Звёзды видны только ночью

      Поняв, что парочка вот-вот скроется из виду, Кейго сорвался с места, забыв про крылья, вспомнив о них только на середине пути.       В два взмаха он преодолел разделяющее их расстояние, преградив дорогу двум музыкантам.       Одним движением парень задвинул за свою спину девочку, рукой не дав той выйти вперёд.       Хоши, а это была именно она, нахмурилась, схватившись за его предплечье, и осталась на месте.             — Ты ещё кто? — мрачно спросил парень, в ушах которого Кейго заметил множество однотипных серёжек.             — Т-т… — сглотнул внезапно образовавшийся в горле ком и продолжил: — Тойя, ты не узнаёшь меня?       Хоши и парень переглянулись, и прежде, чем будущий герой вновь столкнулся с такими знакомыми бирюзовыми глазами, перед ним появилась высокая фигура ещё одного парня: пепельные волосы были частично собраны только в небольшой хвост на затылке, а растрёпанная чёлка свободно свисала на лоб и обрамляла лицо с зеленью мрачно глядящих на него глаз, в которых застыла не то угроза, не то ещё что-то, чего Ястреб не мог никак идентифицировать.             — Даби, Хоши, вы решили взять попугая? — с обеих сторон к блондину подошли двое — близнецы с густыми, цвета мяты, волосами, и хищными жёлтыми глазами.       Теперь Кейго чувствовал себя не в своей тарелке под этими тяжёлыми недружелюбными взглядами, казалось бы, детей. Невольно вспомнились люди из правительства, что также давили своей аурой и взглядом.       Стало совсем не по себе.             — Да мы разоримся на корме, — фыркнул один из близнецов, сложив руки на груди, смерив его насмешливым взглядом.             — Этот пернатый учится с моим братом, — послышался голос Хоши.       Этого хватило, чтобы блондин, стоящий в центре, повернул голову назад, после чего отошёл в сторону, пропуская ту вперёд.       Парень, которого почему-то назвали «Даби», тоже не стал стоять за спинами товарищей, вставая с ними в одну линию.             — Полагаю, ты с кем-то спутал нашего друга, — вкрадчиво произнесла девочка, от голоса которой у Таками по спине пробежали предательские мурашки.       Что у неё за причуда?       Не могла же Хоши сама по себе быть такой пугающей?       Но мыслей, как назло, в голове никаких не было. Вроде бы, беспричудной она не была. Было что-то незначительное, правда, что именно — никак не приходит на ум.             — Тойя. Тойя Тодороки, — он сам затруднялся ответить, откуда у него была такая уверенность в своих словах, но, тем не менее, решил стоять на своём до конца.       Даби вскинул бровь, несколько секунд глядя на него не впечатлённым взглядом, после чего сложил брови домиком, слегка нахмурившись, словно пытаясь что-то вспомнить.        «И Хоши делает также», — мельком пронеслась мысль в голове Таками.             — Тодороки? — блондин повернулся сначала к Хоши, а потом к близнецам, что ответили синхронным пожатием плеч.             — То есть, ты хочешь сказать, что я — восставший из мёртвых ребёнок Старателя, что откинулся где-то два года назад? — выражение лица парня буквально кричало о том, что Даби крайне невысоко оценил умственные способности Ястреба, и застывшая на губах усмешка только усугубляла ситуацию.             — О чём речь? — блондин скрестил руки на груди, и Кейго отметил, все его предплечья забиты татуировками.             — Да случилось что-то с отпрыском номера два пару лет назад, — пожал плечами Даби, поправляя лямки висящего за его спиной чехла от гитары.       Он…       Был похож на него, и не похож одновременно.       Но глаза, телосложение, даже лицо было чем-то похоже.       Правда, лицо этого молодого человека не было покрыто шрамами или ожогами. Ни одного пластыря и не единой царапины. Это было совсем не похоже на Тойю, которому вредила собственная причуда. Вспомнить только его руки…       Кейго замер, поняв, что руки Тойи должны быть покрыты ожогами разной степени давности, ведь он часто воспламенялся во сне без своего желания. И чаще всего страдали именно руки.             — Если тебе нечего скрывать, то покажи свои руки, — ослепительно улыбнувшись, Ястреб сложил крылья, упирая руки в бока.             — А может, показать тебя… — угрожающе начал один из близнецов.             — …травматологу? — закончил за него фразу другой. Или другая. Признаться, Кейго не мог не то что различить их — пол узнать.             — И психиатру заодно, — добавила Хоши с очаровательной улыбкой.             — Пф… — фыркнул Даби, снимая с плеч гитару и вручая инструмент блондину: — Сири, подержи, — с этими словами он снял с себя куртку, оставшись в одной футболке с короткими рукавами, не скрывающей абсолютно чистые руки, не тронутые даже царапиной, не то что ожогом.             — … — не веря глазам, он шагнул к Даби, хватая его за руку, рассматривая здоровые конечности. Даже шрамов не было.       Тойя не смог бы остаться вовсе без шрамов. Только не с его пламенем. Только не с его телом.       Значит…       Сердце болезненно сжалось от осознания жестокой реальности.       Он не видел тогда тела друга, да и сложно было поверить, что от того остался лишь кусочек челюсти, однако всё равно принял факт его смерти.       Принял. Как ему казалось.       И только сейчас Кейго понял, что до сих пор надеялся.       Надеялся, что это было ошибкой.       Надеялся, что тот, кого он мог бы назвать другом, каким-то чудом остался жив.       Но чудес не бывает.       Сердце сдавило от невыносимой боли, и парень отступил, невольно схватившись за футболку в области груди, с трудом натягивая на лицо улыбку, которая, он и сам это понимал — выглядела по-настоящему убого.             — Эй, — хлопок по плечу, неожиданно быстро привёл в чувство. Словно кто-то холодной воды из ведра вылил прямо ему на голову, настолько это было… отрезвляюще.       Парень оглянулся в поисках того, кто это сделал, но никого не увидел. Перед глазами от чего-то поплыло, и он покачнулся, едва удержавшись на ногах.             — Ты в норме? — помахали перед глазами ладонями близнецы.       Что ж, Ястреб признаёт, что эти двое знают толк в издевательствах. Шутки про двоение в глазах сейчас как никогда актуальны.             — Я… — он покосился на Хоши, что подошла к Даби и «Сири», что-то негромко говоря им. — Ошибся, — почему-то голос дрогнул, ноги подкосились, и парень сел прямо на асфальт.       Он закрыл ладонями лицо, медленно проводя ими вниз и приходя в себя.             — С кем не бывает, — фыркнул Даби, что встал над ним, и Кейго невольно оказался в его тени. Он снова закинул гитару за спину, а куртку перекинул через плечо. — Но мой совет: хватит жить прошлым, и в настоящем найдётся много стоящего, — он повернул голову к товарищам, и по его губам пробежала мимолётная улыбка. — Бывай, — легко развернувшись, Даби пружинистым шагом направился к ним.             — Как твоё полное имя? — остановил его своим вопросом Кейго.       Повернувшись в пол-оборота, его наградили по-настоящему королевской усмешкой:             — Даби Шимура, — легко отсалютовал ему парень и пошёл дальше.       Даби Шимура…       Тойя Тодороки…       Это были совершенно разные люди.       Тойя хотел стать героем, а Даби был музыкантом.       Тойя был нервным, в то время, как Даби излучал пофигизм.       Тойя никого не подпускал к себе близко, а у Даби были близкие друзья, что не задумываясь, встали на его защиту, и он сам защищал их, при малейшей угрозе.       Тойя был мёртв, Даби — жив.       У Тойи не было будущего, а у Даби оно было. Он только начинал свой путь.       Чёрный чехол всё удалялся от него, оставляя Кейго далеко позади, сидящего на асфальте.       Верно, у Даби есть право выбирать свою судьбу… а у Ястреба, увы, нет.       Но… он с удовольствием будет смотреть ему вслед и восхищаться.       Вскоре пятеро друзей исчезли из поля зрения, оставляя парня наедине со своими мыслями.       Телефон в куртке отозвался вибрацией, и парень, не задумываясь, достал его, снимая блокировку.       На губах появляется слабая улыбка: он оказался прав. «Прекрасное далёко» уже попало в тренды.

***

            — Серьёзно? — хлопнул себя по лбу Сириус, медленно проводя ладонью по лицу.       Все пятеро расположились в его комнате, развалившись кто где — Даби и Хоши прямо на ковре, а близнецы на его кровати. Сам же парень нервно расхаживал из стороны в сторону.             — Разве это важно? — лениво отозвался Даби, лежащий на коленях подруги головой, млея от массажа головы, который она ему делала, задействуя при этом причуду. Это было очень расслабляющим и приятным действием.             — Ты, блять, понимаешь, что эта птица может спалить тебя папаше? — резко остановился Сириус, сложив руки на груди.             — Вряд ли, — подала голос уже Касуми, лежащая на животе и болтающая ногами в воздухе.             — Обоснуй, — потребовал Либрехт, оперевшись локтем на шкаф.             — Я убрал все шрамы под руководством Хоши. Даже самые застарелые и те, по которым его могли опознать, — ответил уже Яку, сидящий рядом с сестрой и увлечённо строчивший что-то в нотных листах, высунув при этом кончик языка.             — Это… — замер, ещё раз анализируя услышанную фразу. — Хоши.             — Да-а? — протянула девочка, поднимая синие бесстыжие глаза на Сириуса.             — Ничего не хочешь мне сказать? — потому что провернуть такое Яку мог, как он и сказал, только под её руководством.             — Ты хочешь узнать, как мы запускали процесс рассасывания соединительной ткани, задействуя две причуды и медицинские знания? — склонила голову на бок Хоши, почёсывая затылок парня, от чего тот едва ли не мурлыкал в её руках.             — Та-а-ак… — помассировал глаза, пытаясь собрать картинку воедино. Получалось не очень. Не хватало деталей, которые, Сириус уверен, не знал только он. Но, видимо, для них всех это было настолько очевидным, что не являлось открытием. — А тебе вообще как — быть подопытным кроликом? — не удержался от вопроса блондин.             — Мне заебись, — также лениво отвечает Даби, по голосу которого можно сказать, что он ушёл в Нирвану.             — Ты не о том паришься, — Касуми положила подбородок на сложенные руки. — Лучше посмотри на наших «героев», — она повернула к нему экраном сотовый. — Наша сладкая парочка завирусилась на всю сеть.             — Первый шаг к популярности — это узнаваемость, — с видом знатока хмыкнул Яку, глядя на вытянувшиеся лица товарищей. — В следующий раз будем играть все вместе.

***

      Всё было тихо.       По крайней мере, до самых летних каникул Ястреб никак не спалил Даби. Хоши искренне надеялась, что тот не узнал его. Не зря же они с Яку старались. Паранойя оказалась отменно работающей интуицией, но хочется надеяться, что впредь подобное не повторится.       Было непривычно, что японский учебный год прерывается летними каникулами, а потом, как ни в чём не бывало, продолжается дальше, но Хоши была рада, что у неё появилось свободное время, чтобы провести его с друзьями. Тем более, что они собираются выступить все вместе на фестивале фейерверков в Токио.       Когда об этом узнал отец, его чуть удар не хватил. В последнее время Акайо был слишком нервным, но девочка его в этом не винила. Всё-таки, работа в офисе Старателя вытягивала все силы. Зато брат воспринял эту новость с энтузиазмом, обещая, что поддержит, и обязательно пойдёт с ней, чтобы провести.       Мать и Мицуки тоже обещали прийти. А следовательно, заявится Кацуки и, вероятно, Деку.       Воспринимать этого идиота стало отнюдь не легче, даже после рассказа Касуми. Если даже не сложнее. Подумать только — вселенная аниме! Но и Деку никак не тянул на главного героя ни силой духа, ни характером, ни харизмой. Да и усилий никаких не прилагал, в то время как Кацуки пахал как проклятый, чтобы быть впереди и даже дальше. Да, у парня был откровенно дрянной характер, но были лидерские качества, ум и стремление, что преобразовывалось в действие.       Узнав от подруги все подробности этой истории, Хоши была солидарна с Касуми — Деку не подходил на место Всемогущего. Такой откинется, жертвуя собой, спасая ребёнка, в то время, как рядом будут погибать другие люди. Поставит свой эгоизм выше здравого смысла и регламента о котором, она уверена, даже не подозревает. Хоши, как бы ей не хотелось обратного, неплохо знала внутреннее устройство геройского мира, на примере агенства Старателя и школы, где обучался Рюноскэ.       К счастью или нет, но его причуду и ум сочли подходящими для геройской профессии, и теперь они с Ястребом практически в одной программе.       Ладно, ей откровенно не нравилось то, что кем-то из её семьи заинтересовалось правительство. От такого интереса никогда ничего хорошего ждать не приходится. Да только поделать она ничего не может. Только больше изучает законы, чтобы в случае чего, не дать себя облапошить и хоть как-то защититься.       Девочка сидела в гараже отца, выбивая биты один за другим, больше тренируя руки, чем пытаясь что-то исполнить. Барабанная установка перекочевала сюда довольно быстро, несмотря на то, что Рюноскэ редко стал бывать дома. Но она была совсем этому не против. Сюда было легче попасть тому же Даби, что не избавился от привычки шляться где попало и прогуливать школьные занятия.       Пиздячек он за это получал от Сириуса и Ямато, поэтому Хоши смотрела на это сквозь пальцы. Он приходил к ней и на репетиции. В школе появлялся, закрывал долги на отлично и снова пропадал. Ну что с него взять тогда?       Чаще всего они проводили время в том самом захламлённом гараже, от которого у Сириуса был нервный тик, и он всё-таки вытащил оттуда половину хлама, провёл несколько розеток и притащил музыкальное оборудование. Но остальное вытаскивать не позволил, поэтому их вполне можно было назвать «помойными» музыкантами.       Чем Даби приглянулся тот гараж с подтекающей крышей, никто не знал. Однако Хоши находила эту привязанность довольно… милой? Ведь именно в этом месте произошло много значимых событий: их первая песня, откровение о его семье и её силе, знакомство с близнецами и ещё много чего.       Ещё друг как-то обмолвился, что это место может быстро сгореть, что натолкнуло на не самые оптимистичные мысли. Но Сириус вполне мог укрыть их, в экстренном случае, от ВЗО, о котором говорила Касуми, а сгоревший гараж будет неплохой инсценировкой.       Впрочем, ей бы очень хотелось, чтобы это оказалось обычной паранойей.       Подкинув палочку вверх, поймала её, продолжая играть.       Песня для фестиваля сама собой заиграла в голове, и Хоши с лёгкостью подстроилась, задавая ритм.       Она любила играть. Любила петь. Музыка была важной частью её жизни, как и их группа.       Именно поэтому она с радостью согласилась выступить на Сумиде.       Только вот… было одно «но», с которым Хоши пока не могла справиться, хотя заветное двадцать девятое июля приближалось неумолимо и быстро.       Признаться в этом было стыдно, ведь никто из ребят не испытывал таких проблем. Она-то со своим даром это прекрасно видела.       Стоило подумать об этом, как дышать становилось трудно, и ладони потели от ужаса. Девочка даже купила специальные перчатки, чтобы палочки не выскользнули из пальцев в самый ответственный момент.       Хоши не могла подвести друзей. Особенно на их первом совместном выступлении.       Закончив играть, девочка медленно выдохнула, прижимая к груди сложенные барабанные палочки и на мгновение прикрыла глаза.             — Ты что-то хотел? — не открывая глаз, спросила она, ощутив чужое присутствие.       Со стороны входа послышалось недовольное ворчание и шуршание.             — Ты могла быть отличной ищейкой у меня в агенстве, — пробурчал мальчик с топорщащимися в разные стороны светлыми волосами.             — Не интересует, — флегматично пожала плечами Хоши, поворачиваясь лицом к собеседнику и закидывая ногу на ногу.             — Тц, — недовольно фыркнул, скрестив руки на груди мальчишка. — И долго ты тут торчишь?             — Без понятия, — хмыкнула, доставая мобильный из кармана. До репетиции оставалось не так много времени. — Ты просто так или с посланием от матушки? — приподняла губы в улыбке девочка.             — Я не работаю посыльным у старухи, — недовольно нахохлился блондин.             — Кацуки, мне уже пора собираться, так что если ты что-то хотел — говори, либо иди на…             — Кто эта девочка, или мальчик, что приходят к тебе? — на одном дыхании выпалил Бакуго.       Чуть ли не сметённая с места резкой сменой настроения мальчика, девочка удивлённо хлопнула ресницами, глядя на собеседника.             — Ты про кого именно? — несмотря на то, что Кацуки был частым гостем в их доме, так как их матери неожиданно подружились, ни с кем из её близких он не был знаком.             — С мятными волосами. Он или она побил моих подчинённых! А значит, он сильный противник! — уверенно произнёс мальчик, ударив кулаком в раскрытую ладонь, высекая искры.       Хоши сложила брови домиком, пытаясь вспомнить подобное событие.       В любом случае, несмотря на то, что Яку вполне мог за себя постоять, драку обычно затеивала Касс. И потом все огребали либо с ноги лицо, либо раковыми опухолями по всему телу, в зависимости от паршивости её настроения. Она слишком оберегала брата от родителей, но в процессе взаимодействия с ними, подруге требовалось выпустить пар. И если местная шпана полезла к ней, то со стопроцентной вероятностью огребла неплохих пиздюлей.       Касуми девочка приличная, первая не бьёт, так что причин прикопаться к ней нет. Хотя, никому из старших это не интересно, а Хоши и вовсе поддерживает подругу в этом.       Чуть склонив голову на бок, кулаком подпёрла щеку с любопытством посмотрев на Бакуго, подозрительно терпеливо ожидающего её ответа. Он ведь почти уверен, что это был мальчишка. Да и подруга почти не одевается в женскую одежду.       В принципе, Хоши может передать Касуми слова Бакуго, и велика вероятность, что та не откажется поближе познакомиться с одним из главных мужских персонажей сей манги путём набивания тому морды и сбивания спеси. По крайней мере, оба не погнушатся использовать причуды против друг друга. И тогда исход очевиден — им с Яку опять придётся всех лечить.       Эх, а она так надеялась, что в этой жизни ей медицина будет нужна постольку-поскольку.             — Ну? — наконец, не выдержав, требовательно произносит Кацуки.             — Хочешь помахаться? — трёт переносицу, думая, где лучше их столкнуть с минимальными потерями. А в том, что они и без неё встретятся, Хоши уверена. Если Бакуго взялся за дело, будет под окнами караулить, если потребуется.       А спонтанной стычки ей бы не хотелось. Касуми не воспримет попытку нападения за что-то хорошее, а учитывая то дерьмо, в которое они вляпались так вообще может круто приложить. А им потом имей дело с последствиями. Так что вариант спонтанной встречи им не подходит.             — Естественно, — самодовольно ухмыльнулся мальчишка.       Хоши закатила глаза, бесконечно усталым взглядом посмотрев на Бакуго.       И за что ей этот детский сад?       Вот в других романах и новеллах героини мужской гарем собирают, а у неё, вот, проблемные дети. В пору свой кабинет психо-помощи открывать.             — Только ко мне никаких претензий, если тебя втопчат по уши в дерьмо, — сразу предупредила, зная, что в зависимости от ситуации его и одним ударом могут вынести.       Касуми реально страшна в скверном настроении.             — Этого не будет! — вздёрнул подбородок.             — Тогда отлично, — пожала плечами и встала, потягиваясь. — Я сообщу твоё желание. А теперь мне пора. Бывай, — махнула рукой на прощание и бодрым шагом направилась к выходу.       Что ни день, то чужие проблемы.       А ей бы со своими разобраться хотя бы.