Всё, о чём я тебя прошу

      Эрик не знал, как сказать о смерти друга Изабель. Да стоит ли ей говорить? Стоит. Подсказывало сознание Эрика. Да ей будет очень больно, неприятно, но зато она не узнает об этом из слухов или на самих похоронах.       Он глубоко вздохнул и постарался натянуть улыбку, выжидая, когда Изабель проснулась, то послышался удивлённый вскрик. «Это так волшебно…» — отразилось эхом по всей пещере. Изабель вышла из тоннеля и вновь ахнула, ведь розы были везде. Они наполняли пещеру чудесным ароматом. А свечи только создали романтическую атмосферу.       — Доброе утро, — появился Эрик и протянул коробку с конфетами. — Я хочу извиниться за своё поведение и сказать «спасибо» за рисунок.       Изабель не могла скрыть радость и обняла Эрика. Ей стало так хорошо, она бы никогда не могла подумать, что внимание может быть таким приятным. Девушка не злилась на Эрика, наоборот, понимала его. Он всю жизнь был одиночкой из-за внешности, и хоть она и не видела его лица, но осознавала, что ему хотелось, чтобы ценили его таланты, душу, его самого как человека.       — Я тоже хочу извиниться за свои вопросы, не хотела тебя задеть.       — Ничего, — он обнял её в ответ. Решение было принято, он скажет об этом вечером, чтобы сейчас не разрушить эту уютную атмосферу.       Весь день девушка сидела возле Эрика, он играл на органе и пел, она подпевала, он приносил еду и готовил, Изабель расставляла столовые приборы, так как готовить она не умела. Он создавал какие-то удавки, чистил револьвер, натачивал нож и шпагу, а она сидела на подушках рядом и читала вслух «Гамлета», иногда девушка прерывалась и с интересом наблюдала за его действиями. Словно он что-то знал и не хотел говорить, к чему готовился.       — Эрик, зачем ты подготавливаешь оружие?       — Совсем скоро ты узнаешь, Бель, возможно, даже придётся выбрать, но не стоит волноваться, я обязательно отомщу ему.       — Робер, — вслух сказала Изабель.       — Он убил твоего друга за излишне болтливый язык. Мне очень жаль, Изабель. Похороны будут послезавтра, а потом генеральная репетиция для «Гамлета».       — Спасибо, что сообщил, — девушка убежала в ванную.       Её одолевали различные эмоции от грусти до злобы. Хотелось наброситься на Робера и убить его, ведь он перешёл всякую грань. Ей надоели постоянные смерти вокруг неё, девушка захотела покончить с этим. Она вошла в комнату и села на пол, тихо заплакав. Ей не хотелось тревожить Эрика, поэтому она закусила кулак зубами, чтобы подавить свои рыдания.       Весь день был испорчен, а он был таким идеальным: спокойным, уютным, с приятным человеком рядом. Взгляд зелёных глаз метнулся в сторону ножниц. «Беды только от меня… — шептало сознание. — Из-за меня пострадает Эрик. Нет! Я не позволю ему страдать вновь!» Ножницы оказались в маленькой ладошке, она стала проводить лезвием по запястьям, морщась от боли, маленькие капельки крови стали сочиться и выделяться на фоне бледной кожи, и чем больше было порезов, тем сильнее текла кровь, окрашивая руки в красный цвет.       Эрик почувствовал что-то неладное, подозрительную тишину, поэтому ворвался в ванную, застав Изабель за этим неприятным занятием, он в панике бросился к ней:       — Что ты творишь?! — крикнул он и силой отобрал ножницы из рук. — Не смей больше такое делать! Ты могла умереть! — кричал Эрик.       — Лучше бы это было так, я устала, Эрик. Он преследует меня уже два года! Сначала в городке, где я раньше жила, а потом после побега шёл за мной в любую точку. Я больше не могу скрываться. Робер убил моих родителей, ты спрашивал, почему я сбежала, если бы не смерть моей семьи, то жила бы и не ведала горестей, — она плакала, а Эрик обрабатывал её руку. — Я боюсь, каких либо чувств, боюсь привязываться, страшно, что ко мне кто-то проявит романтические чувства. Мне страшно за тебя, Эрик, ты ведь стал моим другом, а Робер захочет убить тебя, считая, что я полностью принадлежу ему. Знал бы ты, какой он жестокий. Не пощадил даже ребёнка, а теперь убил того, кто мне помог адаптироваться и не впасть в меланхолию. Но, чтобы не забывать, что мне нельзя привязываться, всегда нужно носить маску холода, не позволять что-либо ко мне чувствовать, я всегда вспоминаю эту кровавую картинку передо мной, поэтому и изображаю в своих рисунках смерть, — она глубоко вздохнула. — Он убил мою семью, — повторила Изабель. — Из-за своей любви. Поэтому я боюсь любви. Я потеряла четырех дорогих людей и увижу их только на небесах. Но ты, Эрик, даёшь понять, что мир не всегда плохой и есть люди, которым можно довериться, открыться. Они не чудовища, они прекрасны. Один из них ты, Эрик.       Эрик взял её перевязанные руки в свои и иногда поглаживал большими пальцами её запястья.       — Бель, ты не права, — внезапно прервал её Эрик. — Я всю жизнь мечтаю, чтобы меня любили, чтобы я был кому-то нужен. Не стоит губить себя, ведь ты можешь быть кому-то нужна. Не всегда любовь бывает убийственной. Знаешь, Изабель, когда ты полюбишь, то ты захочешь для этого человека сделать всё, что только можешь, даже отдать последнюю частичку себя, — он невольно вспомнил, как больно было, когда он отпустил Кристину. — Изабель, пока ты не познаешь любовь, не смей себя убивать, пообещай мне.       — Эрик, а ты любил?       — Возможно, — он вдруг задумался, а любил ли он?       Кристина… Она была прекрасна, маленький ангелок, который пел самым прекрасным, нежным и звонким голосом. Но он понял, что это была не та волшебная любовь, которая дарит наслаждения и «бабочек в животе». А потом появилась Изабель. За эти полтора месяца Эрик достаточно хорошо узнал девушку. Она была не той, кем кажется. Смеялась, читала ему, рассказывала про проказы с Джоном и Майклом. Когда она ушла на главную репетицию, он видел Робера. Этот парень слишком вожделенно смотрел на неё, носил при себе ножи и полностью отталкивал.       Последней каплей с его стороны было то, что он сказал после премьеры «Жизель», что Изабель его невеста. Всё в Эрике вскипело, ему хотелось свернуть шею этому заносчивому дурню прямо там, но он стал ждать. И теперь настал тот момент, когда Робер должен умереть. Возможно, Изабель это не оценит, не полюбит, но он сделает то, что и должен — защитит ту, которую полюбил так быстро.       Зелёные глаза также зачарованно смотрели на него, а потом Изабель произнесла то, что окончательно разбило мужчину:       — Эрик, я хочу вернуться обратно.       Вот. Это тот момент, которого боялся Эрик. Он не хочет отпускать ее. Он хочет нормальную жизнь, любить и быть любимым. Ему не хотелось её отпускать, но он только спугнул её своими откровениями.       — Хорошо, завтра я тебя проведу в твою гримёрную, сейчас уже всё равно поздно.       — Спасибо.       Изабель твёрдо решила, чтобы защитить Эрика, она покинет его. Тогда он не пострадает.       Эрик сдержал своё слово, уже утром Изабель была в своей гримёрной. Все гудели о смерти Джона, возвращении Призрака Оперы и охоте на него. Тогда же и появился назойливый Робер, который не отлипал от девушки ни на секунду.       Он постоянно говорил о том, как они будут счастливо жить в уединённом месте. На похоронах Джона они тоже были вместе. Изабель было нехорошо от мысли, что она стояла рядом с убийцей своего друга и не могла ничего сделать. Гроб закопали, а на глазах появились слёзы, которые девушка быстро стёрла. Но Робер заметил это. Он взял её за подбородок двумя пальцами и поднял так, чтобы она смотрела ему в глаза.       — Не переживай, милая, я найду Призрака Оперы, убийцу твоего друга, и убью, — все замерли и стали внимательно слушать, но она-то знала, что Робер бессовестно лгал и сейчас клевещет на Эрика.       — Призрак Оперы не убийца! — выкрикнула она от досады. — Я была рядом с ним, он никого бы не тронул, никого бы не убил. Это он научил меня так танцевать, он мой учитель, мой мастер, недооценённый гений, которого не хотят признать…       — Видите! — прервал её Робер, понявший всё и воспользовавшийся моментом. — Этот призрак её околдовал, она бредит, не понимает, что говорит, ещё скажи мне, твоему жениху, что у тебя к нему есть чувства, — утрировал Робер.       Изабель задумалась, она никогда не испытывала чувств к противоположному полу. Её, бывало, манили некоторые мужчины, но она сразу отталкивала их, помня, что совершил Робер. А Эрик. Его-то она не оттолкнула.       «Вчера. Вчера в пещере я призналась ему, что на самом деле чувствую. Значит, у меня есть к нему чувства. А у Эрика они есть? Нравлюсь ли я ему?», — задумалась Изабель и улыбнулась своим мыслям.       — Да, мне нравится Призрак Оперы, — твёрдо сказала Изабель, а Робер замахнулся и со всей силы ударил девушку по щеке, от чего та упала на землю. Окружающие ахнули, а наставница группы вышла вперёд и закрыла собой девушку. А Майкл с Вильямом подбежали поднять её.       — Что Вы себе позволяете?! Имейте совесть и прекратите лгать. Пожалуйста, уходите, иначе я сообщу, куда следует, о преследовании моей ученицы, — Робер фыркнул и ушёл прочь с кладбища, а группа обняла Изабель.       Ей хотелось вернуться обратно к Эрику, но в целях безопасности её и Майкла посадили в первые ряды в зале, где проходила репетиция. Теперь от неё никто не отходил, так как наставница, зная историю Изабель, переживала за неё. Пока она была со своим таинственным учителем, то находилась в безопасности. А сейчас Изабель одна, как на ладони для безумного Робера.