lips taste like latte

С самого начала дело было не только в латте. Конечно, по большей части в нем— горячем и просто божественным на вкус напитке, изображённом на плакате, что висел у входа в Старбакс. Джисон заметил плакат, когда шёл с работы. Путь от спортзала до ближайшей остановки был неблизкий, но прогулка помогала освежить голову после монотонного рабочего дня. Плакат с кофе привлёк его внимание и вынудил сбавить шаг. Извините, конечно, но этот хен постоянно заявляется в одно и то же время, в одной и той же одежде и в определенные дни. Этот парнишка не на шутку вызвал к себе большой интерес у китайца. Ченлэ сам же решил походить на несколько занятий, но записался к другому тренеру, чтобы сделать вид, будто пришел сюда не ради желания поглазеть на Пака. Чжон звездой распластался на кровати и задумался. Задумался о прекрасных глазах Джисона, его лучезарной улыбке, сильных, рельефных руках. Он прекрасен... О Господи... Ченлэ влюблён? Почему каждая мысль о Джисоне заставляет его бабочек в животе шевелиться, а ноги подкашиваться, когда парень появляется на пороге? Вдруг в кармане зелёных спортивок вибрирует телефон. Чжон бы по обыкновению проигнорировал, но сейчас, по зову души, он достаёт устройство, и глядит в экран с потупленным лицом. «Здравствуй, Чжон Ченлэ, это Пак Джисон, ты знаешь меня :) Спешу предупредить тебя о том, что твой тренер заболел, я буду его заменять. И занятия сегодня начнутся на час позже, поэтому не спеши. До скорой встречи!)» Экран телефона гаснет и Лэ откладывает мобильник в сторону. На лице китайца застывает улыбка, а в горле вязкий ком. Чжон стоит у двери в спортзал уже пятую минуту и не может дёрнуть ее на себя. Так страшно ему ещё никогда не было. Да, он волнуется. Очень сильно волнуется. Парень блуждает по темному коридору в надежде, что пришел не слишком рано и кроме него тут есть кто-нибудь ещё. — Привет, Ченлэ,— Подходит к юноше Пак и кладёт руку на плечо.— Ты пришел! И сделал это как раз вовремя. Не поможешь мне кое с чем? — З.. здравствуйте? Да, конечно, а с чем?— Улыбается Чжон и убирает со лба нависшую прядь. — Здесь совсем недавно делали ремонт, в раздевалках неправильно поставили ящики, нужно передвинуть их на свои места. Ты пришел самый первый, поэтому я прошу у тебя помощи, извини, но я сам не справлюсь. Пак жестом подзывает Ченлэ в глубь зала, а младший понимает, что все это время он стоял как парализованный. Он слушается и идёт в след за тренером. — Как тебе наш спортзал? Нравятся занятия?— Неожиданно прерывает тишину старший, оглядываясь на идущего позади. Юноша хмурится и опускает голову, всю дорогу идя молча. Он не игнорирует Джисона, просто нечего ответить. — Пришли. Ченлэ тяжело вздыхает и подходит к ящикам. — Чего завтыкал?— Подкрадывается к парню Сон, становясь рядом. — Я.. я не знаю... — У тебя все хорошо? Лэ поднимает глаза на старшего и тут же опускает вниз. — Да, все хорошо. — Лэ, скажи мне, если что-то не так... Чжон с минуту смотрит на Пака, бледнея. В голове у него сейчас творится полный бардак. Парень еле как сдерживается, но инстинкты берут свое, он целует первый. — Что ты делаешь?— Резко отстраняясь спрашивает Пак, смотря тому в глаза. — Спортзал пуст, мы здесь одни, как думаете, что я собираюсь делать? Чжон с ногами забирается на скамью, вновь целуя. Сон же и не сопротивляется, а наоборот, пускает тому в рот язык, даёт ему пробежать по зубам, дёснам, потереться о свой собственный. Зарывается пальцами в чуть отросшие темные волосы, сминая каждый локон. Ченлэ втягивает влагу в себя и ощущает во рту привкус латте. Младший видит, как у юноши раскраснелись щёки и подкосились ноги, теряя терпение, одним плавным движением он опрокидывает Чжона под себя, усаживаясь на его пах. Пак целует губы, подбородок, шею, оставляет засосы на нескольких местах, гладит плечи, оголяя грудь и спину от рубашки, которая уже сама начала сползать. Джисон подозрительно долго смотрит в дьявольские глаза напротив, от которых почти не осталось радужки, все затопил зрачок. Одной рукой жестко закидывает руки Чжона за голову, прижимает к скамье так, что не вырваться. Другой расстёгивает ширинку, а после и свою тоже. Ченлэ сглатывает. Он чувствует, как в него проникает палец, но не успевает понять, приятно ли это или нет— в него входит второй палец. Чжон вскрикивает, шипя зажмуривая мокрые глаза. Пак уже не держит, а добавляет третий палец, скользя в младшем. Юноша не сдерживает стоны и отрывается по полной, но скоро чувствует, что внутри стало пусто и холодно. Джисон даёт им обоим передышку, вновь целуя шею и прикусывая раскрасневшуюся мочку уха. — Я больше не могу ждать...— Дрожащий голос младшего умоляет. Пак слушается его и, усевшись поудобнее, входит во всю длину. В ушах грохочет, в животе сладко тянет. Оба испытывают невероятное наслаждение, хочется чувствовать больше, ярче. От стонов Лэ Паку сносит крышу, он больше не терпит, начинает вдалбливаться неистово, заставляя парня под ним вытягиваться по струнке. Глаза закатываются, начинает ужасно клонить в сон, Джисон делает ещё несколько толчков, сжимая в руках бедра того. Кончает долго и сильно, на последок поцеловав места, на которых теперь красуются синяки. — Я люблю вас.— Тихо и обессиленно говорит Лэ, смотря на тренера. — Тебя.— Поправляет, оставляя на губах влажный поцелуй.

***

Прошел ровно год с тех пор, как Джисон предложил Чжону встречаться. И снова лето, снова эти бесконечные просьбы о смене полов и вечные недосыпы из-за лекций, которые заканчиваются хрен знает когда. Постоянные споры о том, карамель или сироп добавить в латте. Ченлэ не любит шумные места и не гоняется за модой, не тусуется в клубах и не растрачивает деньги попусту. Ченлэ любит уже наскучившие ему книжонки о любви и одного весьма симпатичного тренера, который без ума от его латте.