candy

Сейчас всё выглядело как в самом клешированном американском фильме: огромный, красивый дом (Сухо не преувеличивал) в лесу, откуда видно маленькое озеро. Судя по дороге, ближайший жилой дом здесь в паре километров, а полицейский участок, пожарная или больница по пути не попадались совсем. Не то чтобы ты была паникёршей, но предусмотрительность – всегда была твоей самой сильной чертой. - Народ, заваливаемся, всё готово. – Чанёль как всегда бодр, весел и слишком улыбчив, от чего раздражал ещё сильнее, чем обычно. Ты переминаешься с ноги на ногу, обнимаешь себя руками, пытаясь успокоить внутренние вибрации, что грозили продемонстрировать, что такое тремор по всему твоему телу. Сухо весь вечер вчерашнего дня пытался придумать план или хотя бы обыграть все ситуации, которые могут там произойти. Вас даже не пугало чрезмерное обилие алкоголя, которое, вполне, могло перейти в пьяные сношения на поверхностях. И даже если твой секс с Бэкхёном твоего брата пугал не так, как вариант тройничка его, с его девушкой и каким-либо его другом. А если ты его застукаешь, то он точно помрёт от стыда, а ты от смеха. Но всё равно, - ситуация страшная. Он уже знает, что Чонин пригласил двух девушек с факультета лингвистики, помимо «фантастического владения языком», они также владели навыком вить сплетни из воздуха и видеть невидимое, а потом описывать это как реальность. Вот уж поистине фантастический навык. Сухо мягко обнимает тебя за плечи и смотрит в глаза, будто говоря: «Крепись, это только начало» Бен выбрал для вас гостевую спальную на мансарде. Звучало было более романтично, если бы кровать не находилась прямо под «срезом потолка». Выходит неловкая ситуация: тому, кто будет спать в этой части кровати придётся или перелезать через спящего рядом, или сползать с кровати ногами вперёд. Тебе много что не нравится на данный момент: ваша комната, напряженность Сухо, слишком довольное лицо Чанёля и любвеобильность Бэкхёна. Последнего хотелось не то чтобы прибить, а засунуть его «шаловливые губки, что хотят поцелуев» в трубку для пылесоса и размотать по комнате. Но ты шумно выдыхаешь, как учили в видео по медитации и смиренно садишься на кровать, желая просто провалиться до самого подвала. - У меня такое чувство, будто ты не в духе… – парень садится перед тобой на колени и смотрит счастливыми глазами. А ты в голове представляешь, как тянешься за ниточками улетающих воздушных шаров, желая зацепиться за них, будто они смогут пояснить, почему сейчас ты так противоречива в своих чувствах. Ты ведь хотела попасть на эту тусовку? Ты попала. Ты хотела быть с «конфетным мальчиком» ? И ты с ним встречаешься. Вот он прямо перед тобой. Но внутри, будто что-то слизкое размазывается по ребрам, заглушая радость и восторг от происходящего. - Мне страшно, - слова вылетают прежде, чем проходят мозговой фильтр. Ты сжимаешься от неожиданности, а парень удивленно вскидывает брови. – Сухо говорил, как экстремально проходят ваши алко-вечеринки. - Мне нравится такое, - Бэкхён пожимает плечами и берёт твои ладони в свои. – На одной такой вечеринке, я встретил девушку, которая поменяла мою жизнь. - Какое громкое заявление… - ты усмехаешься, но видя, как парень прячет взгляд и жует нижнюю губу, ты чувствуешь, что от искренности его слов у тебя внутри что-то ёкает. Не сердце, а выше. Где-то в районе ключицы, будто миллионы маленьких колокольчиков звенят наперебой, а тебе плакать захотелось от странного смешения чувств. - Ты, - Бен прочистил горло и начал снова. – Ты первая, с кем я начал по иному смотреть на вещи. Ты говоришь открыто о том, что тебе не нравится. Не требуешь прилюдных поцелуев. Мы месяц вместе, а даже не тра… не спали. – Парень снова смотрит в твои глаза и отводит взгляд. – Ты не заглядываешься на Чонина или Чена, а всегда со мной или в себе. Ты не похожа на других, ты заставляешь меня почувствовать себя мужчиной, а не просто сладким мальчиком. В порыве чувств ты нежно поглаживаешь его щеку пальцами, будто стараешься зацепиться з этот откровенный образ, вдыхая эту искренность, как свежий воздух, сквозь открытое окно. - Я вижу, что ты сильно изменился… - вырисовываешь подушечкой большого пальца дугу под его нижней губой. – Я виновата? - Ты не виновата! Парень едва подрывается с пяточек, резко приближаясь к твоему лицу. В его глазах сейчас такая красота: там отражается необъятный восторг. Хочется смотреть и любоваться, как картинами Айвазовского. В противовес своим диким рывкам, Бэкхён очень робко приближается к твоему лицу, касается губ, перемещая ладони на твои колени. Ваши поцелуи уже не вызывают внутренний трепет, как было первые несколько раз, но зато ты получаешь удовольствие. - Я с тобой счастлив. – Шепчет он губы и также гладит по щеке, как и ты его до этого. Но в этом жесте будто вся его нежность, что копилась эти дни. Это невероятно чувственно и приятно. Ваши поцелуи не переходят границ пуританской нравственности: его руки не ниже пояса, твои руки на его плечах. Но языком парень демонстрировал истинный грех – чревоугодие, когда ты несколько раз хотела его откусить. Но Бен лишь усмехался и «запечатывал» твой недовольный рот поцелуем. - Я не хочу пить, - ты морщишь носик и перебираешь пальцами волосы на затылке парня. – Нет желания. - Это радует, а то Чанёль хотел тебя проверить на «верность и прочность» Бэкхён легкомысленно усмехается, а в твоей голове кубики от ребуса складываются в слово «Охуеть»