Всё, о чём я тебя прошу

      Наступил день показа оперы «Гамлет», Аннет, как безумная, бегала по гримёрной, готовясь к началу. Изабель сидела там же и старалась помочь хоть чем-нибудь. Капризная и вредная девушка жаловалась то на колючее платье, то на торчащие волосинки в причёске. Изабель помогала костюмерше и визажисту с Анетт.       Сама девушка была далеко отсюда. Она думала об Эрике. Как он там? Думает ли о ней? Он вообще не появлялся с тех пор, как она покинула его. Робера тоже не было нигде. Изабель надеялась, что он отпустил её и больше не вернётся.       А вот Эрик был невидимым оком для Изабель. Он наблюдал за каждым её шагом и был готов защитить в любой момент. Ему хотелось вновь поговорить с ней, а ещё объясниться, ведь там, на кладбище, мужчина слышал все её слова. Он ей не безразличен, значит, она смогла увидеть красоту его души.       Анетт выбежала из комнаты, с силой распахнув дверь. Погас свет и на сцену вышли офицеры и солдаты. Главные артисты разрабатывали свой голос за кулисами, чтобы не оплошать на сцене. А Изабель вместе с Майклом стояли неподалёку. Они уже видели спектакль на двух генеральных репетициях, и им просто не хотелось смотреть и слушать одно и то же в третий раз.       Робер в этот момент был в подвалах оперы. Он прошёл туда через комнаты для рабочих, его план заключался в том, что он выйдет через подвалы, заберёт Изабель и также уйдёт. Лошадь была на привязи и ждала своего хозяина.       Он стоял не слишком далеко и ждал, когда девушка останется одна. Как и всегда она была в своём чёрном платье, собранной причёске, но вдобавок была ещё и чёрной вуали. Видно носила траур по своему другу. Майкл куда-то отошёл, поэтому, на удачу Роберу, девушка осталась почти одна, остальные были слишком заняты декорациями, костюмами и артистами.       Мужчина незаметно подкрался к ней и одной рукой резко закрыл рот, а другой обхватил так, что Изабель не смогла пошевелить руками. Она испуганно старалась издать хоть какие-то звуки, но выходило лишь сдавленное мычание, а шевелить и пинаться у неё получалось только ногами, но это никак не помогало.       Она даже не видела своего похитителя, хотя догадывалась, что это может быть только Робер. Парень толкнул дверь, но она оказалась заперта.       — Чёрт, — выругнулся он.       Перед ним был только одни выход — лестница на самый верх. Для этого ему пришлось отпустить Изабель, чтобы было легче тащить наверх. Вероятность того, что её услышат, крайне мала, ведь они были достаточно далеко от сцены. Как только Изабель почувствовала свободу, то сразу закричала, а потом устремилась прочь, но Робер успел схватить её за запястье и с силой притянуть к себе и зажать рот снова.       — Прекрати кричать, твоя судьба не избежна. Ты — моя, Бель, не пытайся это изменить, — шептал Робер ей на ухо, нагоняя непомерный страх на неё, ведь девушку и вправду никто не мог услышать и прийти ей на помощь.       Она понадеялась на Эрика, но он же всё время живёт в подвале, как крот. Вряд ли придёт на помощь, ведь просто не услышит её. Изабель подавила поток слёз и уставилась в пол, ожидая, что сделает дальше её мучитель.       — Так-то лучше.       Он грубо обхватил её руку и потащил наверх по витиеватой лестнице. Изабель даже не успевала что-либо разглядеть, но слышала чьи-то шаги позади. Казалось, тень преследовала их, ведь двигалась почти бесшумно, а в темноте выделялись только золотые глаза.       Думаю, Вы догадались, что это был Эрик. Он всё видел, всё предусмотрел. А Робер сейчас шёл прямо в его ловушку, где он и собирался расправиться со своим конкурентом. В итоге они вышли на крышу, где до дрожи в теле дул холодный ветер. Совсем скоро ведь Новый год и Рождество, поэтому погода была не самой благоприятной.       — Робер, давай вернёмся, я согласна уйти с тобой, только давай зайдём внутрь. Прошу, мне холодно, — взмолилась Изабель, но Робер её не слушал и даже не желал слышать. — Робер… — прохрипела она.       — Хватит скулить! — крикнул он и вновь замахнулся, ударив девушку по лицу.       Она упала, но парень опять с силой поднял её за локоть и подошёл к краю крыши, чтобы найти альтернативный спуск. А Изабель продолжала трястись от холода, как маленький листик. Робер встряхнул её, чтобы привести в чувства.       — Хватит раздражать, ты была гораздо лучше, когда просто молчала и не капризничала, этот Призрак тебя совсем испортил.       Изабель осмелилась на него взглянуть, там было лишь безумие и злоба, он совсем сошёл с ума. Она хотела сброситься, лишь бы не быть рядом с ним. Но тут на крышу вышел Эрик. Он, наконец, смог их догнать и спрятаться в тени.       — Прекрати запугивать её! — крикнул мужчина, и Робер испуганно стал озираться.       Эрика нигде не было видно, словно он взаправду призрак, пока на свет не вышел высокий мужчина в половинчатой маске. Он был определённо выше Робера. Они оба прожигали друг друга ненавистным взглядом. А Изабель просто оставалось стоять и мёрзнуть.       Робер был сильно напуган, из-за вида этого Призрака оперы, поэтому всё-таки отпустил Бель и отошёл подальше, когда мужчина направился в их сторону. Эрик совершил манипуляцию рукой и снял плащ, подходя к Изабель и укатывая её в него. Он слегка наклонился и прошептал на ухо:       — Не волнуйся, я спасу тебя, но если вдруг победит Робер, беги к двери позади тебя, она уже открыта. Закрой её и спускайся по лестнице, никуда не сворачивая, она приведёт к сцене, а там уже будет ждать спасение. Не смотря ни на что, я люблю тебя, Бель, — он слегка наклонился и оставил лёгкий, невесомый поцелуй на щеке девушки, направляясь в сторону своего соперника, который полыхал от негодования.       — Что ж, начнём, — с этими словами Робер вытащил свою шпагу и замахнулся на Эрика, но мужчина легко отразил удар.       Эрику не составляло особой сложности защищаться от ударов простого парня, лезвия шпаг постоянно ударялись друг о друга, создавая характерный звук металла о металл. Сколько раз шпаги разрезали воздух и бились друг о друга сказать точно нельзя. Робер постоянно нападал, а Эрик отражал удары, пока не сделал упор и не отбил шпагу у парня, которая со звоном упала на холодный бетон. Но Робер не хотел сдаваться и кинулся на Эрика с кулаками, случайно сорвав с него маску и открывая вид на правую половину лица мужчины.       Изабель оцепенела от ужаса. Красное пятно напоминало ожог, ужасный, оставивший на себе такие страшные последствия. Глаз впал, а брови почти не было, как и части волос на голове Эрика. Робер истерично засмеялся:       — Ты выбрала это чудовище, когда есть я?! Ты огорчила меня! — обратился он к Изабель, которая готова была расплакаться, ведь это было слишком неожиданно, она понимала, что там не будет просто маленько шрама, но чтобы отсутствовало лицо как таковое…       Эрик не растерялся, он сделал выпад вперёд и ранил Робера, толкнув его на пол. Это разозлило его, затронуло самое уязвимое место. Парень стал испуганно отползать. Золотые глаза горели от ярости ещё ярче, ведь мужчина не таким образом хотел рассказать о себе Изабель. А сейчас она видела только чудовище.       — Пощади! — вскрикнул Робер, но Эрик не сделал этого и безжалостно проткнул насмерть. Парень в последний раз посмотрел на девушку, которую безумно любил, и закрыл глаза.       — Бель, — огорчённо прошептал он, полностью развернувшись к ней.       Глаза бегали по его лицу, в них отражалось отвращение. Но вдруг Изабель вздрогнула, будто очнувшись от кошмара. Ноги медленно сами вели её к Эрику, она обняла его, как делала раньше, громко поблагодарив за всё. Но посмотреть на него девушка так и не решилась. Эрик тоже не знал, как ему поступить. Кристина боялась его и сторонилась, а Изабель стояла рядом, боялась его лица, но не отстранилась.       Белые, крупные хлопья стали плавно приземляться на землю. Снежинки кружились в вальсе под музыку, которая играла в опере. Изабель подняла глаза на небо и улыбнулась.       — Первый снег… Начало всего нового и предвестник чего-то по-настоящему волшебного, — сказала она и посмотрела на Эрика. Теперь он не казался таким ужасным. К нему просто нужно было привыкнуть. — Эрик, я тебя люблю. Прости, что боялась открыть свои чувства.       Он не знал, что сказать, в голове было столько слов, но вот произнести не смог. Они так и стояли, обнявшись, не говоря ни одного слова. Эрик любовался ночным Парижем и первым снегом, а внутри него всё трепетало от осознания, что его любят. А Изабель уткнулась в грудь Эрика, равномерно дыша и стараясь успокоить себя от переизбытка эмоций.