Необычный препод.

***Спустя несколько месяцев***

Себастьян выдохнул, откидываясь на спинку стула. Две сложные пары, недосып и недавний скандал дома, а затем еще и мелкая ссора с Чесом окончательно выбили из него все силы. И, как назло, сегодня был важный тест. Если он его завалит, то запястье превратится в кровавый фарш, а на теле появятся несколько новых синяков - отец уже не гнушался и таких методов. Внутри все болезненно скручивалось от несправедливости и злости на мир, бога, семью, людей, что его окружали, да вообще на всех, и в особенности на себя. Блондин что-то чиркает в листе. Ему плохо. Сейчас ему нереально плохо. Кажется, что стены сузились и давят, а глаза других полны насмешки - вот он, ничтожество, "золотой мальчик", который не может сделать даже элементарное! Он сдает тест самым последним - у него не получается сконцентрироваться. Эмоции, чувства, весь негатив, которые парень так долго копил, выплескиваются в эту молчаливую истерику, заставляют едва ли не задыхаться, чувствуя свою ничтожность. Разумеется, он заваливает тест. - Себастьян, - тон Глэма не сулит ничего хорошего. Не один ученик уже убегал в слезах, а фраза "это не чистый звук" или "неверно" пугали всех до потери сознания, иногда даже в буквальном смысле. Блондин в отчаянии. Он не хочет. Ему все осточертело. Но теперь его вполне могут окончательно унизить - довести до слез не так сложно, как кажется на первый взгляд. - останьтесь после пары, пожалуйста. - Но у нас еще... - послышался голос девушки, "соперницы" парня. - Я поговорю с миссис Роуз. - отрезал мужчина. До конца пары оставалось минут 40. Себастьян промолчал, стараясь унять истерику. Склонился над листком бумаги, не понимая почему тот ничего не сказал про тест. Он не верил в снисходительность блондина. Глэма как раз можно было назвать в каком-то роде садистом, хотя он и не стремился делать больно нарочно, никогда не унижал даже намеренно. Просто знал куда давить, иной раз перебарщивая. Как он там это называл? Профессиональной привычкой? От этой мысли стало дурно. Зачем ему это? "Плевать. Я не узнаю этого, пока пара не закончится." - руки дрожали. О провале по-любому узнает отец. Хотелось плакать от бессилия. Себастьян не был плаксой, но с недавних пор ему стало гораздо сложнее подавлять агрессию, раздражение, боль. Их накопилось так много, что невозможно было терпеть. И нередко это выливалось в виде истерик, слез, криков, вспышек агрессии. На самом деле, всем было наплевать на него, никто даже не пускал смешки, просто в его состоянии ему это все казалось. Чес, также заметивший, что с другом происходит что-то неладное, лишь сочувственно покачал головой, решив на следующий день как-то его подбодрить. А тот тем временем продолжил черкать мелодию в нотах в попытке успокоиться. Странная забота Глэма все же отдавалась совсем слабым теплом где-то глубоко внутри грудной клетки. Блондин вел себя с ним отчего-то мягче, был чуть осторожнее, но явно не из-за Густава. Дело было в чем-то другом. Себастьян не понимал в чем именно, но чувствовал это. Может, тот видел в нем себя в молодости? Но он не знал о прошлом мужчины ровным счетом ничего. Так или иначе, гадания о его мотивах успокаивали, отвлекали. В целом, несмотря на строгость, педантизм и "профессиональную привычку", Глэм ему... нравился. Себастьян не раз ловил себя на мысли, что мужчина ему приятен. Он был спокойным и при необходимости всегда помогал, и в целом... был понимающим. Его поступки - это не желание причинить боль, не жестокость. Скорее простое равнодушие. Привычка. Впрочем, скорее всего, как и вежливость. Что-то внутри отчаянно льнуло к нему. Благодаря Чесу он смотрел на мир уже не так узко. Любовь к своему полу давно не воспринималась как нечто ужасное, хотя и внушала сильное смущение. И свою неправильную симпатию к собственному преподавателю он смог принять куда проще и быстрее, лишь стараясь ее не взращивать. Правда, выходило это плоховато. И в целом Себастьян понимал всю глупость своих попыток и мыслей, но ничего не мог с собой поделать. Такой свободный, такой таинственный и опасный, такой... необычный. Ему хотелось быть в будущем таким же. Глэм не боялся осуждения, одним своим видом доказывая, что внешность не определяет талант, любил многие вещи, которые ненавидел его отец, и... и... Себастьян поймал себя на мысли, что ведет себя как глупая, влюбленная школьница. Но факт оставался фактом - Глэм ему нравился. И, возможно, дай тот ему шанс, сделай хоть малюсенький шажок, он бы с радостью подхватил инициативу. Но это уже казалось чем-то совсем запредельным. Пара закончилась, и блондин послушно остался на своем месте. По правде сказать, ему было жутковато, но он все же держался. Истерика поутихла, оставив лишь дикую усталость и апатию. - Мистер Глэм, я... - Себастьян замолчал, вдруг поняв, что не знает что говорить. Листка ему не дали. В чем дело? - Все в порядке. - тот стирал с доски написанное. - Можете не пересдавать работу. - Но... - Будем считать, что вы ее сдали. - он не поверил своим ушам. - Позже я дам вам просто чуть больше заданий, чтобы вы могли отработать оценку. Блондин пораженно выдохнул. - Я... Спасибо вам огромное. - Не стоит. Вы явно чувствовали себя не очень хорошо. Себастьян не знал как реагировать. Глэм так раньше не делал, только если у кого-то не случалась искренняя истерика, прям до слез. И то обычно нужны были серьезные поводы. А тут его не просто оставили, а еще и исправили оценку. Он ведь завалил тест. Внутри все приятно свело в сладкой судороге. - Может, я могу как-то помочь? - Отдыхайте, пока есть шанс, Себастьян. - тон мужчины был мягче, чем обычно. Повисла недолгая пауза, нарушаемая лишь шорохом бумаг. - Если хотите, можете попрактиковаться в игре на скрипке. - но тот лишь покачал головой. Впрочем, его жест либо не заметили, либо проигнорировали. - Я заметил, что в последние дни вы стали более напряженным. Что-то случилось? "Ему действительно интересно это?" - недоверчиво подумал он. - Все в порядке, мистер Глэм. В ответ усмешка. - Даже учитывая, что ваш "порядок" - это вечно поврежденное запястье и страх, сегодня все иначе. Как и вчера, и позавчера. - он убрал тряпочку, повернувшись к Себастьяну, который испуганно замер. - О-о чем в-вы, мистер? - нервно улыбнулся тот. Глэм слегка склонил голову набок. До чего же забавный. Подошел к нему, нависнув мрачной тенью. Парень до того забавно пугался, что иногда невозможно было удержаться. Хотя он и старался сдерживать себя - все же блондин явно не от простой жизни был таким... зашуганным, что ли. - Дайте мне вашу руку. - тот хотел ему протянуть здоровую, но он его осадил. - Не эту, правую. Голубоглазый замер. Глэм повторил приказ. Пришлось подчиниться. Себастьян вздрогнул от прикосновения прохладных пальцев к поврежденному запястью, еле дыша, слабо зашипел от боли, когда те прикоснулись к ранам и шрамам. Мужчина задумчиво разглядывал его руку, изредка переводя взгляд на него. - Метод с линейкой, значит. - скорее себе, чем ему, пробормотал он. - Себастьян, - имя прозвучало отчего-то непривычно, словно не принадлежало ему. По крайней мере, так казалось из-за мягкого тона. - кто это сделал? Вопрос скорее для галочки. - Какая вам разница? - он попытался выдернуть руку, но тем самым вынудил усилить хватку и зашипел, совершенно не замечая ярости в голубых глазах напротив. Впрочем, откуда ему было знать о взаимном интересе со стороны Глэма? Немного помолчав, все же сдался. - Отец. - По этой причине вы так боитесь неодобрения преподавателей и плохих оценок? - раны не нуждались в уходе - крови не было, по крайней мере, все уже успело затянуться. Себастьян кивнул. - Ясно. - его отпустили. Блондин инстинктивно прижал руку к груди. - Можете не переживать, это останется между нами. - он благодарно кивнул. Внутри все судорожно скручивалось в приступе страха, непонимания и шока. Кажется, его била мелкая дрожь. - Хотите чаю? - внезапно предложил Глэм, поняв, что своей выходкой вызвал весьма неоднозначную реакцию. Похоже, эта тема была слишком личной, хотя Себастьян даже толком не вырывался. - Вам стоит успокоиться. Если хотите, то можете остаться и после окончания пары. Себастьян нахмурился. - Я передам вашему отцу, что объяснял вам новый материал, наперед, так скажем. Или что у нас репетиция. - небрежный взмах ладони по направлению к инструментам. Немного посомневавшись, парень все же быстро сдался - слишком соблазнительным было предложение. - Если вас не затруднит. - тот лишь усмехнулся. - Ни капли. В таком случае, пройдемте. Чаепитие с Глэмом оказалось куда более приятным и интересным, чем Себастьян мог даже представить. Да, более "живым" тот не стал особо, но недавний инцидент слегка их... сблизил. По крайней мере, он теперь примерно понимал причину более мягкого отношения. Пару раз были мысли, что, возможно, тот и сам подвергался такому же методу "воспитания", ведь он никогда не видел, чтобы Глэм снимал напульсники. Бывало, что приходил с хвостом, без "макияжа" или с ненакрашенными ногтями, но напульсники всегда были при нем. Впрочем, озвучить свою догадку он не мог. Да и не особо хотел. Гораздо занятнее было слушать Глэма. Говорил он не то чтобы много, но Себастьян старательно выводил его на новые темы, с интересом расспрашивая или уточняя, и тот вполне охотно следовал его желанию. Правда, ему тоже приходилось отвечать на вопросы, тоже развивать интересные уже Глэму темы, но блондин был совершенно не против. Особенно когда речь зашла о металле и глэм-металле. Глэм, приятно удивленный тем, что ученик тоже увлекается металлом, оживился еще сильнее. В конечном итоге, Себастьян смог вывести его на довольно долгий рассказ электро-гитарах, группах и прочем, и ему оставалось только сидеть и внимательно слушать. А вот с последним внезапно возникли проблемы. Дело уже близилось к концу дня, и Глэм, предварительно позвонив Густаву и предупредив его о внеплановом тесте(якобы Себастьян так хорошо справился с последним, что он решил проверить его знания в более сложном варианте, так сказать), выбил блондину еще немного времени. Поначалу все шло прекрасно, но к вечеру усталость начала брать свое - Себастьян не был уверен, что выдержит даже занятия с отцом. Его приятно разморило, ароматный чай в красивой чашке приятно грел руки, а голос Глэма словно убаюкивал. - Себастьян, вы меня слушаете? - он дернулся, едва не разлив напиток, боязливо поднял взгляд на мужчину. Тот лишь усмехнулся. В глазах не было ни капли раздражения. - Похоже, я вас утомил. - Вовсе нет, - ему стало стыдно. - я просто... - едва заметно замялся, пытаясь сформулировать убедительную отмазку. - В последние дни не очень хорошо себя чувствую из-за проблем со сном. - Уж не из-за того ли, мистер, что бегаете со своим другом по городу? - беззлобная насмешка в голосе, вопрос-ответ прозвучал до того... невинно, что застал парня врасплох. "Он знает?!" - О чем вы? - Умоляю, Себастьян. - издав ехидный смешок, Глэм кинул быстрый взгляд на часы. - Вы же знаете, что пока что я вынужден помогать директору, верно? - тот кивнул, нахмурившись и, кажется, понимая. - Следовательно, я ухожу куда позже остальных. - Н-но не... - А кто сказал, что я не могу совершать ночные прогулки перед сном? - в тоне блондина не звучало ни капли угрозы или недовольства. Он наоборот забавлялся ситуацией. - Не у вас одного случаются "бессонницы". Так или иначе, я видел вас, убегающего с мистером Раулом, уже несколько раз. Вам настолько осточертела привычная жизнь? Себастьян молчал, не зная что ответить. Глэм мягко вздохнул. - Я вас не осуждаю. Мне лишь интересны мотивы. И отчасти я даже могу понять. Так что? - Мистер Глэм, - голубоглазый внезапно посмотрел на него с такой болью, что тот вздрогнул от неожиданности. Похоже, задел за живое. - сами как считаете? Жизнь с тираном и без поддержки, она... стоит того? Всех этих богатств, денег, славы. - вопрос был риторическим. - Что ж, я вас понял. Недолгое молчание, прежде чем тот решается задать главный для себя вопрос: - Мне всегда было интересно, почему вы меня защищаете от него. Даете шансы, помогаете, делаете исключения. Лезете в душу, словно... выворачивая. Пытаетесь втереться в доверие. Глэм пожал плечами. - Ваша ситуация мне знакома, и я не мог пройти мимо. Но открыто пока что я не силах что-либо сделать. К тому же, вы мне приятны. Себастьян хмыкнул, почувствовав слабый предательский румянец. - Вы всегда стараетесь, умны, амбициозны. В вас есть бунтарский дух. - продолжил тем временем мужчина. - И это похвально. Так отчего бы мне не симпатизировать вам? - Д-действительно... Что ж, я... я пойду. Поздно уже. - поспешил тот уйти(вернее, попытался), уже не зная куда себя деть от смущения. Не то чтобы слова его так сильно поразили, скорее... интонация сама, тон, которым тот их произнес. К тому же, не будем забывать о симпатии Себастьяна, благодаря которой перед Глэмом он был еще уязвимее. Тонкая бровь выгнулась в насмешливом жесте. - Хорошо, как скажете. Позвольте тогда вас проводить. - Не стоит, я вполне могу добраться самостоятельно. - Ваш отец явно не будет в восторге и не особо поверит, если вы рискнете сказать ему нашу отговорку. Лучше это сделать мне, не находите? - Что ж... Вы правы, мистер. - блондин попытался улыбнуться. - Если вам не сложно, то буду признателен. - В таком случае, допивайте чай и начнем собираться.