Шпионская сага. История пятая. Похищение Венеры.

Белый, почти прозрачный песок, на который накатывали легкие волны. Бесконечное море, уходящее куда-то за горизонт. Удивительно светло, хотя солнца не видно. Где он, черт побери? Кристиан огляделся — ни души. Последнее, что он помнил — это душная пещера и бешеные глаза Форста. Никогда еще он не был так близок к концу… или началу? Неужели он умер? — Почти, — послышалось рядом. Кристиан повернул голову. На невесть откуда появившемся бревне сидел парень на вид лет тридцати и бросал в море камушки. Те, словно живые, пролетали над поверхностью, едва касаясь воды. — Ты кто? — секундой назад здесь никого не было. — Здрасьте, приехали, — парень усмехнулся и бросил очередной камушек. — Не далее, как сегодня днем ты обращался ко мне. Впервые за все время, что мы вместе. Признаться, я настолько удивился, что не сразу нашелся, что тебе ответить. — Погоди… — нет, он точно либо умер, либо сошел с ума. — Ни то, ни другое, — парень взял камушек и подбросил его вверх, тот взлетел и вдруг повис в воздухе. — Ты читаешь мои мысли? — Ну, да. Это легко. На самом деле, это самое простое в нашей работе. — В какой работе? — Кристиан не сводил глаз со странного парня. Кто он, в конце концов… — Ты вроде умный человек, а не понимаешь простой вещи? Ладно, — парень щелкнул пальцами, и камушек упал на его ладонь. — Я — твой ангел-хранитель. — Что?! — Кристиан даже подумал, что у него начались проблемы со слухом. — Ты слышал, — у парня в кармане что-то пискнуло, он достал мобильник и посмотрел на экран. — Почему все представляют ангелов такими пухленькими детишками с крылышками и непонятной штуковиной на голове? Мы такие же, как и вы. Какой хозяин, такой и ангел. — Погоди… — Кристиан помотал головой. — Где я? И что происходит? — Что ты помнишь? — Помню пещеру, дикую боль в боку, Форста, готового убить меня. — Ну, вот. — Погоди… Ты хочешь сказать… — Кристиан покачал головой. Этого не может быть… — Может. И ты, кажется, был готов к этому? — Я умер. — Я тебе уже говорил. Почти… — Что это значит? — Ты, то есть, мы… на переходном этаже. Там, — парень кивнул вниз, — земля, мир, люди, в общем, ваша простая человеческая жизнь. А там, — теперь он поднял голову вверх, — там тоже жизнь. Только другая. Здесь же он решает, кому вернуться назад, кто еще не готов, кому рано, а кому уже пора. — Кто решает? — уже сказав, Кристиан понял, что, как это говорится, ляпнул. — Ну ты даешь… — парень усмехнулся, подвинулся. — Садись, нам еще долго ждать. Кристиан подошел и сел рядом. Странное ощущение… Когда сидишь рядом с человеком, чувствуешь тепло, какое-то движение воздуха, вибрации, а здесь ничего. Словно сам воздух замер. Кристиан даже не понимал, дышит ли он вообще. — Долго? Но мы же здесь одни. — Пока судьба человека не решена, — спокойно объяснял парень, — он видит только своего ангела. На самом деле тут целая очередь. Ведь ему надо поговорить с каждым, просмотреть всю жизнь, чтобы не ошибиться. — И он не ошибается? — Никогда. — Я могу как-то повлиять на его решение? — Ты — нет. Я — да, — и ангел впервые за все это время повернулся и посмотрел на него.

***

Джоанна сидела и смотрела на бледное, словно неживое, лицо Кристиана. Вспомнила, когда загорелась красная лампочка, мимо нее тут же пробежали какие-то люди. На ватных ногах, поддерживаемая Максом, она вошла в палату. Было ощущение, словно она смотрит плохой фильм. На мониторе над кроватью бежала прямая линия, сопровождаемая протяжным писком. Она почувствовала, как Макс сжал ее плечи. — Разряд! — Еще разряд! Ну, давай, давай! — Сколько времени прошло? — Четыре минуты. — Черт! Давай, парень! — Увеличьте мощность. И десять миллилитров лидокаина внутривенно. — Отойдите. Два раза подряд. Разряд! — Шесть минут. — Черт тебя побери! Давай! Добавьте Атропин! Подключайте ИВЛ! — Десять минут… Джоанне казалось, ее сердце сейчас перестало биться вместе с сердцем Кристиана. На его лицо надели маску, снова и снова повторяли прямой массаж. И когда врач отошел от кровати, устало выдохнув, повернулся к Джоанне, она покачала головой. — Нет… Вдруг линия на мониторе дрогнула, протяжный писк превратился в еле слышное размеренное пищание. Врач неверяще обернулся…

***

Очередной камушек пролетел над поверхностью воды. — Ну, я понятно, — Кристиан вздохнул, — а ты… Ты здесь зачем? — Как зачем? — хмыкнул ангел. — Я отвечаю за тебя. Каждый ангел рядом со своим хозяином, с рождения и до смерти. И зря ты думал, что я могу отказаться от тебя. В принципе, это возможно, но я о таких случаях не слышал. Ведь если ангел отказывается от хозяина, он теряет свои способности и растворяется в воздухе. — А вы… сами выбираете? — Хозяина? Нет. Но мы выбираем путь для него. Очень многие события в твоей жизни были выбраны мной. Это почти как в сказке, когда подходишь к перепутью, а перед тобой несколько вариантов на выбор. И ангел должен решить. Но никогда не знаешь, куда приведет тот или иной путь. Иногда самый на первый взгляд простой оборачивается большими бедами, а тот, что поначалу кажется тяжелым, приводит в жизнь счастье. — Значит, все, что со мной происходило… — Ну, почти все. Ты, конечно, не подарок, в этом ты прав, — ангел усмехнулся. — Когда ты в университете связался с наркотиками, я был в панике. Первая моя серьезная проблема с тобой. Тогда я думал — кошмар, караул. Я вытащил тебя. Но если бы я тогда знал, что это мне потом покажется такой ерундой по сравнению со всем тем, вот что ты будешь впутываться… — Извини, — Кристиан посмотрел вперед на море. Оно было таким спокойным. — Кстати, тогда же мне пришлось выбирать для тебя между Линдой и Джоанной. Кристиан резко повернулся. — Спасибо… — просто сказал и опустил голову. — На первый взгляд, она совсем тебе не подходила. Но когда я смотрел на вас, что-то екало внутри. И я сделал выбор. Ты, правда, чуть все не испортил. — Когда потерял ее, наделав глупостей, — согласился Кристиан. — За твою выходку после сообщения Линды о беременности мне стыдно до сих пор, — ангел недовольно вздохнул. — И это, кстати, будет говорить не в твою пользу перед ним. — Понимаю… — Кристиану нечего было возразить на это, ему и самому до сих пор было стыдно за ту часть своей жизни. — Потом вы снова встретились на острове. Тут ты немного реабилитировал себя, — ангел снова повернул к нему голову. — У тебя был непростой выбор: бороться за нее или нет, зная, что она с твоим другом. Кстати, Жозе и она тоже мой выбор. Для тебя. Ты справился. Если бы ты тогда отступил… Конечно, все сложилось бы иначе, но никто не знает — как. — А потом она снова исчезла, — Кристиан не думал, что воспоминания будут такими яркими, словно это было только вчера. — Это уже была не твоя вина, но ты немного расстроил меня, когда не стал искать ее. Сколько раз я тебе подбрасывал знаки, намекал, как мог… Кристиан вдруг вспомнил и странные рекламные буклеты акций авиакомпаний в почтовом ящике, и постоянно попадающиеся, куда бы он ни шел, цветочные магазины, и ее фотографии, которые он находил и в документах, и в файлах на компьютере. Какой он идиот… — А потом ты связался с разведкой. Тьфу… — ангел вздохнул. — Если бы я знал тогда, чем обернется твой сломанный мотоцикл, когда ты был вынужден поехать на метро и встретил Жубера! — Ты же сам говорил, никогда не знаешь, чем обернулся бы тот или иной выбор, — повернулся к нему Кристиан. — И, если бы я не попал в разведку, тогда бы я не встретил ее снова в Цюрихе. — Кстати, Цюрих это уже не я, — развел руками ангел. — Я сам удивился, когда она появилась там. Думаю, тут ее ангел-хранитель постарался. Я все хотел поговорить с ним, но никак не получалось. Хоть мы и пересекались часто в последнее время, как вы поженились. — А где он сейчас? — С ней. Там, — произнес как само собой разумеющееся ангел и посмотрел вниз.

***

Когда Макс вошел в палату, Джоанна сидела там же, где он оставил ее, когда пошел позвонить Одри. — Ты бы пошла поела, — он подошел к кровати, присел рядом на стул. Посмотрел на Кристиана, протянув руку, положил ее на его. — Я не хочу, — Джоанна наклонилась и поправила упавшую на его лоб прядь волос. — Что говорят врачи? — Макс повернул к ней голову. — Кома третьей степени, — Джоанна снова провела рукой по волосам Кристиана. — Он сейчас полностью на искусственном дыхании. Если бы не аппараты, он бы уже… — Прогнозы? — Никаких. Ты знаешь, — она говорила с Максом, а смотрела и рукой водила по лицу и волосам Кристиана, — мне кажется, они уже не верят в него. — Главное, что мы верим, — Макс посмотрел на Джоанну. Она хотела ему что-то ответить, но тут открылась дверь, и в палату вошел врач, держа в руках какие-то бумаги. — Мадам Рокье, — он подошел к Джоанне, — мне надо с вами поговорить. Макс поднялся. — Останься, — она задержала его за руку. Макс сел обратно. — Мадам Рокье, — врач сел на другой стул, повернулся к Джоанне, — я понимаю, что вы чувствуете сейчас. Не думайте, что мне все равно. Да, за много лет, наверное, можно было бы и очерстветь, когда ежедневно смотришь смерти в глаза. Но я стараюсь за каждого бороться до конца. — О чем вы? — голос Джоанны дрогнул. Макс сжал ее руку. — Я получил результаты расширенных анализов и исследований. К сожалению, я вынужден скорректировать свой первоначальный диагноз. Мне очень жаль, но у вашего мужа кома уже четвертой степени. А это означает… — Замолчите, — Джоанна протянула руку вперед, подняла на врача глаза, — ни слова больше… — Мадам Рокье, я понимаю вас. Но есть сухие медицинские факты, и они говорят о том, что… — Мне все равно, что говорят ваши факты. Пока его сердце бьется… — Поймите, оно бьется только благодаря аппаратам, — врач вздохнул. — Фактически ваш муж уже… — Молчите! — Джоанна закрыла рот рукой. — Как вы можете говорить такие вещи при нем?! — Мадам Рокье, — врач покачал головой, — как бы вам, как бы мне ни хотелось в это верить, но ваш муж не слышит нас, он вообще ничего сейчас не слышит и не чувствует. Вы можете отказываться верить в это, ваше право надеяться, но боюсь, эти надежды напрасны. Как человек, я понимаю вас, но как врач должен спросить… — и он протянул ей бумаги, которые держал в руках. — Что это? — Джоанна посмотрела на него. — Ваше согласие на отключение аппаратов. — Вы… с ума… сошли? — она посмотрела на врача, перевела взгляд на Макса, снова на врача.— Как вы вообще могли подумать, что я подпишу это? — Мадам Рокье, при всем моем уважении… — Нет! Вы слышали меня? Нет! И еще раз нет! — Джоанна вскочила, Макс поднялся, обнял ее за плечи, пытаясь успокоить. — И никогда больше даже не заикайтесь об этом. Я никогда не подпишу это! — Мадам Рокье, мне очень больно вам это говорить, но ваш муж фактически мертв. И так он может пролежать год, пять, десять лет. — Значит, я буду ждать год, пять, десять лет! — взгляд Джоанны метал молнии. — Вы поняли? А теперь уходите! И не заводите больше этот разговор! Тем более рядом с ним! Когда за врачом закрылась дверь, Джоанна снова опустилась на кровать и зажала рот рукой, сдерживая рыдания. Макс просто подошел к ней и молча обнял за плечи.

***

— Я чувствую, как ей плохо сейчас… — Кристиан зарылся руками в волосы. — Она лучшее, что было в твоей жизни, — кивнул ангел. — Без нее не было бы тебя. Своей любовью и верой она сделала тебя таким, какой ты есть. — Да, — Кристиан повернулся к нему. — Я не могу уйти от нее, я не могу оставить ее одну. — Ты прекрасно понимал, на что идешь, когда блокировал входы, — ангел посмотрел на него. — У тебя был выбор, и ты его сделал, — Кристиан вздохнул, у ангела запищало в кармане. — Скоро наша очередь, — взглянув на мобильник, произнес он. — Тогда я не мог поступить иначе, и ты знаешь это. Если бы я остался там, в пещере, я бы тебе и слова сейчас не сказал. Но уйти, когда она там, сражается за меня, значит снова предать ее. Что мне сделать, чтобы он вернул меня обратно? — Кристиан повернул голову, пристально посмотрел на ангела. — Я говорил тебе, ты не можешь влиять на его решение, — тот выдержал его взгляд, слез с бревна. — Но ты же можешь! — Пошли, нам пора. — Постой! Ангел замер, оставшись стоять спиной к Кристиану. — Я знаю, я не подарок. Я много такого натворил в жизни, за что мне самому до сих пор стыдно. Я не могу это изменить. Но там остались люди, которым я нужен и которые нужны мне. Джоанна, наш сын, Макс, Одри, много людей. Они все сделали меня таким, какой я есть сейчас. Они всегда были рядом, помогали, бросались на помощь, несмотря ни на что, — Кристиан говорил, не останавливаясь, словно это был его последний шанс, а это так и было, говорил, понимая, что сейчас тот самый момент истины. — Они верили в меня даже тогда, когда я сам не верил в себя. Они ничего не просили взамен. Они просто были рядом, и я всегда знал, что эти люди никогда, что бы ни случилось, не предадут меня. И я не могу предать их! А уйти от них — это равносильно предательству. Я люблю их всех! Я не могу изменить прошлое, но могу сделать так, чтобы в будущем смог сделать для них то же самое или даже больше, чем они сделали для меня. Я не прошу о жизни для себя! Я прошу о своей жизни для них! Я понимаю, ты устал от меня, но… — Я не ошибся в тебе, — ангел вдруг повернулся, на его губах играла улыбка. — Я сразу сказал ему, что тебе ещё рано. Он не соглашался со мной, но я попросил у него один, единственный, последний шанс для нас двоих. Согласился, что готов ответить, если ты не используешь этот шанс. Мы бы оба ответили. И тогда он сказал, что если ты скажешь одно-единственное слово, скажешь не по моей подсказке, а потому что так будет говорить твое сердце… — Погоди… — Кристиан замер, — ты хочешь сказать… — Он все видел и слышал, — продолжал улыбаться ангел, — весь наш разговор. Кристиан улыбнулся. — И что это за слово? — он посмотрел на ангела. — Люблю…

***

Они стояли у самой кромки воды. — Я рад, что мы познакомились, — ангел смотрел вперед на ровную гладь воды. — Ты не подарок, но я не жалею, что когда-то мне достался именно ты. Ты заставляешь меня все время быть в тонусе. Может, все-таки договоримся? Исправишься? Ангел обошел его и встал за спиной. — Не обещаю, — улыбаясь, ответил Кристиан. И почувствовал, как что-то легкое и теплое коснулось плеч.

***

Джоанна не заметила, как задремала. Открыв глаза, поняла, что лежит на кровати рядом с ним, обняв одной рукой. Приподняв голову, посмотрела на мониторы. Все было по-прежнему. Она снова повернулась к нему, наклонилась и коснулась губами губ. И вдруг ей показалось, что он ответил ей. Безумие… Она, наверное, сошла с ума… Она так хочет, чтобы он вернулся, что… Она уткнулась головой в его грудь. И тут почувствовала… Подняла глаза… и задохнулась от нахлынувших эмоций. Он лежал и смотрел на нее.