Северное Сияние

Когда он был еще ребенком, Он ждал, что ему будет открыт весь мир, Но объять его не удалось, И он сбежал в свои сны. Мечтал о рае, Каждый раз, когда закрывал глаза. Coldplay - Paradise

Так спать хочется.. Сейчас зайду домой и отосплюсь, да. Все нормально, не стоит беспокоиться, и не с таким сталкивались. Отряхнув голову от снега, я открыл дверь в квартиру, глубоко зевая и немного пошатываясь. Надо сделать себе пункт никогда больше не брать сразу несколько операций за день, если хоть одна длится дольше двух часов. Я так вымотался, что даже Фонд со своими полевыми условиями стоит в стороне. А может просто работа в офисе так повлияла..? Допустим, это не так важно, я просто хочу поспать. Сняв пальто и ботинки, я, вопреки ожиданиям, зашел сначала на кухню, поставив чайник и достав небольшую баночку с таблетками. Да уж, я жалок. Жалок от того, что мне приходится глушить собственные эмоции препаратами и работой. Но мне все равно сейчас. Да и все последнее время в целом. Единственное на что не не плевать, это сам факт, что мне плевать на все. Это не совсем нормально.. Тем не менее я делаю себе кофе и запиваю им сразу две таблетки с седативным эффектом и одну со снотворным, чтоб уж наверняка не просыпаться ночью из-за глупых мыслей о том, кто уже и думать про меня забыл. Уж лучше не видеть вообще снов, чем таких, от которых не хочется просыпаться.. Едва ли успеваю переодеться, как падаю на кровать, ощущая теплую негу постели и зашкаливающую тяжесть собственного отвращения к себе любимому. Весь этот месяц после нашего последнего свидания для меня ощущался одним большим днем сурка, только без шуток и романтики одноименного фильма. Я обреченно вставал, ехал в госпиталь, отрабатывал смену и так же вымученно возвращался обратно в квартиру, посидев на кухне в телефоне и отправившись снова спать. Конечно, первое время меня не покидали мысли о нем, но пара слов в фармацевтическом отделе и у меня уже годовой запас успокоительного. Они помогают. Правда помогают. Мысли о Нагито без психолептиков начинают проедать изнутри, не дают концентрироваться на чем либо другом и, если бы не препараты, я бы просто свихнулся или же сорвался, вернувшись к уже знакомому двухэтажному дому. Но нам этого не нужно. Поодиночке легче, верно? Как то я даже думал о возвращении в Тову из столь приятного мне городка, но я сразу же откладывал идею в дальний ящик, игнорируя и по итогу забывая. Встречи с кем-либо я так же отменял, снова уходя в работу с головой. Хирург - важная должность, я должен это понимать. Но обязанности, наряду с нескончаемыми операциями и криками начальника, сводят меня в могилу. Я уже не знаю как можно стать стрессоустойчивее в такой ситуации. Ну сами подумайте: мне почти тридцать три, - если вы не понимаете значимости этой цифры, то вы слишком юны, радуйтесь, - я одинок, меня отшили, у меня никого нет - ни родственников, ни любовников, даже питомцев - ни-ко-го. И это вгоняет меня в еще большее отчаяние. Вот помру и даже не заметят. Или заметят, но даже не всплакнут. Но, наверное, так даже лучше. У меня еще есть друзья, прекрасные люди, мне хочется, чтобы они увидели меня в другой обстановке, в другом месте, а не там, где я нахожусь, и не таким, каким стал. Жалким. Самого даже тошнит, я знаю. Но больше всего не хочется снова стать тем мерзким типом, который мечтает изменить то, что никогда не изменить. Тряпка. И я не знаю даже, как долго бы это еще продолжалось, если бы не звонок полторы недели назад. Звонок от малышки. Ее слова о том, что она скучает, грели душу и немного выгоняли из этого пред-депрессивного состояния. Мы довольно мило поговорили с ней, но обсуждения моих отношений с ее отцом избежать не удалось. Не то что бы мне не хотелось вспоминать о нем, - в конце то концов я ежедневно этим занимаюсь и по разным причинам, - просто я не был готов говорить это вслух. Еще не зажило. Надеюсь, он доволен собой сейчас. "Папочка очень скучает по тебе" Ого, а он способен? Мы точно сейчас про нас говорим? Видимо да, раз с таким серьезным тоном она говорит. Я как то слышал, что детская ложь намного заметнее, а со своими талантами я бы и подавно ее заметил, так что это правда. Нагито скучает. И по чему? По выгоде или пользе от меня? Может по самоутверждению? Со мной же ты позволял себе подобное, правда, милый? А может по моему члену? Хотя нет, судя по словам Комаэды, их в его жизни было предостаточно. Тогда чего он так? Я попытался объясниться девочке, взял даже всю вину на себя, сказав, что вот такой вот нехороший, бросил ее папочку. Конечно же из-за большой любви, никак иначе.. Но Мегуми все не унималась, продолжая давить на своем: "Если ты так любишь папу, то почему бросил?" Потому что так правильно. Я попытался - у меня не вышло. Разве есть смысл это все зацикливать? И даже та мимолетная тоска Нагито, о которой мне рассказала малышка, пройдет так же быстро, как и началась. Он не любит меня, стоит уже смириться.. Я не нашелся что ответить тогда ей, хоть и придумал сразу после окончания диалога дохрена и больше фраз. Видимо, мои таланты начинают подводить меня. Или это побочка от седативных? Может быть.. Но Нагито все равно скучает по мне. Наверное, я должен быть рад, что он испытывает чувства ко мне. Ура.. Блять, ну какое же я ничтожество, я в курсе. В какой то момент я стал все чаще замечать его в больнице, отчего в груди что-то неприятно резало по живому. Осознание, что Комаэда все еще болен и на грани, не давало покоя ни день ни ночь. Я по-настоящему испугался. За него и за Мегуми. Что будет с ней, когда удача Счастливчика все же иссякнет? Ее заберет Махиру? А может опека и ее отдадут в другую семью, как брошенных собак? Ну уж нет, я этого не допущу, никогда. Ни за что. Только через мой труп этого мужчину вынесут вперед ногами! Я все же врач и не могу позволить этому случиться. Тем более с человеком, который мне все еще дорог. Но, несмотря на весь мой благой настрой, я решил, что ему пойдет на пользу недолгое расставание. Увидев его тогда в коридоре: еще более бледного, чем раньше, засыпающего на ходу, нервного, что проявлялось в его движениях и мимике, и, словно, посеревшего - мне пришла в голову мысль, что Комаэда слишком стал разгоняться по поводу моего состояния. Зная этого человека, то вполне могло сойти за вариант. Не из-за сильной любви же страдает, так? Мы спокойно, как взрослые люди, поговорили и пришли к компромиссу - нам нужна пауза. И он согласился. Но мне показалось, будто бы он расстроился этому. Будто я этим решением при нем же застрелил его надежду на что-то. Я не.. Нагито, ты же понимаешь, что так надо, правда? Я сам не понимаю, что чувствую по отношению к тебе, после той ночи, разрываясь от светлых чувств, до лютой ненависти. Это так.. знакомо, чтоль? Как дежавю. Даже не по себе. Но такой уставший и поникший вид счастливчика в моей голове лишь усугубляет все. Я сел в кровати, так и не уснув, несмотря на таблетки. Видимо, организм привыкает. Надо будет сменить их, должно помочь. На грани сна и реальности, я оглядел свою спальню - все как всегда. Шкаф с зеркалом, пара тумб, ковер, подаренный триптих от Бьякуи на новоселье, торшер. Но тут все равно пусто. Не хватает книг, цветов, красивых и не очень безделушек и разбросанных игрушек. О, было бы чудесно, если бы к этому комплекта прибавлялось небольшое семейство из двух человек. И вот оно счастье.. Пройдясь немного по квартире и выпив воды на кухне, я снова вернулся в спальню, чуть не сбив плечом ту злополучную лампу. Я снова потер переносицу, открыл окно и все же лег обратно в постель, возлагая огромные надежды на эту новую попытку уснуть. Кто-то подсказывает, что надо думать о чем то хорошем. О хорошем..

***

Я подскочил с места от громкого звука будильника, вглядываясь в темноту предрассветной комнаты. Что за..  я же отключал его. И звонок другой. Опять настройки слетели, чтоль?.. Я опустился обратно на подушки, закрывая уставшие глаза и ища рукой источник раздражающего звука. "Мх, выключи его уже.." Я чуть не закричал от неожиданности и тихого голоса со второй половины кровати. Включив будильник на телефоне, я почувствовал, как чьи-то холодные руки обвивают мою талию и худое тело прижимается к моему боку. "Снова оставил будильник на выходной?" А разве сегодня выходной? И я не.. погодите это же. Неверя собственному слуху, я повернул голову в сторону человека, что устроил голову на моем плече, и интуитивно коснулся его волос. Мягкие. Глаза еще не полностью привыкли к темноте, но даже так понятно, что они белые. Белые и короткие. Сердце в разы сильнее забилось, когда обладатель этих волос начал ластиться к моей руке, словно домашний кот, и тихо вздохнул, зевая. "Нагито?.." На мой оклик последовало лишь негромкое хриплое мычание, полностью развеивая сомнения в моей голове. О боже... Это он. Лежит рядом. Обнимает. Ластится. Такой милый. Такой нежный. Такой.. такой. Комаэда. Он рядом. "Все хорошо, Хината-кун?.." Нет, нет, пожалуйста, позови меня по имени, не так. Поддавшись минутному порыву, я не глядя беру его холодную руку в свою, касаясь губами длинных пальцев, выпирающих костяшек, розовой ладони и синих переплетений вен под белыми тонкими шрамами. Я почувствовал, как он попытался вырвать ее сначала, а потом, расслабившись, выдохнул и неуверенно дотронулся другой моей руки в волосах и переплел пальцы. Тихий сбивчивый шепот отрезвляет, прогоняя из сознания сонливость. Нагито вздрагивает рядом, закусывая губы и повторяя беззвучно мое имя. -- Ну чего ты..? -- Целую его впалые щеки, что заметно пошли красными пятнами, будто горящие в приглушенном свете зари за окнами. Он мягко улыбнулся, прикрывая глаза. Комаэда тянет руку к своему лицу, рефлекторно убирая слишком короткие на висках волосы за ухо. -- Просто счастлив рядом с тобой, Хаджиме, -- отвечает мне блаженный, оставляя на моей руке ответный поцелуй и прижимаясь к моим губам своими. Столько нежности в этом поцелуе, мне кажется я захлебнусь в ней. Было бы здорово. Но Нагито отстраняется, радостно улыбаясь, оголяя ровный ряд белых зубов, и смотрит мне в глаза своим влюбленным блестящим взглядом. Тем, от которого электрический разряд проходит по всему телу, а в штанах уже колом стоит. И, если бы тот не отстранился первым, я бы точно завалил его, зацеловывая до посиневших губ и соли кожи на языке. -- Ладно, давай вставать, -- Комаэда, еще раз чмокнув меня в лоб, садится на кровати, потягиваясь и выгибая до хруста стройную спину, облаченную в темную футболку с непонятном рисунком. А я смотрю на его фигуру и подмечаю все новые и новые детали. Например, обрезанные волосы, едва ли длиннее моих, вьющиеся и растрепанные в разные стороны, блестящий новизной протез на левой руке и замотанные бинтами худые ноги в районе бедер. Он встает с постели, отодвигая полупрозрачный балдахин, подходит к окну, выпуская в комнату свет, скрытый за жалюзи. Минуточку.. Это не его дом. И не моя квартира. Это- -- Как думаешь, мы опять раньше Ханамуры подскочили? -- И смех, приятный, искренний. Тот, который я любил и люблю. Но тем не менее. Я на острове. Снова. Вместе с ним. И, судя по внешности блондина, не так давно. Об этом еще говорят полуразобранные сумки возле шкафа у стены. Нагито снова пытается убрать волосы за уши, но из-за длины те опять падают на лицо: - Что у тебя с волосами?.. -- А? Ты же сам помог их обрезать из-за колтунов, -- он похлопал глазами, тут же поджав губы, иначе распознав мои слова. -- Ой, прости. Я постараюсь не раздражать тебя лишними движениями. Нет, нет, котенок, не раздражаешь. Я люблю тебя и все твои привычки, даже эту неуверенность и загоны. Люблю, люблю, люблю, люблю, люблю, люблю, люблю. Тебя и только тебя. О чем я и поспешил ему сообщить: - Все хорошо, я просто еще не до конца соображаю, - я улыбнулся ему, замечая, как расслабляются худые плечи. Нагито берет из сумки чистые вещи, скрываясь за стеклянными дверями в ванную. Видеть его таким живым не может не нравится. Его попытки и желания стать нормальным так умиляют, а прогресс, который несомненно присутствует, радует, расплываясь чувством гордости и удовлетворения по всему телу. Так спокойно и хорошо.. Идиллия. Вот бы так было всег- Что то не так. Определенно не так. Только вот.. -- Хаджиме, у тебя есть планы на сегодня? -- доносится из второй комнаты, откуда высовывается светлая голова. -- Нет, вроде, -- я потер шею, сев на кровати и подавив зевок. -- А что? -- Ничего, просто, может, хочешь потом прогуляться со мной? Если, конечно, не против моей компании, -- он неловко улыбнулся, подвязывая мешающиеся волосы красно-желтой повязкой. -- Нагито, если бы я был против, мы бы не спали вместе в одной кровати и не болтали вот так утром, -- я постарался разрешить обстановку шуткой, подозвав его к себе и усадив между ног. -- И не делал бы вот так. -- Блондин крупно вздрогнул, когда я прошелся языком по синей вене, проглядывающей через бледную кожу на изгибе плеча. Кажется, он пытался что то сказать, пока я покрывал поцелуями нежную и еще не зажившую длинную шею. Он смеется, когда я щекочу дыханием открытые участки, вздрагивает, от слабых укусов и ежится от холода после слюны. Такой чувствительный. Такой податливый. Такой покорный. Даже страшно становится от мыслей, которые желают сломать его. Немного встряхнув головой, я обнял его крепче и уткнулся в плечо носом, вдыхая приятный запах его кожи. -- Я люблю тебя, -- расслабившись, Комаэда прижался ко мне спиной, обхватив тонкими пальцами мои предплечья. Он затих. Ждет ответа. Ох, Нагито, как будто я могу ответить иначе. -- Я тоже тебя люблю, -- выдыхает, улыбнувшись и поцеловав меня в ухо. -- И тоже хочу пройтись с тобой. Во сколько? -- Давай после обеда, когда не так жарко будет, или посмотрим по обстоятельствам, хорошо? -- Как твоя душа пожелает, милый. Так хорошо.. Так по-домашнему прекрасно, что хочется умереть вот так. Обнимая и целуя дорогого сердцу человека. Слушая смущенные признания в любви и тоже получая ласку в ответ. И даже когда он выходит из коттеджа, это чувство не покидает тело, наоборот, оно лишь набирает обороты, закипая и раскаляя жар до сих пор еще непривычных сознанию эмоций. Хочется выбежать следом, поднимая над землей, и снова прижать к себе, чтоб каждый на этом острове знал о моем нашем счастье и даже не думал заглядываться на него. Зацеловать, пометить, сделать только своим. Да, это звучит слишком по-собственнически, но я бы согнулся окончательно, если бы потерял любимого. Я сделаю его самым счастливым, дам то, что он заслуживает, он не будет ни в чем нуждаться, лишь бы правда ощутил себя нужным мне. Самым нужным и самым любимым человеком во Вселенной. Определенно так. Я поднимаюсь с кровати, зарываясь рукой в свои волосы и взлохмачивая их. В коттедже я тоже не задержался долго, быстро переодевшись в привычные мне брюки с рубашкой и заправив кровать. Улица встретила необычной для тропиков свежестью со стороны пляжа, небо только начинало обретать бледно-голубые оттенки, переходящими в желтый у линии горизонта, где появлялась едва заметная заря, характерная для пяти утра. Как и говорил Нагито, мы снова проснулись раньше всех, поскольку вокруг стояла умиротворенная тишина, разбавляемая лишь криками чаек и шумом океана. Жаворонки, блин. Ладно, куда, кстати, пошел Комаэда? В ресторан, наверное.. Ну да, как я и думал, он был там - сервировал столы на втором этаже, чтоб немного облегчить обязанности Ханамуры-куна. Длинные руки раскладывали приборы по столам, подготавливая место под фуршет, когда я снова обнял его со спины, целуя в плечо через футболку. -- Я думал ты еще поспишь там, -- не вздрагивает, но немного напрягается. -- Выспался. Пошли позавтракаем, Терутеру еще часа два-три будет возиться, -- я помог ему закончить с тарелками, следя за реакцией. -- Давай, если тебе не трудно готовить для кого-то вроде ме- -- Я с радостью организую завтрак для своего парня, ты прав, -- закрыв тему с оскорблениями, я направился вниз на кухню, ожидая блаженного на лестнице. Зайдя в прохладное помещение, Комаэда неуверенно улыбнулся и сел на высокий стул у столешницы, перебирая пальцы и не отрывая взгляда темно-серых, точно тучи перед штормом, глаз от меня. -- Есть предпочтения на сегодня? -- Пока мыл руки, решил поинтересоваться. -- На твой выбор, только не сладкое, -- поправляет повязку на волосах, убирая выпавшие кудряшки обратно. -- Сладкое тоже надо есть иногда, -- окинув изучаемым взглядом содержимое холодильников, напомнил я. -- Тогда я не против. Я съем все, что ты мне предложишь, даже гниль, -- я почувствовал как дернулся мой глаз на подобное замечание. Ну уж нет, милый. -- Гниль уж точно не предлагаю.. Еще около часа у нас ушло на готовку и саму трапезу, Комаэда, как бы не отпирался, все равно согласился помочь мне в простейшем, а позже с удовольствием обнимал меня со спины, наблюдая за процессом. К тому времени остальные потихоньку стали вставать, так что нам очень повезло сбежать оттуда раньше, чем нас застанет Абсолютный Шеф. Оставшуюся половину дня я не отходил от парня, несмотря на робкие возражения и смущение с его стороны. Просто я.. Я не знаю как это объяснить. Я будто изголодался по общению с ним, хоть мы и ежедневно вместе. Сегодня довольно странный день, нереальный. Словно.. ..сон. Странно. "Хината-кун, можешь помочь мне?" Чужой голос выводит из чертогов мыслей. Я оборачиваюсь в сторону Нагито, удерживающим в руках два больших таза с влажной одеждой. Наверное, Махиру опять нагрузила его стиркой. Ну ничего, я подхватываю второй, самый тяжелый на вид, деревянный таз и иду в сторону фермы, игнорируя новые упреки Комаэды вроде "не стоит, возьми тот, что полегче". Стоит. Я все сказал. Добравшись до нашей импровизированной сушилки, которой служит пустое пастбище с несколькими деревянными столбиками и протянутыми между ними проволоками, я все же опустил на землю тяжесть, выдохнув и размяв шею. Нда, в программе с этими делами было проще, не то что теперь. Все сами, своими ручками, так сказать. Ладно, это не так уж и проблемно, даже наоборот. Подобная простая человеческая рутина помогает не вспоминать о мире вне острова, даруя спокойствие и ощущение размеренности происходящего. У всех свои обязанности, каждый полезен и нужен. Это отрезвляет, чувствуется жизнь на нашем острове. Я следил, как Нагито ставит на землю свою ношу, прогибаясь и подставляясь под теплые солнечные лучи, как худые руки протирают проволоку мокрой тряпкой, как бледные пальцы убирают с не менее бледного лица седые кудри.. Он оборачивается ко мне, тихо смеется, потому что я все еще стою, как ископаемое, разглядывая Комаэду, и закидывает первую простынь на сушку, закрепляя защепками. Прейдя в себя, я помог ему с бельем, хоть и делал это в пол силы, в основном наблюдая за таким сосредоточенным над, казалось, простым действием Комаэдой. Он постоянно поправлял вещи, проглаживая, не допуская ни единой складочки, зажимал между зубов деревянные прищепки, убирал за уши волосы и оглядывал ряды в поисках свободных мест. Его худой силуэт то и дело мелькал тенью среди цветной ткани, приковывая взгляд. С работой мы справились довольно быстро, иногда прерываясь на легкий обмен дежурными - но не менее милыми - фразами, когда Нагито заставил меня напрячься новой репликой: -- Хината-кун, что бы ты сделал, если бы знал, что пуля не всегда летит прямо? Я остановился посреди дороги, вглядываясь в широкие худые плечи парня напротив. -- Чт-то..? -- Я прокашлялся, вдохнув и прогнав заикание, -- что ты имеешь ввиду? -- Тебе же нужны были ответы на вопросы. Это он и есть, -- Комаэда обернулся ко мне, но на его лице не было того безумия, что обычно присутствовало в подобных речах. Он был абсолютно спокоен, мило улыбаясь и поправляя футболку. -- Что ты уже несешь? -- Я нахмурил брови разглядывая его. -- Тебе же было интересно, что не так с нами. Для примера я предлагаю тебе представить выстрел из пистолета, -- он взял таз в одну руку, уперев его в свой бок, и достал из него револьвер. Когда я уже метнулся в его сторону, Нагито лишь спрятал руку за спину, отходя на пару шагов назад, будто играя, -- стой на месте, ладно? -- Комаэда.. -- Не бойся. Так вот, выстрел. Ты придерживаешься зову логики и она тебе говорит, что любой выстрел из оружия будет идти идеально прямо, так ведь? Задачка простая, в конце которой патрон достигает мишени. -- Он подошел к первой попавшейся пальме, вешая на нее таз и отходя на пару шагов назад. -- Но, что если бы пуля попадала в цель не совсем по прямой? -- Заряжает пистолет, приближаясь ко мне, Комаэда приобнял меня за шею и вручил в ладонь оружие, почти нежно заглядывая в глаза. -- Понимаешь о чем я? Нет не поним- А. А-аа-аа-а.. -- Я знал, что ты догадаешься, -- он улыбается, направляя мою руку в сторону "мишени", -- наши отношения точно такие же. Снаряд не идет ровно по прямой, так, как хочешь ты и твоя логика, -- отходит мне за спину, продолжая негромко мурлыкать свою мысль мне на ухо, -- но это не значит, что он не попадет ровно в цель. Я перехватил вспотевшей рукой поудобнее рукоять пистолета, целясь и все же спуская курок, когда слышу негромкое "давай" хриплым шепотом на ухо. Попал. В момент ноги подкосились, став ватными, голова потяжелела, а Комаэда преспокойно сел рядом со мной на колени. Наверное, зря. -- Пора вставать.

***

Из дремы меня выводит громкий хлопок. Я подрываюсь с места, хватаясь за сердце и оглядываясь по сторонам. Дверь. Межкомнатная. Хлопнула из-за сквозняка. Я выдохнул, откинувшись назад и рассматривая белый потолок. Капец сон.. Такой.. реальный. Это из-за таблеток? Я даже поверил. Блять.. Поджав губы, я перевернулся на бок, сворачиваясь в позу эмбриона и закрывая глаза рукой. Ну почему все так сложно? Я не просил снов, от которых на утро еще хреновей, чем было. И еще те слова... Меня все еще не покидает ощущение, что к этому причастен Изуру. Да, определенно он так пытается "незаметно" помочь. Все же если мне так хреново, что даже на физическом уровне ощущается, то и ему тоже. Одно тело же делим. Ладно неважно. Сколько уже? Четверть седьмого. Сегодня вторник, надо ехать в госпиталь, а еще позвонить Махиру насчет ее предложения со встречей. Не хочу никуда ехать.. а может. "Но, что если бы пуля попадала в цель не совсем по прямой?" Что это значит...? Ты дебил, Хаджиме. Сам себе это говоришь. Я имею ввиду, как это относится ко мне с Нагито? Все же дебил. Заткнись. Так, пора вставать. Время - деньги, как то так..