Да засверкает томое шарингана!

      Очень давно Мадара не получал такое количество подарков на Рождество. Поедая осэти-рёри и запивая всё горячим чаем, он с интересом разглядывал целых три свертка в разноцветной глянцевой бумаге с пышными бантами. Через пару минут мыслительного процесса и нескольких вариантов предположений о личностях, которые могли для него так расщедриться, он с сожалением глянул на почти закончившиеся вареные водоросли с рыбным пирогом, и протянул руку к первому подарку.       С громким «швах!» обертка разорвалась и на кровать упала толстая книга в темно-коричневом переплете. Вместе с ней выпала записка и красно-золотая открытка с рисунком толстого деда с длинной бородой и стадом оленей. Хмыкнув, Учиха прочитал название талмуда и краем глаза подтвердил свои мысли, пройдясь по имени отправителя в записке. «Высшие иллюзии демонов-лисов и как я с ними боролся» за авторством некоего Г. Локхарта были подарены Гермионой Грейнджер. Странно, разве эта девочка обязана ему что-то дарить? Он ведь ее после Хэллоуина даже не видел, разве что только руку на уроках. Или видел?.. Благодаря тому, что Мадара вновь увлекся очередным экспериментом теперь на почве зельеварения (хотелось утереть нос черному Тобираме), он перестал замечать рядом с собой кого-либо. Лишь изредка мелькала по краю сознания блондинистая голова Драко, но это только потому что он привык сканировать вокруг себя пространство. Мало ли, враги? Ну да ладно. Книга была отложена. Потом почитает.       Потянувшись за моти, Бог шиноби одновременно открывал второй презент. Малфой, видимо, решил его удивить. Мальчик подарил ему карманную лабораторию зельевара. В ней были и мини-котлы, и какие-то ингредиенты (пишут, что даже ребенок ничего не сможет взорвать), и перчатки, и разные склянки-банки с ложками-поварешками. Правда, все это было маленьким до тех пор, пока Мадара не наведет на подарок свою палочку и не пустит ток чакры по ней. С интересом исследователя оценив увеличившуюся лабораторию, что заняла собой почти всю комнату (благо, сейчас он был один), Учиха признал, что от прилипшей к нему светловолосой пиявки есть какая-то польза.       А вот третий сверток был странным. Мягким на ощупь, будто в него завернули какую-то одежду, и совсем легкий. Некто неизвестный решил подарить ему носки? Хотя, если судить по размеру, то скорее мантию или свитер. Но кто? Грейнджер он еще понять мог — Мадара спас ей жизнь, а после напоил какао (саке они не нашли), да еще потом провожал обоих детей до гостиных факультетов, чтобы ребятишки в коридорах не заснули. Но чтобы еще кто-то… В столь «близких» отношениях Учиха больше ни с кем замечен не был. Пусть многие и пытались, а один рыжий мазохист пытается до сих пор. Как жаль, что они с Роном были еще и соседями по комнате. Пф, ладно. Сейчас главное — третий подарок.       Ладонь сжала листок, где почерком анонима были написаны странные слова. Записка прилагалась к подарку на Рождество Гарри Поттеру. Блестящий взгляд красных глаз устремился на серую мантию с темно-синими узорами похожими на закорючки из книги Рун. Мадара не разбирался в них, но сложить два плюс два смог только накинув ее себе на плечи. А еще, от мантии-невидимки шел еле заметный шлейф чакры Шинигами. Мог ли Бог Смерти быть тем самым «отправителем, пожелавшим остаться неизвестным»? Вряд ли. Насколько он помнил, рогатая тварь не настолько романтична и уж точно не празднует праздники живых. Тогда, как этот, несомненно важный, элемент одежды относится к Нему?       Одна мысль сменяла другую. Незаметно на второй план отошли котлы и Снейп-Тобирама. Отступила скука, проснулся живой интерес к настоящим исследованиям. Бог шиноби растирал невесомую на ощупь мантию и ухмылялся, всматриваясь в ее волокна.       — Очень интересно… — констатировал он, взмахом руки уменьшая обратно лабораторию Драко, убрал книгу Грейнджер в тумбочку, а сам потянулся к манящей ткани.       «Нужно больше экспериментов…»

***

      Сидя в хранилище банка «HSBC» Британских островов, маленькая фигурка в черном плаще и белой маске знаменитого участника Порохового заговора — Гая Фокса, задумчиво перебирала пальцами пачки зеленых банкнот с рисунками мертвых президентов Америки.       Мрачность богатого хранилища не развеять даже самому яркому лучу солнца. Да и как бы оно сюда проникло? Явно не так, как это сделала фигура неизвестного вора. Единственный свет, что был здесь — это зависший под потолком овальный сине-зеленый сгусток энергии и недавно потухшие камеры — скрытые в стенах и видимые в углах.       Подождав еще секунд десять, фигура поднялась на ноги и начала делать странные пасы руками. Странными они были потому что вслед за взмахами и тихим шепотом начинали исчезать огромные стопки денег и чистое золото в слитках. Исчезали они в маленькую переносную сумку неприметного серого оттенка и как туда помещались — загадка века даже для самого вора.       Оставалась минута.       Чтобы понять, что в хранилище самого крупного банка Великобритании сейчас проходит некое мероприятие по изъятию государственных денег, охране самого банка, как и его служащим, как и полиции, нужно пять-шесть секунд. Чтобы собраться, найти того, кто отвечает за данное хранилище, еще минута. Добраться досюда еще столько же. Набрать код, открыть дверь, наставить оружие — это очередное дополнительное время, примерно десять секунд. И вот — они целятся в пустоту. Ни вора, ни денег, ни золота. «Как сквозь землю провалились» — вынужденная официальная версия.       — Всего хорошего, — махнула им рукой фигура, изображая мистера Фокса, и силой резко захлопнула хранилище, пнув по бетонной, залитой сталью, двери ногой. Люди даже дернуться не успели, лишь ошарашенно хлопали глазами, пока не оказались в кромешной темноте.       Фигура аппарировала с места, перед этим вновь поломав камеры вокруг. Как хорошо, что техника и волшебство несовместимы, вор до сих пор не знает всех нюансов первой. Совершив еще несколько перемещений, неизвестный оказался в парке близ старого кладбища. Необходимо было пройтись немного пешком, так как конечную точку перемещения он не знал, а оказаться заточенным в стене не хотел.       Осмотрелся. Поправив сползающую с лица маску Гая, он сложил пальцы в интересную мудру и заставил слегка светиться синим цветом стопы ног. Выудив из кармана серебряного цвета накидку, вор накинул ее на себя и исчез. Благодаря чакре, он умудрялся не оставлять следы на снегу, идя ровно по белому полотну снега, лишь изредка вновь осматриваясь. Столкнуться с кем-то было совсем нежелательно, даже если укрыт мантией-невидимкой.       Добравшись до каменной пещеры, которую он не так давно видел по телевизору, вор зашел в нее, вытягивая руку из-под артефакта, мгновенно создавая уже привычное дзюцу.       — Почти Расенган.       Эхо пещеры отразило от своих стен детский голосок, более не пряча его под иллюзией грубого мужского. Затем от них отразился еще и высокомерный хмык.       В глубине будущего склада фигура вора, наконец, остановилась. Стянула с себя маску, открывая вид на торжествующее лицо молодого паренька с красными глазами, скинула неудобный черный балахон и аккуратно положила сумку со всем ценным на холодный пол. Потянувшись, Учиха Мадара, ныне известный больше как Гарри Поттер, широко улыбнулся и внезапно расхохотался.       — Получилось… — прошептали дрожащие губы юного первокурсника школы волшебства Хогвартс, — Конфундус, мантия и чакра. Как все, однако, легко. Мне повезло, что во время праздников эти идиоты проверяли хранилище два раза в день и не успели вывести все активы.       Фыркнув, мальчик наклонил набок голову и начал расхаживать вдоль стен, рисуя, сочившейся из пальца кровью, фуиндзюцу. Было время, когда он также оберегал свою пещеру и ставил самую лучшую защиту. Стоило годик потерпеть Мито, чтобы выведать кое-какие знания Узумаки. Конечно, химе клана ему никаких секретов не поведала (она ведь не полная идиотка?), но то, что преподала уже много значило.       Удовлетворенно оглядевшись, тихо радуясь собственным возможностям, Мадара подошел к своим вещам и нанес на них такую же защиту. Теперь, даже если маги случайно обнаружат эту часть пещеры, войти и взять что-то все равно не смогут, а он узнает о вторжении сразу же. Про простых людей и говорить нечего, для них она вообще не существует больше.       — Превосходно! — сам себе поставил оценку Бог шиноби, довольно оскалившись.       Открыл сумку и взял оттуда пару толстых пачек с фунтами.       Он как никогда был благодарен профессору Флитвику за уроки «Конфундуса», иначе пришлось бы как-нибудь уворачиваться от пуль автоматов, которые в него бы выпустили взвинченные работники банка, глупо попавшись в ловушку. Пусть посидят запертыми в пустом хранилище, полиция все равно их освободит и никто не умрет. А он теперь богат до конца своей долгой жизни и ему не придется никогда работать. Что поделать, за сотню лет борьбы за «благо», Мадара устал и хочет отдых.       Эксперимент же с Хирайшином, то есть, с аппарацией, можно считать успешным. Не расщепило и ладно, а облеванный пол очищается простым «Эванеско». Ничего. Привыкнет.       Теперь можно возвращаться в Хогвартс. Зимние каникулы подходят к концу.

***

      — Поттер, постой! — догнал выходящего из библиотеки Бога шиноби голос Драко.       Мадара обреченно вздохнул, медленно оборачиваясь в сторону спешащего к нему светловолосого пацана. Малфой зол — это было понятно с первого взгляда. А еще за ним спешила кудрявая девчонка, имя которой он запомнил, но не был уверен, что хочет ее видеть. Мисс Грейнджер его раздражала своим неуемным любопытством и страстью к следованию правил, чего Учиха не признавал еще со времен своего детства в клане.       Мадара облокотился о стену возле входа в библиотеку, попутно поздоровавшись кивком головы с несколькими старшекурсницами с Рейвенкло. Те, завидев хмурого героя, глупо хихикнули и пошли дальше, не забыв ему кивнуть в ответ, а некоторые и подмигнуть. Учиха хмыкнул. Популярность била ключом и даже долгое пребывание в одном замке это дело до сих пор не исправило.       В ожидании он скучающим взглядом обвел полупустой коридор, отметил нервозное состояние мадам Пинс, которую отсюда было прекрасно видно, даже успел посчитать три трещины на потолке. Запыхавшиеся дети чуть на него не налетели, видимо, сильно спешили или у них опять что-то случилось. Очередной тролль? Было бы неплохо.       Драко выглядел комично. Теперь, когда дети подошли ближе, Мадара полностью мог их осмотреть. Он не сдержал усмешки, завидев прическу Малфоя, которая, вопреки обыкновению, сейчас представляла из себя «взрыв». Светлые локоны торчали во все стороны и были будто бы наэлектризованы, а на щеках медленно проявлялись черные пигментные кошачьи «усы». Взгляд посветлевших серых глаз готов был убивать самым негуманным способом. Сам мальчик, к слову, потерял всю свою аристократичную бледность и выглядел сейчас как поджаренный бекон.       Гермионе повезло больше. В ее кудрявых пышных волосах были заметны лишь несколько розовых прядей, а глаза сменили цвет с карего, на золотисто-зеленый. Кожа девочки стала на тон светлее, а нулевая грудь и вовсе ушла в глубокий минус. Ну, может и не сильно повезло.       Промелькнула крупица интереса: «какого Биджуу они так выглядят»? А потом Мадара вспомнил, что излишнее любопытство может стать тем самым кунаем, который попадет во взрыв-тег и случится огромный «бум». Судя по виду этих ребятишек, так оно и получилось.       В довесок, видимо, они где-то по пути потеряли инстинкт самосохранения, ибо явиться к Учихе Мадаре и фактически своей внешностью признаться ему в том, что лазили куда не следует, это надо быть полными идиотами.       — Поттер! — прыгнул с места в карьер Драко, сжимая руки в кулаки, — Объяснись!       Мадара выгнул бровь, скептически разглядывая двух первокурсников перед собой. Под его весьма красноречивым взглядом стушевалась только мисс Грейнджер, Малфой же уже привык.       — Что конкретно тебе следует объяснить, Драко? — весьма спокойно, что крайне не вязалось с его внутренним раздражением, спросил Бог шиноби. Эти сопляки, судя по всему, умудрились испортить ему зелье, которое он оставлял на зимние каникулы настаиваться.       — Ты… — начал было Малфой, но почувствовав, каким-то образом, что его наезды могут быть чреваты для здоровья, спросил то, что изначально не планировал, — …Почему не приехал ко мне в мэнор на выходные? Мы же договаривались!       Учиха попытался что-то такое припомнить, но выходили только смутные голоса и образы. Он тогда был поглощен как раз таки тем самым экспериментальным зельем и мало обращал внимания на внешний мир. Наверное, Драко все-таки что-то такое говорил, а он по обыкновению не слушал лепет пацана. Привычка со времен обучения Обито въелась в подкорку мозга, а бывший ученик и Драко были довольно сильно схожи характерами.       — Зимние каникулы были слишком короткие и я мало, что успел, — пожал плечами Мадара, — в том числе и к тебе в гости. Если не против, я погощу у тебя летом. В конце августа.       — И ко мне тогда можешь зайти, Гарри, — вклинилась в беседу мисс Грейнджер, — только объясни сначала, почему мы с Малфоем сейчас так выглядим?       — Хн, — осмотрел Учиха их с ног до головы, — Влезли туда, куда не следует?       — Я просто хотел знать, почему ты игнорировал меня последние две недели перед отъездом со школы! — тут же вспыхнул Драко, нервно дергая один светлый локон, — Ты совсем себя запустил и я просто беспокоился!       — Обо мне? — иронично хмыкнул Мадара.       — А я просто хотела узнать вас поближе, мальчики, — буркнула Гермиона, — У меня совсем нет друзей, а вы меня спасли и даже поговорили со мной после.       Бог шиноби усмехнулся. Как же он завидовал положению этой девчонки. Вот если бы от него отстал неугомонный Малфой, было бы просто прекрасно. Драко, конечно, общается кое с кем со Слизерина и даже завел парочку знакомств со своего факультета, но к Гарри Поттеру его тянуло словно магнитом. Ками, ни дня отдыха, мальчишка не дает ему прохода!       — Я свое личное пространство охраняю и вам следовало это знать, — пожал плечами Мадара, — Ходите теперь как… Узумаки Наруто и Сакура, как её там, не помню. Не мои проблемы. Будете знать, что нельзя следить за людьми и портить их работу.       — Это кто еще… — вспыхнули глаза гриффиндорки.       — То зелье могло в любой момент взорваться! — негодующе рыкнул блондинистый Наруто Малфой-кун, перебивая однокурсницу и скрещивая руки на груди.       — А если бы что-то случилось? — обеспокоенно вторила мальчишке Гермиона-Сакура-чан.       Учиха хмыкнул, вспоминая какую защиту ставил на пустой класс, где он проводил эксперименты. Выходило, что качественная иллюзия превратилась в какое-то нечто, вступив в резонанс с чакрой этих детей. По плану, вторженцы должны были увидеть гендзюцу девятого Биджуу и бежать оттуда со всех ног, заодно получив на время внешность самых шумных и глупых (по его скромному мнению) людей из его прошлого. Так бы он довольно быстро нашел этих идиотов и наказал бы, но… Даже искать не пришлось. Его окружают одни дегенераты.       — В твоей лаборатории произошел паровой взрыв, — мрачно продолжила мисс Грейнджер, — после того, как Малфой попытался уничтожить этот ужас в котле. Мы надышались этим паром, увидели лисичку с несколькими хвостами и получили такие… изменения.       «Лисичку? — откровенно заржал в подсознании Бог шиноби, — Кьюби, слышал бы ты это»       — Ничем не могу помочь, — холодно отрезал Учиха, отлипнув от стены. Ему еще надо было добраться до того класса и посмотреть, что натворили детишки с его исследованием.       — Поттер!.. — взвизгнул Драко, который от стресса совсем перестал держать себя в руках. Мадара криво ему улыбнулся, зная, что сейчас ничем не сможет им помочь. Гендзюцу не должно было превратиться в материальную иллюзию, почти на генокоде изменяя их внешность. С этим следует разобраться.       Уже отойдя на приличное расстояние, Учиха услышал в свой адрес слова рассерженной Гермионы:       — Рон был прав, ты — законченный психопат!       Гарри Поттер обернулся в ее сторону и сверкнул своим оскалом от которого первокурсников передернуло.       — Предпочитаю… — тряхнул отросшими волосами Бог шиноби, — …Высокоактивный социопат! * — и был таков.

***

      У ниндзя его уровня всегда была хорошая интуиция. Наработанная годами, не раз и не два спасавшая ему жизнь. Он чутко чувствовал опасность, ее направление, даже если она относится к нему лишь косвенно. Жаль, не мог позволить себе разорваться подобно клонам ублюдка-Тобирамы. Было бы проще контролировать ситуацию вокруг, но чего нет, того нет. У него и Расенган-то не получался нормально, а додуматься до техники Теневого клонирования не было ни сил, ни желания. Что-то брать от альбиноса он не желал.       В коридоре четвертого этажа, спускаясь после проведенного времени в развороченном классе весьма раздраженным, он случайно столкнулся с черной копией Тобирамы и профессором ЗОТИ. Те были так заняты друг другом, что даже не заметили замершую фигуру первокурсника Гриффиндора, давая Мадаре время накинуть на плечи мантию-невидимку, которую он теперь всегда носил с собой.       Учиха заинтересованно смотрел на то, как Снейп прижимает к стене Квирелла и что-то угрожающе шипит заике. Из-за того, что он стоял слишком далеко от этих двоих, удалось расслышать не все и не сразу. Лишь три слова: «Фламель…», «бессмертие…» и «цербер…». Что бы это только значило?       — Вы меня услышали, Квиринус, — бросил напоследок Северус, презрительно окатив сжавшуюся фигуру своего коллеги, и направился в ту сторону, где нагло стоял и подслушивал Мадара.       «Прячься!» — буквально завопила интуиция.       Учиха юркнул в первую попавшуюся дверь. Помотал головой, заметив, что попал в очередной пустой класс. В Хогвартсе их было на удивление много. Что поделать, на одном потоке училось максимум детей тридцать-сорок и на всю школу, дай Ками, наберется от силы человек четыреста. А замок был огромен. Он мог вместить в себя четверть населения Британии.       — Это еще что такое? — весьма удивился Мадара, заприметив в углу помещения старое пыльное зеркало.       Любопытство победило паранойю и он подошел к нему… Чтобы тут же в страхе и отвращении отпрянуть.       Никогда. Он больше никогда не хотел видеть то, что показала ему гладкая зеркальная поверхность.       Тело задрожало и он невидимкой свалился на грязный холодный пол. Лишь губы прошептали: «этого не может быть».       Ведь не может, правда?