Мятный ветер.

Если бы мне сказали, что я умру, едва мне исполнится двадцать два года, я бы точно этому не поверила. Ну, во-первых, потому, что никогда не доверяла прогнозировать свою жизнь никому, кроме себя. Когда подружки в колледже гадали на картах, я писала курсовые работы и разрабатывала тему диплома. Я точно знала, что свою жизнь определяю сама, что никакие силы за меня ничего не решат. Как же я тогда ошибалась.

***

Но давайте прежде всего с вами познакомимся. Меня зовут Басемат Уокер. Мое имя с древнееврейского переводится как "сладкий аромат". Угадайте, кем были мои родители? Правильно, лингвисты. Они всю жизнь посвятили изучению древних культур и языковых традиций. В университете они как-то оказались в одной группе. Между ними сразу пробежала искра, они начали встречаться. Потом родилась я. А потом мамы не стало. Нет, мне не грустно. Я ведь почти ее не знала. Мама умерла, когда мне едва исполнилось пять. Вот вы помните себя в этом возрасте? Если да, то вам здорово повезло. Я не помню ничего. Изредка, когда я напрягаю сознание, пытаясь что-то да вспомнить, в моей памяти всплывают смутные очертания. Мамины руки. Ее мягкие шелковые волосы. Аромат мускуса. Чай, который пахнет чем-то сладким и свежим. Я закрываю руками лицо, не в силах сдерживать слезы. Всю мою жизнь отец заботился обо мне, но мне так не хватало её. Подруги в школе жаловались на своих матерей за то, что те не разрешали им гулять допоздна, ярко краситься или ночевать вне дома. Я слушала их отстраненно, не вникая в их переживания. Я их просто не понимала. Мне всегда разрешали всё, но чувство пустоты внутри нарастало с каждым годом. Я рано начала курить, тусить с разными компаниями. Потом в моей жизни появился секс. Я быстро поняла, что парни меня совсем не интересуют. Найденная мною в интернете "психолог" во время "консультации" сказала, что это то ли потому, что я всегда неосознанно искала свою мать в окружающих меня женщинах, то ли потому, что все мои знакомые парни были редкостными "мудаками". "Такой себе вы психолог" - подумала я, и безотчетно отдалась женской любви.

***

Первая моя пассия была пятью годами старше меня. В нашей компании ее все звали Бурей. Символично, что ее имя звучало, как Сторми. Она была совершенно отвязной и безбашенной. Я влюбилась в нее с первого взгляда, и вскоре оказалась в ее постели. Жаль, мне не сообщили, что там, помимо меня, побывало еще несколько десятков девушек. Вторая любовь приключилась со мной в старших классах, но так и не дала никакого ростка... Я влюбилась в преподшу, и логично, что эта любовь осталась без ответа. В промежутке между этим были всякие мелкие интрижки... Их даже называть не буду. В общем и целом, если я и любила кого-то в своей жизни, то эти чувства были не взаимными.

***

Год за годом я все больше ощущала, как будто что-то внутри меня взывает ко мне. Это не было ощущением найденного Бога, или что-то вроде того. Скорее наоборот. С детства меня тянуло ко всеми загадочному и потустороннему. Как-то я шутки ради решила провести какой-то ритуал, и в окне полопались стекла. Приехавший к нам мастер сказал, что это из-за перепада температур. Но я помню его лицо, когда он украдкой бросил взгляд на мою каминную полку, заставленную сплошь черного переплета книгами, да статуэтками Лилит и Гекаты. Итак, как я уже сказала, мне двадцать два года. И теперь, похоже, мне всегда будет двадцать два.