, когда она находила время рассказать сказку на ночь для Вайсс.       Это стало последней каплей в её плотине сдержанности. Вайсс отложила расчёску и обвила руками шею сестры, уткнувшись носом в затылок Винтер. Слезы так и не пролились на снежные волосы — Шни не позволяли себе плакать — но собрались на уголках глаз.       — Спасибо, — едва слышно прошептала она, на что Винтер осторожно выбралась из её хватки и нежно обняла.       Вайсс любила объятия от сестры. Они происходили редко, но могли длиться десятки минут, а ощущение родственной поддержки расслабляли так, как никогда не смог бы даже самый качественный массаж. Вайсс просто плыла в осторожных объятиях сестры, неосознанно вжимаясь в них всё сильнее. Винтер тоже это знала, поэтому взяла дело в свои руки, поэтому когда они наконец разорвали объятия, они уже были на кровати, а сама младшая Шни оказалась головой на коленях сестры.       — А теперь расскажи немного про Руби. Мне интересно, что из себя представляет объект влечения моей любимой сестры.       Сдержать счастливую улыбку было не в силах. И она начала рассказ…

***

      — Фолл сбежала, — мрачно произнес Джейкоб Арк, рассматривая из башни директора центральный парк Бикона. — Как сбежали и ее приспешники — Сустрей и Блек. А четвертая участница не появлялась в Биконе последнюю неделю.       — Синдер всегда была плоха в импровизации, — усмехнулся Торчвик, закуривая сигару. — Если что-то шло не по плану, она предпочитала отбросить его и придумать новый, вместо того, чтобы его доработать.       — Для нас это является и плюсом, и минусом, — вставила Глинда Гудвич, потирая виски. — Её план с подрывом перекрытий горы Гленн оказался сорван, но теперь мы должны гадать, что нового она придумает.       — Скорее всего она будет действовать на фестивале Вайтела, — пожал плечами Торчвик. — Я без понятия, какой был изначальный план, но если совместить много праха, много людей и Белый клык, который этим прахом владеет, то выходит не очень хорошая ситуация.       — Она же должна понимать, что столь вопиющий акт террора повлечет за собой огромный всплеск негативный эмоций, на что отреагируют Гримм, — вмешался новый хриплый голос. Его обладателем был брюнет с алыми глазами.       — О, она это прекрасно знает и ей нет до этого дела, — выпустил струю дыма Торчвик. — Тут проблема в другом — знает ли Белый Клык, что повлечет за собой этот теракт?       — Вопрос, что вы подняли, мистер Торчвик, достаточно актуальный. Пусть я лично и не пересекался с Сиенной Хан, но она не глупая и знает, какое отношение после подобного события будет к фавнам. Тем более, ненавидит Гримм она ещё больше, чем людей. И я очень сомневаюсь, что она одобрит подобный теракт, — задумчиво произнес Озпин, делая новый глоток своего кофе.       — Сиенна бы это точно не одобрила, если бы знала, — снова взял слово Роман. — Стоит ей узнать, что задумал Таурус, как она объявит его предателем фавнов и прилюдно отречется.       — Значит с ней нужно связаться. Торчвик, ты сможешь это сделать?       — Прости, Глинда, — развел руками самый обаятельный вор, нацепив лучшую ухмылку. — Пусть пару раз я и работал на неё, но инициатором была она, поэтому ни её местоположения, ни контактов, ни связей я не имею. Я, видишь ли, немного недолюбливаю полулюдей, чтобы иметь их на быстром наборе. Хотя видят Близнецы, будь у меня её номерок, я бы не расстроился!       — Зато я знаю кто может иметь, — внезапно произнес Джейкоб, посмотрев прямо на Озпина. — Если вы не забыли, в Академии учится дочка первого лидера Белого Клыка. И у него возможно есть канал для выхода на Сиенну Хан.       — Стоящая идея, — кивнул Озпин. — Тогда, профессор Арк, я возложу её реализацию на вас, так как вы выполните эту задачу лучше нас всех.       — Хорошо, Озпин.       — Кроу, для тебя пока новых заданий нет.       — Отлично! Тогда я смогу провести немного времени со своими племянницами!       — Мистер Торчвик, — медленно произнес Озпин, не мигая наблюдая за дымом от сигары, которую Роман купил. — Честно говоря, я даже не знаю как поступить. Как вы уже говорили, если отправить вас в тюрьму, то вас там убьют — либо кто-то из сочувствующих Белому Клыку, либо кто-то из людей, которым вы перекрыли дорогу. Но и отпускать вас так просто я не могу. Пусть ваши сведения и были очень полезны нам и спасли множество жизней, это не отменяет преступлений, что вы совершили.       — Не то, чтобы я стремился выбраться на свободу, — фыркнул Роман. — Как бы я не верил в свои силы и безопасность, если я вернусь на улицы Вейла, Синдер меня в любом случае найдет. Кого-то подкупит, придет сама или пошлет своих миньонов — неважно, результат будет один. А залечь на дно… можно, конечно, но все равно останется шанс, что она меня найдет. Даже в другой стране. А вот в Академии, — он хищно ухмыльнулся, отложив потухшую сигару, — шансы на мое выживание повышаются.       — Если совет узнает, что мы прикрыли преступника, то не поздоровится всем нам, — вмешалась профессор Гудвич.       — Глинда, дорогая, я тебя умоляю, — закатил глаза Торчвик. — Изменить прическу, покрасить волосы, сменить одежду на другой фасон и цвет, после чего создать поддельные документы и всё — ни у кого никаких вопросов не возникнет. Они даже не поймут, что я — самый известный в Вейле вор, а не обычный работник.       — Это преступление, — Торчвик фыркнул, показав как он относится к такому рода преступлений. — И даже если это произойдет, кем вы можете быть? Назначать вас профессором — глупость, и я сомневаюсь, что у вас есть желание и навыки быть поваром.       — Я, между прочим, мог бы оскорбиться насчет моих кулинарных способностей, если бы это не было правдой. Возвращаясь к теме, вариантов много: эксперт по кибербезопасности, экономист, связной, дизайнер, хакер, пиарщик, организатор мероприятий или даже назначенный куратором к одной из команд. Я всесторонне развитый молодой человек с обширными навыками, так что куда-то пристроить меня точно выйдет.       — Остаётся только вопрос доверия.       — А тут все очень просто, друг мой щетинистый. Вам нужно понимать, что я уже сделал ставку на вас, и даже если я стану предателем и попытаюсь переметнуться обратно к Синдер, она просто меня убьет, независимо от того, насколько я буду полезным. Единственный расклад, при котором я остаюсь живым — я помогаю вам, мы побеждаем Синдер и тогда я просто тихо сваливаю в закат и живу в другой стране. Каким бы не был я обаятельным, победить любого из вас в схватке даже один на один я не смогу, как и слаженную команду студентов. Цена вашего доверия моя жизнь и это лучший показатель того, насколько мне будет невыгодно бить вам в спину.       — Мы поняли, мистер Торчвик, — после паузы ответил Озпин. — Позвольте нам подумать, как именно мы можем друг другу помочь. Давайте вернёмся к этому разговору завтра, когда мы обдумаем возможные варианты. А пока, я надеюсь вы не обидетесь, что отдыхать вы будете в камере повышенной безопасности.       — Там есть кровать? — получив кивок, он расплылся в надоевшей всем ухмылке. — Уже много лучше, чем на полу. Тогда, кто меня проведет?       — Глинда, будь добра, — она кивнула, заработав благодарный взгляд Озпина. — Спасибо.       Стоило Торчвику и Гудвич покинуть кабинет директора, как разошлись и остальные — Кроу хотел проведать своих племянниц, а Арк-старший пошел писать отчёт о экзамене команды RWBN.       Озпина же ждало множество часов раздумий под компанию своего вернейшего друга — Мистральского горного кофе.