Северное Сияние

Тем сложней и сложней заставить тебя выслушать, Чем больше я прикладываю усилий, Неспособный принять правильное решение, С полной головой дурацких идей... Arctic Monkeys -- Why'd you only call me when you're high?

Опять сил нет. Вот так, да, только встал с кровати, а уже устал. Это уже как константа, даже привычно находиться в этой вечной усталости, так что не страшно, наверное. На ходу натягивая футболку, я вышел на кухню, сразу высыпая на руку пару таблеток из желтой баночки на столе и насухую их глотая. Замечательный день сегодня. Снег, минус десять, сутки поставили, еще и дежурство назначили на ночь. То ли кофе пойти выпить, то ли повеситься -- не знаю даже. Я проснулся с ужаснейшей головной болью, будто миллионы игл воткнулись одновременно мне в мозг и так еще несколько раз. Кажется, у меня лопнул капилляр. И это настолько неприятно, что даже Изуру со своим невмешательством сам стал подкидывать названия подходящих препаратов от боли, о существовании которых я даже не знал. Чтож, спасибо, гений, я тебе тут, блять, аптека? Где я их тут достану? Именно, надо найти анальгин. Так, он был где-то тут, на кухне, это точно.. Надо завязывать сам с собой разговаривать. Ай, да чтоб тебя! Сначала порезался в ванной, теперь еще и чашка выскользнула из рук. Что дальше? Меня ограбят? Убьют кого? Ну, день только начался. Че ты такой разговорчивый в последнее время, а? Так, остыли, убрать осколки, таблетки и на выход. Кофе по дороге куплю, ничего страшного. Утро, блин, зашибись, как уже поняли. После того сна я все никак не мог прийти в себя: клевал носом, бился о каждый угол и косяк, вон, даже пластырь на щеке после бритвы. Кошмар какой.. Но ведь я же просил, без этого всего. Просто поспать, чтоб немного подзарядиться, а не думать теперь только о худых руках и нежной улыбке.. Такой реальный.. Такой. Да, я скучаю. Нагито, конечно, неприятно поступил со мной, но, отчего-то, я все равно тоскую по нему, по Мег, в принципе. А сейчас и подавно. Я слышал, что сны более чем реальны, когда мы в них находимся, и, только проснувшись, осознаем, насколько они необычны. Хотелось бы мне, чтоб это не было сном.. Так, надо перестать копаться в этом. Сам виноват, вот и страдаю. Стерпится.. Единственная хорошая новость: от горя худеют. Почему никто не рекламирует это как диету, а ведь она самая эффективная из всех. Депрессия Для Похудения. Хотите сбросить вес? Разведитесь, влюбитесь в кого-нибудь, кто вас не любит, живите один и грустите с утра до вечера. Лишние килограммы растают, как снег на солнце. Ваше тело снова станет стройным и сможет отлично вам послужить -- конечно, если выживете. Ха-ха!.. Класс, крыша окончательно едет. Надеюсь я не сказал все это вслух?.. Наконец-то! Я нашел аптечку, переходя к поиску анальгина. Наскоро вывалил в руку белую таблетку и тут же запивая ее горечь водой из-под крана, рефлекторно кривясь от неприятного привкуса. Думаю, этого хватит, чтоб добраться до госпиталя и там уже в фармацевтике попросить более стоящее лекарство, а далее по классическому плану: прожить еще один день в моей любимой -- нет -- рутине. В конце то концов, я врач, держи это в голове, придурок. Это просто нужно пройти, в жизни каждого человека случаются времена, когда наваливается какая-то тяжесть, охватывает тоска, депрессия. Всего колотит, кажется, сейчас вывернет наизнанку. Просто период. Просто подождать. Когда я уже натягивал куртку, телефон ни с того ни с сего решил подать признаки жизни. Наскоро перебрав все возможные номера, обладатели которых могли бы спохватиться обо мне в такую рань, -- скорее всего это опять с работы, -- я поднес к уху телефон, перед этим нажав на звонок: -- Да? Я скоро буду, все нормально. -- Где ты, Хаджиме? Ой блять, лучше бы посмотрел на номер.. -- Я дома, Макото, собираюсь на мою любимую работу, -- да, сегодня из меня так и хлещет яд. С чего вдруг этот прилив сарказма? Я краем глаза взглянул на небольшое зеркало в прихожей, взъерошив свои волосы, и нагнулся за ботинками. Обувшись, я уже хотел было закрывать дверь, но вздох с другой стороны трубки почему-то остановил. -- Выходи, есть разговор. Раздражает. Даже несмотря на то, что я под седативными. -- Я не в Тове, Наэги, так что говори сейчас. -- Все же закрыв несчастную дверь, я направился по лестнице вниз, останавливаясь на первом пролете, чтоб дослушать звонившего. -- Я знаю, Хаджиме. -- И отключился. Чего?.. -- Странный он.. -- Я особо не придал этому звонку значения, закинув телефон в карман, и вышел из подъезда, щурясь от порыва ветра и яркого света чьих-то фар на парковке, устремленные точно на меня. Какой козел в такую рань решил дальники..? -- Хаджиме. Так, о нет! Обернувшись, снова его лицо. Это гребанное лицо, которое я уж точно не хотел видеть по крайней мере еще вечность. Кажется, голова опять начинает болеть или это его присутствие так влияет на меня?.. -- Наэги.

***

"Что ты тут делаешь?" Общий неозвученный вопрос повис в воздухе до этого непримечательного кафе, куда Наэги пригласил меня для беседы. Мужчина был так же в костюме, приглаженный, с иголочки, как и запомнился мне. Показушник. Затащил меня сюда хер пойми для чего и строит тут босса. Я крепко сжимал ладони под столом, пытаясь унять тремор от накипающей в крови злости, и ответно сверлил взглядом человека напротив. Я часто слышал, что мы, якобы, похожи и, смотря сейчас на это лицо, я все больше не понимал с хера ли? Он явно не подозревает даже о моих демонах.. Так, не заводись. -- Я тут живу, Наэги. Если это все, то я пошел, у меня смена через час. -- Когда это ты стал рабочим классом? -- Мужчина выгнул бровь, сложив руки на груди. -- Когда вы меня уволили и я решил оплачивать налоги, -- повторил его позу я, откинувшись на спинку дивана сзади. -- М, -- незаинтересованно промычал мне в ответ Макото. Все в его позе выдавало эту напускную уверенность в собственной правоте. В его глазах плескалось волнение и непонимание, которые он то и дело отводил в сторону или опускал на стол. Он действительно был так уверен в том, что я захочу остаться в Тове? Что мне там хорошо? Какая ирония. Я вздохнул, сев ровнее, надо перестать вести себя как какой-то проблемный подросток. В конце-то концов мы взрослые люди, а я тут истерику устраиваю. Ладно, заканчиваем с прелюдиями. -- Зачем ты уехал? -- Захотел. -- Я ждал этот вопрос. Он просто обязан был его задать, я бы больше удивился, если бы его не волновало это. Я часто дома задавал подобные вопросы в последнее время, но не говорить же ему, -- Абсолютной Надежде -- что я был в отчаянии? Что я чувствовал себя ужасно в Тове? Я тоже думаю не стоит.. -- Почему в N? -- Захотел. -- Нет. Случайность. -- Это связано с Комаэдой? -- Возможно, -- а как иначе? Мир же крутится вокруг нас двоих, как по-другому, то? Так, что-то сегодня из меня слишком много желчи, надо взять себя в руки, соберись, Хаджиме, ты взрослый человек. Блять, этот допрос уже меня бесит. -- Чего ты хочешь от меня, Наэги? Все что ты перечислил можно было бы и по телефону узнать, к тому же ты видишь, насколько сильно мне не хочется сейчас тут сидеть и трепаться с тобой. -- Да, ты прав, прости, -- он вздохнул, уперевшись руками в стол и помассировав лоб. Ну хоть теперь я его немного узнаю, -- послушай, я.. мы волнуемся за тебя. Ты уехал без предупреждения, сменил номер, изменился.. Сейчас ты похож на какого-то затворника-холерика, знаешь? Нет, ну, во всяком лучше, чем с переутомлением в офисе, но все же.. -- Наэги, -- слегка понизив голос, прервал его монолог, -- я в порядке. Действительно в порядке. Да, у меня может и есть некоторые проблемы. Но я же не собираюсь, как полный идиот, конечно, идти творить глупости или сразу покончить собой, ясно? Так что можете вернуться к своей политике невмешательства, как и последние лет десять. -- Ты спишь? -- Ни с того ни с сего перевел тему Макото, спустя пару минут молчания. Он перебирал свои пальцы, явно нервничая, -- или просто действуя мне на нервы, -- и смотрел на свой американо на столе. Когда это его волновало? До какой степени мне нужно было довести себя, чтоб они, наконец, задумались? Размяв шею, я огляделся по сторонам -- сомневаюсь, что он один просто так, по доброте душевной, приехал навестить старика Хинату. Но вроде никого из знакомых мне агентов я не заметил, что может и хорошо. Достало это внимание к себе. Да за что мне это все? -- Официально сплю, -- взглянув на собеседника, ответил я, отпивая кофе из своей чашки. -- А то, знаешь, ходят слухи, что ты притворяешься. -- Я слышал, но это чушь, -- его попытка пошутить удалась, короткая улыбка все же появилась на моем лице, немного стало легче. Я даже знаю, кто мог пустить такие слухи. Да, Сода? -- Ясно, -- и снова замолк. Я сидел, пытал взглядом чашку с кофе и все не мог понять, зачем он тут? Просто, я понимаю как он мог бы меня найти, -- Сода и твое неумение держать язык за зубами, привет, -- понимаю его "взволнованность" и прочее. Но его причины для меня пока загадка. Сонливость пока берет верх над аналитикой. А может, я просто старею..? Я опять перевел взгляд на улицу. За окном уже светало. Снег крупными хлопьями падал с неба, застилая собой берег, машины, дома, лавки и фонари с тротуарами. Тонкая линия чистого неба над горизонтом уже озолотилась ярким солнечным светом, отчего свежевыпавший снежный подол начал переливаться мягким отблеском рассвета. Вдоль горизонта струились небольшие тучи, возможно, ночью опять заметет, а я только машину помыл, эх. Людей на улице уже стало немного больше, в основном собачники со своими питомцами или такие же, как и я, трудяги, которым ни свет ни заря бежать на работу. Я снова вспомнил Тову и ее бетонные джунгли, там бы я вряд ли так же легко, сидя в простом ресторанчике, мог наблюдать за восходом, нескрываемый гиганскими небоскребами и пресловутыми парками с толпами жителей мегаполиса, спешащие куда угодно, но не жить. Я был таким же? Наверное. А стал ли другим? Не думаю.. Выдохнув весь воздух, я прикрыл глаза, массируя уставшие веки, и опять взглянул в окно. Красиво так. Спокойно. Если бы я сразу уехал в госпиталь, то опять в который раз пропустил бы это действо, так что спешу отдать должное, Макото, мне иногда просто нужно опаздывать.. Но кое-что мне не дает покоя.. Нагито. Но как только я хотел задать свой вопрос, меня снова перебили: -- Ты.. вернешься в Тову? -- А вот это уже ввело меня в ступор. Нет, я предполагал, глубоко в подсознании, что он захочет чего-то подобного, но я не ожидал, что он так открыто и резко спросит об этом. С какой стати мне возвращаться в это проклятое место?! Он разве не видит очевидного? Я не хочу возвращаться к прошлой жизни, это значит что и в тот город тоже. Но зачем он продолжает настаивать на этом? Я.. Мы.. Наверное, мое негодование от этого вопроса отразилось на лице, поэтому минуту спустя он решил уточнить себя, -- Ты еще нужен фонду и было бы лучше, если ты- -- А мое мнение там больше не учитывают?! -- Теперь уже, не сдержавшись, я повысил голос, ударив ладонью по столу. Накипело. Спокойно. Нельзя устраивать скандал в людном месте, а то еще сочтут невменяемым, а в крови же успокоительное тоже могут счесть за нечто иное, знаете? Переведя дух, я продолжил более спокойно: -- Макото, по краю ходишь. Вы сами уволили меня, а теперь хотите, чтоб я снова впахивал на вас, даже не являясь сотрудником? Скажи честно, вы охренели? Я все понимаю, восстановление мира, репутация, но вы меня уже задолбали, я тоже человек и тоже хочу жить спокойно, без всего этого дерьма, которое вывалилось на меня за все эти чертовы пятнадцать лет. -- Хаджиме, успокойся, правда, я знаю, что у тебя есть свои причины ненавидеть эту жизнь, но- -- Нет, меня все устраивает! Мне нравится то, что я имею сейчас, понятно? Если я наслаждаюсь ненавистью к жизни, я не ненавижу жизнь. Я ею наслаждаюсь. Так что пошел ты со своим Фондом и заботой, и у меня есть полное право сейчас послать тебя и идти дальше по своим делам. Я не желаю больше связываться с вашей конторой, на которую я убил столько времени, сил и нервов, что и без этого уже в глотке сидит, ты понял меня?! Я едва сдерживаюсь, чтоб не врезать тебе, но у меня еще есть планы на мои руки, так что я ухожу, это ясно? -- В злости я подскочил с места и уже повернул в сторону выхода, как он опять меня остановил за рукав пиджака. -- Да что с тобой?! Ты как с цепи сорвался, что уже не так, объясни! Я приехал поговорить с тобой, не ругаться! -- Между тонких бровей появилась складка, Макото поджал губы и сощурил глаза, стараясь разобраться во мне и разглядеть.. что-то. -- Ты серьезно не понимаешь? Или мне по пальцам все разъяснять для тебя?! -- Уж будь добр! -- Хорошо! -- Я вырвал руку, нависая над мужчиной и яростно прожигая его взглядом. Появилось чувство дежавю -- я ощущал себя идентично тому, каким был на тех проклятых судах на Острове, подбирая главный аргумент, как нужный калибр в кольт. В голове поселился рой мыслей, подкрепляемые злостью.. нет, бешенством, бурлящим в моих венах под кожей. Я больше не сдерживал свой язык и сказал то единственное, что, почему-то, казалось сейчас самым важным: -- думал я не узнаю про Нагито? Попал. После моих слов он заметно побледнел, сразу же меняясь в лице на удивление. Чтож, видимо, не думал. Весьма опрометчиво с его стороны думать, будто Абсолютный Аналитик не узнает кто помог Комаэде сбежать и кто путал мне все карты с его поиском. Кому это было бы выгодно и кто запрещал нам отправиться вместе. Ух, ты, сученыш, ты не достоин носить один титул ни с ним, ни со мной, говнюк. Ведь все во имя будущего, верно, блять?! -- Ч-что? Но.. -- Я не хочу слышать оправданий, скажи мне вот что. Ты скрыл это из-за него или из-за меня? -- Кажется я поцарапал стол ногтями -- настолько напряжен в этот момент. -- Я, -- Наэги вздохнул, отводя глаза в сторону, сдаваясь, -- оба варианта. -- Ясно. Теперь отвали от меня вместе со своим Фондом, усек? Мне не хочется больше заниматься благотворительностью,  -- он еще сильнее нахмурился, смотря теперь исподлобья, то и дело намереваясь что-то сказать еще. Ну, не судьба, Наэги. -- Да, -- Я отстранился, встряхнув плечами и накинув на себя куртку, но, похоже, ему до сих пор неймется, -- зачем ты продолжаешь это делать? -- А ты бы делал, если бы это была Кеко? -- Едва заметный кивок и сложенные в замке руки служат ответом. Еще с минуту мы так стоим и он, наконец, отпускает меня, тоже поднимаясь с места и пожимая мне руку. Наконец-то на его лице появляется искренняя полуулыбка, а хватка становится немного сильнее. -- Удачи. -- Тебе того же, -- уходит первым, явно задумавшись над своим. Расставание с детективом несколько лет назад на него сильно повлияло, хоть внешне это и казалось незаметным. Я даже не особо вникал в причины их разрыва -- но, кажется, тоже из-за работы. Будто могло быть иначе.. Вздохнув, я вышел следом, -- но его внедорожника уже не было видно, -- отправляясь в сторону автобусной остановки. Макото сам довез нас сюда на своей, поэтому мой седан остался также стоять возле моего дома. Я продолжал думать над ситуацией. Он реально считал, что не пойму? Хотя да, пока работал на него, не понимал, но, правда, какой бы он ни был абсолютной надеждой, талант аналитика тут у меня -- у нас -- и сложить все аргументы по полочкам было не так уж и трудно, особенно сейчас, когда я только и делаю, что думаю, думаю, думаю.. Я поймал себя на мысли как-то, что без Нагито я вообще ничего не делаю, кроме работы. Ем, и то через раз, что уж говорить про сон. Надо как-нибудь развеяться, а то будто и не изменилось ничего с переезда. Не хотелось бы возвращаться к тому состоянию. Совершенно не хотелось бы. А хотя, знаете, в положении умирающего есть свои преимущества. Когда нечего терять — не боишься риска. Может снова рискнуть? В последний раз.. Может. Я взял в руки телефон, пролистывая последние сообщения в мессенджерах, надеясь найти то самое. Да, вот оно! Мой последний шанс! Даже как-то на душе легче стало от этой мысли, что все может скоро закончится и в хорошую сторону. Я улыбнулся, быстро строча короткий ответ на телефоне, и убирал его в карман куртки, ступая на платформу подошедшего автобуса.

***

-- Ты что?! На меня оглянулись несколько посетителей магазина, отчего я поспешил принести свои извинения и скрыться за дверью комнаты отдыха. Почти полчаса я разговариваю с Соней и только сейчас она всквозь упомянула, что собирается приехать сюда, на праздники! Как она так долго держалась? И ничего же не говорила с последнего звонка, да и раньше. Вот же хитрая- -- Нагито, если ты хотел, чтоб тебя даже в Новоселике услышали, то тебе удалось, -- хихикнув, королева, сказала что-то на родном языке кому-то на той стороне трубки, а потом опять продолжила по-японски, -- да, милый, я подумала, что будет неплохо хоть раз встретиться с моими дорогими одноклассниками! -- А тебе разве можно? -- Где-то внутри появилось чувство стыда, что из-за нас -- простых смертных -- королева целого государства собирается покинуть свой пост. А как же королевская семья? Я читал, что подобные праздники -- особенно, если они государственные -- не обходятся без монарших особ или других госглав, разве нет? -- Я королева, Нагито! Законом мне не запрещено проводить время с близкими мне людьми. Обращение уже записано, министерство осведомлено, не беспокойся о том, что не касается тебя, дорогой, хорошо? -- Я не видел ее, но знал, что она улыбается. Она всегда так заботится обо мне, что даже неловко становится за свою ничтожность.. Но в ответ я улыбнулся. -- Извини, -- на автомате вылетели извинения, -- уже думала где остановиться? Подсказать отель с хорошей пожаробезопасностью? Или лучше брать в расчет охрану? -- Ну-ну, остынь, жеребец! -- Рассмеялась девушка, пока я нервно ходил из стороны в сторону по комнате отдыха, взволнованно терзая прядь волос, -- послушай, у меня все предусмотрено, но, изначально, я думала остаться у тебя или же у Махиру. -- Но.. почему? Ты же привилегированная личность, я не совсем понимаю, -- Я сел на диван, откидываясь на спинку и поджав одну ногу к груди, -- подожди.. Махиру в курсе? -- Да, мы созванивались пару дней назад и она не против любого расклада, -- из трубки послышался уличный шум, будто она вышла куда-то, -- послушай, Нагито, я хочу отдохнуть на каникулах с вами, как обычная женщина, поэтому не хочу подключать никакие службы,  понимаешь? Даже королевам нужен отпуск. -- Я понимаю, дорогая, понимаю, -- вздохнув, я быстро прикинул нашу домашнюю ситуацию, думая насчет того, достойно ли мое жилище посещения Ее Величества, смогу ли я разместить ее с удобством, будет ли ей конфортно и еще тысячи причин. Не знаю. Я, конечно, люблю Соню, но до сих пор непривычно, что она не брезгует общаться с кем-то вроде меня, а, наоборот, хочет проводить со мной время. Все же, я думаю, будет лучше, если она останется у Махиру, но Сато еще так мал и может что-нибудь испортить, тогда как с Мегуми еще можно договориться. Блин, что же делать-то? -- Нагито? -- А, да, я тут, извини, -- я надолго ушел в себя, видимо, -- слушай, ты, конечно, в тот еще тупик меня поставила, -- я улыбнулся, услышав ее смешок и негромкое извинение, -- давай я позвоню сейчас Махиру и мы пока все обсудим, а ты не переживай, ладно? Когда ты приедешь? -- Тридцатого, в десять утра, я решила в ночь, чтоб не так тяжело перелет переносить, все же тринадцать часов, -- она снова рассмеялась, заражая своим смехом. -- Хорошо, времени еще полно, хочешь, я встречу тебя? -- Надо же быть джентльменом. -- Было бы неплохо, милый. Ладно, мне нужно бежать, так что позже еще спишемся и все-все мне расскажешь, хорошо? Все, целую! -- До встречи, -- я отключился, продолжая улыбаться. Все же я рад, безусловно рад, что она приедет, Соня за это время стала чуть ли не самым близким для меня человеком, не считая дочери, и ее дружба для меня очень важна. Именно! Поэтому мне стоит перестать тут хандрить и взять себя в руки, чтоб не стать разочарованием для всех. Пока я был в себе, в комнату отдыха заглянул Рантаро-кун, точнее как, заглянул, протиснулся со склада боком, держа в руках большую стопку новых, даже не распакованных книг, придерживая дверь ногой и, одновременно, стараясь удержать равновесие. Я немедля встал на ноги, чтоб помочь, взяв половину со стопки и переставив ее на стол рядом, собираясь забрать и вторую часть, как тот накрепко прижал ее к себе, улыбаясь мне: -- Ой, Комаэда-сама, ну что Вы, я же справлюсь, а вам нельзя напрягаться, -- он поставил книги возле стопки на столе, похлопав по карманам на фартуке в поисках чего-то. Так, минуточку. -- Кто тебе такое сказал, Амами-кун? -- Почему-то это отношение больно кольнуло по самолюбию. Я что, похож на беременную даму? Или я уже настолько хреново выгляжу, что самое время заказывать место на кладбище? С какой стати меня уже относят к ряду немощных, а? -- Ну, ваш парень? -- Рантаро-кун просто пожал плечами, наконец, найдя канцелярский нож, и принялся распаковывать товар на витрину. А я буквально задохнулся от возмущения. О чем он таком говорит?! -- Кто, прости? -- Мне уже стало казаться, вдруг ослышался? Я, чтоб хоть чем-то занять себя, а не стоять столбом, присоединился к сотруднику, распаковывая и складывая книги. -- Хината-сан. Тот мужик, которого сбил велосипедист в начале осени, я думал вы встречаетесь, -- он так буднично это говорит. -- Не подумайте, я не осуждаю! Мне кажется это даже круто, что вы кого-то нашли, кто о вас так заботиться или типа этого- -- Молчать! -- Я перевел дух, прекращая этот словесный фонтан со стороны подчиненного. Иногда даже хорошо иметь авторитет над кем-то. Я накрыл его руки, останавливая и заставляя посмотреть мне в глаза, -- с чего ты вообще это взял? -- Не знаю, это очевидно? Простите, не знал, что вы шифруетесь, -- Парень усмехнулся, отряхивая от пыли фартук. -- А кто вам звонил? -- Будешь много болтать -- придется отрезать тебе язык, -- Я крепче сжал нож в своей руке, начиная уже знатно раздражаться. Хината и тут уже наплел про меня что-то? Рантаро, безусловно, отличный сотрудник, но эта его разговорчивость, рано или поздно, сыграет с ним злую шутку, и я исполню свои угрозы. Пф, это даже забавно, давно мне не приходилось угрожать кому-нибудь -- Хината-кун не в счет -- и оставаться в выигрыше. Чтож, интересно, кто мне звонил? Можно соврать, а можно и нет, хм.. Терять нечего, ладно! Может, хоть от назойливого сотрудника избавлюсь, -- звонила моя девушка, Амами-кун. Она в Европе и собирается приехать к нам на каникулы, ясно? Поэтому перестань слушать каких-то самоуверенных людей, видимо в тот раз головой он сильнее ударился, чем я думал. Судя по этому гробовому молчанию, прерывающееся только скрежетом рвущейся пленки на упаковках, я реально смог поставить его в тупик. Ну и отлично, хоть отвяжется от меня, да и, может, в правдивости слов Хаджиме усомнится? Кто знает.. -- Извините, не знал, -- тут же сбавил обороты сотрудник, -- извините, правда. -- Все хорошо, Рантаро-кун, -- улыбнувшись, я потрепал парня по волосам, убирая мусор и складывая уже распечатанные книги в стопку, -- но впредь не будь таким наивным, ладно? А то я урежу твою зарплату. -- Так точно, Комаэда-сама! -- Неловко улыбнулся он, подхватывая книги и убегая с ними в главный зал. Фух, надеюсь, Соня простит меня, что впутываю ее в это дело. А то без нее ко мне опять пристанут с вопросами, которых не хочется слышать, а уж тем более отвечать на них. Так, Соня, надо же поговорить с Махиру об этом. Быстро подобрав волосы, чтоб не мешались, я взял пальто с вещами, так же наскоро собрался и выскочил через главный вход на улицу, перед этим оставив обязанности на управляющего, -- не зря же ему деньги плачу, -- набирая заодно номер фотографа. Надеюсь, я ее не отвлекаю..

***

В ночь на тридцатое число я и не ложился. Весь день, вечер и ночь приводил дом в порядок, капитально убирался, делал перестановку, устроил стирку, а на кухне почти поселился, едва не устроив пожар, но опустим этот момент, все обошлось. Вчера мы с Махиру договорились, что Соня останется у меня, а Ее Величество, в свою очередь, охотно согласилась с этим. И только после этого я понял, что у меня ничего не готово. Поэтому сейчас, стоя в зале ожидания местного депо, я почти с ног валюсь от усталости и волнения за девушку. Уже 14:28, поезд давно прибыл, а ее до сих пор не видно. Она говорила, что прибудет в N ближе к двум и я начинаю еще сильнее переживать за Невермайнд, представляя разнообразные беды, которые могли бы стрястись в полете или по пути сюда из Аэропорта Нариты. Но она же звонила в десять, по прилету, значит все хорошо, да?.. Я надеюсь на это. Я стоял возле автоматов с самым отвратительным кофе в моей жизни, -- который я все равно продолжал пить, чтоб отвлечься, -- когда до меня донеслись сначала быстрый стук каблуков, а потом и характерный радостный женский возглас, окликнувший меня по имени. Тут же я обернулся на звук, как меня снес счастливо смеющийся ураган, налетая с крепкими -- особенно для такой хрупкой девушки -- объятиями. Соня почти визжала от радости нашей встречи, когда мне удалось ее обнять в ответ и даже покружить не выдержав ответных чувств. Мы простояли так еще минут с двадцать уж точно, ни я, ни Ее Величество, не могли отпустить друг друга, продолжая стоять в медвежьих объятиях, изредка посмеиваясь, но неустанно улыбаясь. Конечно, мы не могли таким поведением остаться незамеченными -- многие в зале ожиданий стали коситься на нас, одни с нескрываемым раздражением, другие с пониманием, а малая доля третьих смущенно отворачивались, решив, что застали какой-то интимный момент. Да, именно интимный. В платоническом смысле, конечно. Первой отстранилась Соня, убрав взлохмаченные прядки светлых волос за уши и звонко чмокнув меня в обе щеки. Она снова тепло рассмеялась, разглаживая неровности после ее объятий на моем пальто, и шуточно сделала реверанс, гордо выпрямив плечи и снова улыбаясь на мои попытки подыграть ей с поклоном. Я заметил, как в уголках ее серых глаз невольно заблестели непрошенные слезы, которые она тут же стерла пальцами, в отражении стекла того же пресловутого автомата с мерзким кофе: -- Ну все, устроили тут сцену уже, какой кошмар! Что люди подумают? -- Она фыркнула, оборачиваясь ко мне и натягивая белые перчатки. -- Что, боишься папарацци в нашей дыре? -- От них уже нигде не спрятаться, милый, -- женщина уверенно взяла меня под руку, двигаясь к выходу из вокзала и нарочно не давая забрать у нее багаж, -- нет, Нагито, я лучше сама. А то вдруг у меня оторвется что-то или загорится, Да? -- Она сделала громкий акцент на последнем предложении, сжав мое предплечье, что я даже через одежду почувствовал. -- Ты мне до конца жизни будешь напоминать про тот случай? -- Пока ты мне не перестанешь ломать чемоданы, я буду напоминать! -- Туше. Рассмеявшись в унисон, мы вышли на паркинг, где нас уже ожидал таксист преклонного возраста с грубыми складками на лице, точно у шарпея, но, тем не менее, приветливо -- даже ласково, если так можно выразиться -- нам улыбающийся. Он сам помог загрузить вещи Невермайнд в багажник, когда та громким, поставленным приказным тоном отогнала меня на пару метров, что бы ничего не случилось. Похоже, она никогда не забудет тот случай. Не то чтобы я прям обиделся, нет, что за чушь? Это скорее выглядело комично, нежели было грубой попыткой меня оскорбить, что подтверждали подрагивающие в попытке сдержать радость пухлые губы блондинки. Когда все было готово к отъезду, она вальяжно подошла ближе ко мне и не менее важно продолжила, нарочито вычурно пародируя центральноевропейский акцент: -- Теперь, мой милый-милый герр Комаэда, мы можем отправляться в путь, -- она задрала кверху свой маленький вздернутый носик, протягивая мне руку. -- Безусловно, Ваше Величество, -- взяв ее аккуратную ладошку в свою, я -- как истинный джентльмен -- помог ей сесть в машину и залез следом, называя нужный адрес водителю и снова чувствуя, как на мое плечо опускается светлая голова и собственную руку обхватывают две чужие.

***

-- А где тут моя милая племяшка? -- Соня.. Соня, как только мы зашли в мой дом, еще и шарфа снять не успела, как стала озираться по сторонам в поисках Мег. Конечно, сколько бы ей не говорили мы с Махиру, что наши дети не ее племянники, она продолжала настаивать на своем и слезно отговаривала ребят от обращения "Мисс Соня" или "Невермайнд-сан". Чтож, Мегуми было почти все равно, она и до этого звала королеву "тетушкой" и точно не будет этого прекращать. Блондинка быстро разделась и отдала мне свою куртку, проходя вглубь дома и возвращаясь слегка расстроенная ко мне через пару минут. -- Я хотел тебе сказать, что она в школе, -- убирая верхние вещи в шкаф, я постарался успокоить женщину. На мои слова она вся встрепенулась, удивленно наклоняя голову вбок. -- А у них разве не каникулы? -- Она взяла свой чемодан и направилась следом за мной на второй этаж, снова отказываясь от помощи. -- Уютненько как тут у вас! -- Спасибо, -- я провел ее в гостевую комнату, быстро объяснив где-что, -- и да, они уже на каникулах, но моя ходит в театральный клуб и сегодня у них там постановка. Аккуратнее, тут порожек. -- Ой, -- чуть не упав, королева неловко улыбнулась, закинув свой чемодан на кровать. -- Понятно все.. -- К слову, у меня есть лишнее приглашение, поэтому не соизволите ли Вы, фрау Невермайнд, составить мне компанию? -- Улыбнувшись, та очень активно закивала головой, подскакивая и снова обнимая меня за руку. -- Отдохнешь сейчас? Я разбужу тебя попозже, хочешь? -- Убрав с чужого круглого лица белые волосы, я мягко поцеловал королеву в лоб, улыбаясь ей в ответ. -- Было бы неплохо, -- мы еще постояли так пару минут, а потом я тактично удалился, заранее объяснив, где ванная. Не хочется ее сейчас беспокоить, поэтому я быстро переоделся в домашнее и ушел с книгой в руках на кухню, в дальнюю от гостевой спальни комнату. Наверху еще недолго слышались шуршание и плеск воды, позже снова замолкнув и уже окончательно. Даже не верится, что она смогла вырваться сюда. Мегуми будет в восторге, она ее обожает -- Невермайнд чуть ли не на каждый праздник заваливала малышку подарками, постоянно интересовалась ей, а та радостно общалась с "тетей" по телефону или видеосвязи. Мег в принципе достаточно общительная, но мне все равно приятно, что она смогла так хорошо сблизиться с дорогим мне человеком. Накинув на себя кофту, что висела на спинке стула, я забрался на него с ногами, открывая книгу. Надо бы потом придумать, что отнести на стол к Махиру на праздник, ведь некрасиво как-то с пустыми руками.. Да и еще и на вечер что-нибудь. Может сладкого Мег купить? Да и нам с Соней чего-нибудь. Надо будет ее спросить. Да, вот такие вот у нас с ней отношения. Как-то раз еще на острове она назвала их "братскими", но, судя по очень ясными и запоминающимися реакциям Соды и Хинаты, со стороны мы выглядели точно не как родственники. Соня еще в школе была добра ко мне, часто садилась со мной, разговаривала, обедала. Мы даже в клуб один ходили, наверное поэтому на острове, после программы, смогли быстро найти общий язык. Я помню, как она долго прощалась со мной, когда уезжала обратно в Новоселик, помню тоску по ней, помню и долгие ночные разговоры по телефону, когда она жаловалась мне о том, как отвыкла от королевских обязанностей и как скучает по всем нам. Я тоже скучал, но, почему-то, не так сильно, как по Хаджиме. Хаджиме.. Надеюсь с ним все нормально и я не перегнул палку в тот раз. Конечно, так надо было, но все же в мою мораль оно слабо вписывается.. Так, нет, все супер, прекрасно, лучше всех! Мне нравится одиночество, так что я!.. Я.. Или я убедил себя, что мне так лучше? Ах, как же, блин все сложно! Почему нельзя просто взять и забыть человека?! Как-то же удалось забыть школьную жизнь в программе, -- хоть и временно, -- так почему нельзя самостоятельно избавиться от этой бреши в моей жизни?! Почему не удается оставаться равнодушным? Теперь не удается.. Но ведь удавалось! Так, Комаэда, чтоб тебя, возьми себя в руки, а то распустился весь уже. Завязав волосы повыше, -- надо их срезать уже, серьезно, -- я, наконец, смог прочесть первую строчку, не отвлекаясь на нежелательные мысли. -- Ты все это время тут просидел? Вздрогнув, я обернулся на голос, наблюдая редкую картину: Соня, с растрепанными волосами, в пижамных шортах и какой-то глупой футболке, сонно потирая глаза и сдерживая зевок, шаркает по моему паркету в не менее глупых, чем футболка, тапочках и потягивается, хрустнув шеей. И этот, я напомню, монарх -- монарх! -- одной из мировых военных держав сейчас лениво наливает себе воды из графина, моргая, чтоб прогнать сон. Ладно, шутки шутками, но она хотя бы выглядит отдохнувшей, даже домашней. Это мило. -- Комаэда! -- Да, я задумался. Повтори. -- Ты все четыре часа так просидел? А говорил что разбудишь меня весь из себя, -- она игриво усмехнулась, пододвигая стул рядом со мной и тоже поднимая одну ногу к груди, уместив на нее подбородок. -- О чем думаешь? -- Думаю, что на ужин сделать. И какие цветы купить на вечер. А еще про завтра и про Мег, -- отложив книгу, я откинулся на спинке тоже потягиваясь, отчего в спине что-то неприятно щелкнуло. -- Неужто Нагито Комаэду теперь волнуют дела житейские? С ума сойти! А как же эти пресловутые надежда и отчаяние? -- Они не пресловутые, просто я умею себя сдерживать для более важных вещей в моем положении отца-одиночки. -- Откуда ты этого понабрался? -- Так Махиру говорит, -- прыснул смехом себе в кулак, встав со стула. -- Ну и, знаешь, жизненный опыт, все дела. -- О, теперь все ясно, -- она закатила глаза, -- циничность из тебя так и хлещет, ты в курсе, милый? -- Зато говорю, что хочу, меня это устраивает. Лучше быть циничным, чем таким любвеобильным и делать что вздумается, как кое-кто, милая. -- Идеально, мы можем править миром! -- Женщина улыбнулась, придвинув к себе мою книгу, -- Ничего себе ты замахнулся, "Сто лет одиночества". Я на середине уже остановилась. -- Да там в принципе не сложно, трудно понять просто какой по счету Аурелиано в книге по сюжету, -- мы оба рассмеялись под Сонино "Да черт его знает!", пока я делал нам обоим кофе. -- Тебе же с молоком? -- И без сахара, благодарю, -- тут же она обернулась на стуле, уперев взгляд в мою спину, -- Ты что, помнишь? -- Да твои вкусы не сложно в принципе запомнить. -- Только мои? -- Только твои. -- Какой кофе пьет Хината-кун? -- Черный горький и иногда добавляет мед, -- я остановился, - так, подожди.. -- Попался! -- Королева еще громче залилась смехом, когда заметила мои краснеющие уши, -- Ну не обижайся, милый, -- она притихла, лишь негромко хихикая, и подошла ближе, обняв меня за плечи, -- мне просто надо было убедиться в кое-чем. Не сердись. -- Я не сержусь, мне все равно, -- соврал я. Ну не признаваться же ей, что кроме прочих мыслей в голове плотно засел Хаджиме и не собирается оттуда сваливать? -- Ох, даже не узнаю тебя. Хотя нет, вру, в твоем стиле все скрывать, негодяй, -- Она ткнула меня в бок пальцем, улыбаясь и наблюдая за моими руками. -- Ну вот такой вот я дурак, выходит, раз не удается скрыть от тебя ничего. -- Нет, ты просто добрый. -- Не вижу противоречия, -- протянув ей белую кружку, мы вернулись за стол, так же устроившись на стульях. Невермайнд уселась по-турецки, подложив подушку под спину, а я устало закинул затекшие ноги на стол, вглядываясь в белый потолок надо мной. Мы просидели так еще минут сорок. Соня больше не поднимала тему Хинаты, за что я ей очень благодарен, а я постарался затолкать свою по-детски глупую обиду куда подальше, просто беседуя по душам с давней подругой. Потом мы стали собираться. Соня согласилась быть моей сопровождающей в местный театр, где пройдет постановка, но, как мне кажется, лже-Бьякуя и Мегуми, вручая мне два билета, уж точно подразумевали не ее компанию. Но да ладно, не так чтобы прям важно, я и не собирался его звать. Пока собирались, я уступил Ее Величеству ванную комнату, собирая волосы в коридоре, отчего мы слегка задержались. К тому же мне долго пришлось отговаривать королеву от ее идеи-фикс пойти в вечернем платье, аргументируя это тем, что мы идем в театр, поэтому и выглядеть нужно соответствующе. Было сложно, но возможно. Поэтому мы немного припозднились, успев заскочить в зал до последнего звонка.

***

-- Чтож, это было неплохо. Бармен поставил возле меня новый стакан виски, заботливо протерев перед этим стол. -- В смысле "неплохо"?! Это было грандиозно! -- Не зазнавайся, -- фыркнув в стакан, я отпил, слушая возмущения Тогами о его оскорбленном эго. -- Ну не Бродвей же. -- А ты прям был там! -- Хлопнув по коленке, бывший Абсолютный Обманщик улыбнулся, взъерошив до этого идеально приглаженные золотистые волосы с чернеющими корнями. Он заказал нам еще шотов, прикончив виски и свойственно сморщившись. -- Ну и дрянь! -- Да норм, если не залпом, -- еще раз сделав глоток, я опустил стакан обратно на салфетку, -- я вообще в театрах не был, наверное... никогда? Хотя, вроде, в детстве предки водили меня в театр Но. Это было стремно.. -- Ну теперь то ясно, чего ты так препирался на мое приглашение, Хаджиме, -- нет, не поэтому. -- Но моя постановка была не такой уж и плохой. -- Не была, ладно. Я не особо понял европейский фольклор, видимо, -- и почему ему в голову взбрело ставить Чарльза Диккенса? Почему не что-то традиционное, например, из кабуки? Может, потому что дети.. Ну да, в стиле Тогами поставить что-то наподобие "Маркиза де Сад" или "Ацумори". Откуда я вообще знаю это? -- И мне было лень использовать таланты, чтоб понять, -- прервал я Бьякую. -- Какой ты ленивый, конечно. -- Зато выспался. Рассмеявшись и получив в плечо сильным кулаком, нам принесли на длинном подносе ряд шотов, поставив рядышком закуску. Вообще, я, по идее, не должен пить, учитывая что у меня утром отработка, потому что с дежурства меня успешно выгнали, впаяв штраф за утренний инцидент, но что поделать? Давно обещал вот так посидеть со старым другом, так почему бы и не выпить! Тем более есть повод -- успешная постановка пьесы под режиссурой нашего Самозванца и дебют моей -- нет, -- нашей, -- тоже нет, -- хм... Ай, короче, младшей Комаэды, вот. Она тоже приглашала меня, хоть и понимала, что из-за нашего положения, если так можно выразиться, я вряд ли смогу к ней прийти. Но меня же никто не останавливал принять предложение моего друга, поэтому видеть те эмоции на лице малышки, когда она меня увидела в зале, наблюдая из-за кулис, было сложно передать. А когда меня чуть с ног не сбили с объятиями и восторгом приняли небольшой -- в ближайшем магазине по пути были только такие -- букет цветов, то мне самому было не сдержать улыбки. И все же этот подонок белобрысый отличный отец. Отличный по всем параметрам. Если бы не был такой задницей, то цены бы ему не было. -- Ну чтож, за что выпьем? -- Взяв следом за Бьякуей маленькую рюмку с цветной жидкостью, я уставился на мужчину, усмехнувшись. -- Думаю можно начать за здоровье, -- хмыкнул Тогами, сталкиваюсь со мной пойлом и почти синхронно выпивая. Горючее неприятно обожгло горло, на мгновение лишила возможности дышать и видеть. Секунду спустя я потянулся к закуске, заедая это ощущение и, наконец, вдыхая полной грудью. -- Пьем за здоровье, а свое портим, какая ирония, -- моргнув, я выдавал из себя неловкую улыбку. Алкоголь уже немного ударил в голову, расслабляя и забавляя. Так, пока я еще в относительно сознании надо кое-что сделать. Я достал телефон из кармана, открывая контакты. -- Что ты делаешь? -- Заметил Самозванец. -- Удаляю номер Нагито. Не хочу, когда нажрусь, доставать его. -- Если нажрешься, -- поправил мой собутыльник. -- Когда. Но он просто вздохнул, наблюдая, как я убираю телефон обратно в карман. ...По-моему, мы тут уже часа три сидим. А сколько в себя вылили? Да хрен его помнит, начхать. Я потянулся рукой за стаканом скотча, который только что налил уже новый бармен. Тогами что-то хмельно ему рассказывал, кивая головой на меня, а потом они оба засмеялись, неприятно хрюкнув перед тем как снова налить-выпить свою порцию. -- Ну чего ты раскис-то, а? Эй, Хината, -- я перевел взгляд на друга, потирая пальцем один глаз, -- ну правда, чего грустный такой. -- Вы можете выговориться, если хотите, Хината-сан, -- подхватили его бармен -- э-э.. ой, да похрен как там его, не могу разобрать иероглифы на бейджике, --  парень, на вид ему где-то двадцать, может больше, снова наполнил мой стакан. -- Зачем? -- Чтоб стало легче, -- почесав глупую бородку, бармен сложил руки на стойку, глядя то на меня, то на Тогами. -- Зачем налил? Ты тут трезвяк, кто-то же должен думать! -- Вспылил я. -- Прошу прощения, -- бармен уже собрался забирать стакан, как я вцепился в последнего пальцами, сверля парня взглядом. -- Ого, да тут все хуже, чем я думал. -- Браво, гений. -- Ну правда, Хаджиме, что случилось? Раньше ты не становился таким злюкой после алкоголя, -- Бьякуя оперся о стойку локтями, повернувшись к ней спиной. -- Да блять! -- Все же не выдержал я, -- на работе херня, в личной жизни херня, в голове -- аналоги.. анла.. ан.. о.. короче, тоже херня! Еще вопросы?! -- Сжав волосы на макушке, я грубо их оттянул, немного восстановив ход мыслей. -- Сначала объявился Наэги со своим "Иди обратно в фонд!", утром чуть девушку не зарезал, а в итоге выясняется, что у Комаэды новая пассия и я иду нахер. -- Комаэда -- ваша возлюбленная? -- Уточнил бармен. -- Бывший, -- наверное, это прозвучало чересчур обреченно. -- Он -- мужчина, -- со вздохом, я опустил голову на холодное дерево, прикрыв глаза. -- А что ты Наэги ответил? -- Нахмурился мой друг. -- Послал, конечно! Нет, у меня, конечно, проблемы, но я же не самоубийца без чувства собственного достоинства, чтоб опять упасть с головой в бессмысленную филантропию. -- Ну и правильно, я тоже ушел года четыре назад. Вот видишь, не прогадал! Живу спокойно, -- улыбнулся Тогами, снова отпивая свой бурбон. -- Простите что врываюсь, а какой фонд? -- - Встал бармен. -- Фонд Будущего, -- хором ответили мы. -- Да ладно, да ты крут, Хината-сан! Тебя зовут в такую вышку! -- Ага, вышка, скажешь тоже. Днище то еще. Все соки выжмут и даже пенсию не оформят. Нет, Бьякуя, ты не подумай, я тоже доволен, что свалил, просто, -- Я тяжело вздохнул, снова потирая глаза до темных пятен, -- просто, блять. Комаэда. Он сводит меня с ума. -- Это нормально, если у вас неразделенная любовь -- Я не люблю его! -- Сорвалось с языка. -- В смысле, -- я поспешил себя исправить, -- мне нельзя это делать. Потому что из-за него я только и делаю, что лажаю. И причем по-страшному. Я чуть не убил невинного человека утром, просто из-за того, что задумался о Нагито! Никогда не думал, что скажу это, но бармен судья, я благодарен Изуру, что тот не дал сегодня провалиться! А я хирург, хирург, понимаешь? Для меня любая ошибка -- это все, провал, на тебе клеймо детоубийцы, запятнанная репутация, поздравляю, наслаждайся фрилансингом без медицинской лицензии. А он просто.. Комаэда.. Он просто не хочет меня видеть. Я попытался быть с ним друзьями и потихоньку сближаться, но даже тут провал. Он только и делает, что отталкивает, потому что до этого, давно, я его сильно обидел и так легко заслужить прощения просто невозможно. А теперь я проебал даже то меньшинство, которое я смог добиться за эти гребанные три месяца. И сейчас выясняется, что ему только лучше без меня, ты понял? Он, наконец, счастлив и я рад за него, потому что этот подонок заслужил этого за все то дерьмо сраное, которое случилось с ним за эту жизнь! -- Я согнулся в приступе кашля, от нехватки воздуха после моей тирады. А разве я не прав? Вот, блять, пусть хоть кто скажет сейчас, что я соврал сейчас, клянусь, я разобью ему лицо и даже не пожалею! Потому что как бы мне не было больно сейчас, мое главное желание -- это счастье Комаэды. Всех Комаэд в этом городе! Да.. Переведя дух, я продолжил: -- поэтому я не могу его любить. Что теперь ты скажешь на это, а, любовный эксперт?! Повисло гробовое молчание. В баре, кроме нас, спал лишь какой-то пьяница в дальнем углу, негромко потрескивали три горящие лампы в темных широких плафонах над стойкой, а с улицы редко доносились дребезжания ветра и шум колес машин. Город уже спит. Интересно, Нагито сейчас тоже уже третий сон видит? Или опять допоздна читает что-то интересное. А может они с той.. Нет. Нет, Хината, не думай об этом. Он никогда не был таким поспешным, в отличие от тебя, идиот. Бармен все еще молча смотрит на дерево стойки, задумчиво поглаживая бородку. Наверное, переваривает вышесказанное, ха-ха. Видимо, в этих делах сердечных он разбирается не так хорошо, как думал. -- А, -- немного неуверенно начал все еще ошарашенный Самозванец, -- как ты себя чувствуешь? В плане здоровья.. -- Сейчас не так хреново, как обычно, -- я снова приложился к стакану скотча, хмыкая куда-то в себя, -- алкоголь творит чудеса. -- Спишь? -- Вы все меня об этом решили спросить? -- Я настолько жалко выгляжу? -- На ночь пью снотворное. -- Ясно. Совсем в депру вогнал себя.. -- Ну, знаешь, у разных людей депрессия проявляется по-разному: одни весь день валяются в постели, у других десять лет на работе с риском для жизни и потом они становятся хирургами, -- все же на улыбку пробило. Молчавший до этого бармен стукнул о столешницу стаканом, закидывая на плечо полотенце, которым до этого натирал этот же стакан: -- Мужик, да ты идиот. -- Не первый это говоришь, пора уже считать. Но парень уверенно посмотрел на меня своими лиловыми глазами, хмуря тонкие брови. В них блестели звезды. И праздновали черти. -- Я говорю серьезно, поэтому вытащи свои бабские обидки из своей башки и засунь их куда подальше. То, что ты отвергаешь того, кого любишь -- не великое самопожертвование, ты просто хочешь быть несчастным. Но то, что ты несчастен, не делает тебя лучше других, это просто делает тебя несчастным, дошло? -- Кайто-кун дело говорит, Хаджиме, -- тяжелая ладонь опустилась на мое плечо. Так его зовут все же Кайто.. Не колышет. -- К тому же, ты сказал, что вечером выяснилось, что он там нашел кого-то, да? Но он же был в театре тоже. -- С какой-то телкой был, -- все еще неприятно вспоминать, как ко мне в антракте подлетел Амами-кун -- какая-то его сестра там тоже выступала, -- и нечленораздельно рассказал о Комаэде и их недавнем разговоре. Как тот отругал его и как поставил в ступор своим "У меня есть девушка". Парень долго извинялся и поддерживал, наблюдая как стекленеют мои глаза, а потом еще и решил добить, признавшись, что видел Нагито реально в сопровождении девушки. Не знаю, как я выглядел в тот момент, но отчетливо помню желание выпить. Даже не так, нажраться. Чтож, у меня вышло. -- Хината! Я, безусловно, сочувствую твоей драме, но будь повежливее! -- Нахохлился Бьякуя. -- Ты хоть видел его спутницу? -- А зачем? Чтоб еще сильнее расстроиться? -- Да чтоб узнать подругу свою, тупица! -- Все же повысил свой и без того громкий голос Самозванец. Он достаточно редко употреблял оскорбления в речи и, похоже, я его знатно раззадорил. Повернувшись лицом к своему оппоненту, я непонимающе свел брови к переносице, косясь на снова протирающего стаканы бармена. --  Как ты смеешь называть "какой-то телкой" Королеву Новоселика?! Как это? Кого?! И тут а моей пьяной голове зашевелилось все, что могло и не могло. Шестеренки приводили в действие механизмы, помогающие прояснить сказанное. Рантаро тоже мог ошибиться. И тем более не знать в каких отношениях Комаэда и Невермайнд. А позже поставить и меня этим в замешательство. Выходит.. -- Прости, кхм-кхм, -- я снова закашлялся и возле моей руки тут же оказалась спасающая холодная вода, -- спасибо, -- бросил я бармену, залпом опустошив стакан. Фух, я даже немного протрезвел, -- можно сейчас уточнить, ну, для справки.. Королева.. В смысле Соня? То есть, принцесса Соня? Невермайнд? -- Абсолютно! Самая что ни на есть, во плоти. -- Охренеть, -- протянул я, собираясь с мыслями, -- Кайто-кун, Бьякуя, вы правы, я тупица и идиот. -- Ну хоть что-то остается прежним. Одарив мужчину испепеляющим взглядом, я судорожно оставил под стаканом несколько купюр, пожимая поочередно руки бармену и другу, не совсем ровной походной направляясь к выходу и так же на ходу одеваясь. Мне срочно нужно вызвать такси. И срочно попасть домой.

***

Раздавшийся звонок посреди ночи вывел меня из полудремы. Я мельком глянул на часы на шкафу -- 3:48 -- кому я могу понадобиться в такую рань? Звон прекратился, окончательно прогоняя мой сон. Со стоном я поднялся с дивана, на котором, видимо, опять уснул, читая, и подошел к тумбе на которой лежал мой телефон, но, взглянув на дисплей, совершенно не обнаружил никаких уведомлений о пропущенных звонках. Это как? Удивленно моргнув, я опустил телефон обратно, включая светильник. Надеюсь на втором этаже никто не услышал шума. Мегуми уснула быстро, да и спит крепко, а вот Соню не хотелось бы тревожить. Пусть отдыхает.. Раздавшийся в полумраке комнаты второй звонок заставил меня тихо вскрикнуть от неожиданности. Обернувшись, я уперся взглядом в стационарный телефон, подвешенный на стене у входа в кухню, и который, как ни странно, мигал голубоватым свечением. Неуверенно я приблизился к аппарату, снимая трубку и тихо кинув стандартное "алло" незнакомцу по ту сторону провода. -- Боже, Нагито, только не клади трубку! -- Хаджиме? -- Я стоял немного ошарашенный ночным звонком посреди коридора, да еще и от кого! Хината! С чего бы такая радость в четвертом часу? -- Да, кхм, это я. Прости, что звоню на домашний, я бы назвал причину, но забыл, -- хрипло посмеявшись, по ту сторону снова раздался негромкий стон. -- Я разбудил тебя, да? -- Все в порядке, я не сплю, -- он вел себя.. странно? Что-то в его сипловатом голосе, в котором то и дело проскакивали грудные хрипы, меня настораживало. Да и в принципе его поведение. Какого черта? -- Хината, что происходит? -- Все.. все нормально, мне просто было необходимо услышать тебя, -- кажется, этот прохвост улыбается. -- Услышал? Теперь иди спать. -- Не могу, -- это еще почему? И снова я услышал какие-то стоны и шуршание, будто он поднимался откуда-то. И только я открыл рот, чтоб задать свой вопрос, он поспешил на него ответить досрочно: -- Я в хлам, а снотворное при этом состоянии чревато. О, ну теперь все ясно. -- А я уже подумал ты опустился до маструбации на мой голос по телефону. -- Хах, ну я не настолько нажрался, -- он снова хрипло рассмеялся, а я не смог сдержать ответной улыбки. Ладно, мне правда не хватало его за этот месяц. Его приближенность уже была такой обыденной, что сейчас, когда мы поругались и "взяли паузу", ее отсутствие стало слишком невыносимым. Как признаться себе, что я перестарался? -- Немного выпил, несколько раскрепощен. Взволнован беседой с одним мужчиной. Но идейно я трезв! -- Я заметил, -- Я вздохнул, -- Хината-кун, лучше иди отдыхай. -- Не могу, сказал же! Поговори со мной! -- Нам не о чем уже говорить, Хината-кун, -- босые ноги начало поддувать с холодного пола, хотелось уже пойти обратно на диван и не думать больше ни о чем, а не слушать пьяный бред бывшего любовника. -- Перестань строить из себя непонятно кого, ты выглядишь идиотом. -- Пусть я идиот. Но это не значит, что мне на тебя плевать, что я о тебе не думаю и не хочу тебе счастья! -- Не говори таких громких слов в мой адрес! Тем более пьяным. -- Да, я пьян, но я прав, абсолютно серьезен и беру полную ответственность. Из-за тебя я стал хуже как специалист, между прочим, -- он обидчиво фыркнул в трубку. Ну как дите малое! -- И теперь из-за этого погибнут люди! -- То есть, теперь я еще и виноват?! Хината, а ты точно только выпил? Головой не ударился, паршивец? -- Этот разговор уже начинает действовать мне на нервы. -- Ну вот! Опять ты меня не слушаешь! А потом обвиняешь во всяком дерьме, которое не так понял. И в этом весь ты! Только и делаешь что усложняешь мне жизнь, Комаэда, -- он затих, переводя дух, а я стоял и поджимал губы. Значит, я порчу ему жизнь?! Вот как! И я еще хотел давать ему второй шанс, чтоб мы хотя бы смогли быть друзьями, как раньше. Но нет! -- Я понял тебя. Все проблемы тут только из-за меня, отлично. А я еще думал, что мы могли бы остаться друзьями! -- Забавно. Это последнее, кем бы мне хотелось быть для тебя. -- Раз я такой ублюдок, то зачем ты еще тут? -- Низким от обиды и непрошенных слез голосом, я ответил спустя минуту нашего молчания, собираясь бросить трубку и просто уйти к себе, но тут по ту сторону раздались более тихие, но очень четкие слова: -- Потому ты всего этого стоишь. Всегда стоил. И если бы нужно было выбирать между спасением всех и вся и счастьем и любовью к тебе, я бы выбрал тебя. Я выбираю счастье с тобой. Я всегда выберу тебя! -- Хината, ты же понимаешь, что ничего не добьешься? -- Дуракам везет. Господи зачем я ему ответил? Уже сидя на полу, я стукнулся лбом о стену, сжимая в руке еще работающую трубку. Хината ничего не говорил тоже, лишь иногда хрипел и кашлял, а я все обдумывал его слова. Он любил меня, а я ему не верил и вот что из этого вышло. Опять все испортил, вот такой я молодец. -- Нагито, ты еще тут? -- Его голос. Такой приятный и спокойный. Сейчас его пьяное состояние выдает лишь легкая хрипотца, придающая голосу сексуальности. Наверное, раньше меня бы это заводило. Но сейчас только горько становится, -- прости, я не хотел тебя обидеть. -- Иди спать, Хината, -- Я приложил холодную руку ко лбу, успокаиваясь. Нет, не ведись, Нагито. Не ведись. Тебе все равно. Тебе не больно. Он тебя уже бросил однажды и бросит снова. Нельзя зависеть от людей, которые тебя подводят. -- Хорошо, доброй ночи, Нагито. -- Спокойной ночи. -- Я люблю тебя Гудки.