Камень цвета крови

Они сидели в библиотеке. Даламар читал о Хуме и Магиусе, удивляясь, как эти древние книги сохранились в таком превосходном состоянии. Рейстлин сидел чуть поодаль, тоже вчитываясь в летопись Астинуса, но он читал о другой эпохе и время от времени делал пометки в своем свитке. Даламару ужасно хотелось знать, о чем таком читает Рейстлин и почему это так важно для него (а это было для него важно, потому что он не просто мельком проглядывал книги, а внимательно читал каждую страницу, несмотря на то, что книг было очень много). Но темный эльф не хотел расспрашивать об этом, изучив характер Рейстлина. Архимаг что-то искал, это было ясно. И, так или иначе, это касалось и Даламара, раз Маджере не хотел пока рассказывать о своих исследованиях. «Он должен найти то, что ищет, - решил для себя эльф. – А потом он поделится со мной». Почувствовав на себя взгляд, он оторвался от чтения и поднял голову. Рейстлин смотрел на него, и Даламар смущенно улыбнулся, перелистнув страницу. -Ты красивый, - прошептал Рейстлин и вздохнул. – Пока еще я вижу твою красоту... Маг вернулся к своей летописи, посвятив ей все свое внимание, а Даламар сжал губы. Слишком много проклятий лежит на Рейстлине. Если бы он только мог что-нибудь сделать для шалафи!.. Его чуткий слух уловил скрип – это Рейстлин поудобнее уселся в кресле. Даламар взглянул на него – маг быстро что-то переписывал из летописи в свой свиток, его золотые глаза возбужденно блестели, зрачки быстро бегали из стороны в сторону. Нашел. Он нашел то, что искал, и Даламар не сдержал улыбки – он был рад, что у шалафи получилось. Они просидели в библиотеке до самой ночи, и лишь когда Рейстлин был уже не в состоянии воспринимать информацию, он оторвался от своей работы. Разминая правую руку (он все время писал, не переставая), он потянулся, а затем свернул свиток и поставил книгу на место. -Уже так поздно, - проговорил он, поднявшись с кресла. Даламар поспешил вернуть на место свою книгу (а он как раз дошел до момента, где Хума дал магам разрешение носить оружие – жаль было прерываться). -Возвращаемся? – спросил он, надевая теплый меховой плащ – середина зимы была невыносимо холодной. -Да, - тихо ответил Рейстлин, также надевая свой. Они вышли из зала и направились к выходу. Проходя мимо кабинета Астинуса, Даламар на мгновение остановился. Дверь почему-то была открыта, и он увидел самого Астинуса, сидящего за столом, склонившегося над очередной летописью. Внезапно летописец замер и поднял на эльфа свой взгляд. Даламар задержал дыхание – ему показалось, будто Астинус пытается ему что-то сказать, только, как летописец, он не мог вмешиваться в историю. С конца коридора послышался голос Рейстлина, и темный эльф поспешил догнать мага, а Астинус вновь принялся за свою нескончаемую работу. Было по-летнему тепло, хотя это и была ночь. Даламар стоял у стен какого-то города. Возможно, это был Палантас, но что-то эльфу подсказывало, что это даже не Соламния. Слишком тихо. Ворота были открыты, и он прошел в город. Увиденное поразило его, и на какой-то момент он просто застыл на одном месте. Город казался омытым кровью. Все было красным. Красная земля. Крыши домов. Одежда горожан, которые, почему-то, застыли подобно статуям. Даламар взглянул на небо, надеясь, что это всего лишь яркий свет Лунитари, но ни одной луны не было видно за серыми тучами, хотя те и плыли быстро, даже несмотря на полное отсутствие ветра. Присмотревшись, Даламар заметил, что красное – это всего лишь маленькие кристаллы размером чуть больше песчинки. Они хрустели под его ногами как кости, и этот неприятный звук еще долго витал эхом по пустынному городу. Заметив вдалеке высокий купол, Даламар сразу понял, где находится, и легче ему от этого не стало. Это был Истар, во всей его красе. По крайней мере, таким его изображали на картинках в книгах, такие описания, возможно, были у Астинуса в летописях, но в целом мертвый город отдаленно напоминал Палантас. Темный эльф почувствовал, как по телу пробежала дрожь как будто бы от холодного ветра, вот только ветра тут не было. Даламар шел вперед, не понимая, зачем и куда он идет. Он рассматривал застывших истарцев, гадая, почему они... такие. Внезапно он почувствовал, как нога уходит куда-то вниз. Вскрикнув, он мгновенно отпрыгнул назад и всмотрелся в то место, куда только что наступил. Там образовался маленький кратер. Кристаллы, окружавшие его, рассыпались в алый песок и падали вниз, готовые утянуть за собой любого неосмотрительного путника. Даламар задрожал. По-хорошему нужно убираться отсюда, но город будто бы не пускал его. Нет. Он должен идти вперед. Внезапно алые кристаллы засияли слишком ярко, слепя глаза своим насыщенно-алым свечением. Даламар зажмурился и поднял взгляд – туч на небе как не бывало. Чистое темно-синее полотно было усыпано серебристыми звездами, и прямо над эльфом горели Солинари и Лунитари, освещая Истар белым и алым светом. Обе луны были полными, и темный эльф разглядел третью, Нуитари, черной дыркой зиявшей между двумя яркими лунами. Почему-то Даламару стало жутко от этого. Он никогда раньше не видел полными все три луны одновременно и всегда мечтал увидеть их, но сейчас он об этом жалел. Мгновенно опустив взгляд, он посмотрел вперед, пытаясь увидеть то, что так его притягивает. Что-то впереди было, несомненно, и Даламар поспешил туда. Он шел быстрым шагом, стараясь не обращать внимания на зыбучий кровавый песок. Чем-то этот путь напомнил его первое путешествие через Шойканову рощу, только сейчас при нем не было черного камня, который отгонял мертвецов. Да тут и мертвецов не было, если, конечно, не считать, что этот город мертв уже несколько столетий. Даламар вышел на круглую площадь. Там, в центре, стоял небольшой каменный постамент и, в отличие от всего остального, он не был усеян этими кристаллами. Он был высечен из огромного куска серого камня, на его гранях виднелись какие-то узоры, но Даламар в них не всматривался. Его внимание привлекло совсем другое – небольшого размера Кровавый Камень, лежавший на вершине постамента. Серебристые блики Солинари придавали Камню еще больше загадочности и, как будто бы, магической силы, а алый свет Лунитари придавал ему насыщенности. Зрелище воистину завораживающее, и Даламар стоял так, замерев и уставившись на Камень, пока внезапно не подул сильный ветер. Он взялся будто бы ниоткуда и едва не снес темного эльфа с ног, но тот удержался и прикрыл рукой лицо, чтобы красная пыль не попадала в глаза. Он увидел, как Камень на вершине покачнулся и покатился к краю, готовый вот-вот упасть на землю. Ветер только усилился, и Даламар огляделся. Неподалеку, с другой стороны площади, стоял Рейстлин. Ветер шел с его стороны, он был делом его рук. Его бархатная мантия трепетала на ветру подобно крыльям огромного ворона, и эльф отчетливо слышал этот звук – хлоп-хлоп, птица взлетает. Архимаг медленно шел к постаменту, и его золотые глаза сияли каким-то нездоровым безумным блеском. Камень упал на каменную площадь. Дзынь... Даламар резко сел, глубоко вдыхая воздух. Он был здесь, в спальне Рейстлина. Вот, напротив догорает огонь в камине. Никакого Истара, никаких кровавых кристаллов, все как обычно... Рейстлин рядом недовольно заерзал и открыл глаза, проснувшись. -В чем дело, Даламар? – спросил он шепотом, тоже усаживаясь и приобнимая эльфа за плечи. Даламар повернул голову, внимательно глядя учителю в глаза, будто бы пытаясь увидеть в них ответы на свои невысказанные вопросы. -Что ты ищешь в летописях Астинуса? Рейстлин вздохнул и посмотрел на окно. Ставни были закрыты, но ему и не нужно было видеть, что там за ними, чтобы понять, что сейчас уже почти утро. Он чувствовал на себе взгляд Даламара, и как бы он не хотел перенести этот разговор, рано или поздно ему пришлось бы все рассказать. -Раз уж ты спросил, то, я думаю, уже можно вставать с постели. Даламар нахмурился, и Рейстлин добавил: -Мне нужно несколько мгновений, чтобы обдумать, что и как тебе сказать. Он скинул с себя одеяло и поднялся с постели. Подойдя к окну, он распахнул ставни и, поежившись от холода, вдохнул свежий воздух. Затем зажег свечи и оделся. Даламар же сидел на кровати, кутаясь в одеяло, и наблюдал за ним, готовясь к любому разговору. Он не знал, чего ожидать от учителя сейчас, но понимал, что грядущий разговор переменит всю их устоявшуюся жизнь. Когда Рейстлин, наконец, собрался с духом, он достал с книжной полки свои свитки с переписанным в библиотеке текстом, и присел на кровать рядом с Даламаром. -Я могу показаться навязчивым, - начал он неуверенно, подбирая каждое слово. – В общем... Я искал это, - он выдохнул и протянул Даламару свиток. Темный эльф развернул его, подозрительно косясь на шалафи, и бегло пробежался взглядом по ровным строчкам, мгновенно вылавливая ключевые фразы. По мере чтения он то больше удивлялся, то даже злился, и, в конце концов, был возмущен. -Ты с ума сошел! – воскликнул он. – Это чистое безумие! Ты хоть представляешь, как ты это сделаешь? Прошлое! Ты хотя бы понимаешь, что мне придется придумывать для Конклава какую-то более или менее правдоподобную легенду, чтобы они не догадались, что именно ты собрался сделать? -Поэтому я и хотел тебе рассказать обо всем, - тихо произнес Рейстлин и посмотрел на Даламара. – То, что я собираюсь сделать, я собираюсь сделать для тебя. Для нас обоих. Если, конечно, ты хоть что-то... Маг замолчал, понимая, что говорить о чувствах сейчас было бы крайне нелепо – они никогда не обсуждали свои отношения. Но Даламар все понял без слов. Подсев ближе, он прижал Рейстлина к себе, и тот расслабился, почувствовав родное тепло. -Ты стареешь, - сказал архимаг, положив голову эльфу на плечо. – И я старею. Но ты проживешь еще не одну сотню лет, а я вряд ли доживу и до своих человеческих восьмидесяти... -И ты хочешь его? -Да. -Кровавый Камень? -Да, - вновь ответил Рейстлин. На несколько минут повисло молчание, прерываемое лишь легкими хлопками ставень об оконные рамы и треском последнего бревнышка в камине. -Ну хорошо, - Даламар вздохнул и посмотрел шалафи в глаза. – Тебя ведь не отговорить от этой затеи. Рейстлин улыбнулся уголками губ. -Нет. К тому же, мне понадобится твоя помощь. И если все получится... Мы всегда будем вместе.