Свет Горизонта 3: Война, прошедшая сквозь миры

Пространственно-временная воронка развернулась во мраке, и из нее появилось трое шиноби, двое из которых с недоумением смотрели по сторонам. Глаза Наруто не сразу привыкли к тьме, но Обито и Какаши, каждый из которых владел шаринганом, сразу различили, что в пещере есть другие источники чакры, то есть, люди. Узумаки поежился. Здесь было так сыро и холодно, что ему вдруг стало не по себе. Он сощурился, пытаясь хоть что-то увидеть, и вскоре его глаза смогли увидеть в этом месте, лишенном света, тех, ради кого Обито и перенес их сюда. Ни Наруто, ни Обито, ни Какаши не издали ни звука, пока не увидели в противоположном конце темного помещения две фигуры, которые, похоже пока не заметили незваных гостей. Человек в белом одеянии, чья кожа была почти так же бледна, как у мертвеца, сидел в позе лотоса и что-то тихо говорил... нет... скорее шипел. Возле него стоял шиноби в темно-синем одеянии и серой маске с двумя прорезями, сквозь которые были видны мерцающие во мгле шаринган и риннеган. За его спиной был боевой гунбай. Внезапно человек в белых одеждах встал и обернулся. Это действительно был Неджи. Узнать его было сложно, настолько сильно тот изменился. Во-первых, Наруто не видел старого знакомого почти четыре года, во-вторых, того, кого Узумаки посчастливилось наблюдать перед собой, можно было с натяжкой назвать человеком. Его бледная кожа была частично покрыта чешуей, как у змеи. Глаза, которыми природа наградила каждого члена клана Хьюга, уже мало походили на бьякуган. Они пожелтели, а так же на радужке появился вытянутый горизонтальный узкий зрачок. Волосы Неджи, кажется, немного выцвели и имели необычный цвет, что-то среднее между серым и черным. Лоб Неджи был перемотан повязкой из бинтов, под которой наверняка скрывалась та самая печать, которую получали члены второстепенной ветви клана. — Так-так, — произнес он. — Похоже, мое убежище всё же нашли... Наруто сглотнул. — Это и правда ты, Неджи... — прошептал он. Тоби тоже повернулся к гостям, внимательно глядя на троицу, проникшую туда, где он никак не ожидал их увидеть. — Как вы... Впрочем, я догадываюсь, — ухмыльнулся человек в маске. — Учиха Обито... Я хотел понаблюдать за тобой, посмотреть, что из тебя получится. Надо было избавиться от тебя еще тогда, меньше было бы проблем. Он бросил на Неджи быстрый взгляд. — Разберись с ними, — приказал он. — С удовольствием, — прошипел Неджи, не отрывая взгляда от троицы из Конохи. Наруто готов был поклясться, что увидел, как на миг Хьюга высунул длинный язык с двойным кончиком. Узумаки стиснул зубы. — Подлый трус! Опять убегаешь? Прими бой, как настоящий шиноби, скотина! Хватит прятаться за спинами своих марионеток! — крикнул он. — Увы, ты всего лишь клон. Ты не стоишь моих усилий, — ответствовал человек в маске и, сверкнув шаринганом, исчез в воронке, закручивающейся из глаза, свернувшей пространство. Прежде чем потерявшего форму человека засосало в дыру в пространстве, Хатаке успел заметить Мангеке Шаринган, загоревшийся красной точкой в центре перемещающего вихря. Обито вздрогнул. Когда Тоби исчез, Какаши сделал шаг назад — настолько его поразила увиденная картина. — Обито... Он только что использовал... — прошептал он. — Да... То же самое дзюцу, что использую я при перемещении. И ту же самую технику, что наше с тобой Камуи, — пробормотал Учиха. — Как я мог об этом забыть... Я же видел, как он использовал это дзюцу раньше. Еще тогда, в день гибели Рин, когда я встретился с ним в первый раз. И тогда, когда он напал на Коноху вместе с Девятихвостым... — Рисунок на его шарингане. Он точно такой же, как и мой! — произнес Какаши. — Этого не может быть! Наруто бросил взгляд на пустое место, где только что стоял вновь улизнувший Тоби, и вздохнул. — Боюсь, сейчас вам некогда погружаться в раздумья, Наруто-кун, Обито-сан, Какаши-сенсей! — похожий на шипение голос Неджи заставил джонинов опомниться. — Ты больше не имеешь права называть меня сенсеем, — ответил Хатаке, сдвигая повязку с левого глаза. Похоже, он был настроен решительно. Обито поправил свои оранжевые очки. Наруто сунул руку в подсумок, нащупывая там рукоятку ножа-кастета. — Тем не менее, я действительно многому у вас научился, — пробормотал Хьюга, глядя на своего бывшего учителя. — Тех, кто не подчиняется правилам мира шиноби, называют мусором. Но те, кто бросают своих друзей хуже мусора. Верно? Обито бросил на Какаши удивленный взгляд. Наруто уже знал, что эта фраза принадлежала Учихе, и Хатаке, впечатленный этими словами, часто повторял ее. — Так почему же ты убил своих товарищей по команде... дважды!? Почему сбежал из деревни. И на кой черт погубил столько ниндзя на этой проклятой войне?! — воскликнул Хатаке. — Мой отец погиб, потому что все в деревне нарушали и первое, и второе условие. Хиаши-сама должен был быть на его месте. Но всем было наплевать... И когда я понял это, то подумал... — ответствовал Неджи, сверкнув змеиными глазами. — Это всё из-за мести? Ты так отзываешься об отце, но это не помешало тебе возродить и использовать его против Альянса в качестве марионетки! — прервал его Обито. Хьюга бросил на Учиху убийственный взгляд. Он был крайне раздражен, что его прервали на полуслове. — Я понял, что этот мир катится в бездну, и с этим надо что-то делать. Для этого мне надо было стать сильнее, поэтому я стал учеником господина Орочимару. Пришел миг, когда мой новый учитель уже не был в состоянии дать мне новых знаний. Он был великим шиноби, но, как и все вокруг, заботился лишь о себе. Я избавился от него. А потом я встретил господина Тоби. Удивительно, какие похожие у нас взгляды на мир... — прошипел Неджи. — Значит, ты гнался за силой. И прикрывался добрыми намерениями, совершая ужасные вещи... — вздохнул Какаши. — Ты привнес в этот мир больше зла, чем кто-либо. Оглянись вокруг. Наруто смотрел на Хьюгу с сожалением. Он чувствовал, как в сердце что-то больно колет. Это было чувство вины. "Он как Саске когда-то. Сбился с пути и пошел по ложной дороге... Это я виноват. Я был плохим товарищем. Если бы я заранее знал, что Неджи тоже пойдет к Орочимару, а потом начнет помогать Акацуки... я бы..." Неджи ухмыльнулся. — Этот мир уже не спасти. Но на его руинах можно будет построить новый, лучший мир. Где не будет войн и несправедливости. Проект Глаз Луны — вот во что я теперь верю. Хатаке и Учиха переглянулись. — За эти годы я добился небывалых успехов. Мое тело было слабым, но теперь оно способно практически на всё. Часть силы подарил мне Орочимару-сама, часть силы я забрал у него сам. Сора и Сумару тоже не погибли напрасно, — сообщил Хьюга. — О чем ты? — Сора, Сумару, Орочимару и все те, чьи клетки я изучал... Мне удалось соединить звездную чакру, часть чакры Кьюби, Проклятую Печать и стихию Дерева для того, чтобы обуздать мощь, скрытую внутри меня... — продолжил Неджи. Поймав на себе очередные недоумевающие взгляды, Хьюга ухмыльнулся. — Ах да, вы же еще не в курсе... Я вам покажу! — процедил он, складывая печать концентрации. Наруто, Какаши и Обито увидели, как Неджи начинает окутывать ядовито-зеленый покров из плотной холодной чакры. — Что Орочимару с тобой сделал... Запечатал в тебя Биджу? — прошептал Какаши, не понимая, что происходит. От покрова стало отделяться несколько хвостов, только с утолщениями на конце. Будто на конце каждого хвоста покрова была маленькая голова. Но хвосты еще не стали достаточно отчетливыми, чтобы убедиться в этом. Сначала их было три, потом — пять, а затем — восемь. Наконец, каждый ответвляющийся от покрова поток зеленой чакры, хоть и будучи полупрозрачным, но обрел форму. А на утолщении на конце каждого хвоста зажглось по два желтых огонька, будто два глаза. — Какаши-сенсей, не разочаровывайте меня. Все Биджу, даже Девятихвостый, который некогда существовал в виде двух отдельных экземплярах и чакре, запечатанной в Соре, Кинкаку и Гинкаку, уже имеют своих хозяев, либо уже запечатаны. Нет, это... совсем другое... А вы думали, с помощью запечатывающей техники можно помещать в тело человека только хвостатого демона? — глаза Неджи сияли желтым огнем. Теперь его покров чакры озарял пещеру, и больше ни Наруто, ни Какаши, ни Обито не испытывали особых проблем, разглядывая Хьюгу, в котором поселилось нечто... — Думаю, формально меня можно назвать джинчурики, — произнес бывший ученик Какаши. — Во мне запечатан Восьмиглавый Демон-змей по имени Ямата. Наруто непонимающе посмотрел сначала на Какаши, потом на Обито, которые стояли и смотрели на Хьюгу широко раскрытыми глазами. — Ямата-но-Орочи? Это невозможно! Этот змей — лишь легенда! Даже если он и правда существовал, то давно умер! — прошептал Обито. — Неужели? — ухмыльнулся Неджи. — Ямата — необычное существо. Он — демон, как и девятка хвостатых. А значит, может жить в течение долгих веков. Пусть то, что это имя никто так давно не вспоминал, вас не смущает. Восьмиглавый Змей жил в Рьючидо, пока Орочимару-сама не нашел его, оттого он и превратился в миф. Но уверяю, его сила огромна! Наруто почесал затылок. — Что за змей, даттебайо? — спросил он Какаши. — Это древнее существо, восьмиглавый и восьмихвостый змей. Согласно легенде, его длина и ширина была равна величине восьми долин, а высота — высоте восьми гор, поставленных друг на друга. Может, легенда немного преувеличивала, но... Я думаю, Ямата-но-Орочи не слабее Восьмихвостого! — пояснил Хатаке. Узумаки почувствовал, как мурашки пробежали по спине. — Так вот откуда у него столько чакры. Вот как он смог призвать и так долго контролировать столько людей с помощью Эдо Тенсей. Благодаря запасам чакры змея, накопившимся за века, Неджи мог призывать те огромные врата и держать их открытыми, пока из другого измерения выходят бесчисленные армии Зецу. Всё постепенно становится на места... — промолвил Обито. Какаши кивнул. Неджи ухмыльнулся. — Если вы думаете, что на большом запасе чакры мои способности ограничиваются, то очень сильно ошибаетесь. Он сложил печать концентрации и на миг закрыл глаза. Затем Хьюга поморщился, поскольку на его голове начали появляться четыре коротких рога. — Режим Змеиного Отшельника! — прошептал он. Наруто вздрогнул, увидев, что враг имеет еще более угрожающий и жуткий вид, чем раньше. - Стоп... Как ему удалось собрать столько природной чакры так быстро?! Если Змеиный Режим Отшельника идентичен Жабьему по принципу работы, то... На это должно было уйти по меньшей мере несколько минут... — пролепетал блондин. Хьюга открыл глаза и наградил Наруто взглядом, от которого тот почувствовал холодок, пробежавший по спине. — Всё верно... Только ты не учел одной особенности, Наруто. Чакра Яматы — природная чакра, она бурлит в моей системе циркуляции постоянно. Поэтому мне не надо тратить время для сбора чакры, я могу войти в Режим Отшельника мгновенно! А теперь... Бьякуган! — воскликнул он. Кровяные сосуды под кожей, идущие к змеиным глазам, вздулись (однако теперь это было единственным визуальным изменением Хьюги), и Неджи ринулся вперед. — Посмотрим, сколько вы протянете в бою со мной! — прошипел Хьюга. Зеленой молнией он пронесся вперед и оказался прямо перед троицей ниндзя. Он лишь вытянул руку вперед, а хвосты... вернее, змеи из зеленой полупрозрачной чакры, полетели вперед, разинув пасти. Своим бьякуганом Хьюга по-прежнему видел тенкецу на теле каждого человека. Стоило ему направить свою чакру во врага, как она автоматически целилась бы в энергетические точки системы циркуляции. Наруто в последний миг отскочил назад, Обито применил свою технику неосязаемости, благодаря чему удар Хьюги прошел сквозь него, а Какаши подскочил вверх, прикрепляясь к потолку подошвами сандалий. "Если он хоть раз заденет меня, то я развеюсь!" — подумал Наруто, но потом вспомнил, что его клоны, использующие чакру Акумы, становятся намного более живучими, и уже не развеиваются от одного удара. "Хоть мои клоны и потратили огромное количество чакры на то, чтобы перенести всех в Страну Огня, другого выбора нет!" — решил он, погружаясь в подсознание и черпая запас чакры Девятихвостого, который имел именно этот клон. В следующую секунду пещеру озарила яркая фиолетовая вспышка, и всё тело Наруто покрыла фиолетовая чакра с пляшущими по ней иссиня-черными язычками пламени. На его теле вырисовались странные черные узоры-печати, значение которых оставалось парню неясным. Тем временем, Неджи, поняв, что Обито сейчас находится в безопасности, решил дотянуться до Какаши и первым поразить его. — Восемь триграмм: Змеиный вихрь! — воскликнул Хьюга, применяя усиленную версию своей клановой техники. Неджи начал вращаться вокруг своей оси, выпуская чакру из всех точек своего тела, после чего его накрыла ядовито-зеленая полусфера, постепенно разрастающаяся ввысь и вширь. В следующий миг из полусферы вырвались хвосты-змеи, стремительно полетев во все стороны. Несколько змей врезались в потолок, и Какаши потребовалось быстро ретироваться, чтобы не попасть под удар. Несколько змей попытались обвить материзовавшегося Обито, но тот вновь стал неосязаемым, и те прошли сквозь него. Змеи, устремившиеся к Наруто, так и не достигли его, так как тот метнул свой нож в самую дальнюю стену, а затем переместился к ней, спасаясь от почти настигших его созданий из зеленой чакры. Хьюга перестал вращаться, и когда он остановился, то оказался в центре широкого просверленного в камне кратера. Неджи услышал позади себя шорох и в тот же миг обернулся. Обито, надеявшийся спрятаться в слепом пятне и атаковать врага со спины, потерпел неудачу. — Фокус со слепым пятном больше не пройдет. В Режиме Змеиного Отшельника я могу ЧУВСТВОВАТЬ каждое твое движение! — процедил Хьюга. - Расенган! — крикнул Учиха, в последний миг бросаясь в атаку. В его руке закрутилась голубоватая сфера, после чего руку стало покрывать равномерное голубое свечение из вращающихся полос чакры. Расенган стал похож на перчатку, охватив всю руку по локоть. Это была улучшенная версия техники Желтой Молнии, которую Обито разработал сам. Но Неджи, в котором буквально бурлила чакра Восьмиглавого Змея, оказался в разы быстрее. — Восемь триграмм: Тысяча змеиных укусов! — воскликнул он, направляя на врага руку. Восемь хвостов-змей из ядовито-зеленого покрова устремились к Обито, желая покусать его так, чтобы тот умер мгновенно, но Учиха не считал, что пришло его время умирать. В последний миг он исчез в пространственной воронке и оказался сзади Неджи, после чего нанес удар в спину прямо между лопаток. Расенган в виде перчатки, вращающейся вокруг ладони Обито и в точности повторяющей ее форму, врезался в покров и начал сверлить его. Перед Неджи появился Хатаке, сжимающий в руке искрящуюся молнию, издающую звук, похожий на щебетание птиц. — Райкири! — воскликнул Какаши и нанес молниеносный удар. Но даже две одновременные атаки не смогли поразить врага. Тот собрал некоторое количество чакры и высвободил ее, заставив Обито и Какаши отлететь в разные стороны. Хьюга ухмыльнулся, когда в потолок вонзился нож, и прямо под сводами пещеры сверкнула фиолетовая вспышка. Появившийся из нее Наруто с огромным расенганом в руке полетел сверху вниз на Неджи, целясь ему прямо в голову. — Стихия Дерева: Двойной древесный кокон! — когда Хьюга, собираясь применить защитную технику, соединил руки в печати "змея", из каменного пола пещеры вырвались изогнутые древесные пластины и сомкнулись над головой шиноби, образуя двойной защитный барьер из дерева. — Одама Расенган! — воскликнул Наруто, не сворачивая с поставленного пути и направляя вращающийся шар перед собой. Послышался треск, и Неджи с удивлением обнаружил, как прочное дерево, способное выдерживать мощнейшие атаки, с легкостью крошится от соприкосновения с техникой противника. Хвосты-змеи покрова Неджи быстро потянулись к участку пола в нескольких метрах сзади и в последний миг успели вырвать его из древесного кокона, который Наруто в следующий миг полностью разрушил своим расенганом, и подтянуть к себе. Неджи решил не останавливаться и вновь пойти в атаку. Он вытянул руку перед собой, и из его ладони вырвалась острая деревянная палка, из которой так же быстро стали появляться не менее острые ветви, способные проткнуть человека насквозь. — Стихия Дерева: Техника пронзающего дерева! Наруто уже не мог увернуться, но удар Неджи его так и не настиг. — Теперь моя чакра в этом режиме несет разрушительный эффект для дерева, поэтому использовать против меня Мокутон бесполезно! — произнес Узумаки, крайне обрадованный способностью чакры Акумы, о которой он совсем забыл. — Я уже понял это, когда наблюдал за твоим сражением с Асумой и Хару, идиот, — прошипел Неджи. — Просто хотелось посмотреть на это поближе. Наруто бросил на Хьюгу непонимающий взгляд. — Поближе? — Ты и твоя чакра, Наруто... Я никогда прежде не видел ничего подобного. И Орочимару-сама не видел. Уверен, это ключ к силе Рикудо. Поэтому после того, как ты умрешь... настоящий ты, а не клон... я обязательно использую твое тело для экспериментов. Это приблизит меня на еще один шаг к СПАСЕНИЮ этого мира! — Чёртов псих, — прошипел блондин, стиснув зубы. — Посмотрим, как ты справишься с этим! Из тела Наруто вырвались руки из фиолетовой чакры, каждая из которых держала вращающийся голубоватый шар. Всего их было шесть. Руки стремительно направились к Неджи, удлиняясь на ходу, собираясь ударить по нему со всех сторон одновременно. Но план Наруто провалился, потому что хвосты-змеи покрова Хьюги среагировали на опасность и сами направились к лапам из чакры, разинув пасти. Каждая из шести змей проглотила расенган, не испытав особого дискомфорта, а еще два хвоста покрова змея-джинчурики, не занятые защитой Наруто, пользуясь его замешательством, ринулись вперед и в один момент скрутили блондина, не давая ему пошевелиться. Лапы из чакры, потерпевшие неудачу, всосались обратно в покров Узумаки. — Вот ты и попался, — ухмыльнулся Хьюга. — Это было легче, чем я думал. — Как ты... — Надо пояснить одну небольшую разницу между тобой и мной. Мой покров не просто слушается меня. Когда я предоставляю ему свободу действий, он действует сам по себе, как абсолютная защита Гаары Песчаного. Мои змейки способны поглощать чакру. Любая техника, пущенная в меня, может быть поглощена, если я этого пожелаю! Наруто попытался вырваться, но змеи Неджи крепко его держали. Его руки были плотно стянуты одной змеей, а вторая начала обвиваться вокруг шеи, из-за чего парню стало затруднительно дышать, и он чуть не поддался панике. — Пусть ты всего лишь клон, твоя чакра будет полезна господину Тоби. Сейчас я ее высосу, — пробормотал Неджи, и Наруто увидел, как остальные шесть полупрозрачных зеленых змей со светящимися глазами медленно плывут к нему по воздуху, приближаясь к лицу. Обито первым пришел в себя и бросился Наруто на помощь. В его правом глазу крутанулся мангеке шаринган, и в следующий миг пространство стало искривляться, скручиваясь в спираль. А потом Учиха совершил неожиданный ход, не став телепортироваться и разворачивая материю в обратном направлении и пуская в этот искривленный поток щедрую порцию огня. — Камуи, стихия Огня: Дикий танец пламени! "Обито усилил свою стихию Огня Камуи и произвел на свет действительно сильную технику! Неджи потребуется постараться, чтобы отразить ее или уклониться. Он отпустит Наруто..." — подумал Какаши, только вставший на ноги. Неджи отпустил Наруто и обернулся как раз вовремя, ведь в него летела невероятно мощная спираль жаркого пламени. Все восемь хвостов-змей потянулись навстречу технике, открывая рты. Освобожденный Узумаки, упавший на пол и тяжело дышавший, поднял взгляд на Неджи, который стоял на месте, окутанный зеленым покровом, и смотрел, как адский огонь исчезает, всасываясь в рты змей. Наконец, всё пламя исчезло, поскольку покров Хьюги поглотил его полностью, и в пещере вновь стало темно. — Очень впечатляет! — произнес Хьюга с нескрываемым сарказмом и театрально зевнул. — Но Ямата может поглощать любую чакру, независимо от свойства и силы. Узумаки пораженно смотрел в спину Неджи, не в силах пошевелиться. Нейтрализовав такую мощную технику, тот даже не вздрогнул. — Даже не знаю, чем еще порадовать вас из моего ассортимента техник. Сила, которую подарил мне Восьмиглавый Змей, почти безгранична. — глаза Хьюги сверкнули во мгле. — Получайте вашу чакру назад. Змеи вновь разинули пасти и выплюнули в Какаши и Обито шесть расенганов, окутанных пламенем. В глазу Хатаке крутанулся Мангеке Шаринган, и снаряды всосались в открывшиеся тут и там дыры в пространстве. В следующий миг Какаши, тяжело дыша, упал на одно колено. Из его глаза, стекая по открытой части щеки, затем по маске, появился ручеек крови. — Несколько Камуи сразу? Удивительно, не думал, что даже кто-то из Учиха на это способен! — ухмыльнулся Неджи. — Вы еще можете удивлять, Какаши-сенсей. Но не думаю, что в ближайшее время вам светит геройствовать в бою. Хатаке поймал на себе вопросительный взгляд Обито. — Моя чакра исчерпана... совсем... предыдущий бой дался слишком тяжело, — произнес он медленно и тихо. — Обито... Тебе сделали инъекцию чакры, так что у тебя еще есть время и силы... Вы с Наруто... нет... Он слишком силен, поэтому... БРОСЬТЕ МЕНЯ И БЕГИТЕ! Чтобы биться с этим чудовищем, нужна армия. Какаши рухнул лицом в пол. Очевидно, силы окончательно покинули его. Учиха ухмыльнулся и поправил очки. — Вечно ты так. Сначала говоришь направо и налево, что я — беспомощный балбес и разгильдяй, а потом в самый критический момент падаешь в обморок и сваливаешь всю самую грязную работу на меня, — буркнул он, улыбаясь. Наруто вдохновился улыбкой человека, который никогда не сдавался, и, покачиваясь, встал на ноги. Неджи успел высосать из него немало чакры, но покров Акумы еще держался, а значит, у Узумаки были силы для сражения. — Ну что, Наруто? Какаши, конечно, выбыл из игры, но мы еще в строю, — усмехнулся Учиха. — Он сказал нам бежать, но... ты же не хочешь быть хуже мусора? "В мире шиноби тех, кто не подчиняется приказам, называют мусором. Но те, кто бросает своих товарищей, гораздо хуже мусора!" — прозвучала в голове Наруто цитата. Она будто была выточена в его памяти. Пусть то время, когда Какаши был его учителем, давно прошло. Это была фактически прошлая жизнь. А этот Хатаке был не тем человеком, которого Наруто знал до того, как попал в этот мир. Но Узумаки было на это наплевать. Сейчас он решил ни на шаг не отступать, чтобы защитить своих товарищей. — Верно, — коротко кивнул он. Неджи посмотрел сначала в одну сторону, затем в другую. Обито и Наруто готовы были в любой миг броситься на него с разных сторон. — Забавные вы... Даже осознавая отсутствие шансов на успех, вы решили дать мне бой. Это достойно похвалы, — пробормотал он. Узумаки сжал кулак и пригрозил им Хьюге. — Засунь свои похвалы куда подальше. Тебя надо остановить, чтобы никто и никогда больше не смог использовать технику Эдо Тенсей! — заявил он. Джинчурики Яматы вздохнул. — Я знаю, как наградить вас за вашу смелость, — произнес Неджи. — Я познакомлю вас с величайшими шиноби, которых видел этот мир. После Первого и Второго Хокаге, естественно! Уверен, никто из вас даже не представляет, как сильны были остальные четыре члена первой пятерки Каге Великих Деревень. Первый Мизукаге, Первый Тсучикаге, Первый Казекаге и Первый Райкаге! Хотите с ними познакомиться? Смех Неджи заполнил всю пещеру. А затем по ней разнесся отчетливый звук хлопка в ладоши. — Эдо Тенсей! Из-под земли выдвинулось четыре гроба. И только Наруто собрался что-либо сделать, как вдруг развеялся в белом облачке дыма, оставив Обито одного против Неджи и четырех героев давно минувшего прошлого. — Наруто! — крикнул Учиха и подумал о самом страшном, что могло случиться с оригиналом, когда его клоны начинают испаряться сами по себе.

***

Закрыто было небо метеором, Огромный это был для всех сюрприз. Он стал смертельным приговором, Когда его осколки пали вниз. И тысячи героев вдруг исчезли... И сотни вместе с ними миг спустя... Немногим персонажам этой песни Хотелось погибать от этого дождя. От красочной деревни вместе с лесом Ничто остаться целым не смогло. Лишь два лица со скал взирали с интересом, Когда на небо столько жизней унесло... Когда лишь пал на землю лучик солнца, То души сотен воинов были тут. Смотрели на творение полководца, Проделавшего этот страшный труд. — Так-то лучше, — усмехнулся Мадара. "Полководец" далекого прошлого, участник Первой Мировой Войны Шиноби, на чьих руках была кровь сотен человек из вражеских кланов, а впоследствии — деревень, мог смело прибавить к количеству побежденных им ниндзя еще несколько тысяч. Мадара и Изуна стояли на одной из двух оставшихся каменных голов, украшавших скалу, под которой не было ничего, кроме раскинувшейся на километры кучи камней. Учиха младший ухмыльнулся. — Великой Конохи больше нет. И многотысячной армии Альянса тоже... Если сейчас ты использовал лишь треть своей силы, то на что же ты был действительно способен при жизни? — поинтересовался он у брата. Тот внимательно всматривался в валуны, под которыми была погребена деревня вместе со всеми людьми, находившимися в ней и за ее пределами, вместе с парой гектаров леса, озерами и речками, животными и птицами. Всё, что находилось в пределах поражения техники, было уничтожено или, говоря более выразительно, накрылось "медным тазом". Всё, кроме Изуны и Мадары и их каменных портретов на скале, возвышавшейся над "огромным кладбищем". — Скоро узнаем, — многообещающе сверкнул риннеганами величайший правитель и полководец прошлого. Он посмотрел в небо. — Статую обрушил именно тот, кто является носителем моих глаз... — произнес Учиха. — Раз так, то наш с тобой добрый друг справился со своей задачей. Моё орудие Бога не пропало. И пришло самое время вернуть его. Его и наши жизни! Внезапно снизу послышался грохот, и камни стали подниматься в воздух на песчаной подушке. Песок, который смог удержать этот невероятно тяжелый груз, отлетел в сторону и сбросил камни, после чего спустился вниз и вновь исчез в сосуде-тыкве Пятого Казекаге, который стоял вместе со своей сестрой Темари, принявшей человеческую форму, и сотнями шиноби, целый и невредимый. Миг спустя камни стали подниматься в другом месте. Их держал на своей спине согнувшийся на девяносто градусов огромный воин Сусано, чьим хозяином был Итачи Учиха, успевший вернуться в самый последний миг и защитить от метеоритного дождя ниндзя, которые поместились под его призрачным великаном. Когда Сусано Итачи выпрямился, Изуна бросил на него заинтересованный взгляд. Спустя еще несколько секунд из-под камней выбрались Югито, Утаката, Хан и Роши, сумевшие закрыть своими большими телами боевых товарищей. Выбравшись с товарищами из-под завала, джинчурики приняли человеческие формы. — Так-так... Муравьишки выползают из муравейника, — прокомментировал Мадара. — Я удивлен... Даже тебе удалось выжить! Он устремил взгляд на Наваки, который держался за плечо Хана и, щурясь от солнца, смотрел на скалу, на которой осталось только два каменных портрета. — Наруто! — воскликнула Ино, когда парень, также спасенный благодаря Хану, под которым удалось спрятаться, покачнулся и начал падать на ровном месте, схватившись за голову. — Наруто! — встревожено промолвил Киба, подбегая к товарищу и подхватывая его. — Что с тобой? — спросила Яманака парня, когда Инузука уложил того на камни. Наруто выглядел крайне слабым. — Все его клоны рассеялись, а значит, усталость, которую они испытывали, перешла к Наруто. Представь себе, сколько чакры он потратил, переместив сюда столько людей, — пробормотал Шикамару спокойным и ровным, но обеспокоенным голосом. Узумаки лежал и, едва приоткрыв глаза, смотрел на небо, расчищенное от облаков огромным метеоритом. — Я... знаю... где Неджи... Обито остался там... совсем один. От перенапряжения, испытанного мной при смерти моих клонов, клон, находящийся с ним, тоже рассеялся! — прохрипел он. — Что ты такое говоришь? — переспросила Яманака. — Неджи... Мы нашли его... Но... Громкий голос, прозвучавший со скалы, не дал Наруто закончить. — А ты, парень... Тебе я хочу сказать отдельное спасибо. Искать другие армии было бы слишком долго и скучно. А своим поступком ты угробил их быстро и безболезненно, — промолвил Мадара. — И позабавил меня. Никогда не видел, чтобы разом переносили столько людей на такие длинные дистанции. Должно быть, ты слегка устал? Последняя фраза прозвучала слегка издевательским тоном. — Я... Это я во всем виноват... — прошептал Наруто, найдя в себе силы, чтобы сесть. — Нет, Наруто. Ты всех спас. Если бы ты не переместил сюда другие армии, мы бы не смогли расколоть метеорит, и нашу армию раздавило бы полностью. А потом Мадара добрался бы до остальных отрядов и уничтожил бы их по одному без особого труда, — жестко прервал его Наваки. Узумаки сплюнул кровью и попытался встать. Его ноги тряслись, красный ручеек сочился из носа. — Ты... урод... ты заплатишь за то, что сделал со всеми нами и Конохой! — воскликнул он, ткнув пальцем в скалу, на которой стоял Мадара. — Я доберусь до тебя, а потом покараю и твоего братца! Слышишь?! — Наруто, это бессмысленно. Береги силы, — посоветовал Шикамару раздраженным тоном. — Ой, как страшно! — Учиха театрально закатил глаза. — Что ты можешь против бога, жалкий человек? К тому же, вам больше неоткуда ждать помощи. Думаю, даже прислужники Тоби с тобой с легкостью расправятся. Узумаки собрался что-то сказать, но вдруг прямо перед ним мелькнули шесть силуэтов, и прямо из ниоткуда на поле боя появились фигуры в черных плащах с красными облаками. Тсунаде, Орочимару, Джирайя, Ягура, Фуу и Киллер Би собственной персоной. У каждого имелись трещины на коже, пирсинг на лице, а так же пара грозных фиолетово-синих глаз с расходящимися от зрачка концентрическими кругами. Это означило, что все тела Пейна теперь были не просто трупами-марионетками, как в прошлый раз, а возрожденными Неджи людьми, взятыми под контроль Нагато. И, в отличие от предыдущей команды Пейна, все шестеро ниндзя имели свой естественный цвет волос. Орочимару, возглавлявший шестерку, вытянул перед собой руку, и в следующий миг всех, кроме Наруто, отбросило назад ударной волной. Теперь на месте не устояли ни Наваки Сенджу, ни даже Хан в тяжелых красных паровых доспехах. Наруто оглянулся через плечо на поднимающихся с земли друзей. Со всех сторон к ним спешили остальные спасшиеся, готовые даже после таких потерь сражаться до последнего. Когда блондин повернулся к Пейну вновь, то вздрогнул оттого, что Фуу, Киллер Би и Ягура с риннеганами в глазах бежали ему навстречу, сжимая в руках металлические стержни. Узумаки понял, что у него не хватит сил даже для того, чтобы пошевелить рукой. Троица ниндзя норовила пронзить его стержнями, и до неминуемой кончины Наруто оставалось всего лишь несколько секунд... — Отлично! Зецу нашел его, — произнес Мадара, поворачиваясь к Изуне. — Кто бы ты ни был, Нагато, спасибо тебе за твою жертву. Сейчас мы с тобой, брат мой, вновь обретем жизнь. Приготовься вновь ощутить биение сердца! Учиха младший улыбнулся, глядя, как Мадара складывает печати. — Наруто! — кричали все, сорвавшись с мест на помощь несчастному блондину, к которому шаг за шагом приближался зловещий Пэйн. Никто не замечал, что происходило на скале. Наконец, Мадара завершил комбинацию движений пальцами и воскликнул. — Ринне Тенсей! Два ярких столба света окутали Изуну и Мадару, что заставило шиноби Альянса, спешащих на помощь к Наруто, остановиться, а самого Узумаки — поднять взгляд. Три Пэйна, чьей целью только что было уничтожение Наруто, бросили металлические штыри, но ходу не сбавили. Наруто вздрогнул, когда почувствовал, что к нему тянется чья-то рука. — Наруто, друган, ты живой, я так рад. И в смерти моей ты совсем не виноват! Йоу! — тяжелая рука Киллера Би опустилась ему на плечо. — Би... — прошептал блондин, с удивлением обнаруживая, что у Би собственный голос. Риннеган всё еще светился в глазах темнокожего мужчины, и на нем все еще был черный с красными облаками плащ, но Наруто был уверен, что смотрит не на тело Пейна, а на своего старого друга. Вторая рука опустилась на плечо Наруто. — Узумаки Наруто, я полагаю? — промолвила Фуу. — Не сдавайся, слышишь? Парень вздрогнул, когда к нему обратился Ягура. — Я — Ягура, Четвертый Мизукаге. Приятно познакомиться, — парень низкого роста с уродливым шрамом-швом на щеке протянул ему руку, и Узумаки ничего не осталось делать, кроме как пожать ее. — У нас мало времени, надо спешить. Тебе мы поможем вместо того, чтоб убить! — заявил Би. Узумаки почувствовал, как в него вливается чакра. И Би, и Ягура, и Фуу передавали ему свою энергию. — Что вы делаете? — спросил он ошеломленно. — Ты в критическом состоянии, у тебя полностью кончилась чакра. Мы мертвы, а наша чакра бесконечна, — пояснил Ягура. — Мы вкачаем в тебя чакру наших Биджу, это придаст тебе сил. — Чакру ваших Биджу? — переспросил Наруто. — Давно вы это придумали? Ягура усмехнулся. — Будучи телами Пейна, мы всё это время были подавлены в наших телах. Но могли общаться друг с другом телепатически, поэтому осознавали всё, что происходит, и прорабатывали план вшестером. — Вшестером? — Мы и наши Биджу. Исобу говорит, что пророчество Рикудо рассказывает о человеке, который сможет обуздать его мощь и сразить зло. Мы верим, что это ты. А для этого тебе нужна наша чакра! — пояснил Ягура. — Если бы ты не провел обряд Очищения в Храме Рикудо, то это могло бы тебя убить. Но сейчас мы уверены, что это поможет! — добавила Фуу. — Ты — единственный, кто может остановить их. Узумаки посмотрел на Орочимару, Тсунаде и Джирайю, которые стояли на месте и не двигались. — Что с ними? Если Мадара убил Нагато, почему они не обрели контроль над телом, как вы? — спросил он. — Человек в маске. Теперь он управляет Великой Троицей, — произнес Ягура. Два луча, вспыхнувшие на каменной голове Первого Хокаге, погасли, и взгляды армии Альянса, вернее, того, что от нее осталось, устремились на скалу. Две смазанные тени ознаменовали одновременный прыжок Мадары и Изуны со своей предыдущей точки обзора. Два ниндзя, обретшие живые тела, приковали к себе взгляды всех ниндзя. Мадара усмехнулся. — Как самочувствие, брат? — Чувствую себя живее всех живых, — ответствовал Изуна. — Запечатанная техникой воскрешения сила возвращается ко мне. И к тебе, я думаю, тоже. Учиха кивнул. — Смотри-ка, что там происходит? — заметил Изуна четверку джинчурики, ведущую диалог и не обращающую внимания ни на что другое. — Видимо, им не терпится вернуться туда, где им положено быть. Что ж, брат мой, пришел час для перерождения этого мира, — Мадара надкусил палец, и, едва капелька крови сорвалась и упала на камень, произнес: Техника призыва! Из-под земли появилось нечто — огромная Статуя Еретика, чье пришествие ознаменовал громкий рев, который Гедо Мазо издала, разинув пасть. — Сколько лет прошло... И наконец-то я приблизился к осуществлению своей мечты, — усмехнулся Мадара. — Пора заканчивать этот цирк. Он оглянулся на статую и сказал, будто бы ей: — Сперва покойнички, затем живчики. Приятного аппетита. Изуна усмехнулся. Когда брат повернулся обратно, в его глазах ярко горел риннеган. — Цепи Гедо Мазо! — воскликнул Мадара, и из рта Гедо Мазо выстрелили три огромные цепи с острыми концами. — Наруто, мы знаем, чего хочет человек в маске и настоящий Мадара. Не дай им заполучить других! — произнес Ягура, и в следующий миг огромный серебряный наконечник выскочил у него из груди. Киллера Би и Фуу тоже проткнули клинки, которыми заканчивалась цепь. — Нет! — закричал блондин, а в следующий миг лезвия вырвались из тел его товарищей так же быстро. Наруто увидел, как трое в плащах Акацуки падают на землю, рассыпаясь на бумажки, а затем обратил внимание на три огромные призрачные фигуры семихвостого жука, восьмихвостого быка-осьминога и трехвостой черепахи, шеи которых обвивала цепь. В следующий миг цепи дернулись, и всех троих засосало в пасть Гедо Мазо, а затем три глаза статуи открылись. — Пора покончить с этим, — усмехнулся Мадара, складывая печати. — Цепи Гедо Мазо!